Спаситель, несущий Бедствие

Я отчетливо помню последние проведенные месяцы своей жизни. Я сидела взаперти в белоснежной палате. Простыни, пододеяльники, наволочки, полотенца, тапочки и занавески, - все вокруг не имело цвета, даже я... Уставший взгляд карих глаз посмотрел в сторону окна. Там, снаружи, играли краски, заполняя собой мир. Такой далекий и родной. - Света, как ты тут? В белоснежную палату ворвался красочный цвет в образе молодой женщины достигшей тридцатилетнего возраста. Наступило лето, и она надела легкую салатовую футболку и кремовые брюки. Ее младшая сестра повернула голову на голос и улыбнулась гостье. Несмотря на радостный вид, ее цвет кожи оставался бледным и болезненным. Старшая сестра с болью в глазах смотрела на младшую, волосы которой давно выпали из-за химиотерапии, поэтому та носит яркий сине-фиолетовый платок на голове. - Все как обычно. - Поникшим голосом ответила Светлана и вздохнула, и тут же из нее вырвался истошный кашель, а грудь будто пронзили иглы. - Кха! Кха. Кха. - Господи! - Валерия бросилась к младшей сестре и нажала кнопку вызова персонала. - Держись! Сейчас придет медсестра. Немного успокоившись, Светлана раскрыла руку, которой зажимала рот. На ней была кровь. Алая жидкость стекала по бледным губам и капала на белое одеяло. Обессиленные карие глаза задрожали. "Все кончено", отрешенный голос прозвучал в ее голове: "Я уже не выкарабкаюсь". - О, господи! У тебя кровь! - На глазах Валерии навернулись слезы. - Нет... как же так... мы так долго боролись... - Все в порядке. - Светлана незапятнанной рукой сжала ладонь сестры и с горечью улыбнулась. - Я была готова к этому. - Как ты можешь... - зарыдала Валерия. Ее лицо покраснело от слез. "Единственное цветное пятно в бесконечной белизне", она не сводила взгляда с плачущей старшей сестры: "Она так прекрасна". Вскоре пришел медперсонал. Взгляд Светланы потух, когда вновь началась суматоха и непрерывные анализы. Три года назад у нее обнаружили рак печени. Ей сделали операцию, и она думала, что все на этом закончится, но несчастья только начинались. "Спустя полтора года рак снова появился и распространился очень быстро, но новообразования были неоперабельными, поэтому я проходила химиотерапию. Что же случилось потом?" Карие глаза подняли взор на голубое небо. Нежные облака спокойно плыли вдалеке от мирских забот. Их не интересуют проблемы земных существ, они просто плывут в неизвестность, ведь для того и существуют. "Врач сказал, что новообразования уменьшаются, и я надеялась на скорое выздоровление. Моя болезнь подкосила всю семью, и я не хотела их более беспокоить, но... рак поразил легкие. Никто не мог понять, как врачи пропустили подобное. К тому моменту, когда это обнаружили, было поражено 5% легких, и прогнозы врачей были положительными... но вот я здесь, лежу в ожидании своей смерти..." Сквозь кашель Светлана услышала знакомые голоса за дверью палаты. Они громко ругались. Ее тусклый взгляд посмотрел через щель, и она увидела силуэт отца. Некогда крепкий мужчина ссутулился и поседел. На его лице появилось много морщин, а глаза опухли от постоянных переживаний о дочери. - Как такое могло произойти? Вы говорили, что она поправится! Что сможете помочь ей! - Голос ее матери сорвался на крик. Женщина прижалась к мужу и горько заплакала. - Светочка... моя милая доченька... ей всего двадцать шесть... - Мама, Свете нужен отдых... и тебе тоже. Давай отойдем. - Валерия обняла мать и, посмотрев на отца, увела ее. Она опасалась, что с матерью произойдет очередной нервный срыв. - Скажите честно, моя дочь будет жить? - Отец двух девочек взглянул на дверь палаты, за которой был слышен истошный кашель младшей дочери. Его глаза наполнились болью, а в груди сжимало. - Я... сожалею, но ее анализы не утешительны. - В таком случае... сделайте так, чтобы она не чувствовала боли. Я заплачу столько, сколько потребуется. - Мужчина сжал кулаки, а его лицо скривилось, пытаясь сдержать слезы. - Простите, но мы не можем. Это против пра... - К черту ваши правила! - Грозный взгляд отца семейства наполненный слезами посмотрел на лечащего врача. - Это ваша вина! Вы упустили рак! Теперь исправляйте все. Раз не можете вылечить мою дочь, то хотя бы дайте ей спокойно умереть! Договорив, мужчина развернулся и направился к жене и старшей дочери. Он закрыл лицо рукой, пряча текущие слезы. Его шаги были тяжелыми, а плечи опустились. Из палаты вновь послышался истошный кашель. Светлана все слышала, и ее грудь разрывала боль не только физическая, но и душевная. Она плакала вместе со своей семьей и не хотела покидать столь красочный мир. Ее кашель могли успокоить лишь лекарства. Когда их вводили через вену на руке, взгляд карих глаз затуманивался, и она выглядела так, будто сознание покинуло тело. Сквозь пелену Светлана видела яркие образы: зеленое полное цветов поле, журчащую голубую речку, яркое ослепляющее солнце, пленительной красоты закат... "Мои веки потяжелели и закрылись, а сознание улетело в мир грез. Я будто просто уснула. Как и пожелал отец, мне не было больно, лишь спокойствие и смирение сопровождали меня в загробный мир, но... в следующее мгновение я открыла глаза в незнакомом месте". Маленькое четырехлетнее тело пребывало в поту и агонии. Обессиленные карие глаза ребенка приоткрылись. - Дорогая! Я за лекарем! Елия очнулась! Незнакомый мужчина бросился к двери, а после него в комнату вошла женщина с распущенными каштановыми, будто горький шоколад, волосами. На руках она держала второго ребенка. - Ох, милая. - Женщина села у кровати и погладила девочку по вспотевшему лицу. - Слава Небесам, ты наконец пришла в себя. "Кто она?", Светлана смотрела в светло-карие глаза пронизанные теплотой и беспокойством. Ее взгляд сместился к малышу в руках незнакомки. Мальчик мирно спал у материнской груди: "Миленький". Усталость навалилась на нее, и она заснула. Спустя пару дней Светлана полностью выздоровела и осознала, что находится в незнакомой стране, в незнакомом городе и людей, называющих себя ее семьей, она не знает. - Не волнуйтесь. - Успокаивал лекарь обеспокоенных родителей, после очередного осмотра девочки. - Такое порой случается. Все это последствия лихорадки. Если будете вести себя как и раньше, со временем память к ней вернется. "Но моя память не восстановилась. Я просто привыкла к новой семье и жизни". Окрепшая девочка вышла из деревянного небольшого дома. Ее зоркие карие глаза осмотрели двор и остановили взгляд на малыше, сидящем на мягкой траве. Мальчик с пухлыми щечками играл с деревянными брусками. - Кэс! Не бери в рот все, что увидишь! - Она подбежала к нему и отобрала у младшего брата брусок, который он начал жевать. - Ува-а-а! - Заревел маленький Касиди и начал бить кулаками по земле. Его милое пухлое лицо покраснело от слез и покрылось соплями. - [Ну что ты будешь делать]. - Вздохнула Зелия и обняла хныкающего малыша, убаюкивая. - Тише-тише. Не плачь. - Она вытерла его мокрое лицо платком. - Мама в последнее время неважно себя чувствует. Давай не будем ее беспокоить, хорошо? Покрасневшие светло-карие глаза мальчика посмотрели на старшую сестру. Он забавно надул щеки, не желая отвечать ей. Зелия потянула за его мягкие щечки. - Апути-и! - Заныл маленький Касиди и ударил сестру по рукам. - Плохая! Ты плохая! Елия злюка! - Вот же проказник. А ну, иди сюда! Зелия начала щекотать непоседливого младшего брата. А когда они немного успокоились, она протянула ему свой мизинец: - Пообещай, что не доставишь проблем маме и папе. Касиди сидел на зеленой траве и с надутыми щеками смотрел на протянутый палец. Он не понимает этого жеста, но сестра всегда так делает, когда просит его о чем-нибудь. Мальчик схватил ее за мизинец и буркнул: - Холосо. - Вот молодец. - Лучезарно улыбнулась Зелия и погладила его по голове. - А-а-а! Не тлогай! - Завертелся маленький Касиди, прикрывая ладонями свои кудряшки. - Ты такой милашка, прямо как овечка. - Хихикала она, продолжая растрепывать его волосы. "Спустя два года после моего появления в этой семье, моя новая мама скончалась от болезни, захватившей весь юг королевства. Касиди тогда был совсем маленьким... После смерти матери, он ни на секунду не оставлял меня". - Сестра, сестра, я с тобой. Мальчик откинул одеяло, увидев, как его старшая сестра уже встала и собралась уходить. Он медленно сполз с высокой кровати и плюхнувшись на попу, зевнул. - Не хочешь еще поспать? - Умилялась Зелия, смотря на милого ребенка. Она погладила его кудряшки. - Не-а... - Касиди протер заспанные глаза. На самом деле ему хотелось еще поспать, но страх остаться одному пересилил желание вздремнуть. - Ладно, идем. Я умою тебя. - Вздохнула она и повела младшего брата, взяв за руку, к тазу с водой. "С ним было нелегко, но он был таким милым! Спустя полгода со смерти мамы я заметила, что Касиди перестал плакать и начал больше смеяться. Он прекратил злиться, когда я или папа вспоминали маму. Однажды я спросила его..." Пар заволок собой небольшое помещение. Внутри было жарко, но раздетые люди не замечали этого. Двое детей сидели возле ведра с водой. Девочка постарше мылила мальчику голову. - Кэс, ты не скучаешь по маме? - Зелия понизила голос, так как Приам с родителями сидели недалеко от них. Они всегда раз в месяц посещают городскую баню. - По маме? - Удивленно переспросил тот и обернулся к сестре. - М... я не помню маму. - Не помнишь? "Прошло не так много времени с ее смерти. Почему он не помнит ее?" - Но ты ведь видел ее портрет, верно? - ... Сестра, пока ты со мной, я не скучаю по маме. - После небольшой паузы сказал он. - Главное, никуда не уходи, хорошо? Касиди протянул ей мизинец, как она всегда делала. Это было обещание. Зелия сложным взглядом посмотрела на протянутый палец и схватила его своим мизинцем: - Обещаю.