Невозможные

Весь день Акачи посвящает учёбе, раз выдался шанс, правда острой необходимости у него не было – все задания всегда выполнены, в нужные места отправлены, доказательность есть. Хоть где-то пригодилась дрессура Кадзуми. Парня вновь отвлекают сообщениями одногруппники и старшие, кому он один раз на свою голову помог с зачётом. Зря он показал, что он умный. Хотя от халявного кофе или шоколадки в благодарность Акачи не отказывается, чем и сейчас его пытается выманить из дома надоедливый красивый парень с курса постарше. Однако сегодня и ближайшие дни из-за дружеской встречи с Ки он точно не сунется в универ. Вечером Хару вытаскивает сына из учебников на разговор, а тот явно понимает, что сейчас будет неприятно, поэтому поведение непроизвольно становится закрытым, как раньше. Оно объяснимо, но всё равно делает больно родным. – Нам в самом деле стоит это обсудить. Долго ты бегать явно не сможешь. К тому же, велики шансы, что вы будете работать вместе. Ужасная фраза заставляет парня жалобно заскулить и всё-таки выйти из комнаты. – Ладно-ладно. Акачи плюхается на диван, поджимая ноги к себе, в то время как родители садятся с двух сторон от него. – Что между вами произошло? Очень хотелось верить, что данный разговор не состоится вообще никогда, тем более по инициативе родителей. Хотелки разбились о вчерашнюю случайную встречу. – Я сглупил, – выдыхает он. – В прошлой организации он… Был моим другом, которому я безоговорочно доверял. Ки всегда был рядом, помогал, поддерживал. Особенно он был рядом после ситуации с «Цзун». Пояснять не нужно было, главы в курсе этого кошмара, поэтому продолжали слушать. – А когда я перешёл сюда… Он резко пропал. Как потом рассказала Кэт, на то были причины, но когда после ситуации с Юи он внезапно появился и извинился, то… Я наговорил немного лишнего на эмоциях. Тихий голос явно содержал в себе нотки сожаления, которое Акачи даже не пытался скрыть, заламывая пальцы. – Несколько раз я пытался с ним связаться, но всё безуспешно, он прям… Совсем ушёл. Кэт говорила, что передала мои слова, но… Видимо, они бесполезны. А его взгляд вчера… Будто ему уже давно наплевать. Сора слушал его внимательно, но на последних словах всё же решил поспорить: – Ему не может быть наплевать. Как минимум… Ты ведь не знаешь, куда делся Юи? – Нет?.. – Сора, – тихо стопорит его жена, но мужчина мотает головой. – Дело рук Ки. Он сам избавился от него, пользуясь сначала ударами, которые приходились на тебя. Если бы ему было всё равно, то он бы не стал этого делать. Спокойный голос заставляет на сей раз не расслабляться, а наоборот напрячься, хмурясь в непонимании. – Или ситуация после «Цзун». – Достаточно, – более настойчиво говорит Хару, но оказывается проигнорирована. – Та шайка исчезла не по щелчку пальцев. Этот кошмар, устроенный им от Ки, был у всех на устах, – Сора знал, что сейчас говорит довольно жёсткие вещи, но понимал необходимость рассказать. – Но он всё равно сделал так, чтобы ты не знал. Он всегда заботился о тебе, издалека, и всегда спрашивал у меня, как ты. У Акачи дыхание сбивалось от новой вывалившейся на него информации. Не выдерживая, он бессильно закрывает лицо ладонями, тихо скуля. – Я тогда вообще ни черта не понимаю… Почему? Почему он тогда так реагирует сейчас, если ему не всё равно? – Возможно, он в самом деле обижен… – А поговорить не судьба? Словами, через рот? – фырчит сам на себя юноша, с каждой секундой всё сильнее осознавая, что это его вина. – Я ведь даже не отказываюсь от слов, что облажался… – Поговорить и вправду стоит. Здесь уже будет зависеть от твоих действий. Сначала поругав, Сора всё же кладёт руку на спину сыну, мягко поглаживая его, дабы успокоить этот отчаянный взгляд, возвращение которого сравнимо для них с кошмаром. – И только вы двое можете это решить, никто другой. Вы же оба упёртые и вредные, – добавляет мужчина, разбавляя обстановку. Ки возвращается домой и довольно долгое время буравит папку взглядом. После чего тяжело вздыхает. В этот раз Акачи не было, но это не значит, что так будет всегда. Если эти двое решат его часто нанимать, не исключено, что рано или поздно им придется работать вместе. "Уже сложности", — пожаловался про себя Ки. Надо признать, что обидеть его надо постараться. Обычно, если его что-то задевало, он просто давал обидчику кулаком и они могли общаться дальше как ни в чем не бывало. У них даже с Кадзуми несколько раз было такое. Но чтобы заставить его перестать контактировать с человеком... Такое случалось всего несколько раз за его жизнь. Вспомнив лицо юноши на ринге, шпион мог лишь снова вздохнуть. Это он должен на него злиться за сказанное тогда, а не наоборот. Какого черта это было? Конечно, Ки понимал, что Акачи еще юн и, скорее всего, наговорил всякого в порыве эмоций, но нельзя быть ребенком вечно, надо научиться знать цену своим словам. К тому же, он тоже человек, почему он обязан выслушивать абсолютно все как ни в чем не бывало и не иметь права чувствовать что-то в ответ? "Ну и что мне с этим делать?" — спрашивает себя мужчина. Пусть после смерти Кадзуми Ки и похоронил почти все чувства, реабилитация все же смогла вытащить некоторые из них обратно, к тому же, прошел уже год. Нельзя сказать, что этого времени было достаточно, но ему уже было намного легче, хотя к "Хиганбане" это отношения не имело. Он все еще не был готов часто с ними контактировать, но вот с Акачи... Если он захочет при следующей встрече поговорить — шпион согласиться, но вот простит ли? Уже другой вопрос. Все же простить Ки все еще не был готов. Отбросив эти мысли, бывший военный погрузился в изучение содержимого папки. На удивление, содержание было хорошо структурировано, а к каждому материалу прилагался подробный, грамотно написанный анализ. Работа была проделана скрупулезная, дотошная. "Неплохо", — оценил Ки. К сожалению, автор составленного отчета указан не был. Жаль. Разобравшись с этим, мужчина проверил есть ли у него все необходимое, ведь он уже год не занимался подобной работой. Обнаружив, что все имеется, шпион посмотрел на часы. У него было полно времени до вечера. Перекусив и выпив лекарства, Ки отправился на тренировку. С кучей свободного времени мужчина записался на айкидо и дзюдо. Что позволило ему еще больше расширить свой репертуар. Пример тому было как он вчера опрокинул Акачи, а затем вышел из его захвата. Все это были его знания почерпнутые из айкидо. После тяжёлого разговора Акачи хотелось бы выйти покурить ближайшие несколько часов, чтобы всё переварить и как следует подумать, но ему мешало правило – в доме не курят, даже на балконе. Перечить он не собирается и никогда не нарушал правило, хотя сейчас особенно хочется. Заменяет ему вредную привычку игра, удовольствие которой он разделяет с отцом – тот оказался отличным противником, к тому же, хорошо знает, когда можно терроризировать младшего разговорами, а когда нужно дать время. Спустя пару раундов в перерыве Акачи спрашивает: – Есть шанс, что у нас будет парное задание? – Есть. Но только после разговора. Из вас должна быть слаженная команда, – скучно отвечает Сора, выбирая следующий уровень. – И то верно… – разочарованно выдыхает юноша, опуская джойстик в ожидании. Немного помолчав, мужчина добавляет: – Я предупрежу тебя, когда он придёт в офис. – Спасибо. Больше дня отсиживаться дома бесполезно, да и надо работать, поэтому на утро Акачи недовольно садится за своё рабочее место, начиная разгребать дела. Синяк прикрывает непослушная чёлка, которая сейчас ему очень даже нравилась своей длиной, хотя, в случае чего, он может просто не отвечать на глупые вопросы. К нему на стол падает личное задание на устранение, отчего парень грустно вздыхает и погружается в детали и досье. И его даже не удивляет, что жизнь решила пошутить над ним и отправить за человеком из нижнего района.