на плече засос, а чуть выше глубокие порезы.

—не надо, молю.. больно! —а мне плевать, что тебе больно. ты заслужил, жалкое подобие шлюхи, —прошипел, смотря прямо в глаза, все сильнее сжимая тонкие пальцы на шее юноши, что сейчас безрезультатно пытался хотя бы ослабить мертвую хватку, проникающую своим холодом глубоко в Эдгара, заставляя ёжиться, ощущая, как каждый его орган переворачивается и от этого всего хочется блевать, но нельзя–Фэнг накажет. —Фэнг, прошу.. —уже хрипел, не в силах как-либо отбиваться от, вроде бы, по-немногу успокающегося парня. —ладно, —и мгновенно ослабил хватку, от чего челкастый тут же упал, ударившись головой о бетонную стену и жадно глотая ртом воздух, —вставай, я хочу расслабиться, —безразлично кинул, отводя взгляд в сторону, —живо, —уже строже. —хорошо, —уже приготовился к своей участи и с большим трудом встал, неуверенно смотря в глаза своему парню, —только... —что еще? —грубо оборвал его синеволосый. —можно не так.. грубо, как в прошлый раз.. у меня до сих пор зад болит.. —и кажется, сказал это он очень зря. синеволосый лишь хмыкнул, и, как Эдгар уже мог понять, его просьба ему аукнется. резко впился в искусанные донельзя губы и подхватил младшего под зад, аккуратно идя в спальню. небрежно кинул его на кровать, наваливаясь сверху, одаряя быстрыми поцелуями и укусами шею, ключицы и плечи эмо, вымогая тихие и нежные стоны, растворяющиеся во тьме комнаты. Эдгар, он... он всегда, рядом с ним, такой нежный и маленький. это никогда не нравилось ему самому и всегда его парню, старше его на 4 года. синеволосый хотел бы бережно относиться к столь великолепному хрупкому телу, подобно вазе из легкоразбивающегося хрусталя, но его бесконечные приступы злости, которые он срывал на бедном парне, не позволяли делать этого. он ненавидел это в себе. хотел выцарапать, вырезать, и даже пробовал. как итог, Эдгар еще недели две не мог отойти от увиденного на кухне, поэтому постоянно у него случались какие-то истерики при виде крови или каких-то телесных повреждений, а Фэнг пару месяцев пролежал в больнице, а когда вышел, не узнал своего мальчика:его синяки под глазами стали настолько большими, что казалось, будто это такая большая дыра для глаза, а не кожа, а его психическое состояние... длинноволосый пожалел, что родился на свет. все привело к тому, что у челкастого теперь есть свой психолог, к которому он еженедельно приходит на прием, но, конечно, не говорит про домашнее насилие. этот итог вполне устраивал обоих, но недавно старший стал замечать порезы и раны на теле возлюбленного, и даже спрашивал, на что получал сухое:«да ничего такого. », но он сразу понял, что замешан в этом. он пытался его отгородить от этого, но все тщетно – Эдгар постоянно находил, чем себя резать. в основном раны появляются на левом плече (прямо рядом с засосами, которые так часто ставит азиат ему) и правой ягодице. он его ругал, говорил, кричал и т. д., но все бесполезно. это добавляло горечи во всю ситуацию. синеволосый не любил церемониться в сексе, но иногда, если хотел побаловаться, то мог немного и поласкать своего парня, и это было слишком приятно и будоражаще – когда твое тело и каждый изгиб полностью выцеловывают, кое-где кусают, частенько нашептывают всякие пошлые фантазии на тему того, как, где и когда его будет иметь длинноволосый, причем во всех подробностях–это невероятно заводило эмо, заставляло бабочек в его животе сходить с ума, играться внутренностями, заставляя елозить по всей кровати, желая что-то с этим сделать. очень быстро он оказался нагим. старший легонько надрачивал Эдгару, потому что если возбужден лишь один человек, то уже не так интересно и вообще ощущения не те, как длинноволосый часто говорил, если тот его спрашивал. —мх, Фэнг.. —часто выстанывал, вместе с тем выгибаясь навстречу тонким пальцам с грубыми мозолями, что дразнили его. —поворачивайся, —велел синеволосый, попутно скидывая оставшуюся одежду с себя. бесприкословно выполнил, встав на четвереньки и прогнувшись в спине, ожидая чего-угодно, но только не растяжки, а после сладостных размеренных толчков внутри. на удивление, Фэнг его растянул, но после было больно. старший резко и сразу на всю длину вошел в хрупкое тело, начиная двигаться, от чего младший вскрикнул, комкая в кулаках простынь и зажмуриваясь. тот грубо засунул два пальца свободной руки в его рот, а эмо подчинился и стал их лизать так, как хотел этого парень. —мм, Эдги..—прорычал Фэнг и ускорился, очевидно довольствуясь тем, что Эдгару неприятны эти движения, но нужно было терпеть. то, что сейчас испытывал челкастый, невозможно было описать:что-то похожее на смесь нездоровой любви к своему насильнику и чертово унижение, которое он терпит каждый день, после всего этого, втайне обещая себе сбежать от него. но каждое гребаное утро он просыпается рядом со своим мучителем и ненавидит себя за слабость и глупую любовь к такому жестокому человеку. длинноволосый вскоре уже беспощадно вколачивался в тело стонущего под ним юноши, и тот чувствовал, что уже скоро его парень будет на пике. —сука, —толкнулся особенно сильно и глубоко, кончая в удивленного Эдгара, а после оргазма плюхаясь на кровать рядом с ним, пытаясь отдышаться. темноволосый лишь осторожно, без резких движений свернулся калачиком, как беспомощный кот, чуть дрожа от наступившего холода и неприятного жжения в районе зада. иностранец, заметив, что ему холодно, чуть помешкался, но все же накрыл его теплым одеялом, прижимая к себе покалеченное, тяжелодышавшее тело, и тот снова стал извиняться перед своим мальчиком. в мыслях, конечно же. после того, как эмо прижался к тому, кто его всячески унижает и избивает, у Фэнга все сжалось внутри от чувства, что тот, хоть и боится, надеется на его защиту. стало очень стыдно, но он обнял его лишь сильнее, подавляя чувства. ***** —о, Эмз! —послышалось где-то в гудящей и шевелящейся, словно червяки в банке, толпе и девушка увидела тонкую руку в черном свитере, отчаянно махающую ей. —выходи сюда! —крикнула в надежде, что он услышит и чуть отошла от бушующих людей в более тихий уголок. наконец она увидела подходящее к ней бледное и сейчас искренне улыбающееся лицо друга, и она улыбалась в ответ, до тех пор, пока не увидела синяк на щеке парня, уже подошедшего к ней. —привет! —он сразу же набросился на нее с объятиями, но она чуть отстранилась, —что такое? —откуда это? —она, чуть касаясь сине-фиолетового синяка на его левой щеке, с тревожностью посмотрела на него, в свою очередь сглатывающего ком в горле, —это опять он? —уже прошептала, —пожалуйста, скажи правду! я же не из чистого любопытства спрашиваю! —тут девушка-зомби не сдержалась и чуть прикрикнула на сжавшегося парня, были видны хрустальные слезинки в ее глазах, что так и норовились полететь вниз, по нежно-фиолетовым щекам. —да, —очень тихо, но достаточно, чтобы слово долетело до получателя, и стыдливо опустил глаза вниз. —боже, Эдгар.. сколько я тебе раз говорила уйти от него? и сколько раз ты меня ослушался? пожалуйста, пойми:я не желаю тебе зла, я не хочу разлучать тебя с «любимым».я лишь желаю, чтобы у тебя были здоровые отношения и нормальный, любящий парень! —Эмз, ну не начинай! я сколько раз тебя просил не вмешиваться в мою личную жизнь? сам как-нибудь разберусь! —плюнул он, закатывая глаза. —если ты не уйдешь от него, то я накатаю на него заяву! —неожиданно рявкнула лучшая подруга, заставляя Эдгара впасть в ступор. —ч-что? —больше повторять не собираюсь. —ты понимаешь, что мне даже идти некуда толком?! куда я пойду?! у меня денег даже нет! —стал кричать в ответ. —а сколько раз я предлагала тебе пожить у себя?! у меня ведь никого нет, я одна! что тебе мешает? некоторые прохожии смотрели на них с недоумением, но им двоим было глубоко плевать, ведь сейчас куда важнее было убедить друг друга в своей правоте. Эмз никогда так сильно не ругалась со своим лучшим другом, как последние 5 месяцев, что Эдгар живет в этом аду. он не заслужил, правда, не заслужил! но этот Фэнг вечно становится причиной их конфликтов, из-за которых он могли не разговаривать неделями. а когда Эдгар отпрашивался к подруге с ночевкой или просто пошоппиться, попить чаю, погулять, то Фэнг не разрешал, аргументируя это тем, что челкастый и так мало времени с ним проводит. чушь. —а я не хочу от него уходить! мы любим друг друга, и зачем нам тогда расставаться?! —Эдгар, послушай! он тебя когда-нибудь добьёт! я лишь желаю добра тебе! —я его не брошу! —точно? —она внезапно понизила тон. —да, —уверенно, смотря прямо в глаза. —ладно, —довольно серьёзно ответила Эмз, разворачиваясь и удаляясь из поля зрения друга. на ее глаза наворачивались слезы, а губы предательски дрожали. нередкие прохожие смотрели на нее с каким-то мимолетным интересом, но после возвращали свои мысли обратно к личным проблемам, разочаровываясь все больше. ***** —Фэнги! а-ах.. —тсс.. —сбивчиво прошептал, вдалбливаясь в податливое тело, что он придерживал. решил заткнуть стонущего паренька грубым поцелуем и сразу с языком, чтобы их не раскрыли. все таки будет не очень круто, если их застанут на какой-то тухлой вечеринке, что Фэнг решил скрасить страстным сексом с любимым в каком-то маленьком, пыльном и темном чулане. —мх, Эдги.. —тихо выстонал, кончая в парня, который, в свою очередь, от сильного оргазма царапал черными и чуть длинными ногтями его спину , от чего вскоре у Фэнга будет много красных полос на спине, что ему даже нравилось. приятное жжение от ногтей любимого, что сейчас впивались в него, были одной из самых любимых видов боли у синеволосого. —Ф-фэнг.. —прошептал, пытаясь отдышаться и, все еще держась за любовника, поцеловал его вновь, но чуть лениво, не так страстно. тот чуть опустил руку и стал мять ягодицу того, зная, что ему больно, ведь ягодица была вся изрезана и избита. болезненно простонал прямо в поцелуй, жмурясь и отстраняясь, —отпустишь? и тот без промедления это сделал, опуская юношу на пол и наклоняясь, ища на ощупь одежду, которую они, в порыве страсти, раскидали по всей этой маленькой комнатке. стараясь, как можно незаметнее, выйти из чулана в чуть растрепанном и покрасневшем виде, Эдгар поспешил к лучшей подруге, которая что-то обсуждала с Мортисом. —Эмз, ты.. аа, привет, Мортис, —слегка улыбнулся, вставая рядом, —не помешаю? —нет конечно! мы с дядей обсуждали тему его дня рождения. ты же не против, если он с нами будет? —умоляюще взглянула на него. —пф.. ладно, солнце, —пробубнил он, слегка отводя взгляд в сторону. —аээ.. если я мешаю, то.. —да нормально все! пойдем лучше в сторону коктейлей, —взяла за руку и потянула за собой, —ты с ним уходил? что было? он тебя не бил? —было видно, что она очень обеспокоена. —да нормально все! просто мы, мм.. ну, в общем, потрахались, —чуть замявшись, сказал парень, опуская взгляд вниз. ягодица все еще болела, лицо до сих пор горело, а на губах красовалась алая капля, оставленная Фэнгом. недостающий до подбородка шарф наглядно демонстрировал новые красные укусы. челкастый чувствовал заинтересованный взгляд подруги на себе. —хаха, ладно. заночуешь сегодня у меня? —по–дружески подмигнула, хихикая. —пойду спрошу у Фэнга, —выдохнул, направляясь к своему парню, находившемуся в противоположном углу и разговаривающему о чём-то с Лолой. тот, заметив это, остановил поток мыслей и аккуратная улыбка сползла с лица, появилась угрюмость и строгость на любимом, от чего ему даже показался звук треска сердца. а может и не показался, судя по тому, насколько эта боль была реальна. на половине пути хотелось поёжиться и убраться подальше от него, от его хмурого взгляда, от его оскала, что становился отчетливее с каждым шагом. ноги стали будто ватные, двигаться не хотели от слова совсем, но челкастый заставлял себя, наконец доковыляв к длинноволосому. —чего тебе? —тихо спросил, отводя его подальше от любопытной Лолы. —можно.. можно сегодня с ночевкой к Эмз? —неуверенно пробубнил эмо, устремляя взгляд на свои поношенные кеды. —ты же прекрасно знаешь ответ на этот вопрос, —так же холодно, как и всегда. Эдгару паршиво. хочется скрыться, а может и вскрыться, лишь бы не чувствовать на себе с его стороны этот дурацкий острый взгляд, разъедающий все изнутри и заставляющий все органы разом сделать два кувырка, пробежать три марафона по 100 метровке и пару раз удариться друг о друга, делая боль еще невыносимее. может, ее можно выблевать? всю, без остатка. было бы очень кстати. —но.. хотя бы раз.. —Эд, я сказал нет. Эд. Эдгару будто дали пощечину. такую же отрезвляющую и болезненную, только в сердце. много-много раз. мгновение и темноволосый уже направляется быстрым шагом в сторону выхода, не замечая настороженный взгляд подруги и негромкие шаги позади. он его окрикнул? —Эдги! «ну уж нет. я нужен ему лишь для вымещения злобы и траха». ***** —Эдги! мать твою, Эдгар! —пытался выбить дверь в ванную, но пока все было тщетно, учитывая то, что новый замок туда они поставили совсем недавно, —ничего не делай с собой, молю! —сначала избиваешь и используешь, а потом молишь, чтобы я этого не делал? —голос звучал приглушенно, но даже сквозь шум набирающейся в ванну воды был отчётливо слышен. —твою ж мать, Эдгар! молю, не делай с собой ничего, и я больше не буду причинять тебе боли и вреда! обещаю! я очень люблю тебя! —если судить по твоему поведению, то нет, —чуть слышный плеск воды разбравляет зародившуюся тишину. Эдгар аккуратно водит кончиком острого и небольшого ножа по недавно затянувшимся ранам и как-то нездорово улыбается, представляя, как херачит по запястью со всей дури этим же ножом. эти мысли вызвали коротковатый смешок. —послушай, Эдги.. — прошептал, сев и облокотившись спиной на дверь, в то время, как эмо уже примерялся, как именно будет резать, какими движениями, —я знаю, что все это время тебе было очень тяжело, особенно, если говорить обо всех издевательствах и извращениях, что я смел делать с тобой, но, просто пойми:я не умею выражать свою любовь.. да, я понимаю, что избиения и унижения лишние, но и так, в общем, я не могу как-либо проявлять ее. я стараюсь подавлять все свои чувства к тебе. да, я жалок, но ничего другого не остаётся.. я так не могу. я давно хочу извиниться перед тобой за все, что ты пережил, но не могу переосилить себя, хотя.. —тут он сделал небольшую паузу, что показалась вечностью для внимательно слушающего и вникающего в слова юноши, —прости меня. извини, молю. да, я поступал как долбанный идиот, как дерьмо, как мразь и последний гандон, но я изменюсь, правда.. а насчет того, что было сегодня на вечеринке–я просто вообще был не в настроении, извини. —вдохнул, —я правда люблю тебя и не хочу потерять, поэтому, пожалуйста, открой эту чертову дверь и выйди, покажи, что жив и здоров, что не причинял себе вреда. прошу.. —почти неслышно, но в голове младшего эти слова отдавались громким эхом, бьющимся о стенки сознания и заставлящие уши сворачиваться в трубочку от такой громкости! дыра, которая давно красовалась у сердца парня, уже намереваясь его утащить в свои недры темноты, в эту бесконечную глубину, где оно никогда не найдет покой и будет обречено на вечные муки, внезапно стала наглухо залепляться цепкими и липкими признаниями Фэнга. это чувство его несколько ослепило, оставляя после себя привкус надежды и возможностей, и Эдгар медленно положил нож обратно на край ванны, медленно выходя из кипятка, к которому он уже давно привык. постоянно принимает душ с таким кипятком, и ему ничуть не больно. —Эдги? —услышав невнятное шуршание влажной одежды и полотенца мигом подскочил на ноги и приложил ухо к двери, надеясь услышать что-то еще. и услышал:невнятный бубнеж парня о чём-то потустороннем и захватывающем, что-то типа сознания, его возможностей? что?.. почему он вообще рассуждает о подобном в такой момент? внезапно он услышал, как к двери кто-то стал подходить, и быстро отошел от нее, в следующее мгновение видя, как дверь отворилась и появилось заплаканное лицо Эдгара и кровоточащие раны на левом запястье, рядом с которыми красовались старые, только затянувшиеся шрамы. —боже, Эдги, я сейчас! —мигом помчался на кухню, беря аптечку в руки и ища, чем можно обработать и перевязать раны. наконец, найдя таковые, он подбежал к Эдгару и, взяв его под руку, аккуратно повел в приятную и мягко укутывающую в себя тьму спальни, усаживая на кровать и сам присаживаясь рядышком, —Эдги, как так.. почему..зачем ты..—шептал бессвязно частенько, бегая взглядом и одновременно с этим обрабатывая глубокие порезы, —прости меня.. темноволосый не узнавал парня, и не хотел, если быть честным, ведь тот «новый» Фэнг, что предстал перед ним, был в уйму раз лучше и светлее, чем тот, что был с ним до этого, все эти мучительные 5 месяцев. внезапно челкастый убрал руку и прижал ее к себе, посмотрев глубоко-глубоко в его лазурные глаза, будто что-то выискивая, внезапно прошептав: —прошу, просто долго-долго обнимай меня и шепчи на ушко о том, что любишь и никогда не бросишь. я хочу спать, —без сил прошептал, упав головой на его грудь, вдыхая такой приторно–сладкий запах любимого, разбавляющийся кислинкой апельсина и ароматом его любимого парфюма. —конечно, —аккуратно уложил на кровать, откладывая медикаменты в сторону и накрывая обоих мягким пледом, жестом подзывая в свои объятия, в которые тот с радостью подался, прижимаясь так близко, как только мог, зарываясь носиком куда-то в шею, щекоча своим мягким и размеренным дыханием нежную кожу длинноволосого, вызывая отблеск улыбки на его лице. а может, и саму улыбку. чмокнул во влажную макушку и прошептал: —сладких снов, Эдги. —доброй ночи, Фэнги. все вы, как и бедный, наивный Эдгар, поверили в эту сказку? позже он поймёт, что человек не изменится ни за что, как бы он не пытался, как бы не хотел, все будет тщетно.