Бутылка вина

      Так горячо...Так хорошо... Властные губы страстно сминали его, прерываясь на вдохи, обязательно покусывая нижнюю губу. Одна рука держала руки над его головой, придавливая к матрасу тяжестью тела. Вторая рука самозабвенно гладила грудь, пробежавшись пальцами по нежной коже соска, иногда легонько пощипывая его. Хотелось большего, ощутить его всего и лежавший на простынях мужчина, окруженный ореолом растрёпанных волос, потерся бедром о пах, ощущая нарастающую твёрдость. Мужчина поперхнулся воздухом, что до этого жадно глотал, едва оторвавшись от терзания чужих губ. Алые глаза властно и с интересом посмотрели вниз, сталкиваясь с желанием, которое таяло среди звёзд. Отпуская руки он широкими движениями своих огладил вздымающуюся грудь, опускаясь ниже. Тяжёлое дыхание согревало ключицы, пока горячий язык и губы касались их, не оставляя засосов. Легонько пощипывая гладкую кожу живота, он опустился к тесным джинсам мужчины и огладил выпирающий бугорок, следя за тем, как звезды в глазах потемнели, застилаемые похотью, пока недавно растерзанную им нижнюю губу вновь кусали, стараясь подавить стон, вырывающийся из груди. Рыжему это явно не понравилось, и он вновь припал к ним, заставляя раскрыть рот пошире, сталкиваясь с чужим языком. Отстраняясь, он понизившимся от возбуждения голосом проговорил на ухо, щекоча опаляющим дыханием. - Стони для меня. У тебя такой сладкий голос.       И Кэйя стонал, извиваясь, оглаживаемый чужой рукой, пока вторая касалась подрагивающего члена, который пульсируя, истекал смазкой. И хоть Кэйе нравилась такая власть над собою, но он хотел увидеть чужую реакцию на собственные действия. Поэтому он мягко, но уверено толкнул его в грудь и сменил позицию. И вот уже Кэйя сидит на чужих бедрах, ощущая как стояк, закованный в грубую ткань чужой ширинки, упирается ему меж ягодиц. Поёрзав он увидел, как стремительно темнели алые глаза, то и дело норовя закатиться. Усевшись поудобнее, он сперва огладил грудные мышцы, которые хоть и были немного меньше собственных все равно обладали завидной упругостью. Светлая кожа быстро розовела там, где её касались ловкими пальцами, пощипывая то тут то там. Пока он гладил чужой торс, бледные руки сжимали его бедра, периодически широкими движениями поднимаясь выше, сминая округлые ягодицы, прижимая еще ближе к себе. Стоило Кэйе поймать его взгляд, как Дилюк убирал руки, снова гладя бедра, но ближе к коленям. Поэтому Кэйя взял его руки и, прогнувшись в спине, положил их на слегка оттопыренную задницу. Сам же принялся терзать тонкую кожу шеи и ключиц, желая оставить как можно больше следов. Ткань ширинки неприятно потерлась об его стояк, но ему не было до этого дела. Спустя недолгое время он отстранился, посмотреть на свою работу. Алые волосы окончательно растрепались по мятой простыне, горячий огонь глаз согревал его. От этого взгляда что-то туже завязывалось в животе узлом, приятной тянущей волной распространяясь по телу. Порозовевшая грудь ходила ходуном, а на шее и ключицах алели засосы. Понимая, как легко на его коже остаются следы, Кэйя желал оставить их как можно больше. Пухлые губы сжались, Дилюк замычал, когда Кэйя снова поёрзал. Из любопытства хотелось ощутить его член в своей заднице, но вместо этого все, что получал, так это неприятное трение и сдавливание ширинкой. Он почувствовал, как сильные руки снова прижимают его к горячему телу, утягивая во влажный поцелуй. Прикрыв глаза от наслаждения, он отдался чувствам. Открыв их, он оказался в темноте и одиночестве. Собственные джинсы неприятно сдавили его, а на щеке и подушке ощущалась влага. Кэйя сел и приложил руку к груди, ощущая, как под ней ускорено бьётся сердце. Посмотрев на время и поняв, что сейчас глубокая ночь он разочаровано выдохнул. Не стоило засыпать в одежде, или хотя бы стоило сделать это не трезвым, чтобы не просыпаться до самого утра. Освобождая себя от неприятных оков джинс, он облегченно выдохнул. Надо же, стоило ему узнать о подобной стороне личности Дилюка, как тот начал его возбуждать. Ранее Кэйя и не подозревал о подобном, считая его слишком правильным, слишком невинным и угрюмым существом, плотские утехи для которого чужды. Но если судить по той фотосессии, то целоваться он умел, и кто знает, что ещё он может.       Но то осуждение во взгляде... Дилюк всегда строил стены, четко разделяя работу и личное. Кэйе просто повезло, что он смог подружиться. Возможно, роль сыграл собственный характер. Ну, о чем-то возвышенном думать совсем не хотелось. Он решил сбросить напряжение и если Дилюк довел его до такой нужды, так пусть он его и представит. Реальному Рагнвиндру он ничего не скажет, тому об этом знать вовсе необязательно. Кто знает, вдруг тот и вовсе закроется в скорлупке.       Кэйя поднялся и, освещая путь телефоном, сделал пару шагов до письменного стола. Достав из ящика смазку и салфетки, он вернулся к постели. Для удобства он окончательно снял штаны. Тюбик открылся довольно таки легко, и он выдавил слегка прохладное вещество себе на пальцы. Прикрыл глаза, вспоминая огонь чужих. Кольцо пальцев плавно двигалось вверх вниз, дыхание учащалось. Бледная рука робко, стараясь не навредить, скользила бы, пока алые глаза изучающе смотрели на всё это действо. Кэйя бы обязательно предложил бы ему испытать что-то настолько же приятное. Сжимая руку немного сильнее, он представлял, как входит внутрь, пока Дилюк старательно закрывал бы от него свой очаровательный румянец. Он бы отнял его бледные дрожащие пальцы от лица и показал, что стесняться здесь нечего. Именно так. Он всё еще не мог смириться со страстью этого невинного человека. Казалось, что тот обязательно бы смутился. Но как же ему идёт его румянец. Он любил вызывать у него подобную реакцию и иногда даже специально демонстрировал или говорил больше чем нужно, играя с огнём.       А огонь был ласковым. Нежно касался его. Жар внутри всё нарастал и вскоре перетёк в волны, что разливались по телу. Кэйя открыл глаза, разгоняя туманный образ, и потянулся к салфеткам. Слеза со щеки капнула на грудь и затерялась среди перламутровых капель, покрывавших грудь и живот мужчины. Глубоко дыша, он разгонял остатки недавнего удовольствия.       Дилюк крепко спал, обнимая одеяло руками и закинув на него ногу. Уж сон его точно не назвать невинным. Вновь жгучие кожу прикосновения, томный голос, тяжелое дыхание. Мурашки по телу. Крепкие объятия, поглаживание по спине, переплетённые пальцы, сглатываемая слюна и прохладный воздух.       Утром он сидел на кухне, попивая кофе и читая состав печенья, когда телефон заморгал новым сообщением. Написал Кэйя, сообщая, что те фото готовы и что Дилюк может их забрать. Забрать? Он посмотрел на то, что прислал ему Кэйя и понял, что если он сейчас их сохранит, то явно не для приличных целей. От вида Кэйи, который страстно целовал его губы, в штанах вновь ощущалась тяжесть. Чертыхнувшись, он удалил сообщение с фотографиями. Но спустя минуту пожалел. Ну и что, что у него бы было несколько подобных фото? Что плохого? Кэйя был там так красив. По особенному, не так как обычно, словно от него исходила иная атмосфера.       Чувства. Он всегда представлял себе, что все это начнётся иначе. Разговоры, робкие свидания, долгие ухаживания. Но никак не эти грязные мысли. Эта звенящая в тишине пошлость. Всё совсем не похоже на то, как он себе представлял. Общение с Кэйей было не тем, что он себе представлял. Но ему даже нравилась эта непредсказуемость, тот разноцветный вихрь в лице Альбериха, что ворвался в его жизнь, снося собою стены и тормоза, которые годами выстраивал Дилюк. Он показывал ему новые оттенки жизни.       Но эта новизна. Парень не знал насколько нормально то, что он чувствует. Что вообще со всем этим делать? Он решил пока остаться в комфортной для него среде, понаблюдать. Он не мог быть уверен в реакции Кэйи, так как сам знал, насколько тот хорошо умеет вживаться, играя роли. И где правда в этой ситуации Дилюк не мог утверждать. " Не забудь, у нас через три часа фотосессия. Не опаздывай" - отправил он Кэйе. Тот прочитал сообщение, но ничего в ответ не написал.       Свет уже давно был выставлен, а кофе почти остыл, когда появился Кэйя. Быстро тараторя про пробки и то, что он не ожидал подобной ситуации, Альберих пробежал мимо Рагнвиндра, что стоял, прислонившись к стене, перекрестив руки на груди. Одного брошенного взгляда хватало, чтобы понять, что тот немного рассержен. Кэйя довольно быстро подготовил себя и встал в кадр. Дилюк выполнял свою работу, изредка комментируя те или иные моменты. Раздражённость выдавали поджатые губы и горящие глаза, но голос звучал вполне спокойно. Кэйя периодически бросал шутки и заметил, как немного дергаются губы Дилюка, словно тот сдерживает улыбку. Ну, ничего, по-другому выведем. Кэйя догадывался, что хмурое настроение у него было вызвано опозданием. Дилюк не любил, когда что-то получалось не идеально, не так как хотел. - Закончили - сказал Дилюк и осмотрел свою камеру, оценивая работу. Кэйя, проходя мимо него, провел рукой по лопаткам и быстро, пока Дилюк не среагировал, скрылся в комнате, в которой обычно переодевался. Фотограф не понял, что это сейчас было. Он выключил свет и отправился на кухню. Кэйя обычно присоединялся к нему, и они пили кофе. И в этот раз он тоже пришел к нему. Дилюк оторвался от газеты и непонимающе нахмурился, глядя на вошедшего мужчину. Неужели тот и был так одет, когда пришёл к нему? Фотосессия сегодня происходила в одежде, которую надо прорекламировать и это была объемная куртка, с черной водолазкой и широкими брюками. Сейчас же Кэйя был одет в свою одежду. Из-под более расстегнутой чем обычно рубашки выглядывали черные ремешки портупеи, надетой на голое тело, а штаны так туго обтягивали его бёдра и зад, что не оставляли никакого пространства для фантазии. Вернее оставляли, но не для той. Кэйя легко проскользнул мимо него, покачивая бедрами, и налил себе прохладной воды. Дилюк оторвал от него взгляд и уставился в газету, хмурясь больше обычного. - Я кстати новый сок принёс - проворковал Кэйя и Рагнвиндр обернулся на голос. Откуда он его вообще взял, из рукава достал? Дилюк не замечал при нём никакой баночки, когда тот вошел, однако прямо сейчас Альберих кинул её ему в руки, игриво улыбаясь. Дилюк поймал ее одной рукой. Действительно новый, он такой ещё не пробовал. Ещё раз взглянув на Кэйю, он поблагодарил его и, стараясь не опускать взгляд, быстро отвернулся, вновь смотря в газету. - Нравится, как я выгляжу? - спросил Альберих, садясь на стул рядом. От его взгляда не сокрылось то, как немного розовели щеки Дилюка, хоть тот и выглядел сейчас так, что можно было подумать, что тот краснеет от гнева. - Нет, это выглядит слишком тесным - тихо проговорил он, не отрываясь от чтения газеты. Одной рукой он придвинул к Кэйе горячий кофе, который только что сварил для него. - Ну не всем же ходить в такой мешковатой одежде как у тебя сейчас. Мне кажется, что и я помещусь в твоей кофте, даже не снимая её с тебя.       Дилюк перевел на него заинтересованный взгляд. Кэйя ухмыльнулся, сощурив глаза, и потянулся к нему. Не успел Дилюк возразить, как Кэйя оказался рядом, действительно помещаясь под его кофтой. Руки крепко обнимали его спину, а чужое лицо было настолько близко, что он ощущал на себе его спокойное дыхание. - Зачем ты это сделал? - Спросил Дилюк, и горячее дыхание коснулось губ Кэйи. Тот прикрыл глаза, отвечая, что просто так, а мужчина ощутил трепет в груди. Так близко. - Выйди, вылезь отсюда - Дилюк начал расцеплять руки за спиной и Кэйя таки отпустил его и сел на место, беря в руки кофе. Дилюк вновь вцепился в газету, и, отсаживаясь подальше спросил. - Ты снова напился? - прозвучало довольно грубо. Кэйя посмотрел на него, прикусив нижнюю губу. На загорелых щеках горел румянец, а полуголая грудь плавно двигалась, пока парень глубоко дышал. - Возможно - он вздохнул и снова приблизился - А ты не хочешь на днях куда-нибудь сходить? - не сильно задумываясь произнес он, склоняя голову набок. - Кэйя, а это сейчас к чему? – Он поднял бровь, и немного опустил газету, смотря на собеседника. Тот посмотрел на него из-под полуопущенных ресниц. Взгляд явно кричал, что он что-то задумал. - Просто зову тебя в кино. Тебе же понравился тот фильм? Дилюк задумался, откладывая мятую по краям газету. Фильм? Он не досмотрел, уснув. Но... Кэйя зовёт его куда-то? Зачем? - В кино? А что сразу не... - он осекся, замечая, как любопытство разгорается в глазах напротив. - Не.. куда? - мужчина хохотнул - Куда бы ты хотел сходить? На свидание?       Видя, как густо покраснело лицо напротив, он понял, что попал в точку. Кэйя же говорил себе, что не будет давить, дабы тот не закрылся от него. Но сам сейчас идёт на провокацию, играя с огнём. Дилюк, кажется, перестал дышать. Поймав взгляд алых глаз, он заметил сомнение, что, похоже, глодало мужчину. Кэйя решил идти до конца. - Серьёзно. Ты пойдешь со мной на свидание? - спросил он твердым и спокойным голосом, несмотря на трепещущее волнение внутри. Дилюк молчал, широко открытыми глазами смотря на него, и Кэйя ощущал смущение под этим пристальным взглядом. - Когда? - сухим голосом произнес он. Кэйя придвинул кофе и, сделав большой глоток, ответил: -Послезавтра.       Дилюк кивнул и снова скрылся за газетой. Внутренний голос кричал, не веря в происходящее. В голове было пусто. Все не может быть так хорошо. Кэйя быстро допил кофе и покинул его, понимая, что Дилюк сейчас больше каменная статуя, чем человек. Сам же он ощущал волнение внутри. Сердце колотилось так, словно он только что спасся от смертельной угрозы, хотя на самом деле лишь... Дилюк согласился? Интересно, однако, получалось.