Уют в хлопке заключается

Дверной звонок заглушает негромкое звучание музыки по квартире, пугая её новую жительницу. Она топчется, негодуя, что забыла настроить камеру в тамбуре и поднимается на носочки, смотрит в глазок. Через секунду заминки открывает дверь, впуская неожиданного гостя: парень дружелюбно улыбается, пряча за спиной крафтовую коробку. — Привет, Вань, — брюнетка замирает,  — что-то случилось? — осмотрев его с головы до пят и заметив только новую причёску, непонимающе ждёт ответа. — Привет. Решил тебя с новосельем поздравить, не против? — он сконфуженно поправляет волосы, неловко отводя взгляд, — Прости, это было спонтанное решение. — Ладно, проходи, — пропускает и закрывает дверь, переминаясь с ноги на ногу на холодном полу, — апчхи, — чихает, прикрывшись рукой. — Заболела? — снимая пуховик, интересуется, а ответом служит кивок и сморщинный носик, как проявление недовольства. Девушка ведёт гостя в ванну, предупреждая, что есть особо нечего и им придётся наслаждаться одним чаем с сахаром. Бессмертных щёлкает еще мокрыми пальцами, обещая через секунду вернуться: на кухню он заходит с коробкой в руках, довольно ставя её на стол. — Не мог же я в гости с пустыми руками прийти, — смеётся, вспоминая фразу брюнетки в их последнюю встречу. Она заинтересованно садится на стул, поджимая ноги и подпирая лицо руками: темно зелёные глаза выжидающе смотрят прямо на него, от чего сердце делает кульбит и замирает на секунду. Пальцы сами по себе раскрывают упаковку, показывая маленький торт: бисквитный, украшенный ягодами и кремом. Девушка оживлённо ставит чайник на плиту, говоря, что сладость выглядит очень аппетитно и они обязательно должны её попробовать. Она кашляет и периодически чихает в рукава кофты, заставляя парня нахмурится и, сводя брови к переносице, спрашивать, как давно она пила таблетки. — Я часто так болею, пройдет через дня три, — отмахивается и ставит чашки на стол, разрезает торт на кусочки. — Лин, ну это не дело, — Ваня скрещивает руки на груди и поднимается со стула, он решительно настроен и под его натиском девушка сдаётся. — Если тебе так невмоготу, можешь поискать что-то в левом верхнем ящике, вторая полка, — она кивает в сторону кухонной гарнитуры и начинает кушать. Найдя небольшой коробок с препаратами, парень пытается найти что-то действенное, а там есть все: витамины, мази, бинты и даже снотворное, но вот же чёрт, ни одной таблетки септефрила! Он уже готов высказаться по этому поводу, однако под руку попадается спрей от боли в горле — всяко лучше аскорбинки. Лицо озаряет победная улыбка и он гордо ставит лекарство перед Эвелиной, в секунду поменявшейся в лице: — Вань, это была шутка. Да и, наверняка, он просрочен, так… — Дествителен ещё четыре месяца, — её перебивают, — Ты что, хочешь болеть? — русые волосы спадают на лоб, когда он наклоняется, дразняще усмехаясь, — Знаешь, что делают с не послушными детьми?  — Злым дядей пугают? — она весело смеется, шутливо пугаясь. — В точку, — подгадав момент и приподняв её подбородок, пшикает лекарством. Брюнетка силится сказать что-то обидное, но замешательство выглядит так очаровательно, что слова «я тебе это припомню» звучат вовсе не угрожающе. Ваня улыбается и садится на место, тоже принимаясь за свой кусочек. Наблюдает за тем, как она, надув щеки и схватив обеими руками кружку, пьёт чай, не поднимая взгляда, сверлит столешницу и хмурит брови. — Ты обижаешься? — доев порцию, спрашивает, заранее зная ответ. — Нет, — отвечает честно, но все равно не смотрит в глаза, после чего быстро собирает посуду и относит в раковину. — Да? — Бессмертных подходит сзади и наклоняется ей через плечо, стараясь заглянуть в лицо, — Вкусно было? — ухмыляется, ожидая благодарности. — Правда, спасибо, — она вздергивает голову и замирает в паре сантиметрах от его носа: зелёные глаза напротив такие завораживающие, умиротворяющие и нежные, что вместе с румянцем на лице расплывается улыбка.  Его глаза опускаются чуть ниже и он заключает девушку в тиски, поднимая на руки, лукаво смеется, вызывая испуганный вскрик. — Ты всё это время была босиком? — он весело прокручивается на пятках, перехватывая её под коленками. — Сдурел?! — она цепляется за худи и сжимает мужские плечи, обхватывает шею руками, боясь упасть, прижимается всем телом и утыкается носом в ключицу, в страхе закрывая глаза. Ваня заливисто хохочет и идет в гостиную, захватив телефоны, садится на диван, не выпуская Эвелину из обьятий. Она забирает смартфон, расслабленно выдыхает, не намереваясь уходить от источника тепла, обвивает ногами его спину и садится между колен на диван. Укладывая голову на плечо, листает ленту новостей. Он слышит как их сердцебиения разнятся, у него — непрерывное, учащённое, волнительное, сердце гулко бьётся, пытаясь пробить ребра; у неё — размеренное, спокойное, ровное, его стук убаюкивает, заставляет пальцы расслабится, а голову опустится. Парень чувствует, как телефон за его спиной падает, а тихое сопение заполняет комнату. Он снова улыбается в женскую футболку, снова засыпает в объятиях, снова чувствует, как сердце трепетно бьётся, прыгает, стучит.