Если бы все было иначе...

Темное сырое подземелье... С потолка то и дело капает вода. Мрак поглощает абсолютно все. Лишь отголосок нарушает мрачную картину. Песня льется в одной из лабораторий и выражает абсолютно все чувства поющего: тоску по дому, солнцу, небу... Да, голос не идеален и порой немного фальшивит, но глубина чувств в его звучании заставляет прислушиваться все сильнее и сильнее. И все звуки постепенно становятся частью песни: подвывание ветра, капающая вода... Песня звучит из уст девушки, сидящей на холодном металлическом столе в лаборатории. Ее длинные розовые волосы связаны в небрежный хвост, а зеленые глаза безразлично смотрят в стену. И взгляд этих глаз пронзает стену насквозь, будто она прозрачная. Он видит дальше любых модифицированных глаз - он видит прошлое... Однако, там пусто. Черная дыра поглотила все - прошлое ушло, оставив ее одну. Взгляд пытается зацепиться хоть за что-то, но кругом пусто. Такое уже не в первый раз и не в последний. Черная дыра постепенно будет уменьшаться, пока не исчезнет, но затем все повториться вновь. Белый слепящий свет снова заденет сознание, унося память с собой и оставляя черную всепоглощающую дыру. Даккутерре так еще долго могла блуждать по глубинам памяти, однако ее отвлек звук открывающейся двери. Пустой взгляд снова стал осмысленным и перешел на дверь. В лабораторию вошли Орочимару и Кабуто. - Я вижу ты пришла в себя... Это хорошо, потому что надо поговорить... - сказал змеиный санин. "Твое "хорошо" прозвучало будто "неужели опять"?" - подумала Даккутерре, но вслух ничего не сказала, а только кивнула. Из-за чего-то страх все время разливался по жилам в его присутствии. - Как ты помнишь - мне нужно тело Учиха Саске... Оно бы позволило мне не тревожится о поиске нового тела больший промежуток времени... Но, все равно, рано или поздно его придется менять, да само тело нам добыть довольно сложно. Однако, я все равно не собираюсь отказываться от шарингана. Другого наследника клана нет, но он может появиться... - И при чем тут я? - язвительно спросила Даккутерре. - Ты должна вернуться в Коноху, – прошипел саннин. - Для чего? Какова моя миссия? - Слишком много вопросов! – раздраженно заметил Орочимару. - Мне снова нужен поставщик информации. Ты наиболее подходящая кандидатура. Тебя примут обратно, пусть сначала и под жестким присмотром. - Я не хочу туда возвращаться! - Тебе придется это сделать несмотря на желания! - злобно прошипел Орочимару. - Это еще почему? - хмыкнула девушка. - Иначе я сотру тебе память, и ты все равно это сделаешь! Я надеюсь, мне не придется этого делать. - Вы этого не сделаете, я единственная, кто обладает техникой воскрешения... - произнесла Даккутерре уже менее уверенно. - Уж поверь, то что мне надо я оставлю, - усмехнулся саннин. Даккутерре парализовало. Лишиться памяти означало лишиться всего: воспоминаний о родителях, о доме. О той единой радости, что у нее была в жизни. Было что-то еще, но оно уже поглощено черной дырой. Без памяти она просто станет никем. Потеря памяти для нее станет смертью. Нет, даже хуже смерти. - Разговор окончен. Отправляешься завтра, – произнес Орочимару, покидая помещение. В комнате остались лишь Даккутерре и Кабуто. Как только саннин покинул комнату, Кабуто произнес: - Ты не должна туда возвращаться. - Но это приказ Орочимару-сама… - У меня для тебя другое предложение. Ты отправишься к Акацки и станешь моим шпионом там. - К Акацки? Это еще хуже. Они меня не примут. - Неужели ты хочешь вернуться в Коноху? К убийцам твоих родителей? - проговорил Кабуто и перевел взгляд на собеседницу в ожидании реакции. - Вы с Орочимару-сама никогда не говорили мне, что моих родителей убили шиноби из Конохи! – буквально прокричала она. - Конечно, - спокойно ответил ученик саннина, – ведь нам было не выгодно настраивать тебя против Конохи заранее. - И кто? Кто это сделал? - Это был член клана Учиха. И сделал это он по приказу верхушки Конохи. - Кто именно? И по приказу кого именно? - нетерпеливо переспросила девушка. - А вот эту информацию ты получишь только тогда, когда сделаешь то, что я прошу, - произнес Кабуто и торжествующе улыбнулся. - Змеиный подонок, - прошипела розововолосая. – Хорошо, я согласна. Тем временем в кабинете Хокаге. - Вот ваша чакра и пришла в порядок, - сказала Цунаде, перебирая бумаги на столе. Вдруг Наруто пошатнулся и со всего размаху сел на пол. Затем закричал. - Наруто! Наруто, что с тобой? - обеспокоенно воскликнула Хокаге подбегая к нему. - Наруто!... - только и успел воскликнуть Саске. - Черт! - прошипел сквозь плотно сжатые зубы. - Чертова техника! - О чем ты? - удивленно спросил Какаши, отрываясь от книги. - Там, в логове, Даккутерре наложила на меня какую-то технику. Она подавляла определенные эмоции... - О чем это ты? - заинтересованно спросила Цунаде. - А то, что я предал свой путь ниндзя! Я добровольно отказался от друга! - горько пробормотал Наруто. - Что с ним? У него бред? - Нет все показатели в норме... Однако, Наруто прав... Я действительно чувствую разрушенную печать какой-то техники. Она чем-то напоминает печати памяти Сасори... - То есть на Наруто была техника подавляющая определенные эмоции? И зачем же и кому она нужна? - спросил Саске. - Тут все просто. Она была нужна Даккутерре, чтобы Наруто просто-напросто оставил ее в покое... Но непонятно другое, зачем нужно было ставить временную технику? - Она не временная! Просто разрушилась от большого количества эмоций, - ответила Цунаде, все еще диагностируя с помощью чакры Наруто. - Как бы то ни было, я исправлю свою ошибку и верну своего друга в деревню! Пусть даже это ненастоящая Сакура... Таков мой путь ниндзя! Немного позже. Фигура в темном плаще перепрыгивала с ветки на ветку. Из под капюшона то и дело выбивались розовые волосы. "Надо бежать быстрее, а то не успею до темноты..." - раздраженно подумала девушка ускоряясь.