Жизнь после 2

— Кто-нибудь знает, будет ли сегодня урок? — Да, мистер Рейни слишком опаздывает, на него это не похоже. — Где же он?       В кабинете литературы сегодня было очень шумно. Все обсуждали домашнее задание, личные проблемы, а также и отсутствие учителя, который не имел привычки задерживаться. Нет, исключения, конечно же, были, Морт действительно задерживался в кабинете директора или учительской, в дорожных пробках, но никогда не на полчаса. Он любил свой предмет, любил, когда его слушали, любил и сам что-то рассказывать, так как знал, что интерес к предмету строился на его необычном подходе к делу. — Кара, ну может быть, ты знаешь, что с мистером Рейни? И кстати, почему ты такая мрачная? Что-то случилось? — Да, ты выглядишь чернее Чёрной дыры. И...Почему у тебя разбита рука?       Но Каролина молчала. В голове как-будто находилась кинолента, которую бесконечно крутили, показывая события рокового вечера. Она снова закрылась от всех; пустой, холодный взгляд сверлил рядом находящихся людей, что-то вечно расспрашивающих о Морте, но Кара молчала, попросту не в силах что-либо говорить…       …Той ночью было холодно. За окном выл ветер, качая деревья с огромной силой. Тогда, Кара слышала скрип кровати, но не предав значения ситуации, отвернулась к стене. Слишком хотелось спать. Слишком холодно для того, чтобы без нужды покинуть тёплую постель, нарушить сон; ей снилось что-то странное. Что-то, что не покидало девушку ни на секунду, не давая покоя, что-то говорило во сне, заставляя ворочаться по пустой кровати. Морт опять покинул её. К сожалению, его бессонница никуда не ушла с тех пор, как он остался один. Она изматывала, она душила его, не давая сомкнуть глаз до первой зари. — Может быть, стоит пропить курс таблеток? А перед сном медитировать, чтобы избавиться от беспокойства? - Кара принесла невзрачную книгу, вероятно, та содержала информацию по медитации, и положила на стол. — Я и сам в состоянии справиться с этим. Я сам смогу засыпать, нужно только время. — Но с таблетками ты будешь спать намного спокойнее, намного дольше, чем сейчас. А медитация поможет расслабиться. — Слушай, мне не нужны твои советы! Я и сам разберусь! — тогда мистер Рейни перешёл на неистовый крик; он защищался; защищал беззащитный разум и организм от внешних раздражителей как мог, как умел, но попытки оказались тщетны; он сдался им. — Теперь ты будешь чувствовать себя лучше, Морт. Ты не будешь испытывать дикую усталость, поверь мне. — Я надеюсь. А теперь, мне надо работать.       Так, спустя некоторое время, Морт стал засыпать лучше, спать крепко и спокойно, без всяких кошмаров, а вскоре и вовсе забыл о своих страшных видениях. В тот день, писатель проснулся с тяжелой головой, смутным и неприятным ощущением, которое выматывало потом весь день и вечер, не давая полностью расслабиться. Именно его пришлось глушить алкоголем. «Я забыл принять таблетки, но спалось же нормально. Значит, больше они мне не нужны! Значит, я теперь здоров!» — с такими мыслями писатель отправился на работу, куда чуть-чуть припоздал…       … А потом Кара услышала громкий крик из душевой комнаты. Морт с кем-то громко разговаривал, пытаясь выгнать несчастливого собеседника, который, надо бы сказать, его слишком сильно разозлил. Девушка тихо подошла к двери и заглянула в щель. Беспокойство… Вот было то первое ощущение, поселившееся и в голове, и в сердце юной девушки. Кара не поняла, как схватилась за дверную ручку. В узком пространстве душевой было тесно, ей удалось увидеть только силует мужчины; он стоял спиной к ней, но, к сожалению, Каре не удавалось понять, с кем же говорил разъяренный Морт, девушка слышала обрывки его фраз. — Зачем ты пришла? — сдавлено прошептал Морт. - Зачем ты продолжаешь жить со мной, мучить меня?! — Я не понимаю, что ты от меня хочешь! Я не понимаю! — Я просто устал. Мне нужно идти спать. Да, так я и сделаю сейчас. — Ты хочешь, чтобы я отправился к тебе? Ты хочешь, чтобы мы снова были вместе?! — Уйди!!! — далее, Морт одним ударом кулака разбил стекло. Кара, стоявшая за дверью, уже не могла сдерживать себя; она задёргала несчастную круглую ручку в надежде, что та, все-таки, сжалится. Но в те минуты, алая кровь уже растекалась по руке писателя, там же и оказалась пачка таблеток. Кара кричала, звала на помощь, пыталась выбить дверь, потом к ней присоединилась и Маргарет, прибежав в комнату в одной ночной рубашке.       Они услышали, как тело Морта тяжело свалилось на пол, как покатились по полу таблетки, а потом дверь, будто бы пожалев их, сдалась — она слетела со слабых петель. Далее, Маргарет только осталась наблюдать, как её сына, проглотившего горсть снотворного, уводит белая машина с красным крестом, а также и успокаивать Кару, получившую нервный срыв. — Вы...Вы понимаете, что он... Он мог убить себя! Он... А если он...Убил...— Каролина прижалась к женщине, не в силах больше скрывать слезы; она хотела поехать с ним; хотела быть рядом в такой тяжёлый момент; но Маргарет пришлось оставить её дома — никто не должен знать об их отношениях, поэтому девушку пришлось удерживать с силой. — Я прошу тебя, успокойся. Он придёт в норму, его спасут. Я говорю тебе это как опытная медсестра. Тише, тише. — Кара и не заметила, как прижалась к женщине словно избитый котёнок, искавший утешения и защиты.       В объятьях матери, она впервые почувствовала себя в безопасности, которой не испытывала никогда, будучи рядом с родными. — Не плачь, моя милая. Всё будет хорошо! Морт поправиться, ему всего лишь промоют желудок, его спасут. — тихо шептала она, гладя девушку по голове. Маргарет искриние переживала и за Кару, и за сына, совершившего глупейший, по её мнению, поступок, но женщина никак не ожидала, что за её, порой буйного и неспокойного сына, будут так сильно переживать.Девушка, всхлипывая, сидела на кровати, прижавшись к матери мокрым лицом. Этот солёный поток, как казалось, невозможно было остановить, да и мать Морта, сидевшая рядом, лишь поглаживала её по спине, пытаясь успокоить. У неё никогда не было дочери. Морт никогда не приходил к ней с такими истериками, по большей части из-за того, что считал мать — бесчувственным тираном. Сейчас Маргарет впервые осталась с Карой наедине; она попросту не знала, что ещё могло бы привести девушку в норму. — Зачем он это сделал? — наконец, сквозь рыдания выдавила Каролина, не переставая вытирать дорожки слез. — Иногда, люди устают от жизни. Каждый день переживать очень тяжело. Они не могут решить банальные вопросы, не могут концентрироваться на новых — из-за чего и гнобят себя. У Мортона, судя по всему, произошёл нервный срыв; вся ситуация с Лорой, со мной, возможно и с работой — добили мальчика окончательно. — Маргарет и не заметила, как сама начала вытирать собственные слезы. Да, она оказалась самой гадкой матерью, которая испортила жизнь не только себе, но и единственному сыну…       … Каролина пришла в лицей лишь для того, чтобы все происходящее не показалось странным. Она понимала, что Джулия и Дейзи ни в коем случае не отстанут от неё, а вспоминать прошлую ночь оказалось не просто тяжело, больно или же противно; это оказалось невыносимо. Кара отчётливо запомнила лежащего на полу Морта, с разбитой рукой; вокруг лежали куски стекла, различные медикаменты, бинты, бритвы; рот выпускал ужасающую пену. Девушка сразу же кинулась к нему, разжала руку, вытащила пачку таблеток. В её колени забились куски стекла, которые потом пришлось доставать Маргарет, успокаивая девушку. — И почему же твоя рука разбита? Ты подралась с кем-то? — Все по местам! Хотим сообщить новость: уроков литературы в ближайшее время не будет. Это произошло в связи с тем, что ваш учитель сильно отравился вчера вечером. Вот вам и урок на будущее — не стоит есть всякую дрянь. Жду вас на уроке физики. И не смейте опаздывать!