Девятихвостого не вызывали?

       Я помню, как проснулся ночью от какого-то громкого звука. И как потом, по моей ошибке на кухне взорвался газ. Как я судорожно старался забрать документы и свое оборудование, чтобы спасти их из пожара, и как входная дверь заклинила. Помню последние секунды, как я сидел на полу, обняв своего домашнего лисенка, которого я подобрал на улице месяц назад. И как жар огня добрался до меня.        А потом… Ничего.        Абсолютная темнота.        И пищание какого-то аппарата.        Я в больнице? Может быть. Видимо, меня смогли спасти и отвезти сюда. Только вот зачем?        Дома у меня уже нет. Сестра и родители давно погибли во время цунами, а родственников нет. Как и друзей. Если меня полностью вылечат, что вряд ли, и даже не попросят за это денег, то… Куда мне идти? Попросить помощь у подписчиков? Да кто мне поможет?.. А если даже кто-то решится, как мне написать им? Всё мое оборудование оставалось дома…        А лисенок? Что с ним?.. Скорее всего и он тоже…        Мертв.        -… седьмой день… отключаем…        Иногда я слышал какие-то голоса. И они говорили страшные вещи.        Либо эти голоса являются плодом моих фантазий, либо кто-то хочет целенаправленно отключить меня от аппарата жизнеобеспечения, мотивируя это тем, что я круглая сирота, и что меня никто искать не будет… Надеюсь, конечно, на первый вариант, но если правдив второй — сейчас я умру…

***

       — Запись для протокола. Пациент номер два три семь дробь четыре. Мужчина, девятнадцать лет. Прибыл восемь дней назад с ожогами третьей «А» степени и с удушением углекислого газа. После проведения операций и подключений к аппарату жизнеобеспечения пролежал в коме семь дней. Учитывая характер травм, дольше держать нет никакого смысла, из-за чего было принято решение отключить пациента два три семь дробь четыре от аппарата и освободить палату. Конец записи.        — Отлично! — сказал главврач, после записи. — Теперь переложите его на каталку, да побыстрее, пока органы целы. Нужно поднять его на седьмой этаж, к Эвелине.        Два интерна переложили тело и спросили у начальника, куда именно его везти, на что тот отмахнулся, заявив, что дальше сам.        Затолкав каталку в лифт тот нажал кнопку на цифру семь. Двери захлопнулись и кабина лифта затряслась, с трудом поднимаясь на указанный этаж. И вот, секунд через пятнадцать, двери лифта открылись, а главврач покатил каталку с телом в операционную номер десять дробь двадцать семь.        — Эвелина! У меня к тебе особое задание! — обратился мужчина к девушке лет двадцати пяти.        — Опять? — воскликнула та, явно не радуясь этому делу. — Я же уже говорила, что не буду этим заниматься! На нас и так положила глаз прокуратура!        — Не волнуйся. Этот последний, — начал ее успокаивать мужчина. — У него нет ни родственников, ни друзей, а все его ожоги несовместимы с жизнью, так что никто ничего не заподозрит, если мы вытащим его органы на продажу. С момента, как я установил смерть пациента прошло всего ничего, но у нас мало времени, если мы хотим получить нормальный товар на продажу! — выпалил мужчина.        — А ничего, что ты вместо морга труп прикатил сюда? Любой человек этому удивится, посмотрев на записи с камер!        — Да кто будет это смотреть? — не унимался тот. — Да и старые они, давно барахлят. То работают, то нет, а деньги на новые камеры нам давно не выделяли.        Девушка долго сверлила его взглядом и нехотя согласилась.        — Ладно. Но это последний раз!        — Обещаю.        Вдруг свет в помещении замигал и через пару секунд все восстановилось. Такое в больнице было впервые, но мужчина решил не обращать внимание на произошедшее. В отличии от девушки, которая с испугом смотрела ему за спину.        — Что с тобой? — спросил он у нее.        — С-с-с-смотри! — только смогла та ответить, указав пальцем ему за спину. Мужчина со скептицизмом обернулся и тоже замер.        Пациент, который недавно скончался, спокойно сидел на койке и смотрел на них своими красными глазами и с клыкастой улыбкой. От его тела шел пар и было видно, что все ожоги исчезают прямо на глазах.        — Что? Хотели меня на органы пустить? — спросил тот, после чего еще сильнее улыбнулся, а зрачки глаз сжались, превращаясь в тонкие вертикальные палочки. — А пустотный взрыв опробовать не хотите?        Оба врача издали пронзительный визг и попытались выбежать из операционной, но прямо перед ними двери захлопнулись.        — Да, телекинез — мощная вещь, — с улыбкой сказал немертвый. Затем он опустил свой взгляд и заметил, что одежды на нем нет никакой.        — Вот извращенцы! Нафига меня раздели? — спросил мертвец, но собеседники вступать в диалог не хотели. — Ладно. В таком случае я заберу твои штаны. Гони их быстро.        Парень с дрожащими руками снял свои джинсы и швырнул их в пациента.        — Эй! Окстись! Полегче! И надень свои трусы обратно — мне они не нужны! — сказал Лис, надевая его штаны.        И вот, после того, как нижняя часть оказалась прикрыта, он встал, сделал легкую разминку и обратился к двоим бедолагам:        — Вы на мои вопросы все ещё не ответили. Вы хотели пустить меня на органы? И не хотите ли пустотного взрыва?        И тут врачей прорвало. Они начали каяться во всех грехах, перекрикивая друг друга, и просить их не убивать. Не понятно только, из-за чего именно у них такая реакция? Из-за того, что он не умер? Из-за его способности управлять предметами на расстоянии? Или из-за того, что у этого человека только что появилось девять белоснежных хвостов с черными кисточками, которые прошли сквозь штаны, не повредив их? Не знаю. Но знаю то, что Лису надоело их слушать.        — Стоп! Из-за вашей болтовни мои прекрасные ушки заболели. А теперь вкратце — вы убивали тех пациентов, которых можно было потенциально спасти, и делали это для того, чтобы продать на чёрном рынке их органы?        Те быстро закивали.        — Вы долбанулись?.. Ладно, плевать. Теперь ответьте на мой второй вопрос. Хотите пустотный взрыв?        — Нет, не хотим, — быстро ответили врачи.        — Отлично! Потому что я решил продемонстрировать вам Распад сверхновой! — радостно сказал Лис, сложив руки перед собой горизонтально. Затем он немного развел их в стороны и между ладонями появился фиолетовый шарик.        — Бум!        Всё вокруг него просто испарилась, не оставляя ничего в диаметре пяти метров. Сам Лис упал на два этажа вниз из-за того, что пол исчез. Теперь он был в другом помещении, где только что шла операция, которую он прервал, упав на главного хирурга.        — Вы кто такой! Что вы тут… делаете? — начал было на него наезжать один из ассистентов, но увидев глаза вдруг впал в ступор.        — Ох, не обращайте внимание! Я тут просто мимо проходил и решил заскочить, — ответил Лис. — И кстати, что с пациентом?        — Черт! Мы ему руку только что ампутировали, а теперь нужно побыстрее зашить рану, пока он не умер от потери крови! — воскликнула одна из ассистенток.        — Не волнуйтесь! Я, песец и доктор каких-то там наук, помогу вам! — воскликнул Лис и создал в руках огненный меч.        — Нет!        — Стой!        — Охрана! — резко закричали все, увидев у него огненное холодное оружие, которое он… вонзил в пол.        — Че? — удивился медбрат, когда от меча пошла волна, которая его взбодрила. А потом все с шоком начали наблюдать за тем, как у пациента начала отрастать рука.        — Ну вот и все. Если захотите снова ее ампутировать, то сперва подготовьтесь получше. А то ваш главный какой-то припадочный. Крови, видать, боится, — с этими словами он вышел из операционной и заметил суету в коридоре. Кто-то куда-то спешил, кому-то кричал, где-то кто-то матерился. Бардак, одним словом. И в этом потоке Лису не хотелось оказаться. Из-за этого он схватил одного из охранников своим удлинившимся хвостом и, притянув ки себе, спросил:        — Я тебе уже говорил, что такое безумие?        — А? — не понял человек, как он так быстро тут оказался.        — Ох, извини. Не та пьеса. Мы на каком этаже?        — На пятом.        — Отлично! А теперь — лети навстречу приключениям! — запустил Лис свой «справочник» в окно. В итоге охранник чудом выжил, упав с пятого этажа, но попал под колеса Грузовику-куну и стал героем иссекая.        — Ха! — крикнул Лис, опустив руку ладонью вниз. Телекинетический удар проломил пол и позволил девятихвостому спуститься на этаж вниз, где он снова проделал свой трюк. И так до самого первого этажа, где он наконец заметил лифт прямо рядом с ним. Но кому интересно ехать вниз на лифте, когда ты только что получил такие силы?        — Извиняйте, дамы и господа, если вдруг раздавил вас, — обратился он к груде камней, откуда раздавались стоны. — Но признайтесь, это же было весело!.. Нет?.. Кайфоломщики.        Воткнув в землю новый лечебный меч он вышел из здания, где заметил приезжающих полицейских машин вместо с ОМОНом.        — Ого! Вижу, кому-то сейчас не поздоровится! Интересно, против кого их всех вызвали?        Собирались они быстро, устраивая некую стену из машин, перекрывая выход из больницы. Не думал, что наши доблестные полицаи это умеют! Прямо как в голливудских фильмах!        Я присел на ступеньках, наблюдая за их подготовкой. Не хватает только попкорна. И вот, всё мельтешение прекратилось и все навели свое оружие… На меня?        — Подними свои руки и отойди от лестницы! И без своих штучек — мы успеем тебя застрелить до того, как ты что-то выкинешь!        Вот это новости! Ну и что, что я тех двоих испепелил? Конечно, возможно в радиус поражения могли еще кто-то попасть, но это же не повод звать ОМОН! Могли бы просто сказать, что " А-яй-яй! Нехорошо! Встань в угол на часок!»        — А что если нет? — крикнул им в ответ.        — Тогда мы откроем огонь! — ответил мне всё тот же человек в громкоговоритель.        — О боже! Прошу вас! Только не это! — с испугом воскликнул я, пройдя в центр. Сперва мне хотелось заставить их всех полетать своим телекинезом, но это так скучно! Интереснее посмотреть, что они сделают, если я сдамся?        И вот, уже минут пять я тут стою с поднятыми руками, а арестовывать меня никто не идет. Только и слышно, как они отправляют кого-то, кто отказывается и потом отправляют другого… Неужели я такой страшный?        — Ну и долго мне тут стоять? — спросил я их. Затем из рядом полиции вышла одна миловидная девушка, которая подошла с явной опаской.        — Дернешься — и превратишься в дуршлаг! — пригрозила та меня, доставая наручники.        — Да как я могу! И кстати, не дашь свой номерочек? Думаю, в камере мне будет скучно, так что я буду тебе названивать.        Конечно, номерочек мне не дали, вместо этого надели на руки наручники и повели в сторону машин. Не понял.        — Красавица, а почему ты только на руки их надела? А что насчет хвостов? Это же дискриминация!        В итоге я не успокоился до тех пор, пока на мои хвосты тоже не надели наручники. И вот теперь, с чистой совестью я сел в грузовик ОМОНа. А спустя пару минут туда же села та самая девушка, видимо, это награда за ее смелость. Только вот поговорить по душам с ней тут не удастся, к сожалению. Ведь кроме нас тут сидело еще четыре амбала с автоматами Калашникова.        И вот мы тронулись. Ну, всмысле тронулись с места, а не головой. Хотя у меня тут неоднозначно… Ведь по пути я начал вспоминать неких стражей, призрака Дёрпи, пони, крылорогов. Вспоминать так, будто видел я сам, лично. Либо не я, а какая-то моя часть, которая хочет снова воссоединиться, чтобы стать полноценным…       Кицунэ?