The Greatest Show

      По сцене кружил в одиночном танце молодой мужчина, его движения были плавные и точные, словно отточенные. Прожекторы все на него, белый свет вовсе не слепил и лишь подчёркивал его стройный стан, скрываемый под белой рубашкой с закатанными до локтей рукавами, красными джинсами и чёрными кроссами. На голове красовалась широкополая шляпа, скрывая под своей тенью лицо танцора; огненно-красная коса доходила до середины спины, больно хлестая по коже через ткань рубашки. Шея обрамлена чёрным чокером с кольцом посередине, за него можно было цеплять цепь или поводок. Придерживая одной рукой шляпу, второй рукой мужчина изящно проводил снизу вверх по бедру и доходя до середины клетки рёбер. Выгибаясь в спине в такт мелодии, он призывно виляя бёдрами порхал по сцене; зрители в баре были в восторге, громко хлопая или свистя, даже крича от восхищения.       Шляпа слетела с головы, падая куда-то в толпу и открывая вид на лицо. Ярко-алые глаза, которые так и светились в белом освещении, острые скулы. Губы расплылись в лукавой улыбке, слегка загорелая кожа и аккуратный, немного орлиный нос. Танцор разбежался и сделал небольшое сальто, от которого зал чуть ли не взревел; приземление было мягким и почти бесшумным, хотя, этого никто не услышит из-за музыки. Она била из колонок так громко, что невольно закладывало уши. Мужчина закончил выступление ещё одним сальто, а после сел на продольный шпагат, опираясь локтями о пол и поставив на ладони лицо.       В глубине зала стоял ещё один мужчина, попивая мохито и скользя взглядом по танцору. В полумраке не было видно черт лица, но чёрный рукав рубашки слегка выглядывал из тени угла. Также, блики на очках в тонкой оправе выдавали его присутствие. Танцор поклонился зрителям, поймал парочку букетов и удалился за кулисы сцены. За ним из угла скользнул наблюдатель, легко проходя мимо личной охраны выступающего. Стакан с мохито остался на столике, под ним красовалась крупная купюра.       — Замечательно выступил, Данте. — С порога заявил мужчина, закрывая за собой дверь. Красноволосый обернулся к гостю, мягко улыбнулся, снял с себя жилет и повесил его на спинку стула. Тонкие черты лица пришедшего всегда приковывали взгляд танцора: острые скулы, бледная кожа с веснушками, серые глаза. Серебристые волосы всегда собраны в высокий хвост, а стиль одежды почти не меняется: чёрная рубашка навыпуск, синие джинсы сидели на талии, дополняемые кроссовками. Пройдя вглубь маленькой комнатки, сероглазый сел на диван и закинул ногу на ногу.       — Спасибо большое, для тебя старался, Маку-сан. — Данте обернулся к младшему, сложил руки на груди и мягко улыбнулся. Куро раскинул руку на спинке дивана, немного прикрыв глаза и слабо улыбаясь. Пепельноволосый знал, что мужчина лукавит, но всё равно не мог сердиться на кавалера. Танцор встал со стула, подходя к гостю и садясь рядом с ним.       — Ты же знаешь, что я не люблю, когда для меня совершают что-то невозможное.       — Знаю, но мне просто захотелось тебя порадовать. Тем более, ты с этими бумагами почти не вылазишь из своего кабинета. — Данте аккуратно обнял Куро, обвив руки вокруг талии; серые глаза хитро блеснули за стёклами очков, мужчина же обнял в ответ. Уткнувшись носом в изгиб между шеей и плечом, менеджер бара расплылся в искренней улыбке.       Величайшее шоу, которое Данте вытворял на сцене было именно для Куромаку. Пускай он не особо принимал этого, но стоило постараться хоть раз. А сейчас, оба мужчины отдыхали, наслаждаясь компанией друг друга и тишиной между ними…