Прелести здорового собственничества

Тэхён вот уже три года как староста их большой группы в университете за имением примерно такого же послужного списка в школе. Честно говоря, ему времени не хватит для романтики и отношений, слишком занят учёбой и заботами об организационных моментах процесса образования. Так что, когда ему сообщают о заинтересовавшихся им популярных первокурсниках, Тэхёну, как бы… абсолютно плевать. Он кивает, мол, я услышал и понял, но тактично игнорирует вопросы о них от остальных людей, потому что говорить ему нечего; на звонки с неизвестных номеров Ким не отвечает, лишние чаты не раскрывает, а в университете предпочитает не баловаться во время перерывов. У Тэхёна вся жизнь по установкам, запланировано. Не до развлечений.

Абсолютно.

— Про тебя, кстати, Чоны спрашивали. Номер просили. — Какие Чоны? — Тэхён удивлён. — Ну, эти, — Юнги жестикулирует, объясняя, — ушастые. Близнецы кролики Чон. — А, — тот вспоминает, кивая. — Они смотрят на тебя, — говорит Юнги, хмыкая. — Уши навострили. Посмотри. Тэхён жуёт сэндвич, кивая, будто соглашается с ним. Он читает во время перерыва приказы о выходных праздничных днях, проверяя документы на наличие ошибок. Ким отвлекается только тогда, когда Юнги щипает его за бок, бурча про то, что тот заработается скоро до обморока. Тэхён закатывает глаза, поворачивая голову. Братья Чоны сидят позади них, дальше на три столика. Один из них тут же прячет голову за толстенной книгой, прижимая белоснежные ушки к макушке, сгорбившись. Его выдаёт только виляющий пушистый хвостик. Тот, что с чёрными ушами, радостно машет ему, улыбаясь. Они оба гибриды кроликов. Тэхён машет им, поднимая уголки губ. — Миленькие, — говорит Юнги. — Почему бы не звякнуть им в ответ? Позвать куда-нибудь самому? — Юнги, я в школе встречался только с девочкой, с которой мы строили башни в песочнице, — Тэхён возвращается к проверке документа. — Мои навыки в этом явно разочаровывающие. Так их ещё вдвое больше. — Никогда не поздно начать навёрстывать упущенное, — Юнги, к удивлению, оптимистичен. — Я уверен, что младшим ребятам взрослые как раз таки по этой причине и нравятся, — Тэхён пожимает плечами. — Думают, что я опытнее и мудрее во многих аспектах. — Я считаю, что ты такой и есть. Просто не пробовал это на практике, — Юнги кивает. Тэхён вздыхает. — Отдохни с ними на выходных, — предлагает сходу. — Хотя бы скажешь, что имеешь только навыки строения шатких песочных башен. Тэхён внимательно смотрит на смеющегося Юнги, качая отрицательно головой, но в мыслях делая заметку так и поступить, чтобы ребят не мучать и себя не обманывать. Он пишет им в пятницу вечером, а уже в субботу сидит в кафе, ожидая, когда наступит шесть часов, чтобы начать считать минуты опоздания. Тэхён перемешивает соломинкой гляссе. Он немного волнуется. В его жизни это первое свидание. Хотя оно и должно закончиться не очень-то радужно. — Привет, — впереди опускается один из Чонов, встряхивая голову от снега. Уши прижаты к макушке. У него розовые щёки то ли смущения, то ли от мороза на улице. — Брат опоздает немного, — начинает с улыбкой. — Вот как, — Тэхён улыбается ему тоже. — Так… как вас зовут? — Оу! — парень удивлённо распахивает глаза. Его уши на секунду поднимаются, а затем снова опускаются. — Чонгук, — указывает на себя. — Чонхён — мой брат, — и закусывает нижнюю губу. — Ты не знал? — Я не очень интересуюсь жизнью в университете. Извини, — Тэхён машет рукой. — Как, — он задумывается, — как дела? — им же надо общаться. — Стали лучше, — Чонгук поднимает уши, — когда встретил тебя. Тэхён начинает кашлять. Он совершенно не ожидал такой фразы от краснеющего и прячущегося из-за смущения крольчонка. После появляется Чонхён. Облачённый во всё чёрное, галантно поцеловавший с первой минуты нахождения в кафе тыльную сторону его ладони, принёсший для Тэхёна подарки… сметает всё свидание так, что Ким, смотря на них теперь, не может сказать, что между ними ничего не получится.

Хотя бы потому что… ну, неловко отказывать после такого.

— И? — Юнги хмурится. — Всё вышло из-под контроля, — вздыхает Тэхён, закрывая глаза. — Я не знаю, что мне теперь делать. — Скажи им. — Не могу! — Ким прикусывает нижнюю губу. — Они слишком этому рады. Я… я не хочу их расстраивать. Юнги внимательно смотрит на него. Он качает головой, выдавая тише: — Ну вот. Влюбился.

Да? Так оно и бывает? Вот так вот просто?

Тэхён не знает, как охарактеризовать его отношения с Чонами. Они иногда ходят на свидания, кролики встречают его в университете, дарят что-то, вместе обедают с ним и Юнги, провожают по очереди. Вообще-то они это не обсуждали между собой, так что Тэхён и не думал, что раз у них на какой-то ноте продолжилось, то уже всё на этом, грань после знакомства достигнута. В один день к нему оба просто лезут целоваться, даже не дав время на передышку, и… И всё.

Тэхён завербован.

— Ну вот, видишь? А ты говорил, что времени и опыта нет, — Юнги смеётся, наблюдая за Тэхёном, который опять проверяет документы, пока Чонгук спит у него на плече, а Чонхён нюхает у него там что-то на шее. — Я не думал, что они будут понимающими, — Тэхён улыбается. Он смотрит на часы. — Мне пора. Эй, — касается спины Чонгука. Тот поднимает уши, просыпаясь. — Идти надо. Зайду вечером. — Хорошо, — Чонхён надувает губы. Тэхён наклоняется к нему, коротко чмокая. Сонный Чонгук заваливается на стол. — О! — Чонхён встаёт. — Хён, а можно твой свитер? — Свитер? Опять? — Тэхён кладёт сумку на стул, снимая с себя свитер, оставшись в футболке. — Верни потом. — Обязательно! Чонхён прижимает данную вещь к лицу, провожая взглядом уходящую спину их парня. Юнги удивлённо смотрит на братьев, когда Чонхён толкает Чонгука в бок, показывая свой сегодняшний трофей. Они оба прижимаются носами к вещи, блаженно улыбаясь. — Хён… — шепчет Чонгук. Мин качает головой, надеясь, что это такие привычки их кроличьей натуры.

Однако это работает иначе.

Тэхён ведь ни с кем не встречался, он не успел с определённым человеком или гибридом оценить свои вкусы, найти что-то своё, о чём могли бы говорить, сообщая о натуре или типаже Тэхёна. С братьями Чон он понемногу начал понимать, какие именно черты ему больше всего нравятся. Тэхёну нравится, что Чонгук и Чонхён тактильные, ласковые, нуждающиеся. Они всегда лезут к нему, когда встречают случайно или неслучайно, обнимаются, много говорят. Тэхёну нравится, что они не напирают. Чонгук и Чонхён умеют выслушивать. И даже если они хотят больше свободных свиданий, они мирятся с тем, что у Тэхёна катастрофически мало времени на отношения. Кролики сказали: — Ничего страшного, — Чонхён улыбается. — Мы же пробуем. Недовольством ничего не добьёшься, — и прижимает ушки к голове. — А мы можем это компенсировать по-своему? Если разрешишь? — Конечно, — Тэхён говорит это, гладя парня по голове. Чонхён дёргает носиком. Он смущённо смотрит на него. И краснеет как не в себя. Чонгук же, всегда отнекивающийся от обычных, романтических вещей из-за их открытости, по этому вопросу более нетактичен, так что смело выдаёт вместо брата: — Можно мы будем носить твои вещи? — Мы постираем потом, — Чонхён кивает. И вот на этом этапе Тэхён открывает для себя не только нравящиеся черты характера, но и особенные пристрастия в видении сексуальности. Почему-то одна только мысль о том, что его вещи будут на них, что Чонгук или Чонхён им пропахнут, что кто-то, увидев их в вещах Тэхёна, подумает, что они в отношениях, бьёт в голове гонгом. Ким чувствует накатывающее в животе волнение. Он удивлённо смотрит на Чонгука и Чонхёна, которые разом опускают взгляд на его пах, поднимая уши. — Ах, хён! — Чонхён возмущённо толкает его в плечо. Чонгук хихикает. Тэхён краснеет, потому что не знает, как объяснить. Он пока сам не понимает, что происходит.

И из-за чего он вообще возбудился?

Но вот, идёт время, они привыкают к нынешним будням, секс не вызывает смущение на первой стадии. Тэхён, пробуя себя проверять по этой части, начинает отдалённо понимать, что же его будоражит в сексе настолько сильно. Из-за занятости по части учёбы он не может в будние дни заваливаться к Чонам. Тэхён получает дозу своего удовольствия, встречая Чонгука или Чонхёна, чтобы аккуратно пометить: одеждой, засосом на шее, каким-нибудь подарком, парфюмом. Тэхёну нравится, когда при одном взгляде на его парней можно сказать, что они его. — Разве у вас была такая толстовка? — Юнги по очереди оглядывает братьев. — Или это опять ваша личная коллекция стыренных у Тэхёна вещей? — Ну теперь она моя, — Чонгук прячет пальцы в рукаве. Он поворачивает голову к довольному Тэхёну с улыбкой. — Не твоя, это всё ещё моя одежда, — шепчет Тэхён. Он наклоняется к нему, чтобы коротко поцеловать в нос. — И ты в ней — мой. — Ты так часто это повторяешь. Помешанный, — Чонхён закатывает глаза. Тэхён смеётся, утягивая и его к себе. До пары пять минут. Он успеет понежить своих крольчат до состояния, когда они пойдут на свои занятия, пошатываясь от поцелуя. Тэхён считал, что он относительно спокойный по этой части человек. Ему казалось, что в романтике он максимально открыт и не жаден, у него ведь нет каких-либо границ. Однако, вероятно, это вырабатывается с чувством педантичности, удовлетворённости проделанной работой. Он ищет идеальности во всех сферах своей жизни. Тэхён доволен, когда всё контролирует. Поэтому ему легче быть старостой, быть в курсе всего происходящего с его группой. Он должен знать обо всём. В отношениях нет какой-то фиксированной грани того, что вы есть, кроме брака. Но даже там надо учитывать многие нюансы. Поэтому Тэхёна возбуждает то, что Чонгук и Чонхён могут периодически напоминать ему о том, что они всё ещё являются его крольчатами.

Особенно в сексе.

В сексе это какой-то другой вид взаимодействия. Представление в одежде или других вещах не вызывает столь сильное волнение, чем, например… знание об их изгибах, чувствительных местах, где им нравится больше, а где меньше, что они предпочитают, в чём проявляется их одобрение. У Чонгука идёт дрожь по телу, когда Тэхён касается его сосков. Он сразу начинает метаться, потому что накатывающее удовольствие настолько невыносимое, что он сопротивляется. А если ему стимулировать так, с разрешения, он кончит раньше времени или расплачется. В лучшем случае. — Можно? — Тэхён проводит пальцем по ключице, опускаясь ниже. — Д-да, — Чонгук опускает уши. Он дёргает хвостом, когда Тэхён касается его соска. — Подожди, мм, — он сомневается, собираясь отвернуться. — Тихо, — Тэхён наклоняется к нему, целуя в шею. — Всё хорошо. Я осторожно. — Успокойся, — Чонхён целует брата в щеку, обнимая сзади. Чонгук изнежен в таком состоянии, дёргается, дрожит на руках, громко постанывая. Он после оргазма отходит от реальности на минуту. В такие моменты даже дышит через раз. Его нужно много целовать сразу, чтобы не потерялся в этом состоянии. Чувствительное место Чонхёна — выше хвоста, у основания. Тёмному кролику спокойнее поэтому, когда процесс происходит сзади. Ему нравится, когда Тэхён входит в него и пальцем касается этого места, нажимая с каждым вколачиванием. — Нравится? — Тэхён спрашивает нежно, смотря на повиливающий хвостик. Чонхён бурчит что-то невнятное, но его хвост дёргается ещё более энергично. Он опускает уши, прижимает их к макушке, когда Тэхён нажимает на точку позвонка, опускаясь ниже к заветному месту. С такими поддразниваниями Чонхён быстрее сдаётся, начиная просить, умолять. Тэхён не этого ждёт. Он и так всё сделает. Ему просто нравится, что Чонхён читает его. Он знает о том, что Тэхёна возбуждает и как именно нужно хёна просить. — Иногда я это так чувствую, будто сгораю, — Чонхён тяжело дышит. Он встаёт на колени, прижимаясь спиной к груди Тэхёна. Чонгук обнимает его спереди. — И выжигаю тут имя хёна, — касается ребра брата. Чонгук кивает интенсивнее, соглашаясь. — Тэхёнов Чонхён, — говорит кролик, застонав. — Чонгук Тэхёна, — вторит ему брат. Член Тэхёна внутри Чонхёна дёргается. — Чёрт, — шепчет Ким, притягивая Чонгука к себе, чтобы глубоко поцеловать. Это похоже на собственничество — когда партнёр открыто показывает, что они принадлежат друг другу, что они в отношениях. Вместе.

Именно так. Никак иначе.

Тэхёну однако в жизни не хочется вмешиваться во взаимодействия его крольчат с остальными. Знаете, его кинк не о ревности, не о злости, когда кто-то Чонов касается странным образом. В их отношениях нет запрета на объятия с другими или поцелуи в щеку остальным. У Чонов есть друзья вроде Чимина, которого они тискают без конца. В этом нет ничего плохого. Тэхёну не хочется разъёбывать тех, кто смотрит на его парней с обожанием. Ему больше нравится выражение от себя: когда он знает их лучше остальных, когда они доверяют ему открыто, когда они сами добровольно открывают частички своей личности, периодически напоминая Тэхёну, что они всё ещё…

…его.

— Хён, просыпайся, — Чонхён толкает сонного Кима в бок. — Мы ещё хотим. — Не засыпай. Всего один раз кончили же, — Чонгук кивает рядом. Ох. Ну, пока у Тэхёна только проблемы с нечеловеческой выдержкой его парней, которые готовы хоть весь вечер ебаться как кролики. А. Хотя… да, точно ведь.

Так и есть.