Передумай и будь со мной!

В последнее время Дилюк проводит слишком много времени на винокурне, просматривая рецепты и подготавливая напитки к какому-то ежегодному фестивалю. Кэйа удосужился пригласить самого себя на дегустацию как одного из ведущих экспертов Монштадта по алкогольным напиткам, а потом, ну… «По-моему я сказал тебе свалить отсюда до того, как я проснусь,» - Дилюк пробурчал в подушку. Кэйа усмехнулся, прижимась все ближе к спине Дилюка, и, запуская прохладную руку под его ночную рубашку, огладил голые бедра. «Но тогда бы я не смог увидеть эти прекрасные волосы прямо с утра.» Это чистая правда – спутанные во сне волосы Дилюка всегда были усладой для глаз. Не такой шалаш, какой был в подростковые времена, конечно, ведь он научился заплетать волосы в косы перед сном. Недавно Кэйа заметил, какой податливый и ласковый парень по утрам, его каменное лицо еще не успевает затвердеть. Он ворчит на Кэйю как обычно, но никогда не выбрасывает его из кровати. А когда Дилюк поворачивает голову, чтобы опять пожаловаться, его лицо кажется мягким, а рот чуть приоткрыт. Рука Кэйи мягко ложится на горло Дилюка, пока он наклоняется за поцелуем, и Дилюк тает. Капитан кавалерии может истинно наслаждаться схватками, боями и добиваться любви винокура, но на свете нельзя найти вина такого же сладкого, как Дилюк. Кэйа нежно укладывает парня на спину, их губы двигаются синхронно, и язык Кэйи врывается внутрь, чтобы почувствовать этот туманный утренний вкус. Он несомненно чувствует стояк, прижимающийся к нему сквозь тонкую ночную рубаху, и неосознанное движение бедер Дилюка. Как Дилюк роняет рваный стон, его сразу отталкивают: «Ну, мне уже пора.» Его глаза сначала распахиваются в недоразумении, а затем в неге закрываются. «Кэйа…» «Хм?» Кэйа улыбается, шаркая руками по полу и притворяясь, что ищет свои штаны. В отличие от Дилюка, он так и не переоделся прошлой ночью. «Разве ты не сказал мне валить? Твой дорогой бро просто уважает твои желания.» Он строит грозную моську, даже когда его щеки краснеют, и Кэйа уже знает, что он выбирает между обычной репликой «ты мне больше не брат» и требованием, чтобы тот быстро закончил то, что начал. «Я такого не помню,» - и вот что он в итоге выдает. «Что именно? Что ты приказал мне валить?» - Кэйа спрашивает, наигранно поднимая бровь. «Что ты когда-либо уважал мои желания,» - он надменно отвечает, но благородное фырканье, которое он издает, чтобы подчеркнуть свое недовольство, ослабляется его пунцовым лицом и влажным блеском губ. Кэйа смеется и притворяется раненым, хватаясь за грудь. Все, что важно для него, все, что было его собственным выбором, было сделано с учетом его любви к Дилюку, но любовному объекту это знать не надо. Подумав, он наклоняется к поджатому рту Дилюка и целует его еще раз, больно прикусывая нижнюю губу. Срывая голос на вздохе, Дилюк раздвигает ноги, крепко сжимая коленями бока Кэйи. Его ночная рубашка невольно задирается вверх, и их твердые члены скользят друг об друга. «Кэйа.» - парень выдыхает имя, пока сам Кэйа тянется к его бледной шее. Он ставит пылкий поцелуй прямо в солнечное сплетение, смотря, как маленькие алые цветы расцветают прямо под кожей, и Дилюк стонет. Пальцы впиваются в синие растрепанные волосы. Кэйа кладет руку на член парня, холодными кончиками пальцев танцуя вдоль его основания к мокрой головке. Дилюк выдает тихое ругательство, выгибаясь дугой от прикосновений. «Ох, мастер Дилюк хочет чего-то еще?» - его дразнят. Кэйа слегка задевает уздечку члена холодными пальцами, заставляя парня шипеть. «Ублюдок,» - выпаливает Дилюк, но тело откровенно против его слов, а член предательски течет. Облизывая его кадык, Кэйа пробегается скользкими пальцами по ноге Дилюка, раздвигая булочки. «Ну-ну, ты же сам знаешь, что все, что ты мне говорил – неправда,» - говорит он. «Веди себя хорошо и получишь именно то, что ты хотел!» Он вводит два пальца внутрь. Кстати, Кэйа любезно вымыл его после вчерашних ночных активностей – это именно то, на чем Дилюку всегда удается настоять, независимо от того, насколько хорошо он выебан или сонлив – поэтому его дырочка легко впускает Кэйю. Даже небольшой подготовки достаточно, чтобы заменить пальцы членом. Как только Кэйа входит в него, чувствуя обволакивающее тепло, Дилюк резко утыкается головой в подушку. Она безбожно выдергивает пряди волос из его толстой косы, красные волосы прилипают ко лбу, элегантно обрамляя его лицо. Он абсолютно прекрасен, и Кэйа молча признает, что опустошительно влюблен. Даже думает, что предал бы родину ради него. Дилюк всегда ведет себя очень тихо, пока не кончит, а это значит, что Кэйа обязан вытянуть из него как можно больше разных звуков. Забавная маленькая цель. Он вновь наклоняется к губам, продолжая толкаться внутрь, заставляя Дилюка невольно приоткрыть рот. Пока Кэйа исследует пространство рта, Дилюк хнычет и обсасывает его язык. Капитан крепко держит его. Достаточно крепко, чтобы после такого на теле оставались цветущие синяки. Даже если они не связаны кровью, они связаны так. Такое своеобразное напоминание, которое не позволяет забывать, как же хорошо полностью доверять себя Кэйе. С еще одним резким, грубым толчком Дилюк начинает задыхаться. Кэйа прижимается к нему и вбивается все глубже, пока тот безотрывно смотрит, неосознанно закусив губу. Кэйа на мгновение вытаскивает член, после целеустремленно вбиваясь обратно, что позволяет достичь сладкого местечка парня. Кэйа вбивается настолько сильно и заставляет Дилюка сдавленно скулить. Его ногти раздирают голую спину Кэйи опять и опять, оставляя новые кровавые царапины с каждым толчком. «Кэйа… Я на грани.» - Дилюк задыхается, «Сильнее.» В другой день Кэйа бы растянул удовольствие, уменьшил темп и сжал его член, чтобы тот не кончил слишком рано, а потом, может быть, даже позволил ему кончить на свой язык. Но он знает, что у Дилюка сегодня крайне занятой график. И не такой уж Кэйа невнимательный. Капитан кавалерии берет мокрый член Дилюка в руку. Тот рвано стонет, пока его доводят до пика с двух сторон. Он толкается в жилистую руку Кэйи и кончает прямо на свою излюбленную рубаху и гладкую загорелую грудь парня. «Господи, Дилюк!» - Кэйа рычит, опустив свою голову на лоб только что кончившего парня, продолжая вбиваться в него. Он знает, что уже достиг точки сверхчувствительности, и отклоняется назад, чтобы узреть, как обмякший член Дилюка качается и отскакивает от мокрого живота. Кэйа насаживает парня на свой член, сжимая его бледную кожу до красных следов, и кончает глубоко внутрь. Дилюк извивается и тяжело вздыхает, сжимаясь, в то время как Кэйа заполняет его, не роняя ни одну капельку со своего члена. Движения замедляются, Кэйа осторожно вытаскивает свой член, и его семя медленно капает из сжимающейся дырочки Дилюка. Капитан сильно удивлен, ведь парень, запрещая отстраниться, тянет его назад, и Кэйа роняет весь свой вес на Дилюка. «Ах, как бы мне хотелось оставаться внутри тебя весь день! Жаль, что один из нас - рыцарь, которому не дозволено уклоняться от своих обязанностей,» - на лице «рыцаря» отображается весьма жалобная эмоция. Он опять над ним издевается. Дилюк смерил его взглядом: «Стал бы я.» Он провел рукой по пластырю на лице Кэйи, оставив ладонь на щеке, и капитан неуклюже повернул голову, чтобы впечатать в ладонь звонкий поцелуй. Они стали синхронны, и Кэйа снова подумал, что они знают друг друга так хорошо, словно у них одно сердце. Они не говорят про это, не проронят ни слова. Но Кэйа чувствует, что, возможно, их сердца начинают биться в унисон. На самом деле, это нифига не романтично, так как у Дилюка напрочь отсутствует романтическая жилка, но Кэйа с легкостью готов компенсировать это. Их следующий нежный поцелуй был прерван стуком в дверь. «Мастер Дилюк!» Без всякого предупреждения Дилюк мигом пинает Кэйу со своей тушки и бросает подушку ему в лоб. Лицо красноволосого парня наполняется наигранной пушистой мягкостью, прямо когда дверь открывается. «Эм, мастер Дилюк, мои извинения, я стучалась уже пару минут. Не хотите ли позавтракать дома?» Аделинда, главная горничная, спокойно наблюдает за происходящим, скользя глазами по голому телу капитана, которое приобрело капельку приличия благодаря подушке. «И присоединиться ли к нам сэр Кэйа?» «Нет. Точно нет.» «Я бы был рад, мисс Аделинда,» - благоволил Кэйа. «Отлично. Мне стоит приготовить комнату для сэра Кэйи?» «Нет, он не остается.» «Не остаюсь в отдельной комнате, прошу заметить,» - добавил Кэйа с усмешкой. «Но я от всей души благодарю вас за заботу, мисс Аделинда.» Она кивнула и повернулась на своих каблуках, нежно захлопывая за собой дверь. Дилюк вздыхает и разворачивается к парню: «Я иду в душ. Отвали от меня.» «Да-да, повеселись там,» - ответил Кэйя, радостно маша ручкой. Поскольку Дилюк его не вышвырнул, он может шататься за ним весь день напролет. Кэйе любопытно, сколько раз его рука сможет залезть во всякие неподобающие места перед важными советниками, прежде чем Дилюк взорвется.