Ему нравится...

      Ему нравится терять самообладание. Практически тут же отдаваться напористым ласкам. Вздрагивать от каждого жаркого засоса, оставленного в порыве не то страсти, не то злобы. Сдавленно стонать от укусов, выгибаться всем телом навстречу и чувствовать нарастающее напряжение между ног.       Ему нравится, когда он резкими движениями избавляет его от одежды. Срывает кофту с большим вырезом, которая и так его не защищает, резко опускает штаны до самых колен. Давит на член через ткань трусов и обзывает шлюхой.       Ему нравится ощущать сильные руки на своей талии. Нравится то, как сжимаются пальцы, нравится осознание того, что скоро на этом месте будут синяки. Нравится, как сминают его губы, как перехватывают руки, когда он пытается потянуться к партнёру. Нравится… Как его куда-то тащат, хотя он не может нормально идти из-за штанов.       Ему нравится… Когда он резко оказывается на его коленях, когда первый удар обжигает нежную плоть. Нравится дрожать от чистого предвкушения. Чувствовать себя беззащитным. Вздрагивать от каждого шлепка, ощущать давление на прижатый к чужим ногам член. Нравится то, что он не может уйти… Нравится ведь? Нравится утробное рычание в чужом голосе, когда тот приказывает ему не ёрзать.       Ему нравится… Сдавленно вскрикивать, когда пальцы проникают в текущую, но оттого не менее неподготовленную дырочку. Нравится ткань, раздражающая его нутро и при этом давящая на член. Ему нравятся грубые движения. Их всего несколько, после этого пальцы покидают его. Нравится… Как его бесцеремонно разворачивают так, что он стукается об пол головой… Как раздвигают ноги, как наконец высвобождают из ткани, как резко проникают длинным изогнутым членом. Как трахают, поднявшись. Как он по сути висит, упираясь дрожащими руками в пол. Как его держат за бёдра. Как неистовая боль разрывает его, порой даже перекрывая наслаждение. Как в него кончают и как после бросают на пол. Дрожащего, неудвлетворенного. Как его отталкивают после попытки пойти на контакт снова. …Как ему остаётся только одеться и уйти. И ему это… Нравится? Он знает, что это не так. Но продолжает врать себе. Снова. И снова. И снова.       Много лет спустя он с удивлением обнаруживает, что на самом деле приносит ему удовольствие. Нет, он вовсе не отказался от всякого рода сексуальных игр. Но в это же время… Что-то другое заняло место в его душе.       Ему нравятся мягкие поцелуи, осыпающие его щёки так активно, что приходится жмуриться. Объятья, возможность зарыться в чужие волосы пальцами, поцеловать в ответ и услышать кроткий хохоток. Ему нравится оставаться собой, глядя в синие драконьи глаза. Нравится наблюдать за тем, как он медленно избавляется от одежды. Нравится самостоятельно выбираться из слоёв одежды. Нравится то, с какой нежностью всё его тело покрывается поцелуями. Нравится щекотящие ощущения от чужих волос.       Ему нравится тихое «ты готов?», произнесённое, когда Акито касается сжатого колечка мышц влажными от смазки пальцами. Нравятся неторопливая растяжка и успокаивающий шёпот. Нравится самому решать, когда пора перейти к основному действу, и ждать, пока тот разберётся с презервативом и смазкой. Нравится медленное движение в нём после. Нравится прижиматься к дракону, царапать его спину ноготками, в конце концов без стеснения просить большего. Нравится чмок в висок, тихое «хорошо» и ускоряющийся темп.       Ему нравится кончать вместе с драконом, а после валяться с ним несколько минут. Потом Акито выходит, избавляется от резинки и начинает убираться. Как и всегда. Вытирает его теплым полотенцем, приносит водички, кутает в одеяло. Когда он заканчивает носиться туда-сюда со своими делами, он ложится рядом, забирается под одеяло и обнимает его. Шейп утыкается в чужую шею и вздыхает, потихоньку начиная засыпать.       Он вдыхает запах домашнего рыбного пирога и думает о том, что же ему нравится больше. И, об этом свидетельствует его улыбка, приходит к верному выводу.