Шёпот убийцы

      День стоял пасмурный и тихий, удавалось лишь поймать отголоски проезжающих мимо машин, разрезающих воздух резкими звуками и разговорами из салона. И только чёрный автомобиль оставался в тишине, которая была необходима Алине и Арсению.       Девушка пыталась поймать ускользающие, с каждым годом все сильнее, воспоминания из детства. Хоть образ отца и всплывал почти каждую ночь и посещал беспокойные сны, нагоняя на нее чувство тревожности, но общие моменты из прошлого смазывались и расплывались все сильнее. Алине оставалось только хватать отрывки прекрасного времени, проведенного вместе с ним и сдерживать слезы, когда сквозь пальцы тонкой невидимой, но ощутимой нитью проскальзывали забытые взгляды, поступки и обещания.       После шумного участка и обрушившейся проблемы в лице капитана полиции спокойствие, царившее в салоне автомобиля, казалось подарком свыше.       И Арсений поддерживал его, понимая, что девушку лучше не трогать. Он пытался выстроить некое понимание, но оно, подобно хрусталю, красиво, резко и пронзающе больно разбивалось, соприкоснувшись с личными обидами на жизнь.       — Через два поворота налево, — произнесла Самойлова, всматриваясь в острые штыки кое-где заржавевшей ограды, скрывающей за собой тысячи жизни, чей путь оборвался в рыхлой земле.       Машина остановилась, мягко припарковавшись у входа в обитель мертвых душ. И до конца неизвестно, кто они — неживые и истлевшие тела, каждому из которых предназначена своя могильная плита, или родственники, чья часть души погибла вместе с близкими людьми.       Хлопнула дверца. Послышался звук блокировки автомобиля. Донёсся хруст гравия под кедами идущих.       Шаг, второй, третий. Алина всегда считала, наивно полагая, что упрётся в массивные тёмные ботинки, которые всегда так обожал отец. Потом поднимет удивленный взгляд и наткнётся на коричневую жилетку с несуразными зелёными пуговицами. Мужчина поднимет её подбородок одним пальцем и заставит расплыться в счастливой улыбке, собирая морщинки возле радостно усмехающихся глаз.       Через пару метров Алина действительно упёрлась в кого-то, чуть не теряя равновесие, и, поднимая глаза, столкнулась с синевой во встречном взгляде. Только принадлежал он далеко не старшему в их семье, а Арсению, который, заметив замешательство спутницы, отступил назад. Она даже и не заметила, когда Попов обогнал её, деля дорогу до могилы отца с беспокойством, сковывающим все тело.       Следователь сел на камень, вдалеке от надгробия, где красивым ровным почерком было выведено:

«Самойлов Олег Дмитриевич

11.07.1970 — 05.02.2019»

      Он сам всегда настаивал на рукописном варианте, считая печатный текст бездушным и не наполненным настоящими эмоциями.       Самойлова опустилась на колене перед слегка выцветшей надписью без фотографии.       3 года назад       — Алька, ты чего пришла? У тебя же день рождения, веселилась бы с Софой и Оксаной.       Уже 19-летняя девушка присела на металлический стул, из-за чего ткань платья красиво заструилась вдоль тела и опустила виноватый взгляд в пол, ведь в уголках глаз начали скапливаться слезы.       — Ну, ты что, моя девочка не должна плакать, особенно в такой знаменательный день, — мягко, но серьезно сказал Самойлов. — Как там Данька?       — Нормально, — отстранённо ответила дочь, перебирая складки одежды.       — Разбежались все-таки, — мужчина провёл рукой по отросшей бороде. — Ты из-за него такая смурная?       — Да нужен он мне, как не понимал меня, так ничего и не изменилось. Пап, лучше расскажи, как ты? Что-то известно из полиции? — в глазах девушки загорелась надежда.       — Пока нет, — развел руками Самойлов. — Но все образуется, правда штука горькая, но своевременная всегда.       — Даже если они будут молчать, я докопаюсь до истины. Я всё так не оставлю.       — Вот это настрой, молодчинка, — мужчина тепло улыбнулся. — Только не в этом деле. Не нужно тебе это, Алин. Я ещё могу постоять за себя, не переживай и матери не давай грустить. Как она, кстати?       — Завтра приезжает с командировки и сразу к тебе. А так скучает, мы все очень сильно скучаем.       — И я за вами, за нашими традиционными обедами и вечерними просмотрами старых фильмов, которые уже все выучили наизусть, — мечтательно сказал мужчина. — Дочка, пообещай мне кое-что.       — Всё, что угодно.       — Не приводи её завтра, не нужно. Придумай что-то, но пусть она не появляется здесь и сама не приходи.       — Почему?       — Помнишь, когда тебе было 5 лет, я говорил, что родным нужно доверять беспрекословно, ни о чем не спрашивая.       — Мне давно не 5 лет, а ты не в тех обстоятельствах, когда стоит что-то скрывать, — наконец подняла голову Алина.       Они так часто видятся, но этого времени катастрофично мало для обоих. С каждым днём отец стареет все сильнее, но всё также обезоруживающе растягивает губы в улыбке. Морщины давно покрывают лицо, но сквозь темные отметины, ссадины и складки видны ямочки на щеках. Отросшая борода и седеющие волосы уживаются с подвижными и вечно смеющимися глазами. А руки, охваченные тремором, всё такие же ловкие и быстрые, как в далёком прошлом.       Мужчина едва хмурится, усмехаясь действиям Алины — девочка точно пошла характером в него.       — Алька, не будь занудой, помоги мне в последний раз.       — Пап, я же.. — растерянно начала тараторить девушка.       — Знаю, солнышко, знаю. Просто доверься мне.       — Ладно, никого не будет завтра. Но обещай, что в следующий раз все расскажешь.       Мужчина грустно поднял глаза.       "Как он мог обещать то, в чем не был сам уверен? Как он мог заставлять страдать своих любимых людей? Как он мог так оступиться однажды, подвергнув всех опасности?"       Девушка же истолковала его молчание по-своему и, понимающе улыбаясь, напоследок сказала:       — Папуль, я люблю тебя, мы все тебя очень любим, ты даже не можешь представить насколько, — всё-таки слеза скатилась по её щеке.       — Поверь мне, представляю, — мужчина грустно окинул взглядом дочку, всматриваясь в силуэт напротив и пытаясь запомнить каждую деталь. — Алин, найди себе сильного человека.       — Я найду себе того, кто будет похож на тебя.       — Это чем же?       — Характером, отношение, суждением, силой воли и ещё много чем.       — Эх, а я думал цветом моих глаз. Твоя мама говорила, что из-за них и обратила на меня внимание.       — Неудивительно, она всегда любила море..       — Иди, Аль, иди. И помни, что я всегда рядом.       Туфли застучали по металлической лестнице, а поздно вечером еле принесли до квартиры.       Дверь долго не открывали, а усталость вперемешку с алкоголем давали о себе знать.       — О, пришла уже. Как отметили? — мама выскочила из душа, наматывая на ходу полотенце.       — На высшем уровне, — показала большой палец Алина. — А ты что-то потеряла?       — Да, телефон трезвонит уже третий раз.       — Вот же он! — воскликнула девушка, вслушиваясь в надоедливую мелодию и отвечая на звонок, переключая на динамик.       — Добрый вечер, Екатерина Валерьевна. Простите, что так поздно беспокою, но ваш муж скончался около получаса назад от сердечного приступа. Приносим свои соболезнования.       Так они и застыли. С мокрых кончиков волос одной женщины стекали холодные струи воды, а у глаз второй были видны разводы размазанной туши.       "Я никогда не позволю кому-то похожему на тебя быть со мной, иначе возненавижу его всем сердцем.." — третья горсть земли упала на закрытый гроб.       Настоящее время       — Пап, я каждый раз прихожу к тебе и не знаю, что сказать. Не знаю, чтобы ты хотел слышать о нас. У меня сейчас все так необычно в жизни. Ты говорил, что только в фильмах бывают счастливые случайности. И моя случайность совсем не счастливая, но такая необходимая. Ты как-то сказал, в нашу последнюю встречу, что все приходит вовремя, именно тогда, когда сюжет моей жизни зашёл в тупик. Судьба не скупилась на меня и познакомила в четверыми парнями. Они все такие разные, порой странные и сумбурные, но какие-то семейные что-ли. Тебе бы обязательно понравилось отзывчивость и искренность Антона, начитанность и мудрость Димы, поддержка и дружелюбие Серёжи. Помнишь, ты говорил, что тебе нравится загадка в людях? Так вот Арсений и есть человек-загадка. Ты бы точно смог разгадать его тайну, но а я пока что терплю фиаско. Если не скажу тебе всего, ты же не обидишься? Ведь мы семья, где доверяют беспрекословно и насовсем. Я очень скоро вернусь к тебе и все-все расскажу, как есть. И наше условие "не плакать" остаётся в силе, поэтому я уйду с улыбкой, как всегда уходил ты на работу, целуя меня в макушку. Жаль, что мне этого уже не ощутить..Я так скучаю по тебе..каждый день, каждый раз, когда, — Алина остановилась, зажмуриваясь и выдыхая холодный воздух. — Всегда, пап, всегда скучаю.       Она поднялась с колен, убирая завитки паутины на могильной плите и, обернувшись в последний раз, зашагала к месту, где расположился Попов.       Он был похож на одну из тех статуй, что неподвижно стояли в самом центре кладбища, словно безмолвные ангелы охраняли покой умерших. Глаза мужчины были устремлены на тёмное небо, руки упирались в камни, что уже давно оставили следы на ладонях. И лишь лёгкий ветерок ерошил его волосы и трепал одежду, пытаясь помочь мужчине очнуться от сна.       Самойлова бесшумно села рядом, не решаясь поднять глаза на следователя.       — Поедем?       — А ты хочешь?       Девушка неуверенно встретилась с "ледяным взглядом" мужчины.       — Ты хочешь всю жизнь обманывать себя? — пояснил он.       — Ч-что?       — Алин, не нужно прятаться, избегать реальности. Иначе однажды она свалиться тебе на голову и станет невыносимо больно.       — Тебе лучше не заходить за эту черту, — резко отрезала она.       — Боже мой, Самойлова, когда ты перестанешь быть такой упрямой, — мужчина сказал это без доли обычного раздражения, а с неким сожалением в голосе.       Девушка осеклась, смягчая тон:       — Я не особо люблю об этом говорить.       — Да я тоже не распространяюсь о личном, так что и в чужое не собираюсь лезть. Это был просто совет.       — Угу, — девушка поёжилась от налетевшего ветра.       — Можем приезжать сюда, когда захочешь. Ну до тех пор, пока ты под нашим контролем и позволяет загруженный график, — поспешил добавить Арсений.       — Спасибо тебе, — улыбнулась девушка.       — Не нужно, здесь не притворяются, здесь говорят открыто.       А ведь Алина ни капли не притворялась. Эта улыбка сама собой появилась на лице, отражая искренность, с которой сейчас говорила девушка. Это было настоящим проявлением эмоций без привычных насмешек с её стороны.       Возможно так повлияло место или "разговор" с отцом, но хотелось рассуждать открыто, не оголяя всей правды, не посвящая во все тайны, не подпуская слишком близко. Но завеса тайн должна была быть приоткрытой. Самойлова позволила этому случиться лишь на секунду, не потому что потеряла контроль над ситуацией, а потому что желала быть услышанной им.       "Только здесь и только сейчас, не более"       — Решил поучить меня? — спросила Алина, будто бы не хранила в себе круговорот разнообразных, противоположных её тону, мыслей.       — Не упускаю шанс. Раз уж так, могу задать вопрос?       — Задавай, — пожала плечами девушка. После посещения могилы отца она всегда чувствовал себя где-то за гранью окружающего мира, не подвластной времени, эмоциям и боли. Они кружились рядом, перестраиваясь в потоки суждений, но никак не затрагивали её. Правда позже всю бурю чувств Алина испытывала, уткнувшись в подушку поздней ночью.       — Почему его похоронили не в твоём родном городе?       — У папы было завещание, где он просил о том, чтобы похороны состоялись в Санкт-Петербурге.       — Вы часто здесь бывали раньше? — пытался выстроить логическую цепочку Арсений.       — Ни разу. Я сама задумывалась о таком решении, но так и не нашла ответа, смирившись, — Самойлова замолчала.       Мужчина, так и не дождавшись продолжения, хотел поменять тему разговора, но девушка прервала его.       — Ты прав, не смирилась, не приняла его смерть, — сглотнула она, тихо добавляя. — потому что побоялась жить без него.       — Но ты сейчас без него и каждый день, прожитый после его ухода из жизни, ты со всем боролась сама. Это уже кое-что значит, — рассуждал Арсений. — Нельзя навсегда удержать человека, как бы не хотелось.       — И что тогда делать, если он постоянно перед моими глазами? — наивно, почти шёпотом спросила Алина, смотря на мужчину, как на чудотворца, который по мановению волшебной палочки решит все-все проблемы. Ему был знаком этот взгляд, выхватывающий надежду на светлое будущее из воздуха.       — Я бы хотел тебе ответить, но так этого и не узнал. Глупо говорить про время, так что ответа у меня нет.       — Оно только притупляет боль, но никогда не забирает её насовсем, — кивнула Самойлова. — Папа говорил, что нужно искать тех, кто осчастливит снова, помогая перебороть все отрицательное, что скопилось в тебе. Хотя это так нечестно, свалить все на другого человека, ворваться в его жизнь со своими тараканами.       — А если у этого человека похожие проблемы?       — Есть такой на примете? — усмехнулась девушка.       — Нет, — от чего-то смутившись, ответил Попов.       — Жаль, я бы с ним поболтала.       — Врёшь?       — Вру. Меня тянет разговаривать об этом только с тобой, — честно сказала девушка.       — Потому что мне все равно на чужие чувства?       — Потому что ситуация располагает.       — Знаешь, то, что у него есть своё место теперь — хорошо. Ты можешь прийти сюда и говорить только для него и ему.       — Ты говоришь о тех, кто не похоронен на кладбище?       — Да.       — Но ведь можно говорить с ними всегда. Если эти люди близки именно для тебя, то они всегда где-то возле сердца, а значит готовы выслушать тебя в любое время. Выслушать, но не ответить — вот она роль ушедших, — озвучила свои мысли Самойлова.       Наступила тишина. Здесь она ощущалась по-особенному, не давила, не напрягала, а давала простор для мыслей, которые кружил ветер меж холодных глыб могильных плит.       Арсений рассматривал её лицо внимательно, пробегаясь такими светлыми и чистыми глазами по каждому миллиметру кожи, покрывшейся мурашками. А девушка смотрела в ответ, в первый раз за все время знакомства наблюдая его смиренным и кротким.       Наваждение, напавшее на этих двоих, разрушил звонок на телефон Родиона, чьё место должен был занять Попов.       — Да, — прочистил горло мужчина, делая свой голос чуть грубее.       — Через 2 часа будь на месте, — оповестил его неизвестный абонент.       — Где на этот раз?       — Возле клуба "Север", с западной стороны здания. Заказчик — стриженный паренёк в фиолетовой фуфайке. Отзывается на "Генри". Нужно сдать в течении 5 дней. Что с предыдущим товаром?       — Толкнул, — уверенно заявил фальшивый Родион.       — Отлично. Иначе перед боссом отхватывать будешь.       — Перед боссом?       — Совсем мозги пропил? А, ну да, тебе же не о ком беспокоиться, — бесстыдно произнес мужчина на другом конце. — Как обычно, в 19:00 жди у детского сада 17. До связи.       — Понял, — закончил разговор Попов, сбрасывая вызов.       — Уже? — спросила Алина.       Арсений кивнул, направляясь быстрым шагом к машине.       Наваждение совсем рассеялось, возвращая их к реальности, где каждый из них имел совершенно противоположные амплуа.       "То, что могло начаться на кладбище, закончилось тут же"

***

      — Как только встретишься с заказчиком, предупредишь нас, сильно не разглагольствуй, не напирай, — наставлял Позов, пока Серёжа закреплял подслушивающее устройство.       — Осталось загримировать, — оценивающе окинул взглядом тёмный спортивный костюм с объемным капюшоном Антон.       — Алин, может ты лучше, а то Арс мне все руки выкрутит за лишний мазок, — сказал он.       — Конечно, мне же легче их выкрутить, — нервно усмехнулась девушка. Она уже усмирила свои эмоции и снова предстала перед миром в своём обычном образе.       — Ты сможешь? — скептически отозвался Попов.       — Смогу, — отчеканила Алина.       Несколько взмахов кисточки, использованная палетка с тёмными тенями — и мужчина предстал в новом облике, смахивая на бездомного и побитого бродягу. Его было не узнать (без детального рассмотрения) с линзами карего цвета и в оборванном костюме.       — Обязательно свяжись с нами, не заглядывай в свою квартиру. Мы будем всегда на связи. Продержись, как можно дольше, но если запахнет жареным, сматывайся, — перехватил роль наставника Матвиенко.       — Ну что, первый раз что-ли? — смешно скорчил лицо Арсений.       — Поповский, ты нас услышал? Никакого самопожертвования и отклонения от нашего плана, — поддержал хвостатого Дима.       — А то вы меня не знаете, — фыркнул в ответ мужчина.       — В том-то и дело, что отлично знаем тебя и твоё ненормальное любопытство, — похлопал того по плечу Шастун.       — Все отлично будет, — мужчина повернулся в сторону Алины. — Запомнила?       Та кивнула, немного тревожно рассматривая уходящего. Всё-таки это было впервые для неё, так что волнение сейчас доминировало над всеми остальными чувствами.       Попов вышел из квартиры в сопровождении Димы.       — Удачи, Арс, не пропадай надолго, ладно?       — Ладно. И вы тоже..ну это..берегите её что-ли, — смотря куда-то в сторону, произнёс тот, пряча руки в карманы.       — Не бойся, мы своё дело знаем, — махнув рукой удаляющемуся мужчине, ответил Позов.