Rats and a Herabeat

      Бруно может назвать себя безнадежным романтиком. Невозможно вообразить себе что-то столь же непорочное и драгоценное, как любовь.       Он налил остатки кофе из кофейника в свою любимую зелёную кружку, вдыхая чудесный знакомый аромат.       Открыв маленькую металлическую коробочку, купленную по пути домой прошлой ночью, мужчина достал печенье, прежде чем переместиться из маленькой тускло совещённой кухни в тёмную гостиную. Здесь он проводил большую часть своего времени.       По телевизору шла мыльная опера, окрашивая комнату в голубой цвет.       Бруно поставил чашку на одну из множества заполонявших его квартиру книжных полок, доверху забитыми любовными романами.       Разломив печенье на несколько частей, он открыл одну из дверец стоявшей в гостиной огромной клетки для крыс. —Ven aquí amores, — тихо произнёс он, аккуратно протягивая руку и беря одну из жительниц клетки, лежавшей на гамаке. Мужчина поднёс кусочек печенья к крыске, и улыбаясь, наблюдал, как она начала грызть предложенное угощение.       Каждый день он в обязательном порядке выделял время, чтобы покормить с рук каждую крысу из многочисленного числа своих любимец.       Они не умеют разговаривать, но Бруно нравилось размышлять о том, как он рассказал бы каждой из них, на сколько сильно любит их, если бы они вдруг обрели речь.       Вернув крысу в её гамак с печеньем в лапках, он взял другую. Он медленно продвигался вперёд, выдавая каждой крысе по кусочку печенья, а затем возвращался на кухню, чтобы вернуться с новой порцией угощения.       Каждой крысе, которая взбираясь по его руке, выходила из клетки, он выдавал свою порцию печенья, но не загонял её обратно.       Он знал, что они хотят гулять по квартире вместе с ним, так что большую часть дня дверца клетки была открыта.       Многие крыски добровольно возвращались в клетку, желая поспать в своих гамаках или поиграть с тем множеством игрушек, которые Бруно смастерил для них.       Как только кормёжка подошла к концу, он прошёл в ванную комнату и, открыв висевшее там грязное зеркало, достал капли для глаз.       У него была бессоница. Он не спал почти каждую ночь, а когда ему и удавалось заснуть, то максимум на три часа.       Все перепробованные таблетки не возымели никакого эффекта, так что однажды он просто сдался и принял обстоятельства такими, какие они есть, смирившись со своим положением.       Он закапал искусственные слёзы в каждый из глаз, на время сняв жжение, которое он испытывал постоянно из-за отсутствия сна.       Вернувшись в гостиную, он уселся на старое запятнанное кресло. По телевизору напротив всё ещё крутилась очередная мыльная опера. Он отхлебнул кофе и, поставив на чашку обратно на поднос, взял любовную книгу, которую сейчас читал.       Читая, он то и дело поглядывал на стоявшие на телевизоре часы, продолжая отхлёбывать кофе и обращать внимание на телевизор, когда происходило что-то интересное.       Мужчина обычно слонялся по своей квартире в одних и тех же темных джинсах или спортивных штанах. Не то, чтобы они казались ему удобнее всей остальной одежды. Просто он выбирался из своей квартиры всего раз в неделю, чтобы приобрести продуктов, крысиного корма и игрушек, а также чтобы прихватить новых любовных романов. У него не было друзей или семьи, за исключением, разумеется, крыс, так что и гостей у него не бывало. Бруно не видел смысла выряжаться только для того, чтобы его опять никто не увидел.       Биологическая мать, которой он даже никогда не видел, оставила своему единственному сыну все свои деньги. И их было более чем достаточно, так что Бруно не было необходимости работать.       Он проводил время так, как его душе угодно: за чтением многочисленных романтических книжек, просмотром мыльных опер, заботе о своих крысиных друзьях и наблюдениями за соседом напротив.       Будильник на часах зазвенел. Бруно нажал на кнопку отключения и, допивая уже успевший остыть кофе, прошёл к выходной двери, чтобы приблизиться к глазку.       Дверь напротив открылась, и его сосед, Камило, вышел в коридор. Он был самым прекрасным созданием, которое Бруно когда-либо удавалось увидеть. У мальчика были темные густые кудри, яркие глаза, прекрасная кожа и стройное тело.       На лице мужчины расплылась широкая улыбка.       Бруно наблюдал, как Камило надел беспроводные наушники, пару раз клацнул по экрану смартфона и, убрав его в карман фиолетово-чёрной кофты, закрыл за собой дверь и направился к выходу из здания.       Мужчина почувствовал взбирающуюся по его джинсам крысу. Он наклонился и поднял свою маленькую подружку. Поглаживая её по мордочке, Бруно уселся за стол у входа на кухню и достал чёрную тетрадь.       Усадив крысу на плечо, он долистал до последней заполненной страницы.       Под стройным списком дат, он записал сегодняшнюю и вывел напротив:       фиолетово-чёрная кофта. черные джинсы.       И затем, закрыв журнал, вернул его на место.       Достав ноутбук с полки над телевизором, он вошёл в свой фейковый аккаунт и ввёл ник Камило.       У мальчика был открытый аккаунт, что значит, у Бруно была возможность проверять его страницу на ежедневной основе. Камило не часто постил, но Бруно должен был знать, как только на его странице появляется новый пост.       Бруно интересуется Камило уже на протяжении года, с тех пор, как впервые наблюдал через глазок за въезжающим в квартиру напротив новым соседом.       Целый год он собирал информацию об этом мальчике.       Ему было 17, вот-вот исполнится 18. Он жил один, но каким-то образом сам арендовал квартиру. Камило был начинающим актёром, хоть и не особо преуспевал в выбранном ремесле. Он работал в местном магазине пончиков, играл на гитаре и укулеле, его любимый цвет был жёлтый цвета жевательной резинки. У него не было животных, у него никогда никто не оставался ночевать, он придерживался либо вегетарианской, либо веганской диеты, и всегда выглядел идеально собранным.       Его длинные пышные кудрявые волосы всегда лежали безупречно, а его здоровая, без каких-либо прыщиков или чёрных точек кожа была гладкой и эластичной.       Бруно знал, что Камило стирал вещи каждое воскресенье в шесть часов вечера. Ему часто приходило в голову начать стираться в это же время, но он отказался от этой идеи, как только понял, что не имеет ни малейшего понятия, что говорить и как вести себя, когда наконец окажется лицом к лицу с парнем.       Основной причиной, по которой он воздерживался от любых попыток общения с Камило, был его возраст. Бруно был намного старше, и какая-то его часть всё же испытывала странные эмоции из-за влюбленности в насколько юного молодого человека.       По началу Бруно уговаривал себя, что это просто лёгкая влюблённость, которая скоро пройдет, но после нескольких дней после первого "знакомства" с Камило, мальчик уже, словно паразит, плотно поселился у него в голове.       Если мужчина что-то и вынес для себя из многочисленных мыльных опер и любовных романов, которые он читал, так это то, что, если любовь с первого взгляда существует, им с Камило суждено быть вместе.       Бруно щелкнул по аватарке Камило и улыбнулся, увидев озорно ухмыляющегося мальчика, прикрывающего рукой подбородок.       Глубоко вдохнув, он провёл остаток игравшего на фоне эпизода мыльной оперы, уставившись на фотографию.       На следующей неделе Камило исполняется 18 лет. Он больше не будет ребёнком.       Наконец-то, Бруно сможет показать своему соулмейту, что им суждено быть вместе.