Жизнь после 2

Часть 1 *** — Вы осознаете все, что вы натворили за этот год? Повторю приговор для создания полного понимания, если вы вдруг забыли: вы обвиняетесь в убийствах, а так-же и в продолжительной связи с несовершеннолетним лицом, не достигшим 16 лет, а именно, возраста согласия. — Да, я полностью признаю свою вину. «Что? Нет, нет, что я несу?» — Вы понимаете, что вас ждёт в дальнейшем? — Да, я все понимаю, наверное, я это заслужил. «Кто-нибудь, остановите это безобразие!» — Отлично, мистер Рейни. Теперь вам нужно поставить подпись лишь здесь. После обследования, вы продолжите отбывать срок здесь. — Простите, но речь оь обследовании не шла, когда меня задержали! — Напрасно стараетесь. Вас никто не услышит. Да и вообще, я считаю, что таких как Вы — лечить не стоит. — следователь поднялся с места, затем он подошёл к маленькому окну, через которое все ещё проникал луч света. — Вас нужно убивать ещё до того, как вы попадаете к нам. — мужчина достал пистолет и направил его в обезоруженого, шокированного писателя, к тому же, ограниченного наручниками. «Черт, нужно что-то сделать, меня сейчас убьют! Эй! Эй, очнись! Я здесь! Эй!» Но это страшное представление не останавливалось ни на секунду;Морт отчаянно пытался докричаться до самого себя через какой-то непробиваемый барьер сознания. Через секунду, тело мёртвое повалилось на пол, а ещё через минуту Морт Рейни очнулся на холодном полу в луже чего-то сладкого и липкого. «Это не кровь. Не кровь… Я жив.» — он медленно поднялся с места, ударившись коленом, и побрел в общую гостиную, где в камине как раз догорали последние угли. Природа только просыпалась, но лучи солнца не резали глаза так, как они делали это днем, будучи слишком яркими. Морт присел на ковер, затем начал разгребать угли, вороша их железной палкой, от чего чёрные тёплые камни продолжали гореть и нести тепло. В детстве он часто находился один, когда оставался у бабушки. Она была слишком занятой женщиной, чтобы посещать себя семье, поэтому иногда маленькому фантазеру приходилось не только наблюдать за пламенем, но и чистить большую кирпичную штуку. Это утомляло, не приносило удовольствия, поэтому вспомнив прошлое, Морт стал ощущать напряжение. Теперь в его голове носились экспресс — мысли, повторяя голоса бабушки и матери; каждая из них пыталась научить ребёнка правильно заниматься этим грязным делом или же отодвигали его от такого красивого рыжего пламени, иначе Морт мог нечаянно сгореть. «– В этом доме нет ни бабушки, ни матери, а ты все равно продолжаешь бояться их. Продолжаешь боятся того, что тебя непременно вычислят и твоё наказание настигнет тебя где-нибудь в психушке. — Зато в этом доме много детей, которые могут спуститься сюда и нарушить покой. — Как же вы меня достали. Почему я не могу просто побыть один? Зачем эти упрёки?!» — но голоса затихли, едва на лестнице послышался шум. — Мистер Рейни, почему вы не спите? — Мне не спится здесь. Видимо, слишком свежий воздух проникает в самые тайные извилины моего мозга и выносит грязные мысли с помощью своих резких порывов. — Вы очень красиво говорите. Это как-то не свойственно для писателей. — утренний собеседник нечаянно зевнул, оставив при этом громкий звук. Да, это была Кара, которой так-же не спалось на новом месте; она была, как и всегда, завернута в большое белое одеяло, под которым скрывалось тонкое бледное тело в чёрной шелковистой пижаме. — Почему ты не надела носки или тапочки? — Я не знаю. Мне просто захотелось быстрее проснутся, а от холода это получается гораздо быстрее, нежели я буду лежать в постели и думать о чем-то… — девушка опять же мило зевнула, а затем присела рядом с Мортом. — Мы скоро должны покинуть это место. Надеюсь, дома, ты будешь спать спокойно. — Не думаю. Меня мучают кошмары, да такие, которые не отличить от реальности. — Морт подарил Каре печальный взгляд и продолжил ворошить маленькие угли, не сдающиеся под гнетом железной палки. — И что же тебе приснилось на этот раз? — Мистер Рейни, у нас в лагере завелась крыса!!! Пока Кара и Морт мило беседовали, сидя в уютной гостиной, в комнате девушек развернулась настоящая война. Это кричала Инесса, не обнаружившая каких-то личных вещей, пропавших, судя по всему, прошлым вечером. — Что ты, орёшь? Наверное, сама куда-нибудь их засунула. — Посмотри у себя в заднице и заткнись! — Да, из-за тебя мы все не выспались! — А может быть не только мне стоит посмотреть у себя в заднице свои вещи?! — Слушай, заткни свой вонючий, рыжий рот! Дай поспать! — Обратись к мистеру Рейни, он сможет помочь. Так Инесса и сделала: она мигом спустилась в гостиную и увидев две фигуры, мирно сидящих у камина, решила разрушить их идилию. Морт резко вскочил со своего места, не заметив при этом, что Кара недовольно хмыкнула, а затем, мужчина помчался на верх, в красную зону. — Что случилось, чёрт вас подери? Какого хрена вы так орёте? — вспылил Рейни, злобно разглядывая людей, собравшихся вокруг потерпевшей. Девушки о чём-то громко говорили, но Морт, к счастью, разобрать ничего не смог, собственно, поэтому он и накричал на всех. Девушки притихли, они испуганно смотрели в его сторону, кроме двух особ, которым было откровенно плевать на всех. — Просто кое-кто потерял вещи. И теперь орёт на весь этаж об этом, как-будто её здесь убивают. — Мы уже предложили ей поискать вещи в своей заднице. В комнате толком никто не тусуется, а нам её барахло и даром не нужно. — Вы спрашиваете, что случилось?! Это вас нужно спросить, что произошло, почему у меня пропали вещи? Кто их взял?! — неугомонная Инесса выбежала их комнаты в одной пижаме, а Морт, явно недовольный проишествием, лишь устало закатил глаза. Следом комнату покинули оставшиеся девушки, которым так-же, как и Морту все это пришлось не по душе. «Репутация школы явно будет испорчена. Надо что-то делать.» Морт шумно вздохнул. Снова проблемы, снова придётся связываться с рыжей бестией, а т.е. Инессой, и снова покинуть Кару, с которой началось это «прекрасное» утро. «Я не имею понятия, мы же не обязаны разбираться в этих делах. Все как-то странно.» — мужчина направился в сторону кухни, где, к великому сожалению, он оказался один. Дом наполнился суетой, громкими разговорами, смехом, но Морту, откровенно говоря, было плевать на эти «девчачьи разборки». Слишком уж хотелось спать ведь он не только выпивал ночью вместе со своим другом, но ещё и проснулся на холодном полу от очередного кошмара. «Где же Кара? Она всегда по утрам делает себе горячий чай, а сейчас её нет ни в гостиной, ни в ванной, ни среди девчонок. Может быть, она в комнате? Хм, пожалуй, я отправлюсь туда, заодно и принесу её горячий напиток.» Морт медленно поднимался на верх. Ноги слишком устали бегать с этажа на этаж, чтобы поймать хоть одного участника утренней ссоры. Он нем в руках большую жёлтую кружку, из которой так-же медленно поднимался пар и аромат крепкого чёрного чая. Морт сделал глоток и закашлялся. Из-за этого он чуть не выронил кружку. — Все-таки, не слишком крепкий. Каре не понравится. Но уже поздно. Я его принёс. Морт тихонько постучал в дверь. В комнате слышался какой-то шорох, непривычная суета, а через маленькую щель проникал свет. Такое сразу же показалось подозрительным, ведь Морт прекрасно знал свою черноволосую чёртовку — она никогда не позволяла открывать шторы, не любила свет. Он дёрнул ручку, а затем резко оказался в комнате; шок от увиденного сразу прошёлся различными разрядами в теле, а волосы на затылке, как показалось писателю, встали дыбом — такого бардака Морт ни разу не видовал (разве что, после его приступов шизофрении, когда он убил.), но больше всего в эти минуты, когда мужчина держал кружку и рассматривал обстановку комнаты, его поразил незванный гость. Инесса отчаянно пыталась найти что-нибудь свое: она разбросала вещи, скинула с подоконника все принадлежности для гигиены, книги, журналы, диски; она перевернула постель, матрасы и белье так-же лежали в мусорной кучке и тонули в шапунях, гелях и прочих женских штуках; далее, она позволила себе залезть в сумки девушек, и в этот момент, когда Инесса уже открывала сумку Кары, её неожиданно застал Морт. — Что ты тут наделала? Кто тебе разрешал? — Мне нужно искать вора, мистер Рейни. Вы не горите желанием мне помочь! — тут же Инесса вырвала замок у самой чёрной сумки, но ни её вещей, ни вещей Каролины там не оказалось, поэтому рыжая бестия, а иначе Морт уже не называл в своей голове, с отчаиньем опустилась на колени. Из глаз побежали слезы, скорей всего, от обиды, чем от утраты. — Там была одна дорогая мне вещь. Она досталась мне от деда. Я всегда брала её в путешествия, а сейчас, когда она пропала, я... Не могу. — девушка направилась прямо к Морту за утешением, а затем жадно обняла его, притягивая к себе все ближе и ближе. — Эм... Инесса, не совсем то, что нужно делать. Отпусти. — Мистер Рейни? Что вы тут делаете? «Ну вот, опять залет. И что ты будешь делать?» — Да, и почему такой… Бардак?! Кто это сделал? — Черт, мои книги! — Джулия бросилась спасать книги, Дейзи к постельному белью и вещам, а Кара так и осталась за спиной у Морта, прожигать мужчину мрачным взглядом. Писатель боялся обернуться и даже пошевелить пальцами. Пояс обвивали руки Инессы, а горло, как ему казалось, обвили ледяные руки Кары. Он нервно сглотнул, пытаясь найти оправдание, но мысли тут же попращались с ним. — Спасибо за поддержку, мистер Рейни. Я надеюсь, что мы найдём вора. — Инесса удалилась в комнату, оставив в полном недоумении Кару, разозленную Джулию, удивленную Дейзи и шокированного Морта. Вечером, когда все стихло, когда подростки отправились по комнатам, когда свет в некоторых из них погас, писатель снова отправился в полутёмную гостиную. Он хотел поймать несчастного за руку, чтобы прилюдно наказать засранца, из-за которого мужчине пришлось долго объяснять людям, что он просто хотел принести чая, а Инесса была в истерике, поэтому и испортила вещи. Входная дверь в домик была запрета, по-крайней мере, Морт был в этом уверен на все сто процентов, и сейчас, когда дети (по его мнению) спали, писатель вытащил из широкого кармана брюк старых добрых друзей — сигарету и зажигалку. «Кто же этот засранец, который чуть ли не испортил все отношения и не только с Карой? Он слишком много на себя взял, но зачем ему понадобились всякие женские штучки? — А почему ты думаешь, что у девчонки пропали именно ж е н с к и е штучки? — Ну, потому что чаще всего они оставляют комнаты не закрытыми, да и что им нужно в поездках? — Ты многого не знаешь о подростках, Морт. — К чему такие намёки? — Расспроси девчонку о том, что именно у неё пропало. А затем ищи вора, но рано или поздно, он сам себя выдаст.» — Черт, как же я сразу не понял! — Морт помчался наверх, от чего в тишине слышались его громкие, быстрые шаги, а через несколько секунд упорных попыток уговорить Инессу выйти с ним на контакт, писатель оказался в той же самой красной зоне, где был и с утра. Девушка лежала на кровати, повернувшись лицом к стене. Она ковыряла деревянное покрытие длинным розовым ногтем, совершенно не замечая, что Морт оказался на кровати. — Инесса, скажи мне, что за такая дорогая вещь у тебя пропала? — Пропал подарок моего деда — охотничий ножик. Он был небольшим, но им вполне можно убить кого-нибудь, если захочется. — А зачем тебе нужен был ножик? Тебя здесь никто не тронет. — Я же сказала, что это был подарок дедушки, а ещё, нож — самая необходимая вещь во всех походах, мистер Рейни. — Ну да, как-то я даже не подумал. — Морт почесал затылок, а затем почувствовал нестерпимое желание удалиться из комнаты, так как в скором времени, сюда вернётся и другие подростоки. Инесса же, наоборот, на хотела отпускать мужчину; все-таки, она поймала волну поддержки, так необходимую ей в данный момент, поэтому, когда Морт отвлёкся, чтобы осмотреть место преступления, а именно дорожную сумку девушки, юная леди стала внимательно за ним наблюдать. «Замки не сломаны. Грязи нет. Как рядом с ней, так и на полу. Странно это все. Очень даже похоже на чью-то шутку.» — Что ж, думаю, мы в скором времени найдём этот чертов нож... То есть, я хотел сказать, чтобы ты не растраивалась и не впала в депрессию раньше времени, мы обязательно его найдём. — закрыв за собой дверь, мистер Рейни вновь посмотрел по сторонам — в коридоре стояла заветная тишина, прикрытая заботливой темнотой. Никаких следов не писатель не обнаружил, даже когда включил фонарик; Морт сделал вывод, что следы по-просту могли исчезнуть за день — их могли затоптать или же намерено скрыть, когда группа отправилась на горнолыжную секцию.