Desert Rose

      Сана очутилась посреди широкого пространства, со всех сторон окруженного холмами. Их склоны до самого подножия заросли деревьями, которые образовали небольшие рощи. Окинув взглядом извилистую дорогу, Сана увидела, что она поворачивает и скрывается за одним из таких скоплений деревьев.       Пока она всматривалась вдаль, подул очень холодный ветер и начал падать снег. Сана поспешила к лесу в поисках убежища. Небо становилось все темнее и темнее, снег падал все быстрее и гуще. Земля вокруг превратилась в белый сверкающий ковер, а даль скрылась в туманной дымке. Дорогу теперь можно было разобрать лишь с трудом. В скором времени Сана поняла, что, должно быть, сбилась с пути. Под снегом не чувствовалось твердой поверхности, под ногами были мягкие трава и мох. Воздух стал ледяным, и она, хоть и двигалась довольно быстро, сильно замерзла. Снег сделался густым и кружил в таком безумном вихре, что слепил глаза. Небо то и дело прорезали яркие молнии.       Вскоре она оказалась под защитой деревьев, и здесь, в относительной тишине, смогла различить завывание ветра высоко над головой. Некоторое время спустя мрачная темнота бури превратилась в мрак ночи. Постепенно ветер стал затихать, напоминая о себе лишь яростными порывами и раскатами грома. В такие моменты начинало казаться, что звуки, похожие на волчий крик, слышатся со всех сторон.       Изредка сквозь черную массу несущихся облаков пробивался луч лунного света. В его сиянии Сана увидела, что находится на краю густых зарослей тиса и кипариса. Ей показалось, что среди многочисленных старых, разрушенных до основания домов, мимо которых она проходила, было одно здание, скорее руины, в котором она могла бы укрыться на какое-то время. Двинувшись к нему по лесной опушке, Сана обнаружила, что строение окружает невысокая стена. Здесь кипарисы образовывали что-то вроде аллеи, которая вела к зданию. Но едва она успела бросить на него взгляд, как тучи снова закрыли луну, и дальше ей пришлось идти в полной темноте. Должно быть, ветер сделался еще холоднее, так как, пока она шла, её начало трясти.       Внезапно сделалось очень тихо, и Сана остановилась. Буря улеглась, и её сердце, словно в созвучии с природой, как будто тоже перестало биться. Но это продлилось лишь какое-то мгновение, поскольку тучи неожиданно расступились, и в лунном свете Сана увидела, что стоит посреди кладбища, а здание, к которому она шла, – это большой массивный склеп из белого мрамора. С лунным светом буря напомнила о себе новым зловещим знаком: раздался длинный глухой звук, больше всего похожий на вой собак или волков. Она остановилась, парализованная ужасом, и чувствовала, как холод все глубже проникает в неё, пока не стало казаться, что он добрался до самого сердца. Луна все еще освещала мраморный склеп, буря же снова дала о себе знать, предвещая свое возвращение. Словно зачарованная, Сана приблизилась к гробнице, чтобы выяснить почему здание стоит особняком в таком месте. Обойдя склеп кругом, она увидела дверь, на которой прочитала надпись:

Гарри Джеймс Поттер 31 июля 1980 года – 30 ноября 1997 года Гарри, надежда магического мира умерла вместе с тобой… Помним, любим, скорбим

      Нет, нет, нет… Какая-то тяжесть сдавила грудь, что стало трудно дышать: горе физически тяжелым грузом придавило сердце и легкие. Она медленно побрела дальше среди могил, разглядывая надгробия. Многие склепы и памятники были повреждены, а некоторые даже разрушены. Сана смахнула снег с потрескавшегося камня, присмотрелась, нахмурив брови. Надгробие было из белого мрамора, оно словно светилось в темноте. Она опустилась на колени, чтобы прочесть выбитые на камне слова.

Гермиона Джин Грейнджер 19 сентября 1979 года – 30 ноября 1997 года Рональд Билиус Уизли 1 марта 1980 года – 30 ноября 1997 года Ибо если упадет один, то другой поднимет товарища своего. Но горе одному, когда упадет, а другого нет, который поднял бы его

      - Нет, нет… Пожалуйста, нет… Этого не может быть! Просто не может! – кричала Сана, залившись слезами. Она бегала от одной могилы к другой и каждый раз приближаясь к очередному надгробию, её сердце замирало от ужаса:

Ремус Джон Люпин… Артур Уизли… Молли Уизли… Нимфадора Тонкс… Уильям Артур Уизли…

      Пробежав всего несколько шагов, Сана замерла от ужаса. Прочитав надпись, в душе образовалась огромная черная дыра, которая постепенно и мучительно поглощала каждую клеточку тела.

Чарльз Артур Уизли 12 декабря 1972 года – 30 ноября 1997 года С любовью и скорбью…

      Сана замерла на месте, не в силах пошевелиться. К горлу подступил комок. Она задыхалась. Просто задыхалась от горя, отчаяния и невозможности что-то изменить. Глаза застилали слёзы, лёгкие горели, а тело дрожало от холода.       – Чистая работа, я горжусь тобой, – тихий, но отчетливый голос раздался прямо над её ухом. Тёмный Лорд стоял сзади в нескольких сантиметрах от Саны и крепко обхватил её за талию.       – Это ведь всё твоих рук дело, – произнёс он и развернул её лицом к себе. Лорд Волдеморт кивнул, довольный результатом. Испуганно вытаращив глаза, Сана начала хватать ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег. – Их всех прикончила ты.       Непреодолимый всепоглощающий ужас заставил Сану проснуться в холодном поту. Сердце стучало в бешеном ритме, перед глазами до сих пор маячили могильные плиты близких. Господи, прости, я не могу так больше…       Бывает, что люди однажды остаются наедине с тяжелыми мыслями. Весь мир – всё вокруг – будто застыло на неопределенное время, и ты сидишь и думаешь, что выхода нет. Что смерть иногда лучше, чем такая жизнь. Что сил больше нет, и ты больше не сможешь подняться.       Наступило отчаяние. То самое отчаяние, которое нередко губит. Когда ты кричишь, кричишь так громко, что закладывает уши, но этот крик о помощи никто не слышит. И ты остаешься наедине с собой, со своей тенью, со своим отражением в зеркале.       Сана кричала. По-настоящему кричала, выплескивая все эмоции, вкладывая в этот пронзительный вой и гнев, и злость, и ненависть, и отчаяние, и ярость, и беспомощность, и печаль, и безысходность, которые разрывали её изнутри. Она оплакивала всех, независимо от того, достойны ли они были её слез. Столько смертей… Сириус, Дамблдор, Грозный Глаз, Орден… Сколько их всего было и сколько еще будет? Если Тёмный лорд вынудит её пойти против своих? Боялась представить…       Реальность приходила вспышками, будто в тумане. Выбравшись в коридор, Сана кое-как поднялась по лестнице. Её вело в стороны, а ноги не держали. Словно опьяненная, шатаясь, брела в сторону ванной комнаты. Лишь одна отчаянная мысль билась в голове: это будет быстро… и совсем не больно… Только так ты не предашь себя… только так ты не нарушишь обет… ведь только так он будет жить…       В душе образовалась пустота. Огромная дыра, по которой гуляет ветер. Эмоции кончились, и Сана умерла. В этот самый миг она умерла, но не физически, а морально. Её больше не было. Решение принято.       Криво улыбнувшись своему отражению в зеркале, Сана сбросила на пол рубашку, и долго стояла под горячим душем, пытаясь смыть с себя всю скверну, ненависть, страх, мольбы, проклятия и согреться под обжигающими струями от озноба, потрясающего тело. Ладони скользили по плечам, груди, животу, ощущали множество шрамов, полученных в бою. Какое же это наслаждение! «Это твой последний вечер…» – будто напомнил внутренний голос.       – Он не станет последним, пока я его не увижу!       Она должна увидеть его, в последний раз. Должна увидеть его прекрасное лицо, запомнить… Должна знать, что с ним всё хорошо. Должна попрощаться. Должна сказать прости и прощай… Для меня ты весь мир, который развалился два дня назад. Навсегда, в моей светлой памяти о тебе…       Собравшись, она трансгрессировала в Нору, предварительно наложив на себя дезиллюминационные чары.       Сана оказалась в большом саду позади дома. Казалось, будто ничего не изменилось за эти три дня. Сейчас выйдет Чарли заметив её, и обнимет, крепко-крепко. Успокоит и скажет что всё будет хорошо… Миссис Уизли так обрадуется ей, словно родной дочери. Накормит её досыта вкусными пирожками и мясом. Ведь она знает, как Сана любит его. И после сытного ужина уложит спать…       Сана со стоном закрыла лицо руками, и горькие слёзы полились ручьём, когда она увидела Чарли. Таким она его никогда не видела: для человека, привыкшего не показывать своего горя, он выглядел глубоко несчастным и одиноким. Казалось, будто под печалью таилось что-то ещё, до чего не добраться, какое-то глубокое переживание, которое мучает его. Сана приросла к месту, не в силах шелохнуться. Еще пару минут, всего пару минут…       Словно почувствовав пристальный взгляд девушки, он посмотрел в её сторону. Сана замерла. Неужели он её видит? Но это невозможно, ведь она накладывала чары такой силы, что полностью становилась невидимой. Как и профессор Дамблдор… Чарли опустил голову и скрылся в проёме. Сана стояла ещё несколько минут, собираясь мыслями, и сделав глубокий вдох, с громким хлопком растаяла в воздухе.       Сана стояла на краю обрыва, а там, внизу, неистово бились о скалы волны – темные, как и небо, на котором словно глаза, сверкали звезды. Ни конца, ни края. Дул холодный ветер, несущий горечь луговых трав и запах морской соли. Сана сняла плащ и бросила его на землю. Лунный свет упал на лицо девушки, сделав его каким-то потусторонним, не человечески прекрасным, а белое тонкое платье на ней словно сияло. Ветер колыхал длинные чёрные волосы, которые ниспадали на бледные обнаженные плечи. Она сделала ещё один маленький шаг и замерла…       – Если это должно произойти, то пусть произойдет как можно скорее, – подумала она. – Господи, прости меня за все мои грехи. И ты, мой милый… Странное спокойствие охватило её, слёзы перестали бежать из глаз.       – Что же ты остановилась? Ты ведь хотела прыгнуть, так прыгай, – внезапно позади послышался знакомый насмешливый голос.       – Как вы меня нашли? – не оборачиваясь, спросила Сана.       – Тот, кому ты дала непреложный обет, всегда может тебя найти: он в любое время дня и ночи на уровне интуиции знает, где ты находишься и как тебя разыскать. Так почему же ты остановилась? – воскликнул Волдеморт, и его красные глаза насмешливо сощурились. – Или вспомнила, что самоубийство – это преступление против природы? Страшный грех? Ну же, ты же у нас глубоко верующая.       Лучше бы ты молчал о преступлениях против природы, подонок…       Сана обернулась. Высокий, худой, в черном капюшоне, жуткое змеиное лицо, багровые глаза с щелочками зрачков… Лорд Волдеморт стоял в нескольких метрах от неё, и нежно поглаживал волшебную палочку. Сана узнала в ней свою… из осины. Единственное, что осталось от покойного отца. Как однажды заметил Дамблдор: «Осиновые палочки никогда не окажутся в руках злого мага, ведь осина – символ изгнания зла. Поэтому колы тоже делают из осины. Такая палочка – лучшее оружие для аврора, а для вас, дорогая Сана, лучше варианта и не найти» Подняв на неё глаза, Тёмный Лорд заметил, что она смотрит на его руку.       – Полагаю, ты узнаешь свою палочку? В меру гибкая, но с твердым характером…       – Она не будет вам подчиняться, хотите вы этого или нет, – оборвала его Сана.       – Как не хочет подчиняться и её хозяин?       Сана слегка замешкалась, будто подбирая нужные слова.       – Я не могу, – медленно начала она, – просто не могу пойти против Ордена, драться с ними, мучить, убивать их. Не могу… А если я не исполню ваш приказ, то погибнет он. Лучше умру я, – сказала она гордо.       – Ты всерьёз думала, что я отправлю тебя сражаться с Орденом? Глупая девчонка. К твоему сведению, у меня полно пожирателей, которые с удовольствием прикончат их. Так зачем же тебе тратить время на пустую беготню? У нас есть занятия куда интереснее.       – Я не твоя собственность, чёртов подонок! – яро кричала Сана. – Я лучше умру, чем буду с тобой!       Сана уже не чувствовала холода. Ноги задубели, сердце билось часто-часто, разгоняя кровь по венам.       – Я преподам тебе второй урок, моя юная мисс… Не угрожай понапрасну, если не сможешь выполнить то, о чём говоришь. Если можешь убить – убей, если хочешь умереть – умри же, но твои слова – всего лишь воздух.       Тёмный Лорд молниеносно оказался рядом с Саной и заточил в крепкие объятия, что её ладони уперлись в его грудь.       – Ты готова умереть, так давай проверим, – совершенно серьезно сказал Волдеморт, шагая с обрыва.       Сана кричала. Кричала так сильно, что сорвала горло. Не могла поверить, что это конец. Перед глазами пронеслась вся жизнь. Она бы могла еще столько сделать… Да чёрт с ним, с этим непреложным обетом. Должен быть способ, лазейка, как-нибудь обойти, обхитрить, анулировать…       Месть… Она так и не отомстила за Дамблдора, хоть и клялась. Не выполнила самое важное, подвела профессора, слукавила…       Путешествовать… хотела обойти весь мир, учиться у лучших, познать магию до самых её глубин, помогать людям… а теперь поздно… Она умрет. Её тело станет кормом для рыб, в то время как душа обречена вечно гореть в преисподней… Она не хочет умирать. НЕ ХОЧЕТ УМИРАТЬ!       Сана распахнула глаза и увидела его. Волдеморт парил в воздухе на расстоянии вытянутой руки дымным облаком на ветру – без метлы, без ничего, – и его змеиное лицо светилось в темноте.       Как в замедленной съёмке, Сана видит последние метры над скалами. Как вдруг чёрная дымка охватывает её талию, и они выпрямляются над волнами.       – Я надеюсь, что ты выучила мой второй урок, и больше к нему мы возвращаться не будем. Слова легко произнести, но вот ответить за них может не каждый. Не хочу разочароваться в тебе, тебе всё ясно? – произнес он ласково-зловещим голосом прямо над ухом, обдав горячим дыханием, что вызвало волну мурашек на теле Саны. И, глядя на его багровые глаза, она кивнула.