Потом придумаю

Осень. 2017 Хмурое небо с самого утра нагнетало: это был один из тех дней, в которые по мнению киношников нужно устраивать похороны. В коридорах с первого урока горел свет, и к полудню стало понятно, что гореть ему ещё до самого вечера. Она сидела одна, упиваясь тем, как резонирует сумрак природный с её собственным, и даже вечно весёлые младшеклассники старались обходить стороной этот памятник скорби и безразличию. Она была похожа на статую: едва сгорбившаяся, почти не шевелящаяся фигура в чёрном, как небо, платьи, с книгой на руках. Она мучительно всматривалась в вереницы букв, но за всё время не перевернула и страницы, и единственным, что опровергало ощущение того, что время вокруг неё замерло, были её волнистые волосы, то и дело соскальзывавшие с плеча вниз. Она без раздражения плавным движением будто бы фарфоровой руки отбрасывала их обратно и замирала вновь. Это не было как в фильмах или книгах - ни любви, ни страсти, ни даже сострадания. Было лишь острое чувство злости, как у детей, всем сердцем желающих приобретения какой-либо игрушки: "хочу". "Хочу" ощутить холод этих каменных белых пальцев, "хочу" разглаживать эти мягкие, синие пряди, "хочу" ощущать аромат её духов и тела, "хочу" завладеть вниманием этих невидящих серых глаз, "хочу" владеть и пользоваться, "хочу" взять. Наверное, это не совсем то, что должны чувствовать приличные шестикласницы, но такая уж я. - Хочешь поговорить с ней? - раздался размеренный голос Даши. - Что? С чего ты взяла? - я изо всех сил делала вид, что не засмущалась. - Мы уже третий день приходим сюда на каждой перемене, в курсе? - немного усмехнулась она. Я засмущалась в открытую. - Пошли, - Даша встала и потянула меня за руку, я даже сообразить не успела, как мы уже стояли напротив неё. - Привет. Калина, да? - абсолютно спокойно заговорила Даша. Девушка скучающе оторвала взгляд своих круглых глаз от книги, и чуть менее, чем вежливо, улыбнулась. - Да. А вы из класса Натальи Дмитриевны? Я же у вас математику вела. Я собралась с силами и решила хоть как-то поучаствовать в разговоре. - Да, - всё, на что меня хватило. Даша незаметно пихнула меня, и я начала судорожно думать, что же ещё можно сказать. - Ну как у вас дела с математикой? Мои объяснения помогли хоть немного? - опередила меня Калина. Кажется, она боялась неловких пауз не меньше, чем я. Даша снова меня пихнула. - Да вроде, но всё равно не очень, - честно выпалила я. - Можешь ещё одну тему нам объяснить? - вновь вмешалась Даша. Я была поражена тому, как легко ей это даётся. Калина закрыла книгу и задумалась. - Наверное могу. Только с вас шоколадка, - радостно, как ребёнок, улыбнулась она. - Отлично, - продолжила поражать меня своим дипломатическим даром Даша. - Когда сможем пересечься? - У меня ещё два урока, после них можно в столовой встретиться. Я сижу за крайним столиком у окна. Я вновь почувствовала острую необходимость что-то ляпнуть. - Я знаю. И Калина, и Даша перевели на меня взгляды. Чёрт. - Тебя сложно не заметить, - попыталась выкрутиться я. Взгляд Калины стал более расслабленным. - А, это из-за волос? Мне казалось, не такие уж они и яркие, - она начала всматриваться в концы своих синих прядей, а я была рада, что неловкий вопрос решился почти незаметно. Оставалось всего два урока. Я нервничала, как перед кабинетом стоматолога. - А что я буду говорить? - выпытывала я у Даши на уроке английского. - Просто спросишь у неё, как решаются уравнения с корнями. Ты же их как раз не понимаешь, - спокойно вещала Даша. - А если я так и не смогу их понять? Она решит, что я тупая, - паника разгоралась во мне с каждым словом всё сильнее. - Алёна, - вздохнула вдруг Даша, - ты тупая, смирись. - Да не тупая я! - чуть было не крикнула я. - Ну вот. Значит поймёшь, - Даша не оставляла попыток перевести текст, а я не отставала от неё со своими глупыми вопросами. Так прошло два последних урока. Даша филигранно свалила домой, оправдываясь тем, что ей надо забирать сестру откуда-то. - А где твоя подруга? - спросила Калина, когда я подошла к её столику. - А... Она ушла, ей надо, - промямлила я. - Ладно, - беззаботно ответила она, - доставай учебник, показывай, что не понимаешь. Калина была удивительной. Она казалась такой безолаберной, будто учёба не занимала и крошечной доли её мыслей, но в то же время её понимание той же математики было абсолютным. По крайней мере программу шестого класса она знала отлично. Конечно, ей пришлось долго объяснять мне, зачем мы возводим обе части уравнения в квадрат, но в этом ещё одна её удивительная черта - титаническое спокойствие. Она не психовала и не нервничала, объясняя мне одно и то же в десятый раз, она просто делала это снова и снова. С тех пор мы ещё ни раз собирались вот так, иногда на наших встречах присутствовала Даша, но вскоре я начала чувствовать себя достаточно комфортно с Калиной наедине, чтобы попросить Дашу больше не приходить. *** - Ты с каких пор начала разбираться в математике? - спросил Ваня Сукрей, присаживаясь за наш с Дашей стол. - Могла бы сказать, что понимаешь, я бы списал! - Ваня, учись! - осадила его я. - Вот как заговорила! Ну хули, отличница, - обиженно болтал Ваня. - Ага, первая пятёрка за год, отличница, - вмешалась Даша. - Первая, но не последняя, - гордо заметила я. Математика действительно стала открываться мне, Калина была бы отличной учительницей. - Смотри, кто сюда идёт, - шепнула мне Даша. Я обернулась и увидела, как к нам приближается Калина. Что-то в ней было странное, но пока она не заговорила со мной, я не поняла. - Привет, - плюхнувшись рядом со мной, поздоровалась она. От неё пахло перегаром. - Алёна, я же тебе помогаю, помоги и ты мне. - Что случилось? - обеспокоенно спросила я. - Мне не с кем гулять, - вздохнула она. - Составишь мне компанию? Я порядком растерялась, Даша смотрела на это всё с любопытством, а Ваня явно был шокирован тем, что я общаюсь со старшекласницей. - Хорошо, у меня ещё три урока. - К черту уроки, - крикнула она. - Сейчас. Идёшь? Я не привыкла прогуливать, но и отказать ей я не могла. Ни в какое сравнение не шли уроки с временем, проведённым с Калиной. - Даша, у меня заболела голова, - бросила я на прощание и Калина вывела меня из школы. - У меня был английский, я так утомилась, просто жуть. Ненавижу чувствовать себя глупой. Да и в целом был плохой день, плохое утро, - рассказывала Калина. - Мне казалось, у тебя со всеми предметами хорошо, - удивлялась я. Мы шли ниоткуда и в никуда. Дорога завела нас в частный сектор. Между парой сосен нарисовалась лавочка, на которую мы и присели. - Что? Да у меня почти по всем предметам тройки, - расхохоталась Калина. - А математика? - О, а математичка меня ненавидит больше всех. Я её однажды нахуй послала. Культурно так, прямо почти вежливо. Калина была оживленнее, чем обычно, бурно жестикулировала, а её тонкие брови то и дело скакали по лбу. - И как это было? "Анна Петровна, пройдите нахуй, пожалуйста?" - предположила я. Калина расхохоталась. Я и не думала, что она так заразительно смеётся. Мы прогуляли с ней весь день, она всё время что-то рассказывала, я увлечённо слушала и иногда поддакивала. Меня всё более чем устраивало, я рада была просто проводить с ней время, просто понимать, что она мне открывается. - А, я кажется начинаю трезветь. Пошли ко мне, я выпью? - предложила Калина. Она украла у меня целый день, но мне так хотелось отдать ей ещё больше времени. - Уже поздно, - начала отнекиваться я. - Не-ет, ты не оставишь меня, - шутливо начала говорить она, как вдруг её взгляд изменился. Она глядела прямо мне в глаза, её брови были сведены и едва заметно дрожали, - Пожалуйста, - взмолила она. - Не оставляй меня. Эта ночь будет слишком страшной, чтобы проводить её в одиночестве. И, как заведено, я не смогла отказать. Мы пол ночи болтали в её съёмной квартире, прежде чем она выключила свет. - Спасибо, Алёна, - сказала Калина, забираясь ко мне под одеяло. Она отвернулась ко мне спиной, а её рука потянула мою, чтобы я могла её обнимать. - Я знаю, что веду себя неправильно. С моей стороны глупо было звать именно тебя, но кроме тебя мне и позвать то некого. - Почему глупо? - задыхаясь от волнения, тихо спросила я. Она долго молчала. За окном проезжали машины, их свет пробегал по потолку и исчезал вместе с далёким шумом. - Не знаю, - шёпотом сказала она. - Я ничего не знаю. *** Лето. 2021. Солнце пекло так сильно, что от промокшего ночью асфальта исходил пар, а ведь было ещё только утро. Когда под конец ночи мне пришло сообщение от Даши с просьбой встретиться, я чуть было не отказала. Я была занята игрой и меньше всего хотела ехать к ней на окраину города. Но что-то в её словах заставило меня согласиться, да и мне всё ещё нужно было отдать ей подарок. И вот спустя пару часов я сидела здесь - на разбитой остановке около дома, в котором она с недавних пор жила. Минут через десять она появилась из-за поворота. - Ну, рассказывай, Даренка, как день рождения отметили? Куда он тебя водил? Она подошла молча, села рядом со мной и сняла защитную маску. Под ней красовались разбитые и опухшие губы. Я резко повернула её лицом к себе, пытаясь рассмотреть. - Что за черт, Даша?! Откуда? - я повысила голос и она немного зажмурилась, как будто испугалась. Тогда я отпустила её. - Прости. Как это случилось? Она смотрела в землю и будто бы ни о чем не думала, её лицо не вырожало совершенно ничего. - Мы были в ресторане. Он дал мне выпить. Сказал, что я теперь взрослая, - на этих словах её брови свелись и голос стал ещё тише. - Когда мы пришли домой, он сказал то же самое, и... Её голос задрожал, по щеке вдруг скатилась слеза. Я схватила её за плечи и прижала к себе. - Я пыталась отбиться, просила его перестать! Но он просто... Просто... - она с трудом говорила сквозь слезы, моё сердце сжалось и разбилось на куски. - Сукин сын, - сквозь зубы процедила я. - Я так люблю его, почему?.. - никак не успокаивалась она. - Даша, нам надо идти в полицию. - Нет! - она вдруг взглянула на меня полными слез глазами. - Если он узнает... - Не волнуйся, они помогут. Надо сходить, обязательно... - Алена! - перебила меня она. - Ты что, в фильме живёшь?! Чем они помогут? - Но это же изнасилование! Это преступление, Даша, пойми! - Никто в это не поверит! Мне уже шестнадцать, возраст согласия, - в её голосе было столько отчаяния, что я едва сдерживалась, чтобы тоже не заплакать. - Но побои... - Я же сама к нему переехала. Бытовуха, никому это не интересно, - она говорила так уверенно, как будто знала наверняка. Хотя, судя по её родителям, возможно она и правда сталкивалась с подобным не раз. - Но нужно хотя бы попробовать! Я была уверена, что так будет правильно, и готова была потратить все силы на то, чтобы убедить её в этом, пока она не сказала неожиданно совсем поникшим голосом: - Не хочу снова видеть их насмехающиеся лица. Абсолютная безысходность. От бессилия и обиды я злилась так сильно, что еле сдерживалась, чтобы не разбить что-нибудь поблизости. Хотелось бы, конечно, разбить его лицо, но было слишком наивно полагать, что пятнадцатилетняя школьница сможет что-то сделать взрослому мужику. - Но надо же что-то делать... - Господи, как сложно... Я не знала. Не знала, чем я могла помочь! - Просто побудь со мной, - вытирая не прекращающие течь слезы, попросила она. - Расскажи что-нибудь. Мы сидели и плавились от жары. Я рассказывала, как проиграла всю ночь и даже не заметила, хвасталась новым лутом и раскрывала сюжет. Постепенно она начала задавать вопросы, хмыкать и даже подшучивать. Она вдруг стала выглядеть так, как будто бы всё нормально, будто ничего и не произошло. Но произошло многое. - Слушай, - стараясь быть деликатнее, начала я, - ты же теперь съедешь от него? Она молча качнула головой. Воспоминания вернулись и она снова поникла. - Кстати, у меня же для тебя есть подарок, - конечно, я понимала, что это никак не перекроет то, что она чувствовала, но всё равно надеялась, что это хоть немного поможет ей отвлечься. Выудив, наконец, из сумки праздничный пакет, я положила его ей на колени. Она почти нехотя открыла его и принялась рассматривать томик одной из моих любимых манг. Она стала пролистывать страницы и только в этот момент до меня дошло. - Но ты не обязана её читать! Там... В общем... Есть сексуальные сцены, так что, - я буквально ненавидела себя за то, что вообще вспомнила про этот подарок. Неожиданно Даша улыбнулась и, глядя куда-то сквозь меня, сказала: - Ничего. Я прочту.