The Black Prophecy // Пророчество Блэков

Гермиона не могла знать, как сильно ей был нужен день в её замке вместе с Беллатрикс. Но с того момента, как они вышли из камина, она почувствовала, как его магия и сила проникают прямо в её кости, что дополняется магией связи с Беллой. Озорное выражение лица жены искушало Гермиону гораздо больше, чем она хотела показать, но девушка была уверена, что Тёмная Ведьма прекрасно понимала, как на неё действует этот взгляд. — Ты готова поколдовать, маленькая ведьма? — тон Беллатрисы был не иначе как соблазнительным. Гермиона замычала, чувствуя, как по её коже пробегает магия. Она знала, что это будет место, где она впервые сможет проявить всю силу своей магии. Девушка задавалась вопросом, насколько станет сильнее через несколько месяцев. То, как её тянуло к Белле, заставляло думать, что у неё может быть даже больший потенциал, чем она ожидала. Из размышлений её вырвал смешок. — Ты собираешься стоять там и думать о том, как сильно ты любишь быть моей женой, или мы собираемся немного повеселиться? Гермиона игриво шлёпнула свою Тёмную Ведьму, но последовала за ней. — Буквально на прошлой неделе Цисси показала мне каменный круг. Подожди, пока не почувствуешь. Это почти так же опьяняюще, как обмен магией с тобой, — бросила Белла через плечо, когда они вышли в сад. С каждым шагом по лесу она начинала понимать, как Нарцисса нашла это место. Даже без Беллы, ведущей её, она могла поклясться, что её тянуло к тому, что там спрятано. Вокруг них была стена деревьев, мало чем отличающаяся от Запретного Леса. Из-за леса и концентрации магии стоял удивительный запах. Когда они подошли к небольшой полянке с кругом камней, у Гермионы перехватило дыхание. Красота и волшебство захлестнули её. Оно пульсировало в ней, и всё ощущалось намного сильнее. Её связь с собственной магией, её связь с Беллатрисой и самой землёй. — Теперь ты понимаешь, не так ли, — мягко, но настойчиво сказала Беллатриса. В её тоне не было недостатка возбуждения. — О, да, — сказала Гермиона через мгновение. — Попробуй заклинание. Что-нибудь простенькое, — настаивала Тёмная Ведьма. Гермиона на мгновение задумалась, прежде чем тихо призвать люмос. Она отскочила от лавины света, которая прорезала лес: — Мерлин, — пробормотала она, глядя в тёмные глаза. — Кажется, что здесь возможно всё. — О, любовь моя, ты даже не представляешь, как много здесь возможно. Когда-нибудь, когда мы будем готовы, я сделаю тебя беременной. Беллатриса обвила Гермиону руками, пока говорила, положив их на живот ведьмы. Каждый волос на теле той встал дыбом в ответ на заявление. Эмоциональная её часть хотела побудить Беллатрикс выполнить это обещание сейчас. Низкий смешок напомнил ей, что жена может слышать все её мысли. — Для этого нужно зелье и очень, очень древняя магия, дорогая. Сейчас у нас этого нет, а даже если бы и было, Нарцисса рассердилась бы, если бы её не проинформировали первой. Гермиона попыталась сдержать необъяснимое чувство разочарования, решив вместо этого сосредоточиться на том, почему Нарцисса будет обижена. Беллатриса не ответила на невысказанный вопрос. Вместо этого она продолжила: — Но ей всё равно придется приготовить зелье. Она гораздо более совершенна в зельеварении. И я бы никогда не стала рисковать твоим здоровьем из-за некачественного зелья. Гермиона снова вздохнула, почему-то отчетливо почувствовав, что не добивается своего, хотя, конечно же, не для этого она пришла в круг. Она достала из кармана мантии сложенный пергамент. Соблюдая особую осторожность, регулируя силу своих заклинаний, она отменила защиту, наложенную на него прошлой ночью. — Давай прочитаем это вместе со мной, — мягко попросила она. Тёмные Глаза Беллы соблазнительно и всезнающе впились в неё, когда она подошла ближе и осторожно взяла пергамент из её пальцев. Тёмная Ведьма перевела взгляд на заклинание перед ней, сделав глубокий вдох, пытаясь сосредоточиться на магии. — Это сложно, — без надобности сказала Беллатриса. — Да. Но… ну, я полагаю, так и должно быть. Никто, кроме нашего Лорда, не творил оригинального заклинания тысячи лет. Часть меня удивлена, что обратное заклинание вообще существует. Я боялась, что мне придется его изобретать. Хотя я не уверена, что было бы лучше, — рассмеялась Гермиона. — Давай попробуем, а? Гермиона подошла к Белле и взяла её за руку. Она позволила их магии свободно течь сквозь них. — Сначала только движения палочки, — сказала Гермиона. Она медленно разрезала воздух своей палочкой, показывая другой ведьме свою интерпретацию. Тёмная Ведьма как губка впитывала информацию, что неудивительно, учитывая её титулы и репутацию. Беллатрикс смотрела на пример дважды, прежде чем начать двигать своей палочкой вместе с палочкой Гермионы. Она сосредоточенно нахмурилась, когда взмахнула палочкой. Белла просто не могла отделаться от ощущения, что всё было не совсем правильно. Не говоря ни слова, Гермиона взяла пергамент и передала жене. Через несколько напряженных мгновений Беллатрикс сказала: — Думаю, вторую часть нужно делать под более крутым углом. Шестьдесят пять вместо сорока пяти градусов. Давай попробуем ещё раз. Гермиона кивнула и расправила плечи. Они вместе глубоко вздохнули, прежде чем пошевелить палочками. Корректировка значительно улучшила течение заклинания, и они перешли к его словам.  

***

После двух часов методичной работы они сделали перерыв, чтобы пообедать принесённой эльфом едой по настоянию Нарциссы. Две ведьмы сидели рядом, наслаждаясь редким моментом уединения и покоя. — Ты думаешь, так будет после войны? — небрежно спросила Гермиона. Беллатриса тихо рассмеялась: — Нет, я так не думаю. Я думаю, что всё будет ещё лучше. У нас будет целое правительство, которое нужно восстановить. Новое общество, которое нужно основать. И я думаю, что наш Лорд будет продолжать полагаться на нас. — Я не думала об этом. Не уверена, что когда-либо действительно думала о том, каково это - пережить войну. — Я знаю, — сказала Тёмная Ведьма печальнее, чем её жена когда-либо слышала. — Ты и Драко никогда не знали мира, который не был бы на грани войны. Но рядом со мной жизнь не может быть скучной. Гермиона кивнула, соглашаясь. Беллатриса была какой угодно, только не скучной. И она была уверена, что любая жизнь с ведьмой - это то, что ей нужно. — Пойдем, любовь моя, — проворковала ей темноволосая сирена. — Давай повторим заклинание ещё раз, тогда мы должны немного повеселиться. Гермиона не была уверена, какое именно развлечение предлагается, но она знала без сомнения, что хотела этого больше, чем чего-либо в своей жизни. Верная своему слову, Беллатриса повела её обратно в круг камней. Она вздрогнула от ощущения силы, омывающей её. Девушка предприняла героическое усилие, чтобы сосредоточиться на заклинании и палочке, не сводя глаз со своей возлюбленной. Магия Беллатрикс Блэк была просто восхитительной. Пройдя пять раз сложную последовательность, Гермиона больше не могла притворяться, что сосредоточена на чем-то, кроме своей растущей потребности в Белле. Откровенно говоря, она знала, что немного драматизирует, но всё же позволила палочке выпасть из её руки, вместо того, чтобы аккуратно спрятать её. Она также вытащила кусок дерева из руки Беллы, прежде чем притянуть ведьму к себе. К её удовольствию, это не потребовало никаких убеждений. Тёмная Ведьма была более чем готова. Где-то во всепоглощающих поцелуях Белла уложила ее на спину в мягкую траву в центре круга. Гермиону так переполняло желание, что она начала молча умолять. Ощущение на ней веса жены заставило образы её будущего «я» формироваться в голове. — О, Гермиона, — простонала Беллатрикс ей в ухо. — Ты не представляешь, как сильно я хочу, чтобы все эти вещи произошли с тобой. Как сильно я хочу ребенка от тебя. Прежде чем юная ведьма успела ответить, раздался знакомый голос: — Я должна была знать, что именно в таком положении я найду вас, — громко сказала Нарцисса. — И я немного шокирована тем, как мало ты контролировала себя, Беллатриса Блэк. Ведьма, о которой идёт речь, медленно отдалилась от своей жены, чтобы взглянуть на свою сестру: — Почему я должна сопротивляться? Она моя жена, не так ли? — О, сестра, я сомневалась не в ваших отношениях, а в здравом смысле. Вы должны были знать, что место, где столько магии, повлияет на вашу способность принимать решения. Гермиона, ты не виновата. Но на самом деле, Беллатрикс. Риск того, что вы, кажется, обдумываете, более идиотский, чем я могла себе представить. — Отвали, Цисси. Я не собиралась делать её беременной сейчас, если ты об этом беспокоишься. Я не применяла никаких заклинаний для этого. — Ты не знаешь, как отреагирует круг, — сердито процедила Нарцисса. Гермиона медленно поднялась на ноги, чтобы уйти с линии огня между сёстрами и выйти из круга камней. Её потребность в жене несколько уменьшилась, хотя и не так сильно, как она надеялась. Девушка осторожно подошла к блондинке, которая всё ещё обменивалась колкостями с Беллатрикс. — Нарцисса, — спросила Гермиона более робко, чем собиралась. — Что ты имеешь в виду насчёт круга? Блондинка повернулась к ней, язык её тела ясно иллюстрировал её нынешний гнев. Но он, казалось, растаял, когда она увидела выражение лица юной ведьмы. Она глубоко вздохнула и попыталась успокоиться, прежде чем ответить. Во время паузы Беллатрикс собрала их палочки, вернула самообладание и вернулась к Гермионе, протянув жене палочку, которую Гермиона тут же спрятала под мантией. Беллатриса всё ещё крепко сжимала свою. Наконец Нарцисса заговорила, нарушив напряжённую тишину: — Есть риск в импульсивных решениях, мыслях, особенно в старых магических кругах. Этот очень древний. А учитывая то, как Беллатриса смотрела на тебя, и то, что я слышала, ваша магия могла легко взаимодействовать. И мы могли бы рожать твоего первого ребенка посреди войны, — слёзы наполнили голубые глаза, и Гермиона не смогла удержаться, чтобы не подойти ближе и не протянуть руки к женщине. — У меня родился ребенок на войне, — продолжила Нарцисса. — Я отказываюсь позволить тебе пережить такой ад. Я слишком сильно люблю вас обеих, — заключила она, пронзительно глядя на сестру. Беллатриса слегка опустила голову: — Ты права, Цисси. Мы были очень явно погружены в этот момент. В будущем я буду осторожнее. — Да. Ты, будешь. А чтобы ты точно смогла я пойду с вами в следующий раз, когда вы захотите использовать круг, — упрямо произнесла она. Беллатрикс дразняще хмыкнула: — О, ты предлагаешь другой тип сексуальной магии? Нарцисса слегка усмехнулась, оценив странный всплеск понимания сестры: — Не совсем. Хотя это мысль, которую я не рассматривала. Мне придется провести небольшое исследование. Увидев совершенно сбитое с толку выражение лица Гермионы, Нарцисса хитро ухмыльнулась: — О, тебе так многому ещё предстоит научиться, маленькая ведьма, — проворковала она. Гермиона пришла к выводу, что была бы не против остаться ученицей на всю жизнь в такой прекрасной компании.