Вы никогда не поймёте, спасёт ли вас любовь или безжалостно уничтожит..

День. Улица. Фонарь. Аптека. Он не горит (я про фонарь), да и зачем? (сказал же, что день). Здесь проходят люди. Всё очень по-зимнему, снежок падает под наклоном и мешает давиться красотой, только незнакомец, проходящий мимо, и не вписывающийся в мои представления о идеальном пейзаже, помешал немного: человек низкого роста завельнул направо с дороги, прямо в аптеку. Может быть за таблетками? Одет потенциально больной был в куртку ниже колен, такие носят в что называется "полу-мороз" (когда снеговик ещё не мечтает о том, чтобы самостоятельно перебраться в место потеплее, но при этом не лепится, ведь лепится в 0 градусов, а сейчас ниже.) (Ну короче было -10, но рассказ сам себя не растянет.). Голову сопровождала шапка, именно сопровождала: с октября по март. Что было на ногах - не знаю, но сами ноги ступали уверенно. Видно, что в аптеку тот пришел не за гематогеном. Человек забрал коробку, слева от кассы, там, где должен выходить аптекарь в конце рабочего дня. В момент передачи участники перекинулись парой слов, вроде о учёбе человека, что поменьше. Хотя, подождите, знаете, аптекам привычен черный вход для сотрудников, разве нет? Вернее сказать, для сотрудника. Помещеннице средних размеров почти полностью было занято витринами и полками с лекарствами. Между ними были маленькие проходики, в которых и передвигался аптекарь в поисках нужного препарата. Тем временем человечек вышел из здания и направился в третью сторону, т.е. не пошел обратно, и дальше тоже не пошел, выбора остается мало, вот и третья сторона. Хех. Через 5-6 минут проходил он уже около рынка. Там, возле киоска с шавермой, увидел такую картину: кошка заигрывала с другой кошкой. И что такого? Ну пыталась общаться, а та отвергала будто. Это долго происходило. В итоге, разочарованная мисс-дружелюбие отошла за угол киоска. А здесь уже вторая решила проявить инициативу, встала с люка - насиженного места и обошла территорию: "Нигде нет знакомой моей, неужели на шаверму пустили?". Обошла киоск. Нашлась! Та грелась у другого источника тепла - у генератора, постоянно шумевшего, который, должно быть питал "шаурмяшку", (ну или "шавермяшку", как будет угодно петербуржцам). Вторая кошка лезла мириться, казалось, сейчас настанет момент взаимности.. Но дверь киоска, что вплотную к генератору стоит, отворилась, а из неё вышел гуру шаверм. От испуга одна из кошек отскочила назад. Повар же подошёл ко второй, схватил за шкирку и понёс на разделку. Всё это произошло минут за семь, поэтому, пройдя рынок, сверив часы, он без труда определил затраченный временной отрезок: четверть часа. В голову прилетали мысли о великой удаче повстречать такую историю на пути. Она была будто выдумана... Шлось легко. Так обычно и идут, выполняя какое-нибудь приятное задание. Но в его шаге ощущался прямо необычайный задор. Я ходил так, иногда, на долгожданные встречи с друзьями. Но были ли друзья у нашего героя? Ещё 5-6 минут и человечек у цели. Преодолев чёртову дюжину ступенек и повстречав ту же дюжину, но меньшую на один (всё-таки не все люди черти) людей, человечек добрался до почты. Арифметика, паспорт, адрес, записанный на бумажке, деньги для оплаты доставки - вот то, что должно было понадобиться ему в ближайшие десять минут. Очередь была не длинная: "Раз, Два, Три, Четыре...", - это он считал не людей в ней, а уже ступеньки, так быстро преодоленной почты. Похоже, одной не досчитался, видимо, перепрыгнул с вёселой дурости. Может, её изначально и не было. Надо бы туда сходить как-нибудь. Дело сделано, а скорость шага не сбавляется, да и настроение шагающего всё выше и выше. Через некоторое время (оно уже не считалось - в дружбе нет места формальностям) человечек дочутился у дома своего друга. Подойдя к двери, предвкушая разговор, он сильно улыбался. Так улыбаешься, когда держишь путь навстречу к дорогому тебе человеку и он находится уже в твоей видимости, улыбка не сползает с лица, а глаза и та самая улыбка уже поздоровалась с ним, но всё же надо подойти поближе для нормального рукопожатия. Произошел звонок в домофон: - Здравствуйте. - Здравствуйте. - Извините, а Денис выйти сможет? - Не может выйти он. - А что стряслось? - Погодь. Это ты что-ль, Гришанька?! - Я, Ольга Александровна. - Он к бабушке уехал, поздно вечером будет, в воскресенье. - А.. Опять? Только ж.. Извините, - Ну вот. Извини, если что. Пока! Обратно до аптеки шёл в два раза больше времени. Ну минут 25. Ни одного кота у киоска не было, было зато свежее мясо на вертеле. Казалось, он мог и купить себе сейчас перекус этот, да вспомнил... Вспомнил, и наверное зря вспомнил, ведь всю дорогу его тревожили какие-то мысли. До аптеки всё-таки дотащила его мышечная память, а там уже мозг заставил работать другую. Так оживил её кашель аптекаря. Герой вспомнил, что тот перехварал ещё в ноябре - в месяце, в котором, вроде, все болеют. Но о Январской повышенной заболеваемости Гришка не слышал. - Может к врачу? - Ещё куда. - Ну, Пап, ты уж.. - Подай вон Промедол. Заказ. - У меня вот у друга бабушка терапевтом работала. Давай? - Что давай? Ну давай. - Хорошо, Пап. Я позвоню. Вот Промедол. Сегодня же позвоню. Герой оживился и направился к выходу. - К дому? - Да. - Отнес то? - Отнес. Дорога к дому заняла меньше обычного. Стук колёс поезда слышался по левую руку - это ехал трамвай. Сначала Гриша читал вывески, через минуту устал, ведь проходил здесь чуть не каждый день, и стал глядеть только под ноги. Дорогу эту он также не взял под временной счёт. Так и остановка была опять. В 18:19 из дома выходит ещё один маленький человечек, на 6 сантиметров ниже первого. Первый, оказывается, был метр семьдесят четыре ростом, не такой уж и маленький человечек. Да вообще большой уже. В 18:21 человечек и Гриша столкнулись. Она жила так близко, а он заметил. Подняв голову, герой увидел милое женское лицо. Как полагается в таких знакомствах, она не могла быть старухой, если он мальчик. Ей было также 16. - Извини. - Извини. Это сказали они, естественно, одновременно. Ну как же по-другому? Гришаня вот только почти все сорвал: он вздумал просто пройти дальше. - Стой. А ты разве не с 13 дома? - Так оно. Девочка, вдруг, засмеялась. - Ты не мог ответить просто - "Да"? - Гриша. Перед ответом героиня вопросительно посмотрела на Гришу. Потом, не пряча удивления странности нового знакомого, все же ответила: - Аня. - Приятно - Познакомиться (Девочка перебила), (пожала руку и ушла по своим делам). Вообще, мне не совсем понятно было её удивление. Она сама была довольно странная, такая живая чересчур. Русые волосы, что были чуть-ниже плеч закрывались бежевой шапкой. Её куртка непонятного цвета была по пояс. Оба героя, видимо, любили спортивные штаны. Что было на ногах - не запомнил. Гриша конечно эмоции какие-то в себе почувствовал. Да и странно тогда было обоим. Придя домой, он позвонил своему другу. Герою ответили, что особенно необычно. Гриша помнит, что в прошлый раз ему пришлось идти аж до его дома. Ну да, это тоже было сегодня. - Да? - Привет, Денис, как дела? - Норм. Что звонишь? - Я к тебе заходил, ты уехал.. - Ну. - Ладно. Не мог бы ты свою бабушку попросить, чтобы она моего отца посмотрела? - Она не работает уже врачом. - Да разницы же.. Ну как бы.. - Лаааадно.. - Что? Посмотрит? - Да нет же, не работает уже. - А что же мешает то? Не понимаю. - Лааадно. Давай. Сказал он это, выдержав паузу в несколько секунд, чтобы не надо было отвечать на вопрос. Наверное, Денис понимал, что это глупо и Гришка о вопросе от этого не забудет, но ему было на весь диалог так-то плевать. - А что хоть ему выпить? Таблетки какие.. Спроси, пожалуйста. - Чаю горячего же. С медом там. - И все? Он же не день болеет.. - Да. Давай. Всё. Пока. (Ещё с большей торопливостью это произнёс Денис и повесил трубку). В 18:39 Гриша вышел из дома, а в 18:43 снова встретился с Анной. Опять столкнулись. Она жила так близко, а он её не заметил. Вот и столкнулись. - Привет. - Извини - А что ты торопишься, Гриша? - Папе рассказать про средство от кашля. Герой сразу раскрыл все карты, надо было кому-то сказать. Он и вышел с надеждой такой. Дома ж телефон был, чтоб отцу позвонить. Так и про чай папа сам точно знал. - И какой способ? - Горячий чай с медом. Аню это рассмешило. - Кто же тебе такое сказал? - Знаю, что брехня. - Ладно. "Записки юного врача" читал? - А я читала, да и всего Булгакова читала. Сама хочу стать врачом. - Интересно. - Так ты читал? - Читал. И "Морфий" читал. С этим диалогом они дошли до аптеки. - Здравствуйте. У вас кашель? А какие ещё симптомы наблюдались? - Ну как. Слабость, одышка. - Одышка? - Да. - Надо к врачу. Точно! А может Пневмония, вы что! - Не пугай (вмешался Гриша). - К врачу! К врачу! Чай с мёдом.. Что за.. Аня начала прощаться, идти к выходу и тянуть потихоньку за руку Гришу. Она вовсе вышла на улицу и ждала у выхода. - Это и есть та бабка? Хех. - Ты такие вещи, пап.. Ну видно же, что не бабка.. - Шучу-шучу. Хорошая девочка.. - А к врачу? - Будет время. - Надо же, пап. Солнечный день в Питерскую зиму: рабочие перерыли всю дорогу на Прачечном переулке. Закрыли одну из станций метро ненадолго. Там что-то неважное. Через два месяца, как-то, сидя в парадной, Аня спросила у Гриши про отца. На лице всплыло удивление. - Как не сходил он? Ты займись этим срочно. - Сегодня ещё попробую - Да! Гриша, конечно, напоминал отцу, даже ходил самостоятельно в поликлинику. Ещё неделю они гуляли, ходили друг-к-другу в гости, разговаривали о разном: о Булгакове, о Достоевском, о всём что угодно, главное слышать голос друг-друга. Один из путей их проходил мимо Прачечного переулка, пришлось обходить. По-пути они заходили в какие-то дворы: целовались. Мосты разводились, а они не расходились и шли гулять дальше, пускай пока только на этой стороне, ну и ладно. Часов на семь возвращались домой поспать. А потом ещё общались, много общались: о ярком солнце, которое вышло в данный момент, например. Но как вышло, так и зашло. Папе стало хуже. Тут уже вызвали врача без спроса отца. Умер ли он? Я знаю, что повар из киоска умер от отравления, знаю, что Дайте Танк (!) выпустили новый альбом, знаю, что Денис четыре раза неудачно женился впоследствии. Гриша же женился лишь однажды - в 18 лет, прямо после дня рождения. Никакой эмансипации. В паспорте было записано: "Антардова Анна", теперь же "Анна Лазарева". Ну вот так. Санкт-Петербург пополнился именитым.. А впрочем.. Отец всё же умер.