The Black Prophecy // Пророчество Блэков

Когда Гермиона начала приходить в себя, её чувства заполнил... Запах. Она почувствовала, как участился её пульс, зная, что это может быть только Беллатрикс. Аромат был совершенно уникальным. Девушка попыталась открыть глаза, но веки были слишком тяжёлыми... Точно так же она попыталась пошевелить конечностями, но не преуспела. Подавив желание запаниковать, Гермиона попыталась обратиться к последним воспоминаниям. Она отдала пророчество Тёмному Лорду, а потом... Пустота. Не густо... Она попыталась добраться до Беллы своей магией, но не смогла. Чувствуя себя полностью запертой в собственном теле и более чем расстроенной, она издала громкий крик в своей голове. Удивительно, но он вырвался и в реальности... Хотя, скорее писк, а не крик. В её голове это было громче... Но даже этим она привлекла внимание. Прохладная рука на её голове была знакома, но этот запах принадлежал не Белле, а её сестре. Ей прошептали на ухо: — Не пытайся двигаться или колдовать, маленькая ведьма. Твоё тело подверглось серьезным испытаниям, — пальцы нежно помассировали её волосы. — Моя сестра использовала свою магию, чтобы связать тебя. Для исцеления нам нужно было тебя зафиксировать. Вряд ли сейчас ты что-то сможешь сделать. Заклинания моей сестры невероятны. Особенно когда она вкладывает в них столько эмоций. Гермиона услышала щелчок пальцев, когда женщина вызвала эльфа и отправила его за Беллатрикс. Через несколько секунд он вернулся с громким хлопком. Гермиона услышала шорох юбок... Белла. Когда подошла Нарцисса, ей уже стало легче, но с обеими ведьмами... Она окончательно расслабилась и знала, что в безопасности. — Что случилось, Цисси? Эльфийка не сообщила мне никаких подробностей. Гермиона в порядке? — Я думаю, что она снова в сознании. Несколько минут назад ей удалось... Издать некоторые звуки. Смешок разнёсся по комнате: — Полагает, что сможет пробиться сквозь мою магию... Даже в нынешнем состоянии не прекращаешь бороться, не так ли, любовь моя? Беллатрикс посмотрела на свою возлюбленную, обдумывая варианты. Правильно было бы не трогать девушку и дать ей время выздороветь, но... — Сейчас я развяжу тебя, но не пытайся двигаться. Просто открой глаза. Ты очень слаба, — она сделала паузу, чтобы её слова услышали, прежде чем вытащить палочку. Тёмная Ведьма ослабила путы на девушке и напряжённо наблюдала, как глаза юной ведьмы медленно открывались. — Здравствуй, красавица. Ты не представляешь, как сильно я скучала по этим глазам, — тихо сказала Белла. — Я дам вам двоим наверстать упущенное, — немного отчуждённо сказала Нарцисса. Её тон смутил Гермиону, но девушка не могла оторвать глаз от Беллы. Когда дверь со щелчком закрылась, Тёмная Ведьма... Заплакала. Слёзы, которые она сдерживала много дней, текли по её лицу. Слабая и дрожащая рука схватила её за рукав и слегка притянула к себе. Обычно Белла сопротивлялась такому проявлению эмоций, но последняя неделя была совсем не нормальной. Женщина опустилась рядом с возлюбленной, мягко её обнимая. Почти не прикасаясь к девушке, чтобы не навредить, она позволила слезам течь до тех пор, пока их не осталось. Белла позволила своему дыханию вернуться к нормальному ритму, поправила волосы Гермионы и посмотрела в прекрасные карие глаза. И заметила, что девушка пытается заговорить. — Слушай и не пытайся говорить. Я знаю, что для тебя это сложно, но всё же — игриво подмигнула Беллатрикс. Она начала деликатно проводить руками по телу девушки. После стольких дней её мышцы наверняка одеревенеют... — Прежде чем я расскажу тебе всё, Драко в порядке. Дела у него намного лучше, чем у тебя. Он был на ногах и двигался в течение нескольких дней. Ты спасла ему жизнь. Ваш план... Это было весьма изобретательно. Но Цисси... Что ж, тебе придётся помириться с ней самой, — она сделала паузу, позволив Гермионе обдумать эти слова. Теперь Гермиона казалась менее обеспокоенной. Белла превратила свои нежные прикосновения в лёгкий массаж, надеясь избавить девушку от дискомфорта. — Это было удивительно. Ты спасла Люциуса от неприятного наказания. Хотела бы я, чтобы ты видела выражение его лица, когда доставала пророчество из своей мантии. Я на мгновение подумала, что он может поклониться тебе, — Тёмная Ведьма хихикнула. Гермионе удалось пошевелить губами достаточно, чтобы как следует улыбнуться. Она глубоко вдохнула, пытаясь заговорить, но палец оказался на её губах прежде, чем она смогла произнести слово. Он оставался там лишь на мгновение, прежде чем Белла вернулась к массажу. — Я видела, как ты потеряла сознание. А твои слова... Гермиона, я думала, ты... Никогда больше так, блять, не делай, — сказала она. Белла на мгновение закрыла глаза, подавляя нарастающий гнев. Взяв эмоции под контроль, она продолжила: — Тебя исцелил Тёмный Лорд. Если бы он не присутствовал... Гермиона согнула пальцы, оценивая свои возможности. Нежные прикосновения рук Беллы, казалось, снова наполняли её тело силой. С большим усилием она переплела их пальцы. Тёмные Глаза искали на её лице следы напряжения. Решив, что всё в порядке, Белла продолжила: — Ты полностью истощила своё тело. И то заклинание было последней каплей. Тёмный Лорд спас тебя, введя мою магию. Кроме него, этим почти никто не владеет. Передавать магию между людьми опасно... Но мы связаны, так что... Твоя магия полностью приняла меня. Гермиона, наконец, собралась достаточно, чтобы шёпотом попросить воды. Ей нужно было поговорить с Беллой. Стакан был осторожно поднесен к её губам, а твёрдая рука слегка приподняла голову, чтобы облегчить задачу. — Мне очень жаль, — сказала она, отметив, что её голос был более грубым, чем обычно. — Я не хотела тебя пугать. Я просто... Увидела возможность изменить ситуацию и воспользовалась ей. Сделать всё, чтобы помочь вам... Тебе, Нарциссе... Белла внимательно слушала, стараясь снова не расплакаться: — Мы не думали о том, как обстоят дела внутри школы. Северус защитил бы вас, но... Я должна была знать, что в конце концов ты возьмёшь дело в свои руки. Это чёртово розовое недоразумение... Клянусь, если бы она повредила хоть один волосок на твоей голове... — Она этого не сделала. Возможно, она раз или два обдумывала это, но у неё хватило ума не пытаться. Я не уверена, что смогла бы... Удержаться. Старшая ведьма игриво коснулась её лба своим, а затем нежно поцеловала: — Не смей больше так поступать со мной. По крайней мере, позволь помочь. Быть бессильной и смотреть, как ты падаешь в обморок... Я чувствовала, как мое здравомыслие ускользает вместе с тобой. Без тебя я... Я не знаю, во что превращусь. — Я больше так не буду, обещаю. — Мне нужно больше, чем просто обещание. Ты должна быть моей, Гермиона. Понимаешь? Ты будешь моей навсегда? — Я всегда была твоей, Белла. — Я хочу, чтобы это было официально. Будь привязана ко мне. Выходи за меня. Гермиона с трудом приняла сидячее положение и прижалась к великолепному телу возлюбленной, — Просто скажи мне, когда и где. Беллатриса целовала её медленно и нежно, пока младшая ведьма слегка не оттолкнула её: — Знаешь, я не сломаюсь. Имей в виду, пожалуйста. Гермиона смотрела, как расширяются зрачки тёмных глаз. Женщина облизнула губы, прежде чем броситься на девушку. Тёмная Ведьма со всей своей страстью целовала Гермиону, передавая всё, что чувствовала. Всё то отчаяние, которое испытывала, пока младшая ведьма была прикована к постели. Прежде чем огонь успел разгореться, резкий стук в дверь заставил Беллу слезть с кровати. — Гермиона, — сказал Драко. Его голос был полон облегчения. Она осторожно переместилась, пока не села с помощью своей возлюбленной. Драко подошёл к кровати и заключил её в объятия. — Я так рад, что ты очнулась, — сказал он, присаживаясь на кровать. — Я тоже рада, что с тобой всё в порядке. Я думала, ты собираешься бросить меня в первой же битве. И тогда мне пришлось бы выполнять все наши планы в одиночку, — она посмотрела на свою возлюбленную, увидев предупреждение в тёмных глазах. Ладно, больше никаких планов. — О, это было бы очень жестоко. Тебе пришлось бы идти в полном одиночестве, — ответил он, легко уловив шутку Гермионы. — Но не стоит так дразнить мою тетю, — повернувшись к Беллатрикс, он продолжил. — Это был единственный план, который у нас был. Больше мы ничего не задумали. И если бы это было так, мы все знаем, что моя мать заперла бы нас в нашей комнате, пока мы не признались бы во всём. — Я бы так и сделала, — сказала Нарцисса, входя в комнату. — В любом случае, мисс Маккарти, я думаю, у Вас более чем достаточно поводов для раскаяния. Я бы не рекомендовала пополнять это список, — блондинка оставалась неподвижной и холодной, как будто разговаривала с незнакомцем. — Не будь такой, Цисси. Девушка многое пережила и только что согласилась жениться на твоей старшей сестре, — вмешалась Белла. Драко обнял Гермиону, быстро поздравляя её и расспрашивая тётю о дальнейших планах. Однако девушка ничего не слышала. Она была сосредоточена на голубых глазах блондинки перед ней. — Пойдём, Драко, мы не должны её перенапрягать. — Цисси… — прошептала Гермиона, почти умоляя. Вопреки здравому смыслу, блондинка пересекла комнату и упала в распростёртые объятия девушки. Она крепко держала слегка дрожащую фигуру, зная, что по щекам девушки катятся слезы. — Всё будет хорошо, Гермиона... Почувствовав, как девушка расслабляется, женщина помогла ей лечь. Прежде чем глаза Гермионы закрылись, Нарцисса сказала так, чтобы только она могла слышать: — Тебе всё ещё нужно будет как следует извиниться передо мной, но ты сможешь сделать это, когда полностью выздоровеешь. Спи спокойно, маленькая ведьма...