Save me. Fuck me. Marry me.

— Просто легкий смоки-айз! — это нытье длилось уже час, но Леви был непреклонен. — Я не собираюсь краситься. Мне что, тринадцать? — Ханджи хватает его за локоть, но он сбрасывает ее цепкие липкие пальцы с пиджака. — Я накрашена, и мне не тринадцать, — она хмыкает, сложив руки на груди. Атласный топ с глубоким вырезом уже весь измялся от того, как часто и сильно она жестикулировала. Леви фыркает себе под нос, закатив глаза. — Эрвин мечтает о тебе уже два года, так что окажи ему честь, а мне услугу — хотя бы попытайся быть с ним милым, — Ханджи поправляет топ, вставая. Леви ничего не отвечает, пожав плечами. Если Эрвин окажется достаточно симпатичным, то Леви может быть для него каким угодно. — Черная водолазка и этот пиджак — это твой лучший образ, — шепчет Ханджи, когда они подъезжают к одному из центральных небоскребов. Леви хмыкает в знак благодарности. Бесформенный кардиган Ханджи торчит из-под пальто, и Леви цокает языком, поправляя его, когда они поднимаются в лифте. Они вошли на самый верхний этаж, откуда было видно весь город. Туда-сюда сновали люди, громкая музыка едва перекрывала голоса и смех. Все пространство было заполнено кучками людей, громко переговаривающихся каждый о своем. Ханджи свистнула, и несколько людей обратили на них внимание, подходя и обнимая ее. Они вежливо пожимали руку Леви, пока один из них не сжал довольно крепко, привлекая внимание. Леви поднял взгляд, встречаясь с ярко-голубыми глазами и широкой улыбкой на гладко выбритом румяном лице. Светлые волосы были аккуратно уложены, а рубашка выглажена до хруста. Леви обожал такое. — Я Эрвин Смит, — он улыбнулся уже мягче, почти прошептав свое имя, наклоняясь ближе. Леви хмыкнул, что вообще считалось высшей степенью проявления благосклонности. — Леви Аккерман, — Леви вздернул подбородок, чтобы не разрывать взгляда. Такие, как Эрвин, большие мужчины с широкой улыбкой только и просят, чтобы их… — Привет, я не опоздал? — Леви сзади обдает морозом, а затем чужая рука ложится на его талию. Леви поворачивает голову, готовый испепелить взглядом любого, кто бы это ни был, и сталкивается почти нос к носу с парнем. Из небрежно завязанного пучка выпала пара прядей, пухлые губы изогнулись в интимной улыбке, а зеленые глаза прищурились, будто выискивали что-то на лице Леви. — Эрен Йегер, — его голос звучал ниже, чем секунду назад. А затем он выпустил Леви из подобия объятий, стягивая пальто и вешая на вешалку. Леви пялился на широкую спину еще пару секунд, чувствуя растущее в груди негодование. — Прости моего коллегу, он абсолютно бестактный болван, — Эрвин, покрасневший и все еще державший Леви за руку, пролепетал извинения. Ханджи рассмеялась, смотря на лицо Леви, а затем потянула его дальше в помещение, уходя со входа, куда все прибывал народ. Она всучила ему бокал шампанского, а потом втянула в разговор нескольких архитекторов о крупном проекте в конце весны. Леви смотрел в окно, слушая разговор, но не принимая в нем никакого участия. В отражении он заметил Эрвина, двигающегося к нему и замявшегося за его спиной с двумя бокалами шампанского. Леви обернулся к нему, желая, чтобы эта неловкость испарилась, но сделал только хуже, потому что в его руке уже было шампанское, так что Эрвин остался стоять с идиотской улыбкой и двумя бокалами шампанского, пока Леви не отставил свой полупустой и не принял с рук Эрвина бокал. Тот заулыбался еще шире, и Леви едва удержался от того, чтобы закатить глаза. Леви услышал громкий смех на другой стороне помещения и обернулся на него. Эрен, тот парень, обнявший его на входе, дал «пять» какому-то парню и направился прямо к ним, подходя к Леви, заставляя следить за своими резкими движениями. Он обогнул Леви, снова касаясь его талии только пальцами, и что-то внутри Леви зашипело от негодования, а на щеки почти забрался румянец от злости. Теперь они оба смотрели на краснеющего и явно злящегося присутствию Эрена Эрвина. Светлая прядь выбилась из залакированных волос, когда тот дернулся. — Он очаровательный, когда краснеет, да? — Эрен наклонился к плечу Леви, улыбаясь одним уголком губ, и Леви заметил в его ухе несколько сережек. Это выглядело хорошо. Леви ничего не ответил, покачав головой и отворачиваясь от Эрена. Он отпил шампанское, чтобы сгладить неловкость. Эрвин закатил глаза и раскраснелся еще больше. — Так, Леви, чем ты занимаешься? — наконец-то просверлив в голове Эрена достаточного размера дыру, начинает разговор Эрвин. Тем временем рука Эрена от талии путешествует к краю пиджака Леви, а затем на его локоть, когда он берет виски, а затем и вовсе отрывает пальцы от ткани. Леви хмурится, потому что чувствует холод. И это странно. Возможно, Эрвин настолько неловко пытается к нему подкатить, что Леви видит в Эрене спасательный жилет? А, может, тут просто очень холодно, а у него очень теплые руки? — Я архитектор, — говорит Леви коротко, и пара ребят из беседы оборачиваются на них с понимающими улыбками. — Это здорово, да? Здесь вроде много архитекторов, — Эрвин, огромный мужик, выглядит совсем ребёнком, пытаясь спасти разговор, который сам же и топит. — Я веб-дизайнер, близко, да? — Эрен осторожно касается своим бокалом бокала Леви, отпивая и Леви пьет тоже. — Я занимаюсь финансами. Работаю на бирже, знаешь, — начинает Эрвин, а дальше начинается самая нудная самопрезентация из всех, что Леви когда-либо видел, и первые пятнадцать минут он правда пребывает в таком шоке от того, как быстро алкоголь сделал из стеснительного Эрвина самого душного персонажа в истории человечества, а затем просто мечется взглядом, ища пути отступления. Ханджи уже давно слишком увлечена беседой с финансистами, хлопая в ладоши и смеясь до слез, а потом Леви встречается взглядом с покинувшим их до начала катастрофы Эреном, и, видимо, его взгляд говорит за него, потому что Эрен прерывает беседу, вставая с дивана и направляясь прямо к Леви. — Извини, старина, но нам пора, — Эрен так естественно переплетает их пальцы, что у Леви дух захватывает. Сережки в его ухе сияют в свете софитов по всему периметру помещения, и это гипнотизирует. Эрен утягивает Леви куда-то дальше, и они оказываются на широком балконе. Здесь потрясающе тихо и всего парочка людей переговариваются у другого края в нескольких метрах отсюда. — Спасибо, — говорит Леви, когда Эрен выпускает его руку. Он выше на пару десятков сантиметров, и это особо ощущается, когда они так близко. — Можешь отсосать мне в благодарность в туалете на втором этаже, — Эрен улыбается, совершенно блядски раздевая взглядом Леви и доставая сигарету из пачки зубами. — Тут есть второй этаж? — Леви вздергивает брови, взяв Эрена за руку, когда он уже собирался убрать пачку в карман, и взяв себе одну сигарету. Эрен смеется, а в зеленых глазах горят искры чего-то темного и горячего. Леви глубоко затягивается дымом вместе с морозным воздухом, обнимая себя одной рукой. — Ты потрясающе выглядишь, — говорит Эрен, делая шаг назад и садясь на перила. Леви подходит к нему, будто намагниченный, и встает между раздвинутых ног. — Мне говорили, — Леви выдыхает дым, и Эрен касается его руки, чуть дернув, и горящую выпавшую из пальцев сигарету уносит ветер. — Жалко. Придется курить с моих рук, — голос Эрена низкий и хриплый, глаза темнеют и становятся почти черными. Леви кладет ладони Эрену на колени, и тот прижимает пальцы с сигаретой к его губам. Леви затягивается снова и выдыхает дым порциями. Эрен делает затяжку сразу после, и его рука ложится на талию Леви. — Ты здесь с подругой, да? — спрашивает Эрен, неотрывно следя за губами Леви, прижимающимися к его пальцам. Леви кивает, и следующую затяжку Эрен наклоняется к его губам, выдыхая дым, и Леви затягивается так. От Эрена пахнет мятной жвачкой, сигаретами и цитрусом. — Она не будет против, если я тебя украду? — он касается его затылка, губами проводя по губам, но не оставляя поцелуй. Они уходят куда-то, куда его тянет Эрен, а затем за спиной Леви закрывается дверь, и это чистое безумие, потому что тело Эрена жутко горячее, а в этой спальне адски холодно, и Леви прижимается к нему, шипя от холода, пока Эрен смеется и оставляет на его шее засосы. Эрен, умница, не забывает запереть дверь, и даже укладывает их вещи на стол, правда затем он туда же укладывает Леви, забираясь своим языком по самые гланды, но Леви, в общем-то, не против. Они все-таки перемещаются на кровать, потому что Эрену нужно попробовать каждый сантиметр кожи Леви, и тот дрожит, хватаясь за широкие плечи, когда влажные поцелуи опускаются на живот, а затем этот потрясающий горячий рот накрывает его член, и Леви скулит себе в ладонь, подаваясь бёдрами вперед. Эрен растягивает его пальцами, ритм совпадает с ритмом его потрясающего рта и великолепного языка, и Леви задыхается уже сейчас, хотя и пяти минут не прошло. Звук открывающейся двери — ничто, но вспышка яркого света из коридора и усилившийся шум музыки — это повод для того, чтобы свести бедра и приподняться на локтях для Леви, но вообще не повод прекращать начатое для Эрена. — Леви, я тебя потерял, а Том сказал, что ты зде… — Эрвин застыл с этими идиотскими бокалами шампанского, пялясь на них целую секунду, пока Эрен с влажным звуком не оторвался от члена, выглядя абсолютно невпечатленным появлением Эрвина. — Проваливай, — его голос был хриплым, и Эрвин кивнул, все так же не отрывая взгляд от Леви, а затем попятился назад, а затем все с громким стуком снова погрузилось в темноту. Эрен прижался щекой к животу Леви, смеясь. — Не знаю, была ли более неловкая ситуация в моей жизни, — тихо сказал Леви, падая на подушки, на что Эрен ответил вылизыванием его кожи и снова сполз к члену. Боже, в нем было два чужих пальца, когда вошел парень, так мечтающий с ним переспать уже пару лет. Неловкость быстро сходит на нет, когда язык снова оказывается во рту Леви, а член мягко и медленно входит в него. Он задыхается от распирающих ощущений, чувствует жар, приливающий к щекам, чувствует дрожь в бедрах и ногах, чувствует, как быстро колотится сердце, когда Эрен прижимается совсем близко, так потрясающе глубоко входя и так сильно втрахивая Леви в матрас, что дышать трудно. А потом он замедляется, почти останавливается, и Леви скулит и хнычет, когда Эрен так гладко скользит внутрь, заставляя волну жара приливать к лицу, а затем отступать почти отчаянием, и Леви открывает рот, когда пальцы Эрена касаются его нижней губы, и он готов на что угодно, лишь бы вернуть тот сумасшедший ритм, потому что он был так блять близко, что голова идет кругом. — Умничка, вот так, — шепот Эрена отражается в голове эхом. Слюни текут по щекам, смазка по животу, а пот по бедрам, когда Эрен легко шлепает Леви по заднице, а затем подхватывает его под бедра. Он ускоряется, и Леви не может вдохнуть от давления, голова кружится, а он хочет все больше, шепча «еще-еще-еще», как молитву, и Эрен входит так глубоко, что сознание разбивается на мелкие частицы, и Леви кончает. Оргазм длится так долго, и он не может сдержать стона, и Эрен, душка, любезно, закрывает ему рот ладонью, двигаясь еще быстрее, продлевая оргазм и кончая. Он кусает свое запястье, чтобы не застонать, его ноги подрагивают, и он выглядит просто божественно. Поцелуи ленивые и сначала осторожные, а потом мягкие и нежные, на плечах и скулах, на руках и животе. Эрен выходит, переворачиваясь набок и ложась на кровать. — Выходи за меня, — тихо говорит он, стягивая презерватив и бросая его на пол. Леви кивает несколько раз, все еще не до конца придя в себя и убирая влажную челку со лба.