Дружба – это Irish Bomb

- Дружба – это…? – Пьяно вопрошает Юнги, приближая свое лицо вплотную. - Irish Bomb – отзывается Чонгук, и, по привычке позволяя утянуть себя в поцелуй, задумывается: а дружба ли? Все началось с секса по пьяни. Чонгук не помнит, что они тогда отмечали, да и был ли вообще повод. Помнит только, что к середине вечера бодрствующими неожиданно оказались только он и Юнги. Чонгук уже собирался переползти из гостиной в свою комнату, поскольку явно ощущал, что алкоголя в его организме больше нормы, и схватился двумя руками за подлокотник дивана, чтобы подняться на ноги. Неожиданно Юнги, который развалился на этом самом диване в позе звезды, нарушил тишину вопросом: - Ты помнишь наш девиз? - Ка-какой девиз? – Чонгук наконец поднялся на ноги, и слегка покачивался. - Дружба – это… - Юнги сфокусировал взгляд на Чонгуке, и даже придал лицу вопросительное выражение. - Ааа…. A… I… Irish Bomb? - С трудом вспомнил Чонгук, и, все же не удержавшись в вертикальном положении, неожиданно рухнул прямо на Юнги. - Молодец, - Юнги поймал его в объятия, и вдруг поцеловал. В целом Чонгук не был против экспериментов. Он никогда не рассматривал всерьез секс с человеком своего пола, но порой задумывался, что было бы неплохо попробовать. Ну, так, чтобы было с чем сравнивать, и что вспомнить. Но когда Юнги, аккуратно доведя его до комнаты, и избавив от ненужной одежды, впервые вошел в него, Чонгук понял, что не хочет больше никаких экспериментов. Он хочет только Юнги. И желательно не под алкоголем. Утром Чонгук, дождавшись, пока Юнги проснется, задал очевидный вопрос: - Что дальше? - А что дальше? – Пожал плечами Юнги, натягивая футболку, - у нас, кажется, вечером репетиция. - Я не об этом. - А о чем? - Ну… Мы вроде как сексом занялись. Или ты не помнишь? - Ты повелся что ли? – Юнги рассмеялся. – Еще скажи, что влюбился. - Да, - тихо выдохнул Чонгук, - влюбился. - Ну и дурак, - хмыкнул Юнги.- Влюбился – твои проблемы. Я хотел просто секса. С тобой. – Он пожал плечами и вышел. Конечно, он зарекается иметь с Юнги какие-либо близкие отношения после тех слов. Но ломается на первой же вечеринке, по иронии судьбы посвященной его дню рождения. Когда они достигают примерно одинаковой кондиции, Юнги под каким-то предлогом уводит его в ванную, и, зацеловав до потери ориентации в пространстве, долго и со вкусом трахает прямо на стиральной машинке. Чонгук сначала пытается сопротивляться, но сдается, когда Юнги проникновенно шепчет в самое ухо, перед тем, как сделать первый толчок: - С днем рождения, Чонгук-и. Все повторяется: алкоголь, диалог про дружбу, который они непременно воспроизводят каждый раз, и отличный секс, после которого Юнги всегда уходит. Чонгук ощущает себя отвратительно использованным, но не находит в себе сил разорвать порочный круг. Пока однажды, после особенно сильной попойки и особенно активного секса не путает двери, и случайно не оказывается в комнате Хосока. Который в этот момент трахается с Юнги. Джин появляется на пороге комнаты Чонгука в тот самый момент, когда тот думает, что еще немного – и он не выдержит, убьет тех двоих, что так сладко и громко стонут за стенкой. - Он нашел себе нового мальчика для развлечения? – Джин устраивается рядом со свернувшимся в клубочек Чонгуком, и мягко обнимает. - Хен… Ты что здесь делаешь? - С сегодняшнего дня я здесь живу. Буду собирать тебя по частям, ты сам не справишься. - Я… - Да-да, ты у нас золотой макнэ, лучший мальчик, и хорош во всем. – Джин вздыхает. – Только сердца разбиваются у всех одинаково. И лечатся тоже одинаково. – Он улыбается, и Чонгуку немного меньше хочется ненавидеть жизнь. - Дружба – это…? - Заплетающимся языком вопрошает Юнги, хватая Чонгука за талию во время очередного застолья. - Поддержка, взаимовыручка, и то, что ты умудрился сломать между нами, - Чонгук ловко выпутывается из его объятий. – Я не для того себя три месяца в кучу собирал, чтобы вот так вестись на твои провокации. Иди к Хосоку. - Да ну его, - Юнги машет рукой, - надоел. Ты лучше. Пойдем уединимся? – Он зазывающе кивает в сторону комнат. - Нет, спасибо. - Чонгук-и… - Он Чонгук, а ты дурак. – Подошедший Джин хлопает Юнги по плечу. – Иди-ка спать. - Ты! – Раздраженно шипит Юнги, тыча пальцем Джину в грудь. – Ты увел у меня Чонгука! - Ну точно идиот, - закатывает глаза Чонгук, и они вдвоем с Джином все же уводят Юнги в комнату. - Ты точно в порядке? – Интересуется Джин. - В полном, - кивает Чонгук, и обнимает его. – Но без тебя я бы не пришел в себя. Спасибо. Что каждый день был рядом. Что не давал сорваться, отвлекал, и удерживал от убийства, - на последних словах он смеется. – Я пережил все это, залечил раны, и готов жить дальше. - А Юнги? - А Юнги пусть дальше развлекается, - пожимает плечами Чонгук. – Только не со мной.