The Black Prophecy // Пророчество Блэков

Гермиона почувствовала облегчение, что в этом году для неё не будет торжественного выхода на Бал. Она и Беллатриса, вероятно, по-прежнему будут в центре внимания, но, по крайней мере, ей не нужно пытаться не упасть с лестницы. Она с восторгом наблюдала, как её красавица-жена готовится к мероприятию. Непринужденная легкость, с которой женщина излучала чувственность, никогда не переставала её удивлять. Наблюдать за тем, как она готовится поразить людей, было восхитительно. Не говоря уже о том, что Гермиона получила несколько озорных и соблазнительных ухмылок, когда ведьма переодевалась. Прежде чем нанести помаду, Белла прижала её к шкафу и поцеловала. Дразнящая улыбка обещала больше после того, как всё закончится. Молодая ведьма рука об руку со своей женой прошла в украшенный зал. Она знала, что они составляли прекрасную пару, и этот факт подтверждался тем, сколько людей на них смотрели. Звезды, которые она и Нарцисса не так давно вешали, красиво блестели в свете свечей. В очередной раз блондинка превзошла саму себя. Гермиона быстро осмотрела комнату и обнаружила, что профессор зелий выглядит немного... беспокойным. Быстрым рывком она потянула жену в его сторону. Гермиона хотела успешно выполнить поставленную перед ней задачу, чтобы она могла насладиться дополнительными преимуществами того, чтобы быть Блэк, до того, как ночь закончится. — Профессор Слизнорт, — весело сказала Гермиона. — Мадам Блэк, — он благоговейно улыбнулся, не в силах оторвать глаз от ведьм перед собой. — Профессор, — снисходительно промурлыкала Тёмная Ведьма. — Прошло слишком много времени. — Действительно, Беллатриса. Ты хорошо выглядишь. — Как и Вы, сэр. Но для меня большая честь, что Вы меня помните. Вы так многому научили меня за годы в Хогвартсе. — Да, было время... — он усмехнулся приятным воспоминаниям. — Но не преуменьшай свои заслуги, ты замечательная ведьма. — Даже после того, как попала тюрьму? — к её чести, Тёмная Ведьма ухитрилась изобразить раскаяние, хотя Гермиона знала, что единственное сожаление, которое она испытывала, это то, что её поймали. — Некоторые из нас никогда не теряли веры в тебя. И правда вышла наружу, не так ли? — его глаза блестели, несмотря на серьёзный тон. — Так и было, — ответила Гермиона, наклоняясь к жене, пытаясь перевести разговор в другое русло. Она была благодарна, что женщина сразу всё поняла. — Я слышала, что Вы всё ещё усердно работаете, профессор, — сказала Беллатриса. Он кивнул в ложной скромности: — Ну, в возрасте есть определенное преимущество, не так ли? — Да, действительно, — просияла она в ответ. — Но у Вашей жены, хотя она и не настолько стара, как мы, Вы должны знать, что она невероятно умна. — Да, — ответила старшая ведьма, нежно глядя на красивую женщину рядом с ней. — Я знаю. И это только верхушка её способностей. Ей понадобимся все мы, чтобы стать ведьмой, которой ей суждено быть. — И я не хотел бы это пропустить, — ответил он. — Мне ужасно жаль, — сказала Беллатриса, прервав момент. — Но моя сестра зовёт меня к себе. Могу я доверить Вам самое дорогое, что есть в моей жизни? — она посмотрела прямо на старого волшебника с таким серьёзным взглядом, что многие отшатнулись бы. Он выпрямил спину и сказал смертельно серьёзным голосом: — Это было бы честью для меня. Тёмная Ведьма твердо кивнула и повернулась, чтобы уйти. Гермиона смотрела ей в спину, стараясь не коситься на то, как ткань облегала ее изгибы самым восхитительным образом. — Спасибо, — сказала она, возвращая внимание к мужчине перед ней. — Немногие могут увидеть её такой, какая она есть. Ещё меньше тех, кто принимает ее. То, как вы её видите, очень много значит для меня, профессор. — Конечно, мадам Блэк. Я тоже знаю, каково это, когда тебя воспринимают не тем, кто ты есть. Вот почему я с самого начала покинул Хогвартс, почему я жил в бегах в течение многих лет. — Почему Орден так заинтересован в Вас, сэр? Могу сказать, что это больше, чем Ваши навыки зельеварения. И если это всё, чего они хотели, то я не могу представить, чтобы Вы так сопротивлялись. Он усмехнулся и посмотрел на свой стакан, очевидно, пытаясь решить, что делать дальше. Увидев его колебания, Гермиона мягко подвинулась вперёд: — Я не хотела обидеть, профессор. Просто хотела ответить взаимностью. Вы предложили мне и моей жене большое понимание и доброту. Как друг, я надеялась предоставить то же самое. Никто не заслуживает такой изоляции. Но если Вы предпочитаете одиночество, я не отниму его у Вас. — Нет-нет, мадам Блэк. Пожалуйста, не принимайте мою паузу в поисках слов за отказ, — он потер шею, пытаясь подобрать слова. — Это было много лет назад... Как я уже говорил, я долгое время прятался. Очень долгое. Чего они хотят, так это секрет, который я хранил много лет. Один из тех, когда он, — пожилой волшебник указал на Тёмного Лорда, — был всего лишь студентом. Но это ключ ко многим вещам... — Это имеет смысл. Кажется, что Орден всегда играет в догонялки, когда дело доходит до информации. Но зачем Вам справляться с этим в одиночку? — Временами ты так похожа на свою жену. Всегда задаёшь самые острые и актуальные вопросы. Как и все вещи, это сложно. В годы, когда твоя жена находилась в заключении, мир на поверхности казался более безопасным, но на самом деле он был более опасным. Без четкого лидерства с обеих сторон вероломство и предательство были обычным явлением. Чтобы выжить, человек учился не доверять... Гермиона кивнула. Она не была удивлена, что это так. После того, что было сделано с её семьей... — Но теперь всё по-другому? — с надеждой спросила она. — Кажется, с твоим появлением и вашей свадьбой всё изменилось, — признал профессор зелий. — Последователи Тёмного Лорда, — он немного запнулся, но сумел продолжить. — Пожиратели Смерти снова сильны и сосредоточены. Способны защитить себя и свою семью. — Вы присоединитесь к этой семье? Моей семье? Позволите нам защитить Вас? — Было бы неплохо не нести тайну в одиночестве... — сказал он задумчиво. — Ближайшие месяцы будут достаточно тяжелыми. Позвольте мне облегчить Вашу ношу. — она протянула ему руку. Он усмехнулся, но взял её руку и вложил в сгиб своего предплечья: — Вы невероятно убедительны, мадам Блэк. И совершенно правы. Так скажи мне, моя дорогая, в какой из этих комнат мы встретимся с Тёмным Лордом? Гермиона тепло улыбнулась: — Вверх по лестнице и налево. Хотите пойти? Это позволит нам поговорить наедине ещё немного. — Для меня было бы честью сопровождать тебя, но я должен сказать, что не могу выдать его тайну даже тебе. — О, мой дорогой профессор. Вы должны понять, что я бы никогда не попросила Вас об этом. Мы все храним его секреты. Вы не найдете ничего, кроме понимания. Мы, без сомнения, поможем Вам защитить любые тайны. — Любые тайны, мадам Блэк? — спросил он, забавляясь. — Вы можете рассказать мне истории о моей жене во время её пребывания в Хогвартсе. Я никому не скажу...  

***

Беллатрикс с гордостью наблюдала, как её жена ведет пожилого волшебника вверх по лестнице. Она не могла припомнить никого, кого она когда-либо встречала, кто мог бы сделать то, что только что сделала молодая ведьма. Всего за несколько минут она, по-видимому, завоевала доверие мужчины. Что бы ни сделала юная ведьма, оно было явно эффективным, судя по тому, как они шли вместе. Тёмная Ведьма сопротивлялась желанию подняться за ними по лестнице и подслушать разговор. Но она не подорвёт доверие Гермионы таким вторжением. Она поклялась вмешиваться только в том случае, если возникнет опасность, с которой её ведьма не сможет справиться в одиночку. Преследовать их было бы только для удовлетворения её собственного любопытства. Покачав головой, она оглядела комнату в поисках Лорда. Она быстро подошла к нему, но остановилась позади и подождала, пока он заметит её. Тёмный Лорд, наконец, повернулся к ней после того, как отпустил нескольких меньших Пожирателей Смерти. — Насколько я понимаю, у тебя есть новости, Беллатриса. — Конечно, мой Лорд, — сказала она, театрально кланяясь. — Дело сделано. Они ждут нас наверху. — Это было удивительно быстро. Ваша молодая жена - настоящее откровение. — Да, мой Лорд. Мне собрать остальных? — Да, Беллатрикс. Но поторопись. Я не хочу откладывать ужин, но ты права. Мы все почувствуем себя лучше, когда моя метка будет на его руке.