Млечный путь из ромашек

      Устало вздыхаю. На шее снова чувствуется лёгкая боль — опять появляются тату ромашек, на этот раз немного другая — видимо по маленьким цветочкам соул делает себе тату. Ещё почти целый час кожа зудит теперь не только шея от плечи, но грудь. И это только восьмой класс средней школы. Хорошо что это только тату, а то ходил бы я как цветочная клумба и буквально бы цвёл и пах. Шутки шутками, но это был бы пиздец.       Всё детство ходил, да и сейчас хожу в этих тату ёбаных ромашек — не завидная семья у этого соула. Пиздец, да и только. Но сейчас вроде всё нормально.       И так же постоянно вижу на лице командира цветки магнолии — настойчивость и упрямство. Как раз подходит для соула командира Свастики — непобедимого Майки, хоть сам соул и получает по мордасам. Шутит весь томан и особенно Хаккай.       А эти ромашки… Смех. Где же семейное счастье, победы над невзгодами соулмейта? Почему я каждый божий день нахожу на теле уже не так много, но всё же эти долбаные цветы? Ками, помоги ему.       Ещё этот странный Ханагаки. Звучит как бред. Скачки в прошлое из будущего, смерть Дракена, якудза… Мёртвый Баджи-сан.       У ребёнка не должен быть такой равнодушный взгляд, хоть я и сам ребёнок в пубертате и хочется не только учиться, но и драться, и бесоёбить. Мурашки идут по коже от липкого ужаса и удушающей картины перед глазами. Баджи-сан живой. Он тупоголовый тупиздень, что не может написать кандзи тигра.       Но Такемичи так и смотрит сквозь меня, может даже мир, будто мы в манге, в стенку. Синяки на лице уже спадают, разглаживаясь из ярко-жёлтых под розовую кожу. Мы дети. Подростки в пубертате… Вероятность. Это всего-навсего вероятность. Этого может и не случиться. — Так, ты уверен, что это… — блондин медленно сюрпает чай из крушки пиля стол взглядом. — Угу. Мне приснилось двенадцать лет жизни, и мозг решил проверить, выживу ли я под поездом? Логично мой мозг работает. — и смотрит так укоризненно, будто это я столкнул его. Ну нахуй такие мысли! — Всяко бывает. — пожимаю плечами. Пек Джей в очередной раз дерёт угол двери, игнорируя когтеточку. — Чифу, ты же умный. Догадайся с трёх раз. — обречённо произносит Мичи и расползается по столу. — Ты про соула? И что там гадать? — Я просто хотел спокойно поесть лапши. Ками-сан, за что ты так со мной? Догадки подтвердились. — В этом мире Кисаки вообще за мной ухлестывал, а не за Хиной, — наигранное бурчание и шмыганье. — Ахуеть, — пережить этот умный кошмар на ножках даже я бы не смог. Вот это было неожиданно. — Я даже рад, что не состою в свастонах. Если не Манджиро, то Кен или Хаккай с Така-чаном догадались бы, что цветы вместе с моими синяками расцветают. — кот запрыгнул на колени к мальчику, парню или мужчине? Ересь какая-то. В менталке ему все двадцать шесть, вроде, а так ему тринадцать, наскребая на четырнадцать лет. Смотрю на него и прямо так и хочется плакать. На таких без слёз не взглянешь. — И что предлагаешь? Раз такого ужасного будущего не будет, то может обратно в своё будущее вернёшься? — логично? Логично. — Пиздец ты Америку открыл. Не работает эта хуйня. — Вот как так можно спокойно сидеть, плакать и пить чай? То есть как? Вспомнив, что Мичи не читает мысли, выразил мыслю в слух. — То есть как? — и слёзы ещё обильнее пошли. Пиздец! И как успокаивать??? — Никак. Мне придётся абсолютно всё заново переживать. — и голубые глаза ещё ярче кажутся из-за слёз. Для ребёнка он слишком спокоен… Да и какой бы взрослый так же спокойно сидел ровно на жопе пережив что-то страшное? Апатичность, равнодушие и смирение. Это уже сломленный человек. И не хочется видеть его в море цветах и гробу. — Мичи, что там такого случилось-то? — даже самые отчаявшиеся взрослые кричат, орут и просто что-то делают. Но Ханагаки решил порвать этот шаблон. — Всё в порядке, партнёр. — от этой измученной улыбки живот неприятно скрутило. — Нет, так не делаются дела. — Раз я в будущем, хоть немного другом, назвал его партнёром, то так тому и быть! — Что? Печеньками закормишь? — блондин неловко хихикнул, вытирая щёки. Ками, даже если он взрослый, он такой ребенок! — Определённо, на этот вечер, Такемичи Ханагаки потерян для вселенной. — лёгкий румянец на щеках и счастливая улыбка на его лице — это я запомню на долго. Красиво.