Collection of dreams

Новый день, новое утро. Кто придумал в такую рань топать на учебу, особенно если там тебе обязательно встретится один очень агрессивный человек, который и минуты покоя тебя не даст. Все уроки будет сверлить тебе спину своим до дрожи пронзающим и хмурым взглядом. А потом ты задумываешься, в какое не подходящее время и в каком не правильном месте ты перешла ему дорогу, что он теперь тебя ненавидит и в след постоянно кричит что-то типа «сдохни». Ситуация, однако, даже забавная, ведь даже в самые скучные моменты, когда кроме как просто умереть от такой томительной атмосферы ничего не остаётся, можно знатно так провести время в компании с этим самым агрессивным человеком, покидавшись парочкой колких слов. Сегодняшний день предвещает быть в точности таким же. Цуруги Мэй — женственная, даже, кажется, величественная, подстриженная под каре брюнетка, с небесно-голубыми глазами, которые иногда бывали пугающе мутными от злости, зайдя в кабинет своего класса, сразу же уловила на себе грозный пристальный взгляд блондина к кроваво-красными глазами. Опять не с той ноги встал. Хоть, что уж там. Это его традиция вставать не с той ноги. — Чего вылупился? Иголка всегда со мной, это так, на заметочку, — огрызнулась девушка, проходя мимо него. Даже на душе веселее стало, стоило Мэй первой что-нибудь сказать. Со сторон других вновь послышались такие слова, как: «Начинается!». Это даже забавляло Цуруги. — Неужто ты решила наконец зашить себе свой грязный рот? — самодовольно ухмыльнулся Бакуго, всё так же грозно провожая девушку взглядом до её места. Как же он сейчас желал испепелить ее, так же как и она его. — Конечно, прям как ты и желаешь, — вздохнула девушка, сев на свое место, — хотя о чём это я, я не джин и не золотая рыбка, чтобы исполнять твои желания. Так что пока наслаждайся моим голоском. Их одноклассникам зачастую нравились их словесные перепалки, ведь только Мэй и Бакуго способный на самые разные аргументы, которые чаще всего заставляли улыбаться и смеяться окружающих. Одно предложение забавнее другого, особенно лица Кацуки и Мэй, когда те старались придумать новые подколы. — Разве? Ты такая мелкая, что я и в правду принял тебя за рыбку. А жаль… — А ты к окулисту ходил? Быть может, проблема в твоём зрении, а не во мне? — девушка подставила свою ладонь под подбородок, продолжая так высокомерно смотреть на него, — ах, пожалуй хватит. Не хотелось бы, чтобы учитель Айзава застал твоё скошенное отчаяньем лицо. Ты же ведь вот-вот признаешь поражение… В этот же момент в кабинет зашёл вышеупомянутый педагог. Кацуки недовольно фыркнул и отвернулся от Мэй. « 1/0 в мою пользу, Кацуки, солнце моё» — девушка самодовольно ухмыльнулась своим мыслям, боковым зрением наслаждаясь злым лицом блондина, — «Пора бы переходить на новый уровень». На сегодняшние уроки Мэй задумала самые различные варианты подставы для Бакуго. Самым злорадным девушке показалось подсыпать слабительное парню, но всё же это было как-то банально и немного скучно. Вариант был и с возбудителем, но своя безопасность превыше всего, к тому же, такой план был самым банальным и таким же скучным как со слабительным. Девушка остановилась на варианте с усыплением: как только Бакуго выпьет воды со снотворным и погрузится в царство Морфея, то будет забавным разрисовать ему лицо маркерами. Пускай походит так немного. Смешно ведь будет. Только вот Мэй не предусмотрела черезмерной внимательности парня. Пока Кацуки где-то там гулял на перерыве, Цуруги высыпала пакетик снотворного в его бутылочку воды. Как только она окончила с этим, то в спешке кинула эту злосчастную бутылку в его сумку и спокойно уселась на свое место, ожидая того, когда придёт Бакуго и глотнет этой «волшебной» водички. Забавно будет наблюдать за его клюющим видом. И плевать, что все происходит после последнего урока. Пускай сонный спотыкается по дороге домой, так что изюминка с маркерами отменяется. Наконец настал долгожданный момент. Блондин достал бутылку воды и уже было начал пить, только вот взглянув на Мэй, парень передумал, сразу поняв что-то не ладное. Он прошёл к ней с непроницаемым лицом. — Пей, — произнёс грозно он, буквально пихая ей в руки эту проклятую бутылку, — иначе силком заставлю. — Это очень добродушно с твой стороны, только вот… Я не хочу пить, к тому же, ты бы знал, как я брезгую тебя, — Мэй притворно опечалилась, отталкивая от себя его руку с водой, продолжая складывать предметы в сумку, — не мог бы ты убрать от меня свою мерзкую бутыль? — Значит, ты точно что-то туда подсыпала, дрянь, — хмыкнул он, начав отступать, — в следующий раз придумай что-нибудь поумнее, если конечно мозгов хватит. Снотворное, возбудитель, слабительное — всё это уже слишком банально. Я знал, что ты тупая, но чтобы додуматься только до такого. — Пошёл нахуй, — грубо огрызнулась она, натягивая разочарованную мину, начиная двигаться в сторону выхода из кабинета. — На чей? На твой? А у тебя он есть? — он пустил краткий смешок, надменно смотря на уходящую девушку. — Хочешь проверить? — Мэй обернулась и встала на месте. — Я бы может и с радостью, — протянул он, подходя к девушке, — только вот именно у тебя проверять ничего не хочется. — Убери от меня свою грязную морду. И вообще, какого хрена я продолжаю стоять тут в компании какого-то извращенца? — взбунтовалась девушка. Чтобы Мэй не говорила, а она не хочет уходить, по крайней мере от него точно не хочет. Что-то ей кажется, что все так и должно быть. Они должны вместе выйти из учебного заведения. И это даже не для того, чтобы продолжить эту перепалку, а просто в компании друг друга. С такими суждениями, Цуруги даже не сразу заметила, как они уже вышла на улицу. Их путь на половину сопровождался тишиной. Брюнетка постоянно ловила себя на том, что черезмерно много смотрит на его притягательное и умиротворённое лицо, на его шею, открывшуюся из-под рубашки впадинку. Постоянно смотря на него, у девушки захватывало дыхание, сердце начинало биться сильнее. Ей чертовски нравится этот подонок! И Мэй даже не хочет отрицать этого! Заглядываясь на черты его лица, на его мужественную и манящую к себе шею, которую так и хотелось усыпать поцелуями, на его широкие плечи, которые спокойно вздымались при каждом вдохе, Мэй начинала чувствовать некую тяжесть в низу живота. Она постоянно забывалась, что привело к тому, что Цуруги споткнулась и полетела на асфальт. — Эй! — вскрикнул Кацуки, подхватывая девушку, не давая той встретится с твердой поверхностью. — Спасибо… — прошептала Мэй, испуганно глядя в обеспокоенные глаза Кацуки. Да быть не может. Да чтобы и Бакуго и побеспокоился? Да такого быть не может. Скорее всего, ей просто показалось. — Мною любоваться надо было меньше, дура, — огрызнулся он, помогая брюнетке встать на ноги. — Ничего я не любовалась… — О, вот как? Значит у тебя косоглазие, — хмыкнул он. Все таки, ей уже не были так по душе различные подколы и колкие слова в адрес друг другу. В желании Мэй вторглись объятия с ним, поцелуи и, наконец, приятное времяпровождение в компании друг друга, только обязательно без оскорблений и шуток. А возможно ли это вообще? Цуруги постоянно смотрела дорамы, где главная героиня была бойкой и высокомерной девушкой, у которой был знакомый, с которым она постоянно спорила. Сейчас отношения Мэй и Бакуго точно походили на такие же, как в дораме. Даже смешно. Только вот в конце, главная героиня начала свой любовный роман как раз с этим же парнем, с которым они друг друга ненавидели и желали смерти. И в правду. От ненависти до любви — один шаг. Как иронично. Все в той же умиротворённое тишине, они прошагали до перекрестка, на котором Мей и Кацуки должны были разойтись в разные стороны по домам. Голубоглазая приняла решение — либо сейчас либо никогда. — Кацуки… — Хм? Уже больше не ублюдок, или там, не извращенец? — усмехнулся он, всё же останавливаясь, чтобы выслушать девушку, — Ну так, говори. — Я не знаю, что это такое и почему я вдруг решила сказать тебе это, но я должна… Возможно, ты подумаешь, что я как всегда решила пошутить над тобой, но это не так… — Не уж то ты сейчас скажешь, «Кацуки, я люблю тебя»? Ух ты! — парень снова испустил смешок в сторону Мэй. — Да, я так и скажу! — вскрикнула она, вся с раскрасневшимися щеками. Да как он вообще посмел её перебивать в такой ответственный момент?! Мэй уже даже не стала сдерживаться, — Да, я до безумия люблю тебя! Ты ужасно нравишься! И вообще, меня чертовски привлекает твоя шея! Каждый раз, ты будто специально растегиваешь первую пуговицу! Ну а мне так и хочется всю её зацеловать и покусать, чтобы ты, чёрт тебя дери, больше не перебивал меня! От злости, что внезапно накатила на Цуруги, девушка всё сразу и необдуманно высказала ему. И только уже потом она почувствовала дикую неловкость. Ляпнуть про его шею было через чур лишним… — Стой, я не то имела в виду! — Мэй сразу стала искать любые отговорки, смотря на удивлённое лицо Кацуки. Парень явно не ожидал такого порыва откровенности с её стороны, — То есть… То, что я сказала про твою шею, конечно… Нет, не правда! Она, безусловно… Чёрт… Раздался бархатистый смех, полный веселья и радости, наконец, без какой либо злости, насмешки и надменности: — Мэй, да ты чертова фетишистка! Я, конечно подозревал, что тебя привлекает моя шея и ты желаешь «такого» сотворить, ибо я постоянно замечал твои взгляды, но убеждал себя в обратном! Забавная ты, Цуруги! Бакуго постепенно успокаивался. Что же, у Мэй появилась очивка: «Звание Фетишистки достигнуто». — Видно, я сошла с ума… — хмыкнула девушка, перекрывая лицо ладонями, чтобы не выдавать свое дикое смущение. — Знаешь, не думал, что из нас двоих признаешься первая ты… Честно, совершенно не ожидал, особенно в таких словах про шею, — он снова усмехнулся, при этом затягивая девушку в объятия. — Двоих…? — Да. Только вот ты не дождешься от меня этих слов. Сама всё поняла. Мэй облегчённо вздохнула, тепло резко заполнило ее душу и даже осчастливило. Цуруги немного оттолкнувшись от парня, поднялась на носочки, притягивая его за затылок, делая вид, что намеревается поцеловать Бакуго, но ухмыльнувшись, резко прильнула к его желанной шее. Лизнув чуть левее, Мэй слегка прикусила его кожу, вызывая у того странный вздох, скорее, наслаждения, и словно вампир, девушка присосалась к до этого немного укушенному месту, оставляя алое пятнышко. С влажным характерным звуком, Цуруги отстранилась, глубоко дыша. Она пальцами дотронулась до своего творения. «Пуска походит так» ухмыльнулась девушка своим мыслям. — Чёрт… Мне ведь понравилось… — томно протянул он, уткнувшись в макушку Мэй. Брюнетка хихикнула, прижимаясь к его груди, наслаждаясь тем, что они стоят так близко к друг другу и обнимаются. Это во истину прекрасно. Не хотелось отходить друг от друга, но нужно было идти по домам, так что выбора не оставалось. Мэй нехотя отстранилась, ласково улыбаясь. Обронив «мне нужно идти», девушка медленно начала двигаться в сторону своего дома, махая рукой на прощанье. Бакуго провожал её взглядом, прикоснувшись к багровой отметке, и усмехнулся ее деяниям. Вскоре он оставит и на ее идеальной шейке такие же пятнышки, стоит лишь подождать… А сейчас пускай Мэй наслаждается тем, что думает, что только она смеет идти на такое. Чувствуется, их отношения будут наполнены укусами до крови и багровыми поцелуями на шее…