Элка и другие

— Невозможно! Это не жизнь! За кого идти замуж? — голос дал петуха. — За кого-о? — слёзы горячими дорожками устремились к подушке. Ещё полгода назад Элка не могла себе представить весь абсурд этой ситуации: ухажеры реальные и потенциальные всегда мелькали вокруг как летние одуванчики. Обыденно. И так должно было быть всегда, и Элка не была готова смириться с другим раскладом жизни. Вздох темноты напомнил о том, что слушатель ждёт продолжения. Продолжать не хотелось. Хотелось упиваться собственной никчёмностью и обвинять мир в жесточайшем гендерном обмане. — Может, просто ещё время не пришло? — темнота вытягивала на разговор. — Но оно же придёт! Ты не понимаешь. Что за жизнь?! — подушка жадно впитывала Элкину безнадёгу. Тяжкий вздох. Пауза сладкого экзистенциального обрушения опять оборвалась тихим бубнежом: — И так и ни одного достойного нет вокруг? — Нет, — кинжалом звука в невидимое. — А Лёша? — настырная не сдавалась. — Нет. Жадный. Как будто ей самой не ясно. Что можно ожидать от будущего мужа, если он сейчас обещает горы, а на поверку в эти горы прёт только сам для себя? — Артём? — Ты видела его руки?! — Что не так с руками? — Вечно в какой-то гадости. — Ну, значит не бездельник. — Ага. И забыл, где кран. — Хорошо. Ваня? — Зануда. Он мне вчера весь день про свои машины говорил и говорил, слова не дал вставить. — Ромка? — У него на меня вечно нет времени. Зачем мне муж где-то там? Он мне нужен здесь! — Дима? — Хвастун. — Саня? — Не серьезный. — Кирилл? — Я же его выше! — Елисей? — Ты серьезно?! Кто только так живых людей называет? — А тот новенький, он тебе ещё с проектом помогал? — Он теперь вообще к девчатам не подходит… Темнота неслышно ухмыльнулась: «После проекта с таким золотцем точно нужен перерыв». Анализ кандидатур на «долго и счастливо» немного снизил сердечный накал Элкиного страдания. Подушка высохла. Достоинство расправилось. Надежда на бабье счастье растворилось в темноте. Темнота молчала. — Ни-ко-го, — подытожила Элка. — А времени всё меньше… — И вправду, времени уже… — знакомо протяжно отозвалась темнота и погладила меж сведённых бровей. — Спи, требовательная моя, завтра рано в садик. Встретишь своего настоящего в школе. Или в институте. Или на работе. — Точно-точно? — бабья надежда по-свойски закинула ногу на Элкиного единорожку. — Точно-точно.