color de la sangre

Антону четыре, когда он впервые видит свою кровь. Всё, как у всех — бегал по двору с другом, споткнулся и упал на коленки. Ему уже тогда начали рассказывать всю эту историю про соулмейтов, поэтому он сразу всё понял. Голубой, цвет морской волны, лазурный, васильковый — все эти оттенки идеально смотрелись на бледной коже мальчика. Он глядел на свою кровь так заворожённо, что даже не заметил кружащуюся вокруг него мать. Антону семь, когда он при любой подворачивающейся возможности пытался себя поранить. То ударится об острые углы, то специально расчешет кожу, то порежется, пока будет вырезать любимые снежинки из бумаги. Антону двенадцать, когда он приходит первый раз в художественную школу. Вопреки всем уговорам и замечаниям со стороны преподавателей и родителей, рисует он только в холодных цветах. Любит. Антону пятнадцать, когда он нередко наносит себе увечья. Он давно понял, что можно не делать из всего нелепую и непредвиденную ситуацию, а просто в тайне резаться. Да, больно. Да, неприятно. Да, безумно неправильно. Нет, не жалеет. Нет, не обещает себе так больше не делать. Всё ещё любит. *** Восемнадцатилетний парень плачет навзрыд сидя перед зеркалом в своей одинокой однушке. Он устал. Он не резался уже почти год и безумно скучает по голубому цвету. По любимому цвету. Но он пообещал себе, что больше не нанесёт себе увечья ради него или неё. Так больше не может продолжаться. Все его знакомые уже как год-два нашли свою родственную душу. Антон до сих пор один. Он пытался строить отношения с голубоглазыми, у которых на первый взгляд были глаза такого же оттенка, как и его кровь. Но эти «отношения» не длились и больше недели, а заканчивались сразу, как только он разглядывал их ближе. Шастун безумно помешан на всей этой теме и главная цель его жизни — найти родственную душу. Но до этого момента он не отчаивался. Он старательно пытался найти его (её), но никогда не чувствовал того особого «коннекта», про который все говорят. — Пожалуйста, родной, где же ты… — шепотом произнёс парень. Так он и засыпает: в мятой широкой футболке, с красными опухшими глазами и свежей раной на запястье. *** — Да ну, Арс, не загоняйся! — громко просит Кирилл — лучший друг Арсения. — Не могу, Кир. У меня же снова это ужасное чувство, мне кажется ему или ей очень плохо. Такого не было уже несколько лет. Не настолько сильно. Я очень хочу быть рядом, я больше так не могу. Я скорее всего уеду. Буду по России кататься и искать это солнце. Я больше не вывожу, не вижу другого выхода, — устало потёр виски Арсений и снова принялся за несчастный салат. — Эээ… Ты будешь что? Ты же понимаешь, что это не поможет? — с сомнением произнёс парень. — Я знаю. Но, а что мне ещё остаётся? — Я думаю что он очень близко. Я тоже чувствовал эмоции Ани, когда мы ещё не встретились. Слабо, но чувствовал. А оказались вообще почти соседями! Так что не кисни. — Постараюсь, — со вздохом сказал Попов. Оливковый, нутриевый, авокадово-зелёный — вот его любимые цвета. Он полюбил эти оттенки всем сердцем, но не сразу. Когда он в детстве впервые увидел свою кровь, она показалась ему отвратительной. Он подумал, что цвет глаз его соулмейта — болотный. Он ненавидел себя за это, а родственную душу ещё сильнее. Маленький Арсений всегда старался никому не показывать свой «недостаток», поэтому и вырос максимально осторожным и аккуратным. Но со временем всё изменилось. Как-то раз, попав в автомобильную аварию, последнее что он увидел — родной зелёный оттенок. Перед тем, как закрыть глаза он уже не верил в лучшее, но врачи смогли найти донора с точно таким же цветом крови. Такие совпадения очень редкие, буквально один на миллион, но везение было на его стороне. Эта кровь обеспечила ему жизнь. С тех самых пор он безумно ценит всё, что связано с его соулмейтом. И да, он часто испытывает боль. Это довольно странно, ведь на свою жизнь он не жалуется. Живёт практически в центре Москвы, престижная работа. Одиночество его практически не цепляет, он верит в их скорую встречу. И ещё он уверен в том, что эта боль — не его. Ему кажется, что его родственная душа сильно страдает, вот только он ничего не может с этим сделать. Арсений пытался глушить её таблетками и народными средствами, но ничего не помогало. Тогда он твёрдо решил взяться за поиски, но почти сразу откинул эту идею. Потому что как это сделать? Большинство встреч по статистике случайны, а намеренными поисками заниматься бесполезно. Так он и дожил до двадцати шести. В нём всё ещё теплилась маленькая надежда на лучшее, но предсказать ничего нельзя было. Сейчас они с Кириллом сидят в «SHE» на Патриарших прудах. Арсений в который раз рассказывает другу о своих переживаниях, а тот его слушает. И даже более того — слышит. У него была похожая история. Со своей возлюбленной Аней они встретились в возрасте двадцати двух лет. К тому времени все вокруг уже были с парами. Они уже перестали верить в лучшее, но случайная встреча в этом самом ресторане изменила их жизнь полностью. Кирилл точно так же сидел с Арсением, разговаривая на отвлеченные темы, когда внутрь зашла красотка с редкими фиолетовыми глазами и длинными светлыми волосами. Они всё поняли сразу. Безумный ток прошёл по их телам в момент встречи взглядов и они бросились друг к другу навстречу. Их отношения длятся уже четыре года, у них есть прекрасная дочка Лиза и Кирилл планирует сделать девушке предложение в ближайшие пару месяцев. — Чёрт, Арсюх! Я же Лизу обещал из садика забрать! Сука! — Не называй меня так. — Сори, я побежал. Оплати, пожалуйста, я тебе потом верну, — умоляющим взглядом простит Кир. — Ладно, но можешь не возвращать, всё в порядке. — Ты лучший! — с деньгами у парня всё хорошо, но он лишний раз рад покушать бесплатно. Он резко поднимается с места и бежит к выходу, на что Арсений цокает и качает головой. *** Опустошённый парень гуляет по вечерней Москве с наушниками в ушах с песней «Бесконечность» — Земфиры. — Замороженными пальцами в отсутствии горячей воды… ууу… заторможенными мыслями в отсутствии конечно тебя… Это — его любимая песня. Она полностью описывает всю его сложившуюся ситуацию. Он бредёт по Большой Никитской улице, и, чувствуя безумный голод, видит перед собой ресторан. Он как-то бывал в нём и помнит, что тот изнутри выглядит просто чудесно и очень богато. Но цены там приемлемые. Он медленно подходит ко входу, подпевая словам песни, и резко на него вылетает мужчина. Антон чуть ли не падает, но вовремя отшатывается в сторону в недоумении. — Извини, малой. Не ушибся? — мужчина выглядит дружелюбно, но всё равно чем-то раздражает Антона. У него тёмные волосы и примерно трёхдневная щетина, а ещё карие глаза, что глубоко внутри парня огорчает. — Нет, — фыркнул он. — Ещё раз прости! — на ходу говорит старший и бежит к белой иномарке. Антон отходит наконец от двери и проходит внутрь заведения. К нему даже не успевает подойти официант, как он начинает высматривать свободные столики и натыкается взглядом на уже другого мужчину, который стоит спиной к нему и выходит из-за стола. Привлекает он парня тем, что сам одет довольно солидно. Рассмотреть получается только бежевое пальто с чёрными брюками и стильными белыми кроссовками под ним. А дальше всё происходит как в замедленной съёмке. Мужчина поворачивается и встречается взглядом с парнем. И всё резко переворачивается. Даже с такого расстояния им удалось рассмотреть цвет глаз друг друга. Неизвестно сколько они стояли в таком положении, минуту, две, пять… Но оба сразу всё поняли. Первым отошёл от шока Антон и кинулся в сторону мужчины. Тот тоже «очнулся», увидев приближающегося парня и расплылся в улыбке. Как же долго он этого ждал. По их телам прошёлся разряд тока, как только Арсений дотронулся до руки парня, сразу одёргивая её. — Ты… — Я. Мы. Как тебя зовут? — всё ещё с обворожительной улыбкой спрашивает Попов. — Антон. Я — Антон, я… — кажется, у юноши наворачиваются слёзы. — Тиш, тиш, тиш… иди ко мне, солнышко. Я — Арсений. — Арсений, — сквозь пелену слёз, прижимаясь к мужчине всем телом повторяет Шаст, — Арсений. — Антоша, — поглаживая парня по спине, волосам, лопаткам, да по чему только можно, говорит мужчина. Ему самому безусловно хочется рыдать, да так сильно, что он еле сдерживается. Наконец-то это случилось! — Я нашёл тебя… нашёл. — И я тебя нашёл, котёнок. Теперь всё изменится, ты мне веришь? — смотря в глаза любимого цвета спрашивает Арсений. — Верю, я верю, — так же завороженно отвечает Шаст. И всё правда изменилось. Теперь они каждый день видят перед собой те оттенки, по которым скучали столько лет, которых так жаждали. Да что там оттенки, того человека. Любимого человека.