в мятых простынях

На дворе наконец-то май. Солнце встаёт рано и поздно уходит, как птица. Деревья, что долгое время мёрзли, расцвели и приняли более здоровый, красивый вид. Листва поддавалась ветру, и плавно покачивалась, развиваясь. Густые кусты сирени выделялись среди зелёной бездны парков. По этой же бездне летал мягкий пух одуванчиков. Это довольно красиво. Рома любил это время. Ему оно казалось очень светлым после тяжёлой, грустной зимы. Почему-то это был не март, не апрель, а именно май. Но есть ещё кое-что... - Это что за ху...? - проговорил Рома, выйдя из школы. Сразу за тяжёлыми дверьми гудел ветер и крупные капли били по козырьку. Дождь настиг внезапно. Пятифан стоял в тонкой футболке, джинсах, с кепкой в руках, не понимая что делать, ведь дождь постепенно становится ливнем и быстро не пройдет, а до дома далеко. Спасибо, что Бог послал мозги хоть кепку взять. Хотя чем она поможет? - Утром же жара была несносная, - отозвался кто-то из вышедших школьников и Рома мысленно с ним согласился. Что ж...Делать нечего, надо идти. И парень смело шагнул навстречу ветру и крупным, тяжёлым каплям, почти сразу же промокая. Кепка защищала первые пять минут, а потом Рома наплевал на это дело, и шёл спокойно, полностью поддаваясь дождю. Настроение было и так не очень позитивное, а теперь опустилось в самый низ. А все потому что день для Ромы прошел в гордом одиночестве, ведь Антона в школе не было, а все в классе носились с контрольными и долгами, вот и поговорить о чем-то, кроме школьных тем, не с кем. Антон для него был тем самым маем: светлым, ярким, отличающимся от других, разносторонним и радостным. Хотя, по правде, Антон выигрывал. Рома любил этого парня. Его лёгкие блондинистые волосы, тонкие губы, нежные руки. Он любил в нем все. Все, чего можно было коснуться и все, что было недосягаемым. Он вдохновлял парня, грел душу и растапливал сердце, что годами держало статичную ледяную форму. На блондина хотелось смотреть, наблюдать, читать. Роме хотелось писать о нем стихи и песни. Настрочить поэму или роман. Но все, что он мог - это лишь красиво говорить Антону о любви. Впрочем...этого хватало. Гроздья ливня били на козырьку кепки, заглушая даже собственные мысли и Рому это раздражало, ведь никто не имеет права мешать ему думать. думать об Антоне. Даже то, чего нельзя предотвратить. Резким жестом он стянул кепку, поднося каштановые волосы к дождю, они же намокли сразу, он поднял голову вверх, отдавая явлению свое лицо. Капли падали на ресницы, губы, стекали по скулам, ручьями летя на асфальт. Терять уже было нечего: парень промок до нитки, волосы прилипали ко лбу, пропуская собой капли воды, что спускались по шее, забирались под футболку, что уже стала очерчивать рельефный торс Романа. Даже лужи уже перестали быть преградой. Так он и шел, напевая в голове какую-то песню, вовсе не обращая внимания на других людей, что бежали со всех ног домой или прятались под зонтиками. Как вот, Антон например...Антон? Пятифан уже было подумал, что сошел с ума окончательно, но приглядевшись внимательнее, действительно узрел Петрова, что взволновано смотря, направлялся к нему, крепче хватая зонт. И сильно-сильно улыбнулся.. -Рома! Ты спятил? Дождь какой, а ты до нитки мокрый! Заболеешь же.. - перекрикивая ливень, причитал Антон. -И что? Все равно у меня ни зонта, ни капюшона, что ж поделать? - все так же улыбаясь, оправдался парень. -Ммм, - Антон поднял глаза к небу и приставил палец к губам, театрально задумываясь, - переждать его? Или хотя бы позвонить мне, я ближе живу.. -Антон, все нормально, я не заболею, - парень опомнился, - а ты вообще что тут делаешь? и почему тебя а школе не было? а? -Хах, в школе меня не было, ведь я прогуливал, а сейчас вышел за кофе, он закончился вчера, - улыбаясь, говорил парень. -Какой кошмар, - так же театрально играл Рома, - прогуливал и без меня! - зассмеялся. -Тебе учится надо, какой тебе прогуливать? - стукнув того по плечу, произнес блондин. Роман рассмеялся и, ныряя под зонтик, звонко чмокнул того в щеку. Антон прикрыл глаза и, усмехнувшись, опустил зонт к земле, так же промокая. -Заболеем же вместе! - словно тост на застолье, прозвучало из уст Антона, что и не открывал глаза. -Дурак! - обхватывая руками талию парня, кричит Рома. Стоя посреди парка, два юноши и не замечают никого, кроме губ друг друга. Эти мгновения волшебства переросли постепенно в танец. Два парня кружили друг друга в танце. Он то был нежным, представляя собой аккуратные прикосновения рук к мокрым телам, то был быстрым и горячим. Танец плыл под мелодию, известную лишь этим двоим. Тучи, словно смущаясь, потемнели сильнее, интенсивнее спуская капли на землю, будто бы желая скрыть за ними двух подростков, занятых друг другом. Они определённо не оценили стараний природы и, отлипая друг от друга, замечая, что их одежда сливается в одно целое от воды, смотрят друг другу в глаза, молча решая что делать дальше. Антон опомнился первым: схватив Рому крепче за руку, побежал по парку к дому, накидывая рюкзак на плечи. Они стали бежать со всей силы, буд-то бы не они только что отдавались ливню. Значки на рюкзаках стучали, кроссовки хлюпали по лужам, уста смеялись. Теперь они тоже чем-то напоминали других людей, но все же...их что-то отличало. Возможно скрепленные руки, а может сердца, может горящие глаза, может смех в унисон. Неизвестно, но определённо что-то из этого. Вскоре показался дом Антона. Они переехали в него не так давно, но этот Антону точно нравится больше, чем дом, в котором они жили до этого. Новый красивый, только построен, такой же двухэтажный, но статичнее и дороже. Он сразу там прижился, обустроил комнату, и в ней юношу ничего не беспокоило. Дом просторный и большой. Для каждого там есть уголок и место уединения. Конечно жаль, что комфорт дома нельзя перенести в семью. Чтобы чувство теплоты не исходило лишь от постели, радость глазам не приносил только хороший ремонт, а контакт не заканчивался на общих комнатах. Но, увы и ах, Антон уже не старался, а просто оставил эти желания в старом личном дневнике и отдался моментам жизни. Они быстро приблизились к дому, буквально запрыгивая на крыльцо, перепрыгивая ступеньки. Не успев открыть дверь, они снова прильнули друг к другу, впечатываясь в двери, со спины ее открывая. Антон, как попал в дом, остался прижатым к стене. С их одежды стекали остатки танца, образовывая мокрое пятно на полу. Активные, местами резкие движения сбили дыхание, капли воды смешивались с потом, а силы отчасти покидали тела парней. Рома отстранился, опираясь предплечьями на стену, по обе стороны от блондина. -Рома, - Антон откинулся затылком о стену, в попытках восстановить дыхание, - иди ко мне наверх, я кофе поставлю. -Как скажешь, давай быстрее только, а? - Рома пытался улыбатся, но из-за холода зубы стали стучать друг о друга и улыбка вышла, мягко сказать, грустная. -Ром, сходи в душ, ты знаешь где что. Пойди, согрейся, - сочувственно посмотрев на брюнета, Антон взял того за руку, - я занесу тебе одежду, а ты свою оставь в комнате. -Это же не твой коварный план на меня, м? - Рома хитро улыбнулся, смотря из-под густых бровей. -Не-е-е-ет, не в этот раз, Роман, - тот смущенно отвел глаза, - так, все, шуруй давай! - и брюнет, звонко хохоча, побежал наверх, принимать душ. Антон ушёл в глубь кухни, попутно скидывая промокшие кеды и футболку, бросая ее куда-то в сторону. Потом уберёт. Брюнет добрался ко комнаты Антона и стал снимать с себя вещи, пока не остался лишь в белье. Зашёл в кабину. Приятные ручьи смывали с него этот день, наполняя уютом и теплом. Обволакивая с ног до головы, забирая во власть расслаблению. Парень перестал думать. Он лишь полностью отдался моменту и забыл обо всем. Но стук в дверь нарушил его раздумья. Не сложно догадаться, что это Антон. -Ром? Ты там скоро? Уже минут двадцать торчишь, - жалобно скулил юноша где-то за дверью. Парень и не заметил, как пролетело время. Уходить не хотелось, но там, в комнате его ждало не менее приятное чудо, что, по всей видимости, принесло ему одежду. -Да-да, минуту, - спохватился Роман и стал выходить, отпирая замок, дабы Антон смог выдать сменную. Из проема двери показалась лишь рука с вещами, мгновенье спустя она удалилась, как и сам Антон, пошутив что-то вслед про стеснительность брюнета. Рома вышел из ванной, внимательно рассматривая, как за двадцать минут Антон успел все сделать: переодеться, согреться, принести кофе и любимый чизкейк, немного прибраться. Единственное, что выдавало короткий промежуток времени - не заправленная кровать и мокрые волосы парня. Антон подошёл к нему, заменяя полотенце в руках Ромы на свои пальцы и потащил его к кровати. Пусть она была не заправлена, в этом был свой уют. Кофе выдыхало пар на прикроватной тумбе. Два юноши упали на постель, укрываясь одеялом. Скошенный потолок, а именно окно на нем, раскрыло вид на хмурое небо, что с силой тарабанило по стеклу каплями, стекало вниз. Красиво кстати. Антон крепче прижался к Роме, прикрывая глаза, а тот лишь обнял его второй рукой, вбирая все тепло от блондина. Казалось, прошла вечность. Успело уже потемнеть, а дождь все лил, не собираясь останавливаться. Кофе, давно допитый, стоит все там же, скомканное одеяло уже где-то у ног, а юноши лежат абы-как, то редко что-то обсуждая, то молча. Очередную тишину разорвал тихий кашель Ромы. -Заболел, да? - угрожающим тоном мычал блондин куда-то в руку парня. -Может быть, а может это просто так? - в оправдание ответил. -Столько времени под холодным дождем, в одной футболке и просто так кашель? - парень поднял голову, укладываясь подбородком на плече Романа. - ты определенно живешь в сказке, дорогой. -Да, я живу в сказке, с тобой вот тут, не сказка ли? М? Антон хихикнул, сжимая в объятиях покрепче брюнета, утыкаясь куда-нибудь в шею. -Ладно, ты прав. Ночь, покрыла своим омутом улицы, дождь все так же льёт, люди давно не ходят уже, не убегают, машины стихли, а двое юношей мирно спят в кровати, во сне слушая шум падений капель о стекло, в пропахнувшей крепким кофе комнате.