Часть 1
16 марта 2022 г., 18:23
— Демка! — послышалось со стороны крыльца.
Молодой слуга нехотя поднялся с завалинки и поспешил на призыв хозяйки.
Катерина Михайловна, разряженная, как обычно, и одетая, несмотря на установившуюся уже давно теплую и даже жаркую погоду, в меховую, шитую жемчугом душегрею, встретила его притворно-строгой улыбкой.
— Демушка! Мыть иди Федора Алексеича. Трифон баньку истопил, до вечерни управитесь.
— Слушаюсь, матушка! — преувеличенно бодро отозвался Демьян.
С тех пор, как молодой хозяин перевалил возраст, до коего прилично было ему ходить в баню с нянькой, мыть его доверялось Демьяну. Катерина Михайловна все боялась хворей, отчего и заставляла сына ходить в баню ежедневно. Благодаря этому Демка был самым чистым из всей дворни, уж из мужской половины-то точно.
В баньке было жарко натоплено, вкусно пахло березовыми вениками. Демка поддал еще пару. Молодой хозяин развалился на лавке.
— Федор Ляксеич, может, Дуньку позвать, как в прошлый раз? Помоет как следоват, — подмигнул.
— Да ну ее, — хозяин вздохнул — Дурная какая-то. И все целоваться лезет. Не туда, — и покраснел. — Давай уж ты.
— Как скажешь, батюшка. — согласился Демьян. — Перевертайся на живот чтоль.
Хозяин послушно перевернулся, устроился поудобнее. Демка взял мочалку и стал тщательно намыливать Федора. Хозяйка всегда проверяла качество работы и если оно ее не устраивало, наказывала жестко. Тело у Федора было податливое, белое на контрасте со слегка загорелой шеей. Демьян старательно намыливал ягодицы. И внутри промыть надо, а то больно легка и скора Катерина Михална на расправу там, где дело касается любимого сыночка.
— Погоди, — вдруг услышал он голос Федора. — Рука слуги застыла. — Туда! — Демьян не сразу понял, в чем дело, но потом сообразил. Ишь чего Ляксеич удумал. А впрочем... Мыльным пальцем Демьян вошел в тело хозяина еще раз, преодолев сопротивление тугих мышц, потом еще, еще. Федору явно нравилось, он задышал чаще, чуть приподнял задницу, отзываясь на ласку слуги. Нежные щеки его покрылись румянцем. Демьян почувствовал, как внутри Федьки сокровенное местечко окрепло, налилось, слегка крутанул пальцем. Федька аж задрожал, просунул руку между лавкой и своим телом, со судорожным стоном удовольствия излился на скамью, обмяк.
— Ох, Демка, — сказал он, отдышавшись. — Лучше ты девки.
— Да замывать тепереча изнова, батюшка, — вздохнул Демьян.
— Дурак.
