р — рутина

эдгара мутит, чуть не рвет пока он пытался встать с мокрого кафеля. юноша случайно опрокинулся при нестойком выходе из кипятка. в глазах рябью плывет, уши ультразвук заглушает набатом. дышать тяжело становится, головокружение к воздуху доступ перекрывает. он снова сорвался, и даже перестарался. из недавних и глубоких порезов на самой грани вен текла алая и свежая кровь, тихими каплями пятнала холодный пол. парень дышит тяжко и поверхностно, еле как выползает из душной ванны и пытается перебороть тянущую вязкость на сердце и лёгких. она оплетает все его органы, сдавливает медленно и мучительно. не понимает, зачем сделал это. жалел, винил себя и пачкал мысли бесполезностью его существования. оно ведь сейчас закончится, да? ведь именно сейчас, он, запыхавшийся, с разрезанной в мясо рукой, пьяным взглядом и ватным телом…умрет? да? некому сейчас помочь последствиям идиотских действий. фэнг только что ушел, и в хорошем случае едет в такси на другой конец города — к себе домой, где уютно. эдгар хотел бы поехать с ним, хотел заполнить свою искалеченную душу присутствием этого радостного и уютного паренька, хотел чувствовать такой трепетный комфорт: хотел просто не быть брошенным и съеденым заживо мыслями. они сжирали его изнутри, отравляя каждый час, каждую минуту и секунду все больше и больше. он сам копал себе могилу своими загонами, косился ментально все сильней из-за накручивания себя. что о нем подумают? он что-то сделал не так? а если да? он ведь опозорился? эдгар не хотел позориться и быть слабым. он не хотел быть слабым перед фэнгом. да только и этот самый фэнг помогает ему, с паникой в глазах осматривает бледное тело и высокую температуру. только и этот самый фэнг успокаивает его и самого себя, почти в отключке. да только и этот самый фэнг видел его таким слабым, отчаившемся и погаснувшим. азиат удивляется, что всего полчаса назад эдги — его эдги — смущенно улыбался на мимолётные касания, а теперь не реагирует на остро пахнущие медикаменты, которыми обрабатывают его раны. у фэнга руки трясутся, бинты ложатся криво: как эдди, милый и застенчивый эдди, так загнался и теперь лежит спешно перевязанный и с чужими слезами на своей горячей коже? лежит в теплых и судорожных объятьях, но не слышит тихих всхлипов и зашуганого взгляда, осматривающего его порезы — порезы души, которые изливаются в физические. фэнг больше не бросит эдгара, никогда. он не даст повториться этому ужасу снова: а что если бы он не вспомнил о своем кошельке? что бы тогда стало с этим погаснувшим лучиком?..