История Поющего мира: Песнь Заката

      Общий план был размытым и на первый взгляд не очень сложным. Однако по мере собирания информации всё оказалось на порядок сложнее. Силы наемников превосходили силы Закатных в пять раз (19 против 100), кроме этого имелась личная охрана особняка мэра, обнесенного семиметровой решеткой.       С шахтерами было также непросто, но они хотя бы не собирались действовать в ближайшую неделю. И это давало хоть какой-то простор для действий. Особенно Анее, она собиралась переманить шахтеров на сторону повстанцев Заката и попросить их о помощи в избавлении от наемников.       Информация из полицейского участка постоянно поступала от Лиама и Иэль. Вдобавок, они один раз проникли в сам особняк мэра и доложили обстановку. После этого Аиграль и еще один, вроде Проливной дождь, стали часто туда наведываться. В итоге пришлось отложить все на время после Нового года. Смещение даты всех угнетало. Никому не нравилось то, что день, когда через врата пройдет рота Центральной армии Объединенных сил Паверис, приближался куда стремительнее, чем им хотелось.       В день Нового года Элия и Алет отправились в ближайший лес, узнав о снотворце – траве, которая усыпляла людей. Она выделяла особый газ, который и пошли собирать двое повстанцев Закатами. Вооружившись железными флягами и рюкзаком, они отправились в лес. При этом маг попросил Эванс переодеться в женское платье и притвориться девушкой. Сам он надел обычную одежду афилийцев, дабы не привлекать внимание, но все равно на всякий случай повесил меч на пояс. Эля спрятала кинжал под юбками платья, которое спускалось чуть ниже колен.       Алет, зайдя по глубже в лес, научил ее создавать воздушные пузыри вокруг головы, чтобы не дышать снотворным газом и научил примитивным приемам воздушной магии для сбора газа во флягу. Убедившись в готовности ученицы, они отправились на поиски травы.       Тем временем в доме Вильнуса.       - Куда ты снова собрался, Хрустальный звон? – с лисьей ухмылкой спросила Анея.       - Туда же, куда и вчера, - невозмутимо ответил желтоволосый парень, натягивая сапоги.       - Командир оставьте его. Вы же знаете, что он не состоит в продолжительных отношениях с девушками, - явно шутя, улыбнулась Азриель. – Пусть ходит в публичный дом, если ему нужно.       - Не могу поверить, что слышу от тебя такие слова, Азриель, - серьезно сказала Аитуно и снова взглянула на парня. «Ну да, он симпатичный. Наверное, девушки на него просто вешаются. Даже несмотря на то, что у него длинные волосы, интересно, если он их распустит…распустит…» - Анея подбежала к нему и стянула резинку с волос. Желтые волосы упали на плечи и дошли до края лопаток.       - Коман… - попыталась остановить ее Азриель.       - Командир, что вы делаете? – с недоуменным выражением лица повернулся к ней Хрустальный звон. Желтые глаза, ярче, чем у ее знакомой мастера Полета, лицо правильной формы и отличное телосложение. Да, он определенно был красив.       - Тебе так больше идет. Я имею в виду с распущенными волосами. Раз уж ты собрался в Публичный дом, то лучше так… - кивнула Аитуно.       - Что?! – Хрустальный звон неожиданно покраснел. – Неужели вы думаете, будто я…       - Иди уже, иди. Только вернись к трем часам ночи, - попросила Анея.       - Ладно, ладно, - устало вздохнул парень. – Все равно без меня вам не придумать нормальной стратегии, куда я денусь?       - Верно, так что возвращайся, - высказала просьбу Азриель, мягко улыбаясь.       - Конечно, - серьезно кивнул он и вышел из дома.       - Надо же я и не заметила, как он подрос, с тех пор, как присоединился к нам, - сказала Анея, ни к кому конкретно не обращаясь. – Интересно почему он пошел в Публичный дом днем? Я думала, что туда ходят вечером.       - Может быть, у него еще дела есть, помимо этого, - предположила Азриель, сжимая руки в замок. – Кстати, я думала, что подобных заведений нет в подобном государстве.       - Ты права, не должно быть. Девушек-адсимийцев казнят, если кто-то узнает об их распутстве и тем более возможности зарабатывать на этом. Но в этом публичном доме и не живут афилийки. С другой стороны, мужчин адсимийцев также казнят за неверность, поэтому туда и не ходят адсимийцы. В общем, этот дом появился из-за количества мигрантов и путешественников между странами. Они портят нравственное воспитание адсимийцев и испытывают их на терпение и вежливость.       - Вот как…смотрю, вы, оказывается, много знаете о публичных домах, - улыбнулась Азриель.       - Это часть моей работы, - серьезно ответила Анея. - Никто просто так не попадает в публичный дом, каждая девушка там хранит печальную историю, и многие из них страдают.       «Интересно, может он ищет ее?» - спросила сама себя девушка, не слушая Анею. Через пару минут она спросила, стараясь перевести тему:       - Вы с мистером Томпсоном уже скоро выходите?       - Да.       Элия и Алет собирали снотворный газ несколько часов. Переходя с одного места на другое, они заполнили несколько железных фляг густым туманом, но этого все еще было недостаточно для усыпления большого количества людей. Поэтому они решили разделиться и в определенное время встретиться у высокой серебристой ели около опушки.       Эля давно не гуляла одна по лесу. И этот лес отличался от того, который рос в окрестностях Каллии. Он казался более мрачным и сухим, под ногами все трещало и хрустело, часть деревьев преграждала путь, и приходилось перелазить через стволы и ветки. Здесь росло много колючих кустов с неизвестными ягодами, а в их тени прятались лекарственные травы.       Девушка вспомнила, как она с Ольвией собирала травы, из которых потом знахарь готовила таблетки, мази, припарки, настойки, отвары и другие лекарства для помощи больных.       «Интересно, как у нее дела? Прошло уже больше месяца. Время пролетело так быстро и незаметно. Наверное, из-за путешествия по стране», - вздохнула Эля. Как странно, ведь еще месяц назад она училась в академии, прикрываясь именем Эллан, прикрываясь родственными узами с Ольвией. Всем тем, чего на самом деле не существовало. И Эйприс с Эйпри…они, возможно, никогда ее не простят, и когда всплывет правда о том, что Эля присоединилась к повстанцам Заката, еще и возненавидят.       «Какое тяжелое чувство, ужасно тяжелое, не хочу быть ненавидимой ими, никем из них, ни Эйприсом, ни Эйпри, ни Роем, ни Ольвией…ни Дэром. Как же тяжело произнести его имя, хоть и не так трудно, как Ольвии. Так и знала…это все потому, что у меня есть возможность искупить вину перед ним. Я не чувствую себя такой виноватой по отношению к нему», - Эля глубоко вздохнула и выдохнула.       В лесу было действительно мрачновато и прохладно. Все же уже конец августа. Даже плащ не помогал согреться. «Осень наступает, следом за ней зима…не люблю зиму», - попыталась отвлечься от мрачных мыслей девушка: «Леондар и Лиам родились здесь. Но никто из них не ностальгирует и не волнуется, глядя на дома и улицы в стиле афилийцев. Создается впечатление, будто у них к Афиле нет никаких чувств. Но ведь это странно! Леондар назвал себя преступником…и несмотря на это, он ведет себя как обычно и ничем не выдает эмоций. Может быть подобное поведение у него вошло в привычку. В привычку скрывать боль и переживания, чтобы никто, и в особенности Лиам не волновались о нем», - Эля покачала головой. Она пыталась настроиться на веселый лад и вот что из этого вышло.       Все из-за мрачной атмосферы леса!       Вдруг что-то обвило ее ногу. Ощущение напомнило, как иногда Янтарь трется об сапоги. Но вот только он сейчас в доме Вильнуса, а Эля глубоко в лесу. Вдруг все ее тело опутали лианы, она закричала, но тут же умолкла, упав на землю.       Как выяснили повстанцы Заката, шахтеры собирались в шахте, где их меньше всего можно заподозрить. К тому же они выбирали места поближе к поверхности и более широкие, напоминавшие гроты, где могло собраться несколько десятков человек. Пробраться туда не составило труда, как и собрать информацию об их планах, а вот переубедить оказалось тяжело.       На удивление Анеи мастер или главный среди шахтеров оказался упрямым человеком. Со всей неукоснительной вежливостью он отказался даже встретиться с ними. Поэтому оставался только один выход: прийти на собрание шахтеров. Чтобы слиться с толпой пришлось натянуть плащ и каску со светящимся кристаллом. Два командира встали поближе к стене и стали ожидать начало собрания.       Постепенно грот заполнился людьми. Они полушепотом разговаривали о том, что происходит наверху и роптали на мэра.       «Отлично подобрано время – конец вечерней смены», - подумал Дрим. Через несколько минут на огромный валун встал мужчина – мастер шахтеров. Анея тут же его узнала, пусть и виделись они один раз. Когда Закатные только проникли в деревню вместе с Хелифом и Элей, этот человек остановил их на центральной дороге и начал расспрашивать. У него было широкое лицо с бакенбардами и черные волосы, убранные в хвост назад в нескольких местах, перетянутое резинками.       «Похоже, вежливость уступила месту заботе о жителях деревни. Раз он стал беспокоиться о незнакомцах», - ухмыльнулась Анея. Ей начинал нравиться этот Мастер.       - Всем добрый вечер и спасибо, что пришли сегодня на наше собрание. Должен сообщить, что оно последнее в этом году… - кажется, никто не оценил его шутки. Все молчали. – Следующее собрание случится лишь в новом году… - и снова тишина. – Поэтому я должен выразить вам благодарность: в этом уходящем году вы проявили поистине мужественное терпение и понимание, я благодарен вам за это и за то, что вы решили доверить свою судьбу мне. Я в свою очередь постараюсь оправдать ваши ожидания.       - Да, и какие же ваши ожидания?! – не стерпела Анея. Она наплевала на весь этикет и нагло заявила вопрос во всеуслышание. Неудивительно, что все тут же обернулись на них с Дримом.       - И ты называешь это переговорами? – прошипел рядом командир второго отряда.       - Прошу прощения, - недоуменно переспросил мастер.       - Я повторю: какие ваши ожидания?! Чего вы хотите?! – громко спросила Анея. Она вышла вперед, и шахтеры посторонились, давая ей пространство.       - Кто вы такая?!! – возмутился мастер.       - Мы с вами знакомы, пусть и очень поверхностно, - она сняла каску, отключив кристалл со светом, стянула с себя капюшон и посмотрела прямо на афилийца.       - Да, весьма поверхностно. Как я и подозревал, вы не просто пришли навестить друга.       - Верно. Я пришла сюда со своими друзьями, чтобы помочь вам остановить то безумие, что творится в городе! – твердо объявила Анея.       Шахтеры оценили ее слова, как хорошую шутку, гораздо лучшую, чем про последнее собрание в этом году. Гвалт стоял невыносимый. Но девушка смотрела только на Мастера, который в отличие от остальных не заливался смехом. Он понимал, что для таких заявлений требовалась определенная смелость, ведь Анея была раза в два ниже оппонента.       «Как я и думала, ты мне нравишься», - усмехнулась она.       - Меня зовут Анея Аитуно! – выкрикнула бывший мастер Стрел.       И гвалт тут же превратился в невообразимую тишину, перешедший в ропот. Везде повторялось: «Да!?», «Не может быть!», «Она же ушла к Закатным!» и все в таком же духе.       - Значит, вы и есть Анея Аитуно из повстанцев Заката?! – пытаясь сохранить самообладание, поинтересовался мастер.       - О! Вы правильно произнесли название! – широко улыбнулась Анея. – Да, я из повстанцев Заката.       - Но вы разбойники!       - Убийцы!       - У вас нет чести!       - Вы и нашу деревню хотите уничтожить?!       Разносились повсюду голоса. «И это называется вежливый и спокойный народ. Похоже, их изрядно довел мэр. Интересно, как ей удавалось сдерживать их все это время?» - любопытствовала про себя девушка.       - Это всё не правда!!! – воскликнул Дрим. – Мы не разбойники и убийцы! Мы пришли защитить вас и не желаем причинить вам вред! Вы хоть немного слушаете?! Если бы мы были разбойниками, мы бы обращались не к вам, а к вашему мэру!       - Верно, - раздался голос мастера. – Если бы вы искали выгоды, вы бы обратились к мэру. Ну и как вы собираетесь нас спасти?! – в его голосе слышался сарказм, но он хотя бы заинтересовался их предложением.       - Точнее не мы вас спасем. Мы вместе спасем Клестзир. Мы сможем обезвредить мэра и его личную охрану. Прямо сейчас повстанцы Заката готовятся к этому. Однако нас всего девятнадцать человек, в то время как наемных разбойников мэра около ста. Нам не справится со всеми. Поэтому я прошу вас оказать нам поддержку, при этом, не выступая напрямую против самого мэра.       - Нет! – тут же отказался Мастер.       - Вы не понимаете! – хотела возразить Анея.       - Они и не поймут, - мягко произнес парень в плаще.       В который раз весь зал утих. Никто не заметил новую фигуру возле мастера Стрел.       - Что ты здесь… - удивленно произнесла Аитуно.       - Командир, вы совсем себя не бережете, - покачал головой парень в плаще. – Вы связки надорвете, однако до них не дойдет ни одного слова из ваших уст. Не хотите же вы стать похожей на одного моего знакомого мастера Полета? – улыбнулся Леондар, снимая капюшон.       Его неожиданно появление оказало более сильный эффект, чем, когда Анея назвала свое имя. Как только все осмотрели нового незнакомца и признали в нем Леондара Касса, шахтеры сразу прижались к стене грота. И вокруг Аитуно и Касс освободилось огромное пространство. Даже Мастер не устоял перед его видом, спрыгнул с валуна, создав небольшое землетрясение для повстанцев Заката, и зашел за него. Будто за щит.       - Что ты здесь делаешь? – без капли вежливости спросил мастер подземной шахты. Он старался казаться невозмутимым, но в его басовом голосе мелькали искры страха.       - Я решил помочь моему командиру убедить вас принять нашу помощь и оказать свою, - замысловато выразился парень, улыбаясь.– Я не хочу, чтобы она надорвала связки, пытаясь достучаться до людей, которые не будут слушать ее. Однако должен отдать вам должное, вы хитрее других афилийцев, Ирин Лэндсфилд. Вы якобы согласились выслушать командира Аитуно, а сейчас отказались, верно? Вы даже не услышали ее слов.       «Что?» - удивилась девушка.       - Ты прав, Леондар Касс. Но неужели ты думаешь, что твое появление хоть что-то изменит? – теперь даже мастер разговаривал в грубой, не естественной манере для афилийцев.       - Оно уже изменило. Вы слушаете меня, непроизвольно, конечно. Вам приходится быть внимательными ко мне, ведь вы боитесь какой-нибудь моей выходки, верно? – мягко улыбнулся Леондар.       - ТЫ! Ты враг государства Афилы! Ты преступник и должен быть казнен! – бросил ему мастер.       - Я не собираюсь умирать от ваших рук. Мне есть ради чего жить! И государство Афилы в том числе! – с жаром объявил Леондар, сжимая руки в кулаки. Его била дрожь и щеки раскраснелись, будто от бега.       «Его лихорадит!» - только сейчас заметила Анея, встревожившись: «Он упорно делал равнодушный вид все это время. Но ему не может быть все равно! Это же Леондар!».       - Наше государство?! Несмотря на то, что ты предал его? Посеял смуту в нем?! – накричал на него мастер.       - Да, я всего лишь хотел помочь моей родной деревне, которая страдала сильнее вашей! - ответил Леондар, сжимая кулаки. – Вы ничего обо мне не знаете, однако верите тому, что написано на бланке розыска. Вы отказываетесь признавать себя слабыми, даже решили устроить восстание. И с чего вы его начали?! – с укором спросил он. – С поздравления с наступающим Новым годом! Новый год будет таким же, как и этот, если вы не изменитесь! Но, даже поднимая восстание, вы не меняетесь, ваша форма мышления остается такой же! И поэтому даже следующий мэр одурачит вас! И даже уже не вас…если вы устроите восстание, вы все будете мертвы или за решеткой.       - ЧТО? Ты хочешь сказать…       - Сюда идет рота Центральной армии Объединенных сил Паверис. Восстание тоже находятся вне закона, как и то, что сейчас делает мэр. Поэтому если вы совершите то, что хотите, мы ничем не будем отличаться. Каждый из вас по закону станет преступником, таким же, как я! Предателем страны! Сеятелям смуты! И ради чего вы это сделаете?! Даже не ради страны или ее блага, а лишь чтобы улучшить свою жизнь.       Этот факт ошеломил толпу.       «Неужели, они, действительно, не догадывались?» - удивилась Анея. «Каким же надо быть идиотом, чтобы… нет, Леондар правильно сказал, все из-за формы их мышления. Они думают, что Афила – это Адсима, даже спустя пятьдесят лет после ее реформации. А Адсима – мир, в котором желание толпы – желание правительства.       Однако это больше не так, и они этого не понимают», - тяжело вздохнула девушка. «Как я и думала, ты лучше всех понимаешь соотечественников. Несмотря на прозвище: предатель и враг своего мира, Леондар Касс» - мягко улыбнулась командир.       - Восстания запрещены законом уже семь лет. Вы будете такими же преступниками, как и я. Станете тем, кого вы так рьяно сейчас осуждали, - повторил парень, чтобы они до конца поняли. – Однако если вы не сделаете этого и поможете нам, ваши действия не будут выглядеть как восстание, лишь как самооборона - изгнание разбойников из деревни.       - Но вы-то пойдете против мэра!       - Мне не привыкать идти против здешнего правительства, повстанцем Заката и подавно, нам ничего не будет. Мы уже вне закона. Мы преступники и сеятели смуты. Поэтому даже если мы обезвредим мэра и поможем ему сесть за решетку, все будет в порядке, - сказал с горькой усмешкой Леондар. – Я и, правда, преступник, я сам считаю себя таковым. И я знаю, чем заканчиваются подобные глупые восстания. Поэтому я искренне желаю, чтобы вы одумались, ведь часть из вас погибнет, а другая окажется в тюрьме до конца дней. Я не хочу этого! – Лицо Касс преобразилось, оно дышало отчаянием, болью, сочувствием и желанием помочь. – Пожалуйста, подумайте!       Шахтеры переглянулись. Они не могли не услышать в словах преступника зерна разума и правды. Ирин Лэндсфилд тоже задумался о происходящем, он не желал признаваться в наивности, поскольку не думал о чьей-либо смерти и искренне верил в бескровную победу. Тяжелый взгляд упал на лицо бледного, худого и высокого Леондара.       «И он думал также, когда хотел помочь деревне?» - невольно всплыл вопрос в голове мастера: «Значит ли это то, что я думаю, как самый страшный враг правительства Афилы? И если да, тогда справедливо ли обвинение, выдвинутое против него?» - рассуждал Ирин, затем тяжело вздохнул.       - Нам нужно обдумать ваши слова, мистер Касс.       - Конечно, - облегченно выдохнул Леондар и расплылся в улыбке.       Анея чувствовала огромный прилив гордости и благодарности к нему. Возможно, если бы Леондар не решил последовать за ними, им бы не удалось хотя бы заставить их задуматься.       - Лиам, тебя что-то беспокоит? – поинтересовалась Иэль, шагая рядом с другом по одной из улиц Клестзира. Иэль была очень маленькой, и она, попав в этот шахтерский город, чувствовала себя куклой, с которой могли играться люди-великаны.       Неприятное чувство.       - Кажется, брат отправился за Командиром номер 1 и Командиром номер 2 к шахтерам, - сказал парень, глядя, как Иэль прыгает по дороге.       - Не волнуйся, твой брат сильный. Иногда мне кажется, что он сильнее даже Алета и Хелифа, - беспечно отозвалась девочка. – В любом случае он сможет постоять и за себя, и за наших командиров, верно?       - Верно, - мягко улыбнулся мальчик, протягивая руку. Иэль без колебаний взяла ее и перестала прыгать. – Так-то лучше, вдруг ты упадешь и повредишь себе что-нибудь.       - Это вряд ли, я тоже сильная! Какой-то дороге меня не победить! – серьезно похвасталась девочка с огненными волосами. Касс рассмеялся и потрепал ее по голове.       - Да, да, дороге тебя не победить. Она ведь даже не умеет сражаться.       - Не шути со мной, Лиам! – покраснев от смущения, начала дерзить Кармен.       - Только с тобой я могу шутить в любое время, - серьезно произнес он, сжимая крепче ее ладонь, и снова повеселев, добавил: - Ведь только ты можешь совершать такие глупости.       - Ах ты!!!!