Мотивация

Где-то там Пейн в Конохе искал Наруто. Обито снял маску, свободной рукой потер глаза. Он смотрел на море. Этот пейзаж не был ему близок и не вызывал особо никаких эмоций. Обито давно решил, что у него их нет. И такой вид точно не мог бы его в этом переубедить. Сейчас, в ожидании исхода битвы, он перестал бесконечно прокручивать дальнейшие планы. Море шумело и заполняло собой такую непривычную тишину в голове. Какаши точно будет там. Даже если он на миссии, всё равно будет. И как настоящий ниндзя проявит свою волю огня и вступит в бой. Скорее всего умрет. Повторенная десятки тысяч раз за последние 17 лет мантра, – что это всё не важно в этом ненастоящем мире – выевшая большую часть переживаний, служила отличным щитом для психики и в этот раз. Конечно Обито приходил. Он и вчера незримо присутствовал за деревьями около камня памяти. Там, как на бессменном посту, был тот, кто скоро пополнит ряды павших, защищавших самое дорогое. Правда Обито не понимал, что именно будет защищать Какаши и ради чего падёт. Хотя, они всегда были слишком разными. Жизнь Хатаке не жил, это было понятно. Вечная боль и скорбь, бесконечная попытка смириться с утратами. Обито точно видел, что мир Какаши прогнил, и в нём не осталось ничего кроме страданий. Может, был бы он менее талантливым ниндзя, то и не пришлось бы мучиться столько лет. Первые визиты в Коноху после освобождения из пещеры Мадары порождали в Обито лишь яростный гнев, который потом сменялся чувством полного опустошения. Он знал, что всё это присуще аду, в котором находился. Опустошение давало эмоциональную немоту, так похожую на спокойствие. Именно благодаря этой немоте Обито продолжал проникаться мыслью о неважности всего. Когда Обито понял, что даже в порыве ярости не может убить Какаши, то решил, что это его изощренная месть за убийство Рин. Друг должен был вечно жить с этой болью и каяться. А уж Обито придёт и проследит за этим. После, когда выяснились все обстоятельства произошедшей трагедии, гнев утих, вновь оставив за собой немоту и пустоту. Тогда Обито решил, что его появления в Конохе не что иное, как разведка обстановки, а убивать Какаши нет необходимости. В этом ненастоящем мире нет разницы – есть этот несчастный или нет. Ветер принес капли солёной воды. Бесконечное, такое бессмысленное холодное море. Обито опять потёр глаза. В голове была пыль из слов, однако, вызывавшая тревожную потребность ухватить это облако, сжать и превратить во что-то понятное. Это точно о Какаши. Что же? Что? Раньше Обито с нетерпением ждал отлова девятихвостого, но теперь от предвкушения не осталось и следа. Что помешает радости от ещё одного шага к изменению мира? Смерть Какаши? Да ну нет. Сама по себе смерть не трогала Обито. Но почему-то именно от этих мыслей пропадал весь азарт. Значит жизнь Какаши для чего-то была нужна. Значит мотивом его не убивать не мог быть аргумент «этовсеневажно». Пролетавшая мимо чайка насрала прямо на плащ. Обито выругался, а потом заржал. Ладно, пусть в его вечном цукиеми срущие на счастье и на него птицы остаются. Море Обито не любил. А Какаши любил Обито. И сегодня, вероятнее всего, умрёт за память о нём и его давно прогнившие для этого Обито идеалы. После этого резкого скачка мыслей настал момент предельной ясности. В такие минуты в голове становилось морозно, и в этой кристальной чистоте проплывали чёткие, словно выгравированные во льду мысли. Каждое слово и общий смысл фраз были предельно ясны. Небо было высоко, а солнце где-то за спиной. Длинная тень от фигуры кривилась на береговых камнях. Страдания Какаши – мотивация как можно скорее воплотить «глаз луны». Обито ухмыльнулся. Так вот зачем было приходить и смотреть. Даже такого человека как Какаши этот ненастоящий, жестокий мир погрузил в ад. Его бывший друг, герой скрытого листа, обладатель той самой настоящей воли огня, уважаемый и знаменитый во всех странах копирующий ниндзя шаринган Какаши – страдал. И не было для Обито большей мотивации после этих «встреч» у могил, чтобы бежать как можно быстрее, планировать как можно лучше, чем желание спасти Бакакаши от всей этой боли. И пусть реальность неумолима в своём движении вперед, и Какаши может погибнуть (спасти мир и Рин все-таки важнее), но... "Какаши, дай мне заполнить пустоту в твоём сердце. Я создам для тебя мир, где будет так полюбившаяся тебе версия меня и живая Рин".