Кричать в молчании

      Вы когда-нибудь замечали, что в городе красота звезд меркнет в свете огней ночного мегаполиса? А прохладный ночной воздух не способен пробраться в душу, даря ей безграничное чувство свободы и некой окрыленности. Несколько месяцев назад Мин Юнги переехал на двадцать четвертый этаж одного из высочайших небоскребов, что располагались в центре города. Но сколько бы он ни тянулся ввысь к звездам, они не могли вернуть ему утраченные пять лет назад чувства. И Юнги прекрасно понимал, что причина не в газовых шарах, излучающих свет, а в отсутствии рядом человека, который, как и он сам, был пленен океаном на несколько долгих лет...       Когда Мину было двенадцать, они с семьей и их общими друзьями отправились в длительный круиз. Лето в тот год выдалось особенно жарким, и все пассажиры, находящиеся на палубе лайнера «Аннель», грезили о купании в прохладной океанской воде. Они еще не знали, насколько неизбирательна Вселенная в выборе исполнения желаний. День, который полностью перевернул жизнь Юнги, начался с криков окутанных паникой пассажиров. Поднявшись с кровати, мальчик наспех надел джинсовые шорты и белую футболку. Но вот зашнуровать красные кеды ему не дали вломившиеся в комнату родители. - Юнги, малыш, скорее! - в панике крикнула женщина, - мы тонем! - Что? Почему? - Теракт, - холодно проговорил отец, но было заметно, как сильно он напряжен. - Где спасательные жилеты, что мы взяли с собой? - мама дрожащими руками перебирала вещи в комнате. - Зачем они? - не понял Юн. Корабль резко накренился, отчего все мы не смогли удержаться на ногах. - Ночью кто-то все повредил. Круги, лодки, - мужчина до белых костяшек сжал кулаки, поднимаясь с пола, - вся партия жилетов оказалось бракованной. Террористы очень постарались, чтобы все остались на судне. - Нашла! Надуваем и надеваем прямо здесь! Как только мы выйдем, времени на промедление не будет. Нужно бежать и сразу прыгать в воду. Люди напуганы, сейчас они не могут здраво руководить своими действиями, а потому попытаются отнять жилеты. Надув жилет, мужчина крепко закрепил его на Юнги и помог жене, только после этого стал надевать свой. Крепко взяв ребенка за руку, супруги выбежали из каюты и побежали к выходу. Стойкий дым щипал глаза, пробираясь в легкие и вызывая кашель, но останавливаться было нельзя. Выбравшись наружу, мальчик ужаснулся увиденному. Огонь добрался уже до палубы, некоторые люди были в крови и ужасных ожогах, видимо, оказались неподалеку от взрыва, а судя по масштабу и скорости распространения огня, взрыв был не один. В ушах стоял душераздирающий крик, пахло сожженной плотью, многие прыгали в воду без средств помощи утопающим. Дернув сына за руку, мужчина побежал туда, где было меньше всего народу. Сейчас никто не обращал внимания на семью и их жилеты. Внезапно Юнги отчетливо услышал детский надрывный плач. После четырех дней путешествия он не смог бы не узнать этот голос, так отчаянно зовущий маму. - Стой!! - закричал он отцу, - там Чима! Стой!       Остановившись, мужчина обернулся и посмотрел туда, куда показывал сын. Темноволосый семилетний малыш со страхом прижимал к себе плюшевого мишку и звал маму, срывая голос. Волосы были в крови, её капли стекали вниз по щеке. - Супруги Пак рано утром ушли на завтрак, оставив малыша с тетей. Именно в ресторане произошел первый взрыв. Выжить было практически невозможно, - с дрожью в голосе проговорила женщина.       Времени на раздумья не было, что было сил мужчина рванул к ребенку, попутно снимая свой жилет. Закрепив его на мальчонке, он вернулся к семье. Супруги одновременно прыгнули в воду, с силой прижимая к себе детей. Вслед за этим прогремел еще один взрыв и в воду начали падать горящие балки, осколки и прочие части корабля. Прежде чем жилет вытолкнул женщину на поверхность, она почувствовала, как ей в руку вложили маленькую ладошку, которую она крепко сжала в своей. Оглядевшись, она поняла, что мужу не удалось подняться на поверхность. Слезы невольно потекли по щекам, крик отчаяния встал где-то в горле, не вырываясь наружу, впадать в истерику было нельзя, ведь именно от неё сейчас зависели две жизни. И борясь за них, она поплыла прочь от горящего лайнера. Крики людей стали постепенно заглушаться раскатами грома. Так некстати хлынул дождь, начиналась буря, что уносила их от спасения, ведь чем дальше они уплывали от места крушения, тем сильнее усложнялась задача их найти. Но бороться с бушующей стихией не было сил. Перед каждой волной женщина громко просила мальчиков закрыть свои носики и задержать дыхание. Юнги старался помочь малышу, который не понимал, что от него требуется и только продолжал громко плакать.       Спустя долгие и утомительные часы сквозь тяжелые свинцовые тучи стали пробиваться лучи солнца.       «Уже закат!», поняла женщина. Прошел целый день, она была уверена, что их невероятно далеко отнесло от лайнера, и с каждой минутой боролась с нарастающей паникой. Когда океан стих, она смогла отпустить детей и оглядеться. Но вокруг была лишь непроглядная синева океана, обрывающаяся лишь линией горизонта, за которым медленно скрывались теплые лучи. Ночь выдалась не из легких: вновь поднялся сильный ветер, вода, ставшая холодной из-за дневной бури, с приходом ночной прохлады лишь теряла остатки теплоты. Чимин, проплакавший весь день совсем выбился из сил и уснул, крепко прижатый к груди женщины. Юнги же не спал, он крепко держал руку матери, в глазах которой было плохо скрываемые отчаяние и страх.       … Сутки…двое…трое… Соленая вода, палящее солнце, непрерывный ветер и волны. Кожа пересохла, потрескалась, голова кружилась от постоянного жара, неимоверно сильно хотелось есть, но еще больше пить. Даже взрослому и понимающему Юнги было сложно удержаться от глотка соленой влаги, что было говорить о маленьком Чимине, который то и дело пытался попить.       К концу четвертого дня вдалеке стал проглядываться небольшой темный силуэт. «Возможно, там остров», в надежде подумала женщина, молящая о том, чтобы это был не мираж. И, схватив мальчишек за жилеты, она со всех сил поплыла туда. Юнги, поняв желание матери, отцепился и поплыл самостоятельно, подталкивая маленького Чимина и шепча ему о скором спасении.       Слезы радости и облегчения хлынули из глаз, когда она поняла, что не ошибалась. Трудно сказать, сколько прошло часов, уже виднелись рассветные лучи, но им удалось выбраться на песчаный берег довольно большого острова, за что женщина благодарила всех Богов. Юнги, выбившись из сил, рухнул на песок, наблюдая за Чимином, который слабо улыбался. Дав немного отдохнуть детям, да и самой необходимо было перевести дыхание, женщина двинулась вглубь острова, неся слабого Чимина на руках.       Не описать словами счастье людей, которым удалось найти небольшой ручей с водопадом, искупаться и вдоволь напиться пресной воды. С течением времени мать научила Юнги собирать фрукты, ловить рыбу, их маленький шалаш с каждым месяцем превращался в небольшой дом. Волокна некоторых растений позволяли, хоть и не без труда, но создать что-то наподобие одеял и одежды. Ночами Юнги часто слышал всхлипы матери. Он понимал, что она скучает по отцу и по дому, ведь и сам чувствовал то же. Даже маленький Чима часто звал маму и просился домой. Но время шло, а вместе с ним все дальше уходил и шанс на возвращение. - Прошло уже 5 лет. За нами ведь никто не приедет, да? Нас, наверняка, считают погибшими и даже не ищут, - Юнги сел рядом с матерью и наблюдал, как Чимин плещется в воде. - Не знаю, Юн. Нельзя терять надежду. Вон посмотри на Чиму, он считает это место домом, - улыбнулась она. - Конечно, ведь он был совсем ребенком. Но я так не считаю, и ты тоже. Тебе здесь плохо, ты стала худая и бледная. - Юнг...кхм... кхм, - внезапно женщина зашлась кашлем, прикрывая рот ладонью. - Мама! Мама, что с тобой?! - Юнги гладил мать по спине, не зная, как ей помочь. Но то, что он увидел в следующую минуту, заставило его отшатнуться. Вся ладонь матери была в крови...       Смерть отца сильно подкосила Юнги, но смерть матери он не смог бы пережить вовсе, если бы не маленькая ладошка, что держала его руку после того, как он похоронил маму на небольшом холмике, как она и велела. Теперь он должен был заботиться о Чимине, и во что бы то ни стало, вернуться домой. В первую же ночь после смерти матери он возвел сигнальный костер в несколько раз больше, чем он был до этого. Главное, не упустить момент. Пугало лишь то, что на все эти годы мимо них не прошел не один корабль. Видимо, остров располагался слишком далеко от прогулочных и торговых путей. - Хён, что ты постоянно здесь делаешь? - Чимин внимательно разглядывал, как Юн самодельным ножичком режет палочки на доске. - Это время, Чим, - повернув голову, ответил он, - время, что мы провели здесь. - И сколько это? - Это... - горько ухмыльнулся Юнги. - Это девять... Девять блядских лет хождения в тряпках из растений и жратвы сраных фруктов и рыбы. - Тебе настолько плохо здесь? - нерешительно спросил Чим после недолгого молчания. - Конечно. А тебе нет? - Мне... Мне нравится здесь. Я плохо помню другую жизнь, и уже плохо помню родителей. А здесь...Здесь такой свободный ветер. - Свободный ветер? - с сомнением переспросил Юнги. - Да! А ты не чувствуешь? Он такой легкий и свежий, кажется, будто он может унести тебя далеко-далеко! В бескрайние просторы! А звезды?! - А что звезды? Их видно и в городе. - Думаешь, они там такие же яркие и красивые? Смотри, они такие огромные, словно можно протянуть руку и достанешь одну. Я бы хотел достать тебе звезду, - мечтательно произнес Чимин. - Ну, может ты и прав, мелкий. - Мин потрепал мальчика по голове. - Кстати, завтра тебе исполняется 16. - -Уже?! - глаза Чимина радостно заблестели. - Постой! Но у ведь у тебя день рождения раньше! Получается, тебе уже 21? Но почему мы не отпраздновали?! - Отпразднуем, когда вернемся, - уходя в дом, бросил Юнги. Он не заметил, как взгляд Чимина вмиг утратил былой блеск, оставив толику грусти.       Спустя примерно месяц ночи стали на удивление холодными. От горячего дыхания в воздухе появлялся небольшой пар. - Ах-х, - резко выдохнул Юнги, прислонившись спиной к прохладной коре дерева и плавно проводя рукой по члену. Половая зрелость давала о себе знать, а отсутствие рядом девушек только усугубляло ситуацию. Он все чаще ловил себя на мысли, что засматривается на упругую попку Чимина, который целые дни проводит за плаванием, делая свою фигуру еще более соблазнительной. От собственных мыслей становится мерзко, он чувствует себя настоящим извращенцем, ведь за столько лет Чим должен был стать ему братом. К сожалению, ключевое слово «должен», но не стал. Уже далеко не первый раз Юнги тайком пробирается вглубь острова и помогает себе справиться с возбуждением, представляя небольшие ладошки Чимина и сладкие пухлые губы. Позже он будет ненавидеть себя за эти картинки, что сейчас так рьяно подбрасывает воображение. - Чимин…- с придыханием прошептал он.       Где-то недалеко послышался хруст веток. «Наверняка, птица», - неосмотрительно подумал Юнги, пока не услышал тонкий и нежный голос совсем рядом: - Хён.. - Чим! Вот черт! - выругался он, убирая руку и стараясь прикрыть неспадающее возбуждение. Он ожидал чего угодно: испуга, игнорирования, может даже криков. Но только не того, что Чимин опустится на колени, а его пухлые пальчики обхватят член Юнги и станут медленно и нежно водить рукой по нему, трепетно обводя большим пальчиком головку. - Чимин, нам нужно остановиться, - со стоном произнес Юнги, собрав остатки силы воли. - Но я хочу этого, Юнги, - шепотом нерешительно произнес он, склонившись совсем близко и обдавая горячим дыханием кожу, которое казалось совсем обжигающим из-за холода ночи. Его неумелые движения доставляли сейчас гораздо больше удовольствия, чем собственные уже выверенные способы довести себя до наслаждения. По лицу Чимина было видно, с каким усердием он старается доставить это удовольствие. «К черту всё! К черту этот ебаный остров вместе со всеми принципами и правилами!», промелькнуло в голове Юнги. Сейчас для него были важны только эти аппетитные губы, одну из которых от усердия Чимин слабо закусывает. Схватив мальчишку за локоть, он усадил его к себе на ноги, осторожно касаясь рукой его вставшего члена, что не могло не радовать Мина. От прикосновения Чимин вздрогнул, но руку не убрал, напротив, добавляя своим движениям скорости и резкости. Чем сильнее сжимал он, тем жестче отвечал Юнги, полностью копируя его движения. От нетерпения Чимин сам начал толкаться в руку, словно был готов полностью отдаться прямо на сухих и колючих ветках Богом забытого острова, издавая при этом слабые старательно заглушаемые стоны, будто кто-то кроме живности способен их услышать. Ожидая близкой разрядки, Юнги положил руку на затылок мальчика и притянул к себе такие желанные губы, ощущая на них сладкий привкус, видимо, малыш совсем недавно ел фрукты. Вопреки сомнениям парня, Чимин жадно припал к тонким губам, неосознанно покусывая их от каждого резкого движения Юнги. - Мм..м, - резкий и горячий выдох в рот Мина дал ему понять, что можно и самому больше не сдерживаться и отдаться нахлынувшим волнам невероятного оргазма.       Юнги плохо помнит, как они на ватных ногах добрались до дома и уснули в одной постели, тесно прижавшись друг к другу. Наутро Чимин проснулся раньше, краем глаза отмечая, что солнце поднялось уже довольно высоко. Осторожно развернувшись, чтобы не разбудить Мина, он плавным движением убрал неровные от стрижки заточенным камнем пряди с глаз Юнги, коснулся аккуратного маленького носика, отчего тот поморщился, а Чим посмеялся от того, что даже во сне хён может быть чем-то недоволен. Наконец решившись, он осторожно клюнул Юнги в губы и быстренько выбрался из его объятий, убегая к океану. Юнги же, который всегда спит слишком чутко, лишь улыбнулся, думая, что этот ужасный остров, оказывается, еще способен стать не его личным адом.       Океан встретил Чимина освежающей утренней прохладой, мальчик и не подозревал, что можно быть настолько счастливым. Кажется, своим смехом он распухал не один десяток рыб, но бушующие внутри эмоции сами рвались наружу. Однако стоило ему поднять голову, как такое прекрасное утро вмиг помрачнело: недалеко от берега проходило судно.       «Как же так? Почему именно сейчас?!», пронеслось в его голове. Он так сильно не хотел терять эти хрупкие моменты счастья, которые он обрел, находясь рядом с Юнги, что начал подумывал о том, чтобы промолчать. Ведь Юнги спит, а значит и не узнает о корабле. Но.. это неправильно, ведь Мин так сильно ждал этого возвращения... - Юнги! Корабль! - голос Чимина невольно был тихим, но назло всему Юнги его услышал.       Он что есть сил рванул к сигнальному костру, не заметив, как глаза Чимина поблескивали от слез. В тот день они были спасены. Но спасены ли? - Вы даже не представляете, что только что сделали для нас, капитан, - с придыханием произнес Юнги, оказавшись на борту торгового судна. - Какое чудо, что мы сбились с курса. Мне трудно даже вообразить, через что вам с братом пришлось пройти. Вас проводят в каюту, принесут одежду и еду. Через две недели мы прибудем в порт. Вам понадобиться много времени, чтобы придти в себя, - капитан с жалостью посмотрел на мальчишку, что стоял позади Юнги, боясь поднять взгляд.       Каюта оказалась на удивление просторной и светлой с двумя одноместными кроватями, расположенными у противоположных стен. Как только дверь за спиной закрылась, Юнги с трепетом коснулся белой простыни, ощущая под ней не привычные сухие листья, а мягкий матрац. - Хен, - едва слышно позвал его Чимин. - Что такое? - Что будет дальше? - заламывая от напряжения пальцы, он посмотрел в глаза Юнги, ожидая ответа. - Дальше все будет намного лучше, Чимин~и, - подойдя к мальчику, он нежно обнял его, осторожно касаясь немного спутанных волос, - мы жертвы теракта, и они убедятся в этом, подняв записи, а потому нам должны помочь и … - Я не об этом, - прервал его Чим, щеки которого начали стремительно краснеть - я о...о том, что было на острове.. этой ночью. - Это сложно, Чимин, - произнес на выдохе Юнги, почувствовав, как Пак вздрогнул, - но я не оставлю тебя. И я не считаю ошибкой то, что было между нами, хотя, пожалуй, надо бы. -Нет! - вскинул голову Чимин, упрямо смотря в глаза Мину. - Не надо бы! Не называй мои чувства ошибкой! - Чимин...       Коснувшись ладонями щек Юнги, Чимин с осторожностью вовлек его в поцелуй, стараясь вложить в него всю боль, что съедала его изнутри. - К дьяволу всё! - зло прошептал Юнги прямо в губы мальчишки, подхватывая того на руки и впечатывая в стену. Чимин запустил руки в волосы Мина, с силой сжимая их в кулаки, словно боялся, что тот вот-вот оторвется от него и вмиг исчезнет. По щекам предательски потекли слезы, делая поцелуй мокрым и соленым, но от этого только более чувственным. Он боялся сделать что-то не так, неправильно, ведь это лишь его второй поцелуй, учитывая при этом, что первый и вовсе прошел в порыве страсти. Но Пак понимал, что и для Мина, с большой вероятностью, он был первым, к чьим губам тот прикоснулся, что придавало мальчику большей уверенности.       С ужасом оторваться друг от друга их заставил пугающе громкий оклик: - Какого черта здесь происходит?! - на пороге комнаты с ужасом в глазах застыл капитан, держа в руках чистую одежду, которая в тот же миг полетела на пол, - что за грязь вы развели на моем корабле?!        Юнги машинально закрыл собой Чимина, вставая впереди. В его голове крутился целый ураган мыслей. «Как я мог поддаться эмоциям, забыв о том, где мы находимся?!» - с каждой секундой паника лишь нарастала, ведь парень понимал, что ничего хорошего их теперь не может ждать. Такие отношения запрет, табу, они презираются обществом, считаются мерзостью, грязью.. - Уведите мальчишку в другую каюту! И как можно дальше! - с холодом в голосе и яростью в глазах произнес капитан. - Что?! Нет! - Чимин начал пятиться назад, но двое парней, что были гораздо сильнее Пака, с легкостью подхватили сопротивляющегося Чимина и поволокли прочь. - Юнги! Хен, умоляю, не оставляй меня! - Не советую, господин Мин, - жестко произнес капитан, заметив, как Юнги дернулся защищать Чимина. - Угадай, куда я втрахаю тебе твои советы, если ты не отпустишь его! - Вы выросли вдали от общества, я не могу винить вас за подобные резкие выражения в мой адрес. Вероятно, позже вы всё осознаете и скажете мне спасибо, - терпение и сдержанность капитана подходили к концу, и он поспешил покинуть каюту. - Вам не удастся вечно удерживать нас! - Вечно и не нужно. Ни один человек в здравом уме не станет способствовать развитию подобной скверны. Как только доберемся до суши, Чимина вывезут как можно дальше. Мы спасаем тебя и твоего брата! - Брата? Нет! Вы не так поняли, он мне не брат! - Ну разумеется, - железная дверь захлопнулась, издавая протяжный ноющий звук, послышался щелчок затвора замка. - Я все равно найду его! - со всех сил Юнги бил кулаками в запертую дверь, срывая голос. - Я найду тебя, Чим! Слышишь?! Я найду...