Кто мы?

Я поднялась, отошла к ближайшему дереву, подняла трубку и услышала взволнованный голос мамы. — Нара, дочка, ты где? — Мам, я сейчас все объясню, — стала было оправдываться я. — Нара, срочно иди домой. — Но я… — Кое-что случилось, это важно. Где бы ты ни была, бегом домой. — Хорошо, но объясни, что произошло? — Дома. Как будешь дома, все скажу. Омар с тобой? Я не могу до него дозвониться. В небе вдруг прогремел гром, суровый предвестник дождя, и я поняла, что ни я, ни мама не знаем, где мой брат и при этом еще и что-то серьезное случилось. — Нет, я видела его в последний раз в школе, — я уже не могла скрыть дрожащий голос. — Господи. Так, ты иди домой, если от брата новости будут — звони. И вообще, держи меня в курсе. Только прошу тебя, Нара, будь осторожна. — Да… Хорошо… Пока. Я сбросила трубку и осталась стоять неподвижно, мне вдруг стало невероятно страшно. Меня не покидало странное чувство тревоги, и хотя я не верю во всякого рода предчувствия, сейчас мне действительно начало казаться, что происходит что-то неладное. Впервые мама говорила с таким страхом в голосе, обычно она была сдержана. Джеймс, все это время молчаливо ждавший окончания разговора, приблизился ко мне. — Нара, что-то случилось? На тебе лица нет, — взволнованно спросил он. — Мне надо идти, — еле выдавив эти слова, и, все еще ошарашенная, я шла на ватных ногах, даже не понимая, куда иду. Перед моими глазами все было покрыто пеленой, но вдруг я осознала, что сквозь этот тоннель виднеется свет — и лучиком этого света была надежда. Надежда на то, что Омар просто остался у друзей, и что мама зря волнуется. Я ускорила шаг и услышала голос Джеймса позади себя: — Нара, если ты хочешь выйти отсюда, то ты не в ту сторону идёшь, остановись! — но я его не слышала, страх неизвестности охватил меня с ног до головы, я шла, не разбирая дороги, до тех пор, пока Джеймс не догнал меня и не остановил. Он взял меня за плечи и дотронулся до моего подбородка, чтобы я перевела взгляд на него. — Нара, послушай меня, — но я все ещё не слушала. Он взял мое лицо в свои руки и мне стало невероятно некомфортно, так как только утром то же самое сделал Артем. — Убери от меня свои руки! — крикнула я и оттолкнула его от себя. — Нара? — он удивленно уставился на меня. — Отвали! — Прости. Мои глаза вмиг наполнились слезами, столько событий за один день, мои нервы к такому точно не готовы. Я держалась за голову руками и из последних сил сдерживала слезы. — Нара, послушай меня, пожалуйста, — он заставил меня обратить на себя внимание. Джеймс подошёл ближе и аккуратно взял меня за руку. — Объясни, что произошло? Что тебя так взволновало? — Я не знаю, Джеймс, я ничего не знаю! Что-то серьёзное случилось, а мама не говорит, что! Мой брат пропал, хотя раньше он никогда так не пропадал, и я не знаю, что мне, черт возьми, делать!!! — сказав все это вслух, я не смогла сдержать слезы, они разом хлынули из моих век, усталость и страх взяли верх надо мной. Я, выпустив свою руку из руки Джеймса, медленно опустилась на землю, и, закрыв лицо руками, начала плакать. В тот момент я не думала о том, что кто-то это видит, я была напугана тем, что что-то плохое возможно произошло. Джеймс взял меня за руки и аккуратно поднял. Он посмотрел мне в глаза и в следующую секунду крепко обнял. Я обняла его в ответ, все также продолжая плакать. Мы продолжили стоять так до тех пор, пока я не успокоилась. Джеймс дал мне выплакаться. И это помогло. — Ну, как ты? — он ободряюще улыбнулся. — Уже лучше, спасибо, — хмыкнув, ответила я. — Теперь расскажи, каков наш план? — План? — Да, где твой дом? Тебе ведь нужно туда? — А, да. Но для начала нам нужно выйти из леса, — мой голос был все еще заплаканным, отчего я выглядела как маленький, капризный ребенок. — Так точно, капитан, — он схватил меня за руку, поднял мой рюкзак с земли, нацепив его на плечо и повел меня к выходу из этого лабиринта. Внезапно прогремел раскат грома и резко ливанул дождь. — Черт, Джеймс, что нам делать? — Уже поздно, начинает темнеть, так ещё и дождь начался. Не хочу тебя огорчать, но видимо нам придется заночевать где-то здесь. — Что? Но мне срочно нужно домой! Мама с ума сойдёт! — крикнула я. Я достала мобильник, но сети не было. Что за день? — Здесь нет сети, мы уже не на окраине леса. — Фааак, за что мне это?! — Пошли, я, кажется, знаю тут одно место. Дождь с каждой минутой становился все сильнее и сильнее, мы уже промокли до нитки, но продолжали идти ускоренным шагом. Вдруг я споткнулась о какую-то корягу так, что упала. Ногу моментально пронзила острая боль. — Аааааааа! — Джеймс сразу обернулся, услышав мой крик, отдаленно похожий на писк свинки, которую потянули за хвост. Не спрашивайте, зачем кому-то тянуть свинку за ее хвостик. Я и сама не знаю. Но факт остается фактом. — Нара! — Джеймс попытался поднять меня, но увидел, что вся моя щиколотка покрыта кровью. — Джеймс, что с моей ногой? Мне больно стоять. — Ты поранилась, — он старался выглядеть уверенным, но волнение, покрывшее его лицо, его выдавало, — Так, Нара облокотись на меня. Вот так, аккуратно. Одной рукой придерживая меня, а другой шаря в своем рюкзаке, Джеймс достал бинт. Он кинул свой рюкзак на землю и произнес: — Так, Нара, садись, — вся дрожащая от холода, я села на рюкзак, в тот момент Джеймс начал накладывать повязку на мою рану. Как только он закончил, он взял наши рюкзаки, поднял меня и взял на руки. — Спасибо, но я могу идти сама!!! — Нет, и это не обсуждается. Совсем недавно тебе было больно стоять! Следующие минут 15 мы блуждали по лесу, пока, наконец, не нашли маленький деревянный дом, скорее всего лесничего. Бедный, бедный Джеймс. Какого ему было тащить меня на руках все это время… — Нара, давай я тебя посажу пока на эту лавку. Оставив меня сидеть на лавке, находящейся на террасе, прилегающей к дому, он подошел к двери, которая, само собой, была заперта и, с помощью близлежащей ветки сбил ветхий замок. Он вернулся за мной и занес меня в дом. Дом выглядел максимально просто, вся мебель была сделана из дерева: кровать, шкаф, стол, два стула и печка с дровами, которые лежали неподалеку. Джеймс усадил меня на один из стульев, а сам вышел на улицу. Вернулся он уже с веткой, с помощью которой смог подпереть дверь изнутри, просунув палку в ручку. Он снял с себя футболку и кроссовки и направился к шкафу. Каким же милым он выглядел с этими мокрыми кудряшками. — Я поищу для нас сухую одежду, а ты сними пока верхнюю. — Хорошо, — я сняла рубашку, худи, кроссовки и носки, оставшись в джинсах и футболке. Я увидела свою ногу и ужаснулась, вся повязка пропитана кровью. Нужно что-то делать. — Я нашёл несколько мужских футболок, штанов и носков. Вот, держи. Тебе помочь переодеться? — он без тени смущения задал этот вопрос. — Нет! — сразу выпалила я. — Окей, окей. Я просто хотел помочь, без всякого… Я взяла одежду, саркастически выгнув бровь в ответ на его фразу. — Отвернись! — сердито взглянула на него я. — Как скажете, босс, — Джеймс рассмеялся и отвернулся, сложив руки перед собой. Он терпеливо ждал до тех пор, пока я не сменила мокрую одежду на сухую и не произнесла: — Все, можешь поворачиваться. — Так, теперь займемся твоей ногой. Закатай штанину. Я последовала его указанию, и, когда он отыскал в своем рюкзаке аптечку, он стал обеззараживать рану. — Черт, Нара, у тебя лодыжка повреждена. — Я уже догадалась, капитан очевидность. На меня вдруг накатилась волна негодования и ярости. Я была зла на Джеймса, который так внезапно появился в моей жизни, на эту чертову грозу, на маленький домик, но больше всего я была зла на себя. Ведь я не должна быть здесь сейчас. Мне следует быть уже дома, вместе со своей семьей. Природа продолжала буйствовать за окном. Тут и там слышались быстро ударяющиеся о стекла капли дождя. Как же этот звук порой завораживает, а сама дождливая погода навевает какую-то таинственную атмосферу. Я люблю дождь, но сейчас он совсем не к стати. — Все не так уж и плохо. Потерпи, может немного щипать. Вскоре Джеймс закончил с моей ногой. Наконец, моя лодыжка спасена и теперь я могу спокойно выдохнуть. — Спасибо, — с виноватым взглядом произнесла я. — Всегда пожалуйста. — Джеймс, скажи мне, что мы будем делать? — Для начала, нам нужно поспать, — он поднялся с пола и сел на кровать, поодаль от меня. Я многозначительно на него посмотрела. — Да, я понял, что буду спать на полу, — он театрально вздохнул, закатив глаза, и устало поплелся к шкафу в надежде найти одеяла или пледы. — Вот и молодец. Тебе помочь? — Нет, лучше отдохни. Тебе нужно набраться сил. — Окей, спокойной ночи. Я уставилась на Джеймса и, не выдержав, улыбнулась уголками губ, и он, на удивление, улыбнулся мне в ответ. — Спокойной ночи.