Коготь демона: теория метаморфозы

Во второй раз Сиэль увидел зацепившего его внимание незнакомца примерно через три недели. Он как раз напал на след гулей, которым решил предложить сотрудничество. Оказалось, не один только он шёл нога в ногу с обнаруженными гулями: на них как раз открыли ожесточённую охоту люди. Словом, по мнению демона, работа предстояла несложная, удача приняла его сторону. Вместо прямого следования своему плану Сиэль стал случайным свидетелем поразительной мизансцены: паренёк в устрашающей маске — но это был он, однозначно, душу ни за какими масками не скрыть — пытался без применения насилия остановить одного из сильнейших следователей CCG*, Амона Котаро, хорошо известного в узких кругах своим безжалостным и хладнокровным отношением к гулям. Юноша, которого Сиэль ошибочно принял за человека при первом коротком контакте, всеми силами пытался защитить своих друзей-гулей, но при этом не опустил чужую жизнь, жизнь человека, ниже их уровня ценности. Это будоражило. И… восхищало. Демон, затаив дыхание и не смея пошевелиться, наблюдал за развитием событий. Он был почти уверен, что с таким пацифистическим подходом — но с какой стати? — гулю оставались считанные минуты в этом мире. Но эти минуты он держался поистине храбро. И когда вдруг гуль сменил тактику, напав на уходящего прочь Амона Котаро, явно сбитого с толку их короткой и несколько душещипательной беседой о том, кто кого по двум сторонам линии фронта посмел лишить жизни — видимо, это были свежие потери в старой войне двух видов; настолько сбитого с толку, что он позабыл добить уже поверженного врага — Сиэль ахнул, увидев, как из поясницы его объекта наблюдения медленно высвобождались и ширились багрово-чёрные, сияющие алым, языки кагуне. Действительно, совершенно явно не человек… но почему душа человеческая? Сиэль поразился не меньше, когда явно неопытный, ведомый исключительно порывом, юноша одолел в схватке в несколько раз превосходящего его по силе следователя в конечном итоге. А после победы гуля и вовсе случилось немыслимое. Необъяснимый припадок, истерия и мольбы о пощаде, что совсем не ассоциировалось с ожидаемым поведением того, в чьих руках находилась власть. — Не заставляй меня становиться убийцей. Не убивай во мне человека… Прошу. Не делай этого. Уходи! НЕМЕДЛЕННО! Амон Котаро боролся с не меньшим недоумением и с не меньшим количеством вопросов, чем Сиэль Фантомхайв. Несколько минут он будто прикидывал, как поступить, но всё же прислушался к своему робкому инстинкту выживания, благоразумно устранившись. А гуль, явно обуреваемый внутренними демонами, корчился и рыдал под дождём и остатками рассудка пытался сдержать себя и свой кагуне, бешено рыщущий в поисках жертвы. Сиэль, завороженный, медленно приблизился к этой мятежной душе. Вот кому следует предложить сотрудничество, вот кому… Когда брюшную полость Сиэля распороли с воплем «Как же я голоден!..» — он даже слегка опешил: его, демона, так легко ранили. — О боже… Вы… — выдохнул юноша, а его левый глаз в то же время становился идентичным правому стандартному человеческому глазу. Кагуне рассыпался и исчез, а гуль безвольно упал на колени и закрыл лицо руками. — Не волнуйся за меня, — успокоил его Сиэль, протягивая ко рту своего до сих пор незнакомого протеже — он подумал, что это вопрос пары часов, когда гуль станет его подопечным — своё предплечье, — можешь утолить свой голод, я не пострадаю.