Гуль и демон

      Финальная битва проходила не совсем так, как могли предположить обе стороны. Потому что территория держалась на Четвёртой Высшей Луне. И что-то пошло не так. Всё словно схлопнулось. Все демоны и охотники оказались в ловушке. И перевес случился на стороне демонов. На сто лет они были запечатаны в клетке. Ояката-сама с остатками организации продолжали следить за ситуацией, но демонов больше нигде не было, поэтому было объявлено о гибели всех демонов и охотников в той битве.

***

      Юко Окумура не собиралась на охоту в ближайшее время. Это было спонтанное желание. Хотелось выследить какого-нибудь преступника и разорвать на части. Надо же выплёскивать накопившийся негатив, а не таскать его от работы до дома и обратно. Ночь вступала в свои полноправные владения, плавно вытесняя сумерки.       — Да мне сегодня везёт, — усмехнулась гуль, глядя с крыши трёхэтажки, как в подворотне напротив группка парней схватила двух девушек. Одной зажали рот тряпкой, вероятно, покрытой усыпляющим веществом, а другую обездвижили ударом по голове. Остальные слегка повозмущались, что их товарищ «портит товар», а потом потащили обеих жертв к грузовику, располагающемуся так, что с улицы сыгранного спектакля никто бы не увидел.       Окумура облизнулась, почуяв кровь, стекающую с затылка второй девушки, и глубоко вздохнула. Сегодня ей, по-видимому, предстоит побыть героем и спасти потенциальный «ужин» от плачевной судьбы. Всё-таки молоденькие девушки на вкус приятнее тридцатилетних мужчин. Впрочем, человеческое мясо, какое бы то ни было, почти всегда лучше сородича на блюде, так что не стоит ей жаловаться.       Стоило похитителям скрыться в грузовике и завести его, Юко с помощью кагуне как можно незаметнее приземлилась на крышу транспорта, прижалась всем туловищем к жёсткой поверхности, уцепившись не полностью выпущенным ринкаку за края, и стала ожидать окончания поездки.       Лисья маска хорошо защищала лицо от ветра, но девушке всё равно пришлось уткнуться носом вниз и придерживать капюшон на время пути. Когда они выехали за пределы города и пересекли мост, то снизили скорость. Окумура подгадала момент, чтобы спрыгнуть и скрыться в лесу, продолжая преследование на своих двоих. Когда бы ни была остановка, Юко хотелось в это время находиться в засаде, а не у похитителей под носом.       Грузовик повернул на проезженную неасфальтированную дорогу и через полторы мили достиг какого-то склада. Юко это не понравилось: вокруг был лес, но при подходе к зданию на несколько десятков метров ни деревца. Пока грузовик разгружали, девушка размышляла о том, чтобы уйти, ведь такие ситуации ей непривычны. Гораздо легче выудить в ночи какого-нибудь насильника и быстренько сожрать его на крыше или сделать запас на будущее. А тут…       Сидя на корточках, Юко пошатнулась и свалилась на спину. Земля тряслась. Девушка подскочила и вцепилась в дерево. Под ногами явно ощущались толчки. И хотя Окумура не является специалистом в области природных катаклизмов, она может с уверенностью заявить, что это землетрясение какое-то необычное: слабое, но чертовски пугающее. Решив, что это так параноидально на неё действует тёмное время суток, Юко проскочила мимо сонного мужчины, которого оставили за дежурного, скользнув рядом с машинами, и пролезла через небольшое незастеклённое окошко прямо под крышей. Девушка оказалась на верхней полке складского стеллажа и заняла позицию наблюдателя в тени между ящиками.       Здесь находится дюжина вооружённых людей, включая того, что стоит снаружи, и несколько коробок с девушками внутри. Юко присвистнула бы от размеров находки, если бы это не раскрыло её присутствие. Свет заморгал и потух. Преступники закопошились и сняли огнестрел с предохранителей. Кто-то пошёл проверять генератор.       Повеяло… голодом. Окумура растерялась. Если гуль не ест несколько месяцев, то от него пахнет примерно так же в гораздо меньших количествах. Этот же хищник не ел годами или даже десятилетиями. Юко помотала головой, отгоняя мысли о невозможном. Гули столько не прожили бы без еды. Так попросту не бывает.       Снаружи послышались крики и выстрелы. Юко сглотнула от страха и лёгкого голода. Вроде бы ела мясо какого-то офисного работника четыре дня назад, а тут надышалась запахом чужого голода и самой есть захотелось. Окумура сказала себе не испытывать судьбу и топать домой, пока нет голубей и, возможно, гуля-людоеда-каннибала. Она выбралась тем же путём, что и пришла. Слыша за спиной сначала дикие мужские вопли, а потом и слабые женские, девушка отдалялась и раздумывала, что это за чудище такое. Точно не Пожиратели — они слишком часто едят для подобного запаха. И это кто-то один — группа голодных гулей скорее пожрала бы сама себя, чем выискивала в лесу пропитание.       — Завтра по новостям покажут и узнаю, что там и как, — пробубнила Юко, пнув неизвестный ей гриб. — Если не захотят замять. Да, скорее всего, так и сделают. Это при наличии свидетелей следователи обычно вынуждены давать интервью, а так это, считай, никто и не видел. Ну, может, выживший и будет, но в полицию или к голубям преступник не пойдёт.       Следуя в сторону моста, Окумура успела миллион раз пожалеть, что вообще вышла сегодня из дома. Сидела бы перед телевизором и смотрела ужастики, чтоб нервы истрепать по-человечески. Так нет же, теперь иди, к утру до метро добредёшь.       Гуль замерла, почуяв недавний заметно ослабший голод, а через несколько мгновений оказалась прижата лицом к холодной земле и не могла выдавить ни звука от шока. Справа ощущалась непривычная пустота и нарастающее покалывание. Секунда, две — вскрик. Спину придавили ступнёй, не позволяя подняться. Ленты на затылке ослабли и маска слетела.       Тяжело дыша, Юко пыталась совладать с болью на месте оторванной руки. Окумура никогда не считала себя стереотипной неженкой среди гулей, которые из-за своего отрезанного пальца в обморок падают, но нечастые ранения из-за непривычки переносила с трудом. Даже сконцентрироваться на призыве кагуне не могла, потому что страшно. Юко слышала, как её конечность поедают.       — Что ты… такое? — послышался мужской голос сверху.       Звук чужих слов помог ей прийти в себя. Гуль призвала кагуне и попыталась проткнуть им нападавшего, но у неё даже задеть его не получилось. Поднявшись на ноги и ухватившись целой рукой за начавшую медленно регенерироваться рану, Юко посмотрела на «гуля-людоеда-каннибала» и ужаснулась. Шестиглазое покрытое кровью с ног до головы нечто мужского пола в, кажется, кимоно и брюках хакама. В нынешних реалиях её сбил с толку именно наряд. Потом она поняла, что самое выделяющееся здесь — это количество глаз.       — Кто ты? Ты гуль? Зачем ты напал на меня? На том складе было человек двадцать — достаточно, чтобы наесться! — возмутилась девушка, стараясь придать кагуне наиболее удачную для защиты позицию. Что-то подсказывало, что победить его у неё не выйдет, поэтому нужно просто выжить.       Собеседник отбросил недоеденную руку — Юко проводила её грустным взглядом — и, быстро преодолев расстояние, впечатал рукой голову девушки в ближайшее дерево. Окумура не понимала, почему не успела проткнуть или хотя бы оттолкнуть его. Отростки кагуне не слушались. Они… стали короче. Их отсекли.       — Тебе лучше… ответить, — тон у него не был доброжелательным. Хватка на девичьем лице усилилась, грозя вскоре выдавить хруст.       — Да хватит! — Юко хныкнула, слабо цепляясь пальцами в чужую руку. — На что ответить?! Повтори вопрос!       — Что ты? — голос не выражал ярких эмоций, так что девушке оставалось предполагать: злость, интерес, страх?       — Что я? Я гуль. Как и… — Окумура совершенно растерялась и почему-то немного успокоилась. — Разве ты не гуль? Что ты такое?       — Что это… за место? — он нагло проигнорировал вопрос.       — Япония, Токио, лес рядом с мостом суицидников, — процедила гуль, тщетно сжимая чужое предплечье и болтая ногами в попытках освободиться от хватки.       Он отпустил. Юко рухнула на колени и опустила лицо вниз, потирая ладонью болевшие места. Бежать смысла нет. Этот монстр её догонит. Забавно, люди считают гулей монстрами, а если уж для гуля это чудовище, то кем он предстанет перед людьми.       — Какой сейчас… год эпохи Тайсё?       Юко чуть воздухом не поперхнулась.       — Господин ископаемое, сейчас эпоха Рэйва. Со времён Тайсё уже и Сёва, и Хэйсэй сменились.       Окумура снова подумала о том, чтобы сбежать, а то не нравится ей что-то это всё. Инстинкт самосохранения и так работает через раз. Рискнуть или не стоит?       — Где здесь… переждать день? — порадовало, что нападать он пока не собирался. Едва заметно, но его тело расслабилось, не чувствуя угрозы.       — Там, откуда ты вылез, — буркнула себе под нос девушка.       Монстр недобро зыркнул в ответ. Юко почувствовала чужое недовольство и наполнилась возмущением. Это он ей руку оторвал и чуть череп не расплющил, а не наоборот. Проклятая эмпатия, мать её. Для удачной интеграции в человеческое общество пришлось выработать в себе это предчувствие. Работает с перебоями и действительно на сильных эмоциях и в определённых ситуациях — на слабых. Голод, боль, наслаждение и прочие состояния тоже включены в этот пакет. Да, Юко знает, что это не эмоции, но… это трудно объяснить. Просто зачастую их ощущение смежно с настроением.       «В приюте для бездомных? На лавочке в парке? Кто вообще пережидает день? Не вести же его к себе домой! В кофейню отвести, сказать, чтоб позаботились? Нет, опасно. С таким примечательным видом его сначала в реке прополоскать бы, а потом какому-нибудь гулю подсунуть», — Окумура медленно подползла к маске и подняла её, а затем двинулась к частично обглоданной конечности и приложила на законное место. К счастью, регенерация не стала гнуть свои правила и послушно прицепила руку к плечу. — «По-хорошему, от него следует избавиться. Он слишком опасен. Если бы он не видел моего лица, то можно бы сделать анонимный звонок, чтоб с ним следователи разобрались».       — Ладно, на один день к себе пущу, если пообещаешь не пытаться меня убить, — вывела компромисс, называется.       Мужчина — не всё же монстром его звать — внимательно на неё посмотрел, как будто предложение ночлега менее привлекательно, чем сожрать её на месте. Юко сглотнула, нехотя уговаривая себя набраться смелости на побег.       — Я принимаю… твоё условие, — таков окончательный ответ, как надеется Окумура.       Поднявшись, гуль тут же рванула с места. До подъёма первых соседей-жаворонков успеть добраться до дома не получится. Зато до рассвета ещё время останется. Весь путь по лесу, через мост, из одной подворотни в другую, от многочисленных крыш до открытого окна Юко ни разу не потеряла шестиглазого, хотя, честно, неоднократно пыталась. Девушке оставалось лишь гадать, во сколько раз он сильнее её.       — Стой здесь, а то всю квартиру мне кровью заляпаешь, — сказала гостю Юко с наполовину восстановившейся рукой и пошла в ванную умываться. — Вселенная решила, что я скучно живу, и подкинула мне древнего монстра-людоеда или что?       Далее Окумура выждала десять секунд и вернулась к шестиглазому с тем, чтобы застать, как её верный пушистик Уголёк трётся о чужие окровавленные брюки. Она бы простила, если бы он ластился к её покрытым кишками джинсам, но это — нет. Никакого кошачьего корма всю неделю. Будет есть человеческую пищу.       — Кота тоже не убивай, — как бы добавила к соглашению Юко и, позвав за собой, отвела шестиглазого в комнату, которую можно заливать кровью с потолка до пола — всё отмоется. — Раз уж ты из другой эпохи, во что я верю с трудом, но допускаю в теории, то объясню: это душ, это кран, это шторка. Горячая вода здесь, холодная — в противоположную сторону, — девушка сопроводила слова действиями. — Одежды на смену у меня нет, так что замотаю тебя в простыню или в две, — и, не дожидаясь ответа, ретировалась.       Уголёк тем временем слизывал кровь с пола. Шикнув на него, Юко достала тряпку и принялась за небольшую уборку. Через пару минут послышался шум воды из ванной. Порывшись в шкафу, она вытащила полотенца и простыни, сложила в корзину и понесла в ванную. Девушка приоткрыла дверь, поставила корзину, не глядя, и удалилась. Смотреть на своего потенциального убийцу как-то не тянуло.       В холодильнике лежал кусок мяса, который Юко поспешила съесть, а то ночью уйму энергии истратила и даже никого не выпотрошила. Кот получил ломтик сыра. Вышедший из ванной мужчина уже менее походил на монстра. Каким-то образом он завернулся в простыни так, что выглядел в них вполне деловито, серьёзно.       — Можешь занять диван, — Окумура, зевая, махнула рукой в сторону предмета мебели с его постоянными обитателями: несколькими подушками и пледом. — Поздним вечером отведу тебя кое-куда, где тебе помогут.       Юко старалась не смотреть в сторону гостя. Дома, конечно, спокойствие и уверенность на высоте, но лучше не рисковать своим ментальным здоровьем ещё сильнее. Потянувшись и сдержав зевоту, девушка уговорила себя устроить стирку. Кофта безнадёжно испорчена? Нет, она просто на пути превращения в безрукавку.       Поспать Окумуре удалось едва ли четыре часа. Солнце уже вовсю светило, так что гуль хотела впустить несколько его лучиков в квартиру. Потянуться к шторе не так давно зажившей рукой было ошибкой — шестиглазый снова схватил её. Никакой эпичности, только ужасающая внезапность из страшилок.       — Нет, — от угрожающе холодного тона Окумуру прошибло.       Сразу вспомнилось, как мужчина оторвал ей руку. Только в этот раз у неё были другие мысли: «Боже, это же столько кровищи будет, как я буду всё это отмывать?» Спасибо мозгу за то, что он справляется с пережитым на отлично. Лучше всё сводить к бытовому уровню, так проще избежать истерики. Эмоциональный всплеск сейчас не нужен никому, в этом она почему-то уверена.       Достав и свои, и чужие вещи из сушилки, Юко принялась за глажку. В пугающей тишине ей удалось вздремнуть. Неспокойный сон за отдых не проканал, так что остаток дня гуль провела за онлайн-развлечениями, которые едва ли помогли.       Час был поздний. Юко повела шестиглазого в ранее упомянутую кофейню. Их впустили через чёрный ход. Окумура вкратце пояснила ситуацию, опуская часть деталей. Шестиглазого отвели к управляющему. Гуль-официант предложил ей пока попить кофе. Юко растаяла. Правда, её смутило это «пока». Ей что, ждать это чудище надо?       Позже Йошимура попросил присмотреть за, как выяснилось, Кокушибо.       — Да он же… — хотела высказать своё недовольство девушка, но не стала.       Усталость и пережитый стресс давали о себе знать. Прохныкав о своей нелёгкой судьбинушке в третью по счёту кружку кофе, Юко вымученно посмотрела на менеджера, а потом на своего «подопечного».       — Пообещай, что не убьёшь меня, — нахмурилась Окумура.       — Ещё раз? — не понял условия шестиглазый.       — Не мне, Кокушибо, а Йошимуре-сану, — и выпрямилась для гордого вида. — Ему пообещай, что не убьёшь меня.       Мужчина повернулся в сторону управляющего и, глядя прямо в глаза, произнёс:       — Обещаю… не убивать её… без крайней необходимости.       Йошимура кивнул, принимая данное слово.       Окумура закатила глаза и махнула на присутствующих рукой. Чего она, собственно, ожидала?       Она даже не представляет, через сколько «ты слабее, значит, должна подчиняться» ей предстоит пройти. Если Кокушибо не съест новоявленную соседку, может, сделает сильнее? Главное, чтобы его сородичи внезапно не попытались влиться в общество гулей, иначе войны точно не избежать.