Ромашка

Каждое утро в нашем заведении начинается одинаково. Это больше похоже на день сурка: проснулись, похныкали и пошли. Антон всю свою недолгую жизнь ненавидел просыпаться рано. Его поистине можно считать олицетворением понятия человек-сова. Каждое утро Майе стоило невероятных усилий одеть мальчика и довести в сад. Маленький Антоша обожал садик и свою воспитательницу Оксану Александровну. Особенно сильно он любил ее зеленые глаза: у него были почти такие же. На сборы 45 минут, из которых 25 — попытка открыть оба глаза одновременно; еще минут 10 на подъем туловища. Когда до сонного мозга доходит суть происходящего начинается самое ужасное. Майя знает, что сам Антоша будет одеваться ещё минут 40, поэтому усаживает его на кровати и принимается натягивать колготки. По авторитетному мнению Антона колготки это фу. Они длинные и неудобные, их вообще носят только девочки, а он не девочка. Но самое ужасное это шапка, она всегда вызывала только желание снять ее поскорее. Когда с одеждой покончено, начинается игра под названием «Дойди до сада, если сможешь». Вставать рано ужасно, но ещё хуже рано утром идти куда-то по снегу в мороз. На пороге группы Антона уже ждёт Оксана Александровна, его воспитательница. Сегодня на ней очень красивая рубашка в цветочек, а ее светлые волосы собраны в хвост. За ее спиной стоит Арсений и машет своему другу. Антон и Арсений начали дружить почти с самого первого дня в группе. Им нравилось играть вместе, прятаться от Оксаны Александровны во время прогулок, делиться секретами и не спать на сон-часу. Арсений всегда приходил раньше Антона, потому что был настоящим жаворонком, о чем тетя Таня однажды рассказала маме Антона. Он тогда не понял, почему Арс птица, и спросил его, на что тот рассмеялся и сказал: «Это потому что у меня есть крылья». — Антон! Давай быстрее! Смотри, какой у меня грузовик! — прошепилявил Арс, подняв вверх руку с огромным желто-черным грузовиком. — А мне мама запретила брать в садик солдатиков, но я взял танк! — крикнул Антон в ответ. — Мам, где мой танк? — Дома остался. Ты же его сам положил на пуфик в прихожей, — ответила мать, торопливо переодевая сына. Антон уже собрался плакать, но к нему подбежал Арс, протягивая грузовик. — Ничего страшного, будем вместе играть. Смотри! — он поставил игрушку на пол и покатил в сторону группы. — Пойдем уже!

*

       Воспитатели — настоящие герои. Нужно быть невероятным человеком, чтобы не сойти с ума от группы непосед, их голосов и криков; следить, что все целы, поели и умылись; собирать их на прогулку по два раза в день. Кроме того им нужно уделять внимание каждому, решать их конфликты и отвечать на сто и один вопрос в минуту. Оксана Александровна до сих пор не знает, как отвечать на некоторые вопросы. «Почему на ногах ногти, а на руках не рукти?» или «Почему правая рука называется правой, а левая — левой?». Дети — маленькие почемучки, им интересно все и сразу, и они не боятся задавать вопросов. Они не боятся знакомиться, доверяют свои маленькие тайны и бережно хранят чужие. Именно это держит Оксану здесь до сих пор. Например сейчас она наблюдает за Антоном и Арсением, которые построили домик из стульев и не пускают никого внутрь. Она с самого начала заметила их чудесную связь и взаимопонимание. Однажды Арсений споткнулся во время прогулки и разбил коленки. Тогда почти вся группа хохотала над ним, один Антон сидел рядом, пока медработник обрабатывал пострадавшие колени, держал за руку и говорил какие-то детские глупости, лишь бы мальчик не плакал. Через полтора года выпускной, и Оксана надеется, что мальчики не потеряют друг друга и будут рядом. Где-то под ухом слышится голос, а на ногу опускается ладошка, вырывая Оксану из мыслей. — Оксана Александровна, а когда мы пойдём на улицу? — спрашивает Андрей, один из самых любопытных детей в группе. — Вы видели, как там красиво? Я сегодня, когда в садик шел… Дальше Оксана не дослушивает, понимая, что они только что чуть не пропустили дневную прогулку. — Ребят, пойдёмте одеваться на улицу. Кто хочет может взять с собой лопатки для снега, — объявляет Оксана и мысленно стонет от перспективы сейчас всех собирать. Со сборами ребята справляются довольно быстро, поскольку сами хотели поскорее на прогулку. Дойдя до нужной площадки, Оксана оглядывается и замечает огромное количество снега, выпавшего за утро; она точно знает, что сейчас Илья, главный задира, обязательно начнет кидаться снежками в девчонок, поэтому сразу предлагает детям поделиться на команды и устроить конкурс на самого красивого снеговика. Участвовать соглашаются не все, но по итогу набирается 3 команды: Илья, Дима и Стас в первой, Арсений и Антон во второй и Катя с Ирой и Андреем в третьей. Спустя 20 минут перед Оксаной и ее помощницей Юлей стоит три снеговичка, с косыми глазами и разными ручками-веточками. Около каждого шедевра снежного искусства стоят сами мастера: Андрей что-то рассказывает девочкам, Илья лепит снежок, чтобы в следующую секунду отправить его прямо Позову за шиворот, а Шеминов хохочет. Только Арсения с Антоном нет. Оксана тяжело вздыхает и просит Юлю последить за детьми, пока она будет искать мальчиков. Арсентьева решает обойти всю территорию, потому что потерявшиеся парни могли быть где угодно. Территория детского сада напоминала стадион с корпусом самого учреждения посередине. В самой дальней части территории находились кусты, к которым всю зиму свозили снег с участка. Оксана остановилась недалеко от сугроба и прислушалась. Раздался хлопок. — Антон, нет! — взвизгнул Арсений и захохотал еще громче. — Ну пожалуйста, Антон, пойдем уже! Оксана Александровна будет ругаться. Подходя ближе, хохот из кучи становился только громче. Увиденное почти не шокировало воспитательницу. Антон лежал на снегу и делал снежного ангела, и, судя по всему, только что уронил Арсения рядом. Первым воспитателя заметил Антон. Его и без того большие глазки стали ещё больше, а пухлые губы пародировали букву «о». Арсений продолжал хохотать, но, видимо, почуяв неладное, посмотрел наверх, и его глаза забавно округлились. — Оксана Александровна, извините, мы… — Это я привел Сеню… — Я не Сеня! — перебил Арс и посмотрел осуждающе. — …привел Арсения сюда, — продолжил Антон. — Нет, Оксана Александровна, это я нас сюда привел, — прервал его Арсений, но бестолку. Антон продолжал. — Я привел Арсения сюда, пока Вы с Ирой собирали веточки. Мы сделали снеговика раньше всех и решили погулять. А тут так много снега! Я виноват. — Нет, Оксана Александровна, это я привел сюда Антона, — протестовал Арс. — Я хотел поиграть с ним, а к нему лезла Аня и мешала нам. Оксана стояла и не знала что делать. С одной стороны, они убежали и заставили воспитательницу волноваться. С другой — они нашлись, целыми и невредимыми. Оправдания еще больше заставляют Арсентьеву удивляться такой крепкой дружбе и надеяться, что мальчики продолжат общение спустя время. — Парни, вы ведь уже взрослые и должны понимать, что так делать нельзя. Нельзя убегать без разрешения. Можно было подойти ко мне или к Юлии Евгеньевне и попросить сходить с вами. — Извините, мы больше так не будем. — Да, обещаю, мы больше не сбежим без разрешения. Мальчики смотрели на воспитательницу с таким раскаянием и преданностью, что у нее не было шансов. — Ладно, пойдемте уже. Там вообще-то конкурс снеговиков проходит. — Точно! У нас самый красивый снеговик, — доверительно сообщил Арсений, — это Антон предложил добавить ему пуговки из камушков. Дойдя до площадки, Оксана Александровна созвала всю группу для голосования. — А что это за рога? — поинтересовался Арс у Димы. — Это снеговик-олененок? — Это ты олень! — вскрикивает Позов. — А у него волосики. — У снеговика? — вклинивается Антон. — Зачем они ему? — В смысле зачем? У всех должны быть волосики. — насупился тот. Стоящие рядом ребята дружно захохотали. — Ребята, давайте голосовать, — прервала всех воспитательница. — Встаньте рядом со снеговиком, который понравился вам больше всего. В то время как Илья стоял и придумывал, как бы отомстить парням за друга, дети начали делиться. Рядом со снеговиком Антона и Арсения встало четверо, к снеговику Иры и Кати подошло трое, а около снеговика Ильи, Димы и Стаса всего двое. — По итогу голосования побеждают Арсений и Антон! Поздравляем вас, парни. Вы молодцы! Пока ребята радовались и хлопали, Илья подошёл и пнул их снеговика. Камешки-пуговки провалились в кучу снега, а веточки-ручки упали по бокам. Арсений почти со слезами смотрел на некогда красивого снеговика, но, осознав что именно произошло, разозлился и кинулся уже сломать чужого снеговика, как его кто-то схватил. Антон крепко прижал Арсения к себе, не давая ему выбраться; он никогда не любил ссоры и сразу заметил гнев в глазах друга. В его руках Арсений перестал брыкаться и через несколько секунд спокойно попросил его отпустить. Оксана в очередной раз удивлялась их способности понимать и осаждать друг друга. — Ладно, ребята, скоро обед. Собирайте игрушки и идём в корпус.

***

Арсений очень сильно любит утренники. Он любит репетировать, выступать перед толпой, играя разные роли или рассказывая стихи. Когда Арсения спрашивают, кем он хочет быть в будущем, он без сомнений отвечает: «Актером!». Арсений к своим пяти годам знает стихов, наверное, больше, чем его родители. Таня видит любовь сына к актерству, она даже готова в будущем отдать его в актерскую школу, но только слишком хорошо понимает, что путь актера тернист. Она, как и любая мать, хочет всего самого лучшего для своего ребенка. В отличие от Арсения, Антон терпеть не мог утренники. Вообще очень удивительно, как они, являясь такими разными, так хорошо друг друга понимали. Возможно, люди правы и противоположности действительно притягиваются. Антону выступать перед кем-то всегда сложно; ему страшно, он обязательно забудет строчку или реплику. Особенно ненавистными являются танцы: Антон абсолютно неуклюжий. На календаре конец апреля, время подготовки к утреннику по случаю Первого мая. Юлией Евгеньевной было предложено поставить танец и раздать стихи для шестерых ребят. Если стихи под чутким контролем родителей исправно учатся, то танцы это настоящая головная боль. На постановку уходит совсем немного времени — все в руках педагога по танцам, — но на то, чтобы выучить движения, могло уходить по две недели. Оксана и Юля всегда старались заранее начать подготовку к утренникам: распределяли детей по парам и начинали водить группу на занятия к Людмиле Анатольевне — педагогу по танцам и пению. Сегодня в планах было поделить ребят и раздать стихи родителям в руки. Оксана и Юля собрали ребят в центре группы и начали расставлять их по росту. — Антон и Арсений, встаньте рядом. — попросила Юлия Евгеньевна. — Отлично. Антон, ты повыше, вставай в пару с Аней. Арсений зло зыркнул сначала на воспитательницу, потом перевел взгляд на Антона, глаза которого выражали вселенскую грусть. — Но Юлия Евгеньевна, я не хочу с Аней танцевать! — возмущается Антон. — Она маленькая. Я хочу танцевать с Арсением! — Антон, вы танцуете в парах, мальчики с девочками. — Но Юлия Евгеньевна, пожалуйста… — Антон, вставай с Аней, — диктует воспитательница. — Арсений, ты в паре с Соней. Хорошо, что в нашей вселенной у людей нет суперспособностей, иначе Арсений одним своим взглядом мог бы просто испепелить воспитательницу. — Хорошо, теперь по парам идем к Людмиле Анатольевне.

*

Утренник подкрался как обычно незаметно. Девочки уже переодеты в самые красивые платья, мальчики — в парадные костюмы; родители спускаются в актовый зал, подготавливают видеокамеры и фотоаппараты. Ребята, как обычно, волнуются, а добрые воспитатели подбадривают и дают веру в лучшее. Людмила Анатольевна быстро прогоняет танец прямо на пороге актового зала, лучезарно улыбается и скрывается за дверями. Ребята стоят со своими танцевальными парами и ждут объявления. Арсений находит глазами Антона, стоявшего в другой колонне вместе с Аней, и подмигивает ему. Антон, паникующий, наверное, больше всех, изо всех сил пытается успокоиться. Заметив Арсения и его спокойствие, Антон как будто расслабляется, но вступление их песни заставляет Антона забыть все движения в момент. Вставая на нужные позиции, он не помнит ничего, ни одной связки, ни одной поддержки. Он смотрит на Аню и ничего не вспоминает; ловит глазами пару Арсения и Сони, которые уже начинают двигаться, и не может пошевелиться. Аня что-то шепчет, но он не разбирает ни слова. Словно сквозь вату Антон слышит шепот Арса и поворачивается к нему. — Что? — Антон, иди сюда, — зовет Арс и протягивает ему руку. Он даже не успевает ничего понять. Лишь чувствует, как Арсений тянет его на себя, как Аня отпускает ладонь. Замечает, что Арсений кладет его руки себе на талию и направляет. Смотрит с таким спокойствием и поддержкой, что сильная паника отступает и в памяти всплывают движения. Сейчас Антон должен встать на колено и поднять руку, а Арсений обойдет его. Звучат последние аккорды, и ребята останавливаются. Родители начинают аплодировать, а Юлия Евгеньевна в микрофон благодарит их группу за выступление. Выходя из актового зала, Арсений не отпускает Антоновскую ладонь, а наоборот сжимает крепче, будто успокаивая, и улыбается. Шастун смотрит на него с безумной благодарностью и улыбается в ответ. Где-то сверху их зовёт Оксана Александровна, скорее всего ругается, думает Шаст и поднимает голову. Воспитательница стоит рядом и смотрит с беспокойством. — Простите, Оксана Александровна. Это я виноват. Я испугался. — Он опускает голову и вздыхает. — Все хорошо, Антон. Со всеми бывает. Не расстраивайся, ты все равно молодец. Спасибо, Арсений, что не растерялся, — говорит Оксана Александровна, и, погладив мальчиков по волосам, уходит. Ребят заводят в группу, где уже накрыт полдник. В раздевалке собираются родители, готовые забрать детей после перекуса. Антон, как обычно, садится за один стол с Арсением и шепчет: — Спасибо, Арс.

***

Все люди любят лето. Дети радуются долгожданным каникулам, взрослые — отпускам. В этот отпуск Майя планировала съездить в область, к родителям. Антон обожал своих бабушку с дедушкой и всегда с нетерпением ждал поездки. Летом в деревне классно: проснулся, покушал, погулял, а если повезло с погодой, то сходил на озеро, помог маме в огороде, попарился в бане с дедом, поболтал с бабушкой и уснул. Иногда в этот день сурка вклинивался поход в лес или игры в шашки с дядей Колей, другом дедушки, пока на улице лило как из ведра. По приезде все шло по плану: в озере искупался, в лес сходил, в шашки поиграл; но в этот раз это слишком быстро надоело Антону. Примерно через неделю ему стало скучно играть в шашки, через полторы он начал тосковать по городу, в частности по Арсению и их играм. Через две недели в город хотелось так сильно, что ни один вечер не заканчивался без истерик. Мальчик слёзно просил папу забрать к себе в город. — Антон, папа работает и не сможет за тобой следить. — Ну мам, ну пожалуйста, поехали в город, — умолял он. — Там Маруся без нас скучает. — Ничего с твоей кошкой не случится. Я уверена, папа хорошо ее кормит, и, может быть, даже играет с ней. — Я хочу в садик! — продолжает Антон подкидывать аргументы за возвращение в город. — Ты же ненавидишь ходить в сад. Что случилось, родной? — спрашивает мать. — Скажи честно, я же переживаю. — Я по Арсению скучаю, — шепчет он, будто раскрывает свой самый большой секрет. «Вот оно что», — растерянно думает Майя. — Я вечером пойду в магазин, позвоню папе и узнаю, сможет ли он тебя забрать, — предлагает она, — хорошо? — Хорошо, — кивает Антон, — Спасибо, мам! — Пойдем клубнику собирать? — А можно мне в мое ведерко? — спрашивает мальчик. Мать треплет сына по кудрявой голове и отвечает: — Конечно, Антош.

*

— Алло, Андрей? Меня слышно? — Да, слушаю, — в трубке слышится шорох и усталый голос мужа. — Ты как? Устал? — Есть немного, но платят хорошо, так что почти не жалуюсь, — выдыхает мужчина. — А вы как? Как Антон? — Это да, деньги лишними не бывают, — соглашается супруга. — Мама с папой в порядке. Папа вчера баню красил, пока мы с мамой малину обрабатывали, все руки себе искололи. Кстати про Антона. — Что такое? Заболел? — перебивает рассказ мужчина. — Ой, не дай бог. Он в город хочет очень, — вздыхает женщина. — Ты же не сможешь там за ним присматривать? — Прям сильно просится? — тянет Андрей отчаянно, заранее соглашаясь. — Каждый вечер плачет. — Ладно, приеду на выходных, заберу его. А чего это он так? — задумавшись, спрашивает мужчина. — По Марусе с Арсением скучает. Это мальчик из сада, Попов который. — Темненький такой? — уточняет супруг. — Да, он, — продолжает жена. — Я позвоню Татьяне, договорюсь о встрече. Сама я здесь ещё до четверга побуду, хорошо? — Конечно, до встречи. — Целую.

*

Выходные наступают быстро. С утра Антон по традиции позавтракал бабушкиными блинчиками, поел клубники прямо с куста и собирался уже на полянку, как с улицы послышался гул мотора. Высунувшись в окно, он увидел отцовскую машину, подъезжающую к дому. — Мааам, это папа? — кричит мальчик так, чтобы мама точно услышала его. — Да, сынок, — отвечает женщина, заходя к нему в комнату. — Он заберет тебя в город, ты же хотел? — Урааа! Я еду в город! — закричал Антон. — Мам, а ты? Ты что, не поедешь с нами? Антон смотрел на маму, сдерживая слезы. Он не хотел оставлять ее здесь. Бабушка рассказывала ему, что у мамы ещё неделя отпуска. Он хотел сходить с ней в парк или в кино. — Ну что, деревенские, уже собрались? — весело спрашивает отец, заходя в комнату. — Мам, ну поехали с нами! — хнычет Антон. — Пожалуйста! — Ну правда, Майя, — присоединяется к уговорам мужчина, — можем сейчас вместе самое тяжёлое на участке сделать и поехать, чего тебе тут ещё почти неделю сидеть. Тем более Антон один будет целыми днями в квартире. — Посмотрим, — осадила их женщина. — Пойдемте в огород, нужно успеть картошку окучить.

*

По возвращении в город, Антон без устали уговаривал маму позвонить Поповым. — Мам, а когда ты поговоришь с тетей Таней? — в очередной раз спросил мальчик. — Сегодня вечером. — Ты каждый день так говоришь и до сих пор не позвонила, — замечает мальчик. — Господи, Антон, — вздыхает Майя. — Ты упрямый, как маленький ослик, — журит его мать. — Ну мааам! Ну позвони сейчас. — Не дашь мне спокойно почитать! — ворчит мать. Женщина тянется к тумбочке за телефоном, откладывая книгу. Спустя пару минут и несколько гудков в трубке слышится голос: — Алло? — Здравствуйте, Татьяна? — Да, слушаю Вас. — Это Майя Шастун, мама Антона Шастуна из детского сада, — представляется женщина. — А, Майя, здравствуйте! Что-то случилось? — слегка взволновано спрашивает Попова. — Извините за беспокойство, но тут такое дело, — начинает Майя. — Что-то серьезное? — Не совсем, но я уже почти в отчаянии, — продолжает Шастун. — Антон почти все каникулы просится погулять с Арсением… — Майя, не поверите, — перебивает ее Татьяна, — у нас точно так же! Арсюша, постоянно спрашивает когда в сад или почему он не может с Антоном погулять. — Понимаю. Тогда, может, встретимся как-нибудь на неделе? Когда Вы можете? — Хоть завтра! — отвечает она. — У меня все равно отпуск. — Прекрасно! Вы не против встретиться в центре на площади в 11, например? — Отлично, там как раз поставили новые батуты, — соглашается Татьяна. — До встречи! Майя откладывает телефон и поворачивается к замершему в ожидании Антону. — Можешь начинать радоваться, завтра пойдем гулять с твоим Арсением. — Урааа! Спасибо, мам! — воскликнул Антон и бросился обнимать родительницу.

*

Сильнее этой встречи Арсений в своей жизни не ждал ничего. Он не мог уснуть, ему не помогали ни мультики, ни сказки, ни мамины поглаживания. Только к полуночи мальчика буквально вырубило от усталости. Утром Арсений был словно заводная игрушка, у которой глупый хозяин слишком долго крутил рычажок, отвечающий за движение. Он не давал матери спокойно собраться, мельтешил и путался под ногами. — Арсений, мы никуда не пойдем, если ты сейчас не успокоишься, — не выдерживает Татьяна. Мальчик пытается успокоиться, но получается из рук вон плохо и он просто садится в комнате и начинает играть сам с собой в шашки. Время пролетает незаметно, и он даже не успевает доиграть, как мама зовёт его на выход. Ещё на подходе к площади они замечают Шастунов. Арсений сразу выдергивает свою ладонь из маминой и бежит к Антону. Антон, замечая его, бросается навстречу. Маленькие сердечки быстро-быстро бьются, но скорее всего отбивают они один счастливый ритм. Этот день будет в топе самых лучших в жизнях и Антона и Арсения.

***

Жить в разных районах, даже в небольших городах, и дружить — сложно. Особенно, когда ты ребенок. Особенно, когда твоя жизнь меняется слишком быстро. С того выпуска детского сада «Ромашка» прошло чуть больше десяти лет. Все выпускники старшей группы поступили в разные школы и потерялись. У Оксаны, их воспитателя, ребята были не первым выпуском. Она не понаслышке знает, что дети из одних групп или классов редко продолжают общение, но она до сих пор помнит двух парней, чья дружба была почти образцовой. Даже будучи такими юными, они действительно были примером для многих не только детей, но и взрослых. В понимании, в умении слушать и слышать товарища, поддержать или наоборот вовремя отстраниться и дать остыть. Связь оборвалась резко. Лето после выпускного они провели вместе. Ходили семьями в зоопарк, где, пока Антон рассказывал Арсению о медведях, отстали от родителей и потерялись. В аквапарк, где Арсений, не умея плавать, чуть было не утонул, но Антон его вовремя спас. На первом месте в Арсеньевском списке любимых совместных прогулок находится поход в планетарий. Он тогда все маленькие лопоухие ушки Антону прожужжал. Говорил не останавливаясь, даже когда вышли из здания и не замолчал, пока не рассказал всего, что знал. Первой любовью Арсения можно считать космос. Все энциклопедии про космос были рассмотрены, а потом и прочитаны, буквально выучены наизусть. Это было ещё одно их отличие — Антон любил животных и не понимал космос. Говорят, все дети делятся на две группы: фанаты космоса, креативные и необычные, и фанаты живых существ, добрые и дружелюбные. Антон же почти с самого рождения любил животных — у них дома даже была большая рыжая кошка Маруся. Потом началось увлечение динозаврами, о которых много знал и Арсений. Они могли подолгу обсуждать их перед сном, лежа на ночевках друг у друга. — Арс, смотри! — Антон протягивает ему раскрытую энциклопедию. На плотных страницах изображены разные динозавры. Здесь и велоцираптор, и аллозавр, и платеозавр. Антон лежит на кровати около Арсения, который своими маленькими пальчиками перебирает Антоновские кудряшки. — Вот этот, — мальчик тыкает пальцем на брахиозавра, — очень красивый! — слегка картаво подмечает Арсений. — Согласен, а ещё он травоядный, в отличие от аллозавра. Они вообще очень любили говорить. Они были как попугайчики-неразлучники. Наверное, все дети болтливы, но если остальные говорили, чтобы не молчать, то Арсений с Антоном разговаривали. Они спорили, отстаивая свои точки зрения, делились самым сокровенным, шепча перед сном наивное «Только никому!». Они по-настоящему дружили и ценили друг друга. Их приняли в разные школы. К первому сентября родители Арсения купили квартиру еще дальше от бывшего детского сада, а Антон пошел в ближайшую к дому школу. Оба, стоя на линейке первого сентября, слишком сильно волновались и ждали момента, когда уже смогут поделиться эмоциями и впечатлениями. Они договорились встретиться в кафе и отметить. «Первый раз в первый класс!» — кричали родители. Это была их последняя встреча. Потом начались уроки, домашки, внеурочки и все остальное. Даже с такими графиками они пытались общаться — через Одноклассники, Скайп — но этого было мало. Родители запрещали долго сидеть у компьютера, а встретиться все не получалось. Так прошел весь учебный год. Антон обзавелся новыми друзьями и летом, уезжая на все каникулы к бабушке, тосковал уже по ним. Уже в деревне он думал о том, как там Арс и какие у него планы на лето. А планов то и нет. Если сидеть дома и читать не считается планом. В отличие от Шастуна, Арсений не завел новых друзей. В школе он общался только со своим соседом по парте — Серёжей. Матвиенко быстро принял мировоззрение Попова и не замечал его «странностей», как говорили остальные. «Глупое и дурацкое слово, — говорил он Арсению, — не слушай их». На лето Сережа уехал из города, а Арсений остался в душной квартире один, со своими книжками. Родители работали и не могли проводить с ним время, поэтому Арс учился даже летом. «Приключения Незнайки и его друзей», «Серебряное копытце», «Цветик-Семицветик», «Крокодил Гена и его друзья», даже «Русалочка» и «Конь с розовой гривой» были прочитаны маленьким Арсением. Но любимыми все равно оставались книги о космосе. С возрастом Арсений смог не только рассматривать картинки планет и звёзд, но и читать о них, изучая. В школе у него действительно не было друзей. Нет, он не был изгоем, его не гнобили и не били, его просто не понимали. Поначалу Арсений сам этого не понимал — он же обычный человек, такой же как все, но со временем понял — с ним тяжело. Об этом говорили друзья-пятиминутки, на это обращали внимание окружающие. Фразы «Ты сложный» и «Ты необычный» стали для него нормой. Только сам он не понимал — это норма со знаком плюс, или всё-таки минус. Так и прошли одиннадцать лет. Иногда, лежа перед сном, они вспоминали друг друга. Антон скучал и тосковал; Арсений тоже, но ещё он обижался. Обижался на Антона за то, что тот так быстро ушел из его жизни; за то, что кинул; за то, что не писал и не пытался найтись. «Находиться бы не пришлось, если бы не терялись», — думал Арсений. За эти годы у него накопилось огромное количество обид. Он сам не понимал почему просто не может отпустить. Антону его скитания были незнакомы. Он вспоминал Арса реже, теряясь в общении с другими, захлебываясь и отдаваясь. Потом к нему пришло осознание, что это неправильно, но было уже поздно. Было больно. Внешне веселый классный парень, участник школьной команды КВН, внутри сгорал. Кто-то когда-то сказал, что лучше сгореть, чем погаснуть, но Антон был не согласен; он бы выбрал погаснуть, там хотя бы есть чему. Школьный выпускной, экзамены, стресс, свобода. Вступительные, проходные баллы и поступление. Оба решили уехать в город побольше. Нежеланный вуз, но хоть что-то; Арсений по-детски хотел на актера. Выступать в театре, отдаваться людям, гореть так открыто, для всех. Он действительно любил выступать, любил аплодисменты, любил внимание, любил взгляды, обращенные к нему. Отец настоял. Вариант с театральным даже не рассматривался. «Какой нахер актер, Арсений? — кричал отец. — Ты в своем уме? Даю выбор: экономический, юридический или гос. служба». Мама молчала. Смотрела так понимающе и тоскливо, но не вмешивалась. Выбор пал на экономический. «Экономика у меня хоть в школе шла, отдам диплом и забуду», — думал Арсений, подавая документы. Антон за юмором и выступлениями потерялся. В годах, в днях, в людях. Дни подачи документов подходили к концу, места в хороших вузах тоже. Город, выбранный для поступления, считался студгородком. «Там и с КВНом, если что, получше должно быть, — рассуждал Шаст. — Пойду на какого-нибудь рекламщика, там хоть креатив пригодится». Судьба — сука. Так скажет каждый, кому не везло хоть раз. Заселяясь в общагу, Арс ахуевал. Он категорически не понимал, как будет здесь жить. С кем будет общаться, кто его сосед, есть ли тараканы на кухне и дальше по списку вопросов без ответов. При заселении ему сказали, что сосед приедет завтра после обеда. — Привет, дом на ближайшее время. Комната выглядела сносно; прибраться, сделать небольшую перестановку и жить можно. «Дождусь соседа, и сделаем вместе перестановку, — планировал Арс. — Шкаф можно поставить слева, а столы к окну». С утра Арсений сходил в магазин за необходимыми продуктами и взял несколько чистящих средств. По возвращении он отмыл полы, протер шкаф внутри и снаружи. Только он присел передохнуть и ответить Сереге, как в дверь постучали. — Да, входите. Дверь открылась, и в комнату вошёл чересчур длинный парень. Его рост не вмещался в дверной проем, и он был вынужден пригнуться. — Привет, я Антон, — представился парень, выпрямляясь. Не ясно, кто ахуел больше, но они тупо пялились друг на друга, не зная, что сказать. — Я помню. Арсений, если что.