Пески времени

      — Тебе не кажется, что ты кусаешь руку, которая тебя кормит. — Сириус склонил голову на бок, засовывая руки в карманы. Ох, как же ему нравилось, как дергается лицо этого Реддла от гнева. Видимо не привык, что ему не кланяются.       — Твои слова не имеют власти. — Что этот щенок себе позволяет? — Отказался от фамилии, а теперь пытаешься лезть туда, где тебе не место.       — Я как раз на своем месте, в отличие от тебя. Именно ты пытаешься, а мне для этого ничего делать не нужно. Мои слова всегда будут иметь власть, и на примере Беллы ты в этом убедился. — Бродяга указал себе за спину. — Сдается мне, что моя кузина с тебя пыль сдувала, а теперь ей плевать на тебя с высокой колокольни. А все потому что ты облажался. Поднять руку на главу дома Блэков… — Парень осуждающе покачал головой. — Том, ты явно не в своей лиге. — Он специально выделил его имя. — В лиге тех, у кого есть реальная власть. Как думаешь, что Вальбурга сделает, когда узнает, что ты угрожал ее сыну?       — Ты даже не представляешь, во что лезешь. — И этого высокомерного и неконтролируемого ублюдка он так жаждал получить себе в подчинение? Если бы Сириус был с самого начала вместо Регулуса, он бы ни копейки не получил от Блэков.       — Лезут только черви, а я иду. По дороге, усыпанной цветами. Но, довольно по пустякам сотрясать воздух. У тебя есть то, чем ты можешь быть полезным? — Блэк слизнул вновь выступившую кровь. Лучше пока воздержаться от ухмылок. — Если нет, то можешь забирать с собой Люциуса и свалить в закат. Сдается мне, что вас тут больше ничего не держит. Надеюсь, Люци позволит себе потратиться на эконом до Лондона.       — А с тобой шутки плохи, мистер Блэк. — Редлл криво усмехнулся. — Мы полезны можем быть вам. Наемники — люди моего хорошего друга. Я думаю, что они успели зарекомендовать себя, как надежные помощники. Поэтому я хотел бы своими глазами увидеть конец вашей экспедиции.       — Ваше право. Только переговори обо всех вариантах взаимодействия с Регулусом. Он же за все платит. Думаю, после завтрака будет самое то. На этом, закончим. — Стараясь не сильно ликовать, Блэк развернулся и направился к автобусу, спиной чувствуя чужую ненависть.       — Мой господин… — Люциус нутром чуял, как зол сейчас был Реддл. Кто же знал, что желание приструнить мальчишку обернется для него таким унижением.       — Заткнись, Люциус. — Как бы ему не хотелось перестрелять тут каждого, Том не мог себе сейчас этого позволить. Позже. Он приблизился так близко к тому, о чем мечтал. Пять мистических артефактов даруют нашедшему их славу, величие, мудрость, силу и бессмертие. Похоже на сказку, но своими глазами он увидел живое подтверждение легенды. — Устрой мне экскурсию, пока наши партнеры обсуждают свои дальнейшие действия.       — Ну, как все прошло? — Джеймс набросился на друга, хватая того за плечи.       — Воу, Сохатик, полегче. — Сириус был донельзя довольным своим выступлением. А не надо было пытаться ударить брата на его глазах. Мать за такое бы пристрелила. — Опустил, завуалированно назвал нищебродом и послал в закат. Хотя, если Регги разрешит, то так и быть, пусть потусят с нами.       — А он что? — Северус мысленно радовался тому, что выбрал правильную сторону.       — Разумеется, он останется. — Регулус лишь мельком посмотрел на брата, подмечая подсыхающую кровь. Он никогда не простит Реддла за эту кровь. Никто не смеет даже пальцем касаться Сириуса. — Том хочет эти артефакты, поэтому пойдет ради них на все, даже на унижения. — Чужое имя было непривычно произносить, но и он никогда не был ему господином по-настоящему. Только паразитом.       — Бродяга, ты был так крут. — Только тогда, когда старший Блэк оказался рядом, Питер вышел из-за Снейпа.       — Разумеется, Сири крут. — Беллатриса уже не целовала Римуса, а лишь обнимала его сбоку. — Он же Блэк. — Ее слабо потряхивало. Измена господину ее пугала, но и будоражила одновременно.       — Регги, заблочь им полностью доступы к нашим счетам. — Ранка неприятно пощипывала, вынуждая Бродягу постоянно облизывать ее.       — Уже почти закончил. — Младший Блэк водил пальцем по экрану, отрезая Малфоя от всех счетов, в том числе и Цисси, а у Реддла доступа к их деньгам не было.       — Блэк, — на Лили посмотрели сразу два парня, — тот, который старший. У тебя был план на такой случай? Просто выглядело так, словно ты готовился к этому заранее.       — Рыжулькин, ты не поверишь, но я никогда ничего не планирую. Чистая импровизация. — Парень подмигнул Эванс и потрепал Джеймса по голове. — Все со мной в порядке. Сейчас, Белла, еб твою мать, отвали уже от Лунатика, — женщина показала язык, но Люпина отпустила, — меня осмотрит мой персональный врач и скажет, что со мной все ок. Кстати, я стрельну у тебя бальзам для губ? Он же вроде бесцветный?       — Ага. С лимонным вкусом. В боковом кармане моего рюкзака. — Лили слабо улыбнулась воздушному поцелую от Сириуса.       — Хорошо, что не с клубничным. А теперь объявляю время всем идти кушать. — Подытожил Бродяга, беря подозрительно тихого Люпина под руку. — Будем через пару минут.       — Ну, я тебя слушаю. — Сириус сидел на своем сидении, подставляя лицо для обработки. — Готов выслушать твои упреки.       — А они помогут? — Римус всучил парню пакет с сухим льдом. — Приложи, чтобы синяка не было.       — Не помогут. — Бродяга приложил пакет к месту удара, вздрогнув. — Я сам не понял, как уже получил по морде.       — А если бы он достал пистолет? — Лунатик не должен злиться, но не выходит. — Сам сказал же быть осторожным.       — Сделал бы тоже самое. Он же мой брат. Все, не бухти. Лучше поцелуй, где у меня вавка. — Совсем не испытывая чувства вины, Блэк поднял лицо на парня. — Чтобы быстрее зажило.       — Могу только ногой. — Взяв за подбородок, Римус осторожно оттянул кожу. Уголок губ треснул. — Ничего страшного. Если у Лили лечебный бальзам, то можно будет обойтись без мази.       — Вредина. На, — Блэк протянул стик, который сразу же достал из чужого рюкзака, когда оказался в автобусе, — глянь. Я в этом совсем ничего не понимаю. Фармацевтика — конек тетушки.       — Это я заметил. — Пробежавшись глазами по составу, Люпин вернул бальзам. — Подойдет.       — Не-а. Накрась меня. — Сириус явно наслаждался тем, как Лунатик пытается сохранять каменное выражение лица, смотря крайне осуждающе. Еще и бровь дернулась. Ох, и получит он сейчас от этого волка.       Но вместо угрозы прибить или каких-либо комментариев, Римус снимает колпачок и вновь берет парня за подбородок, запрокидывая ему голову назад. Большим пальцем он немного отводит нижнюю губу вниз, вынуждая приоткрыть рот, и ведет от одного уголка к другому. Люпин чувствует на себе пристальный взгляд, но сам он полностью сосредоточен на процессе. После бальзама губы Блэка должны стать мягче, а если он будет пользоваться им чаще, то сухие корочки пропадут окончательно. Интересно, какими они будут по ощущениям? Скорее, как у девушек. Но Римус уже привык к этим еле заметным, но ощутимым корочкам. Странно, но губы Блэка после его воскрешения почти сразу стали сухими. Отличительная черта этого безрассудного парня.       Сириус почти не дышал. Сначала он пытался спровоцировать Лунатика, получив реакцию на свой игривый настрой. Его фирменный томный взгляд подошел бы отлично. Но теперь, когда бальзам коснулся его верхней губы, он просто любовался. Лунатик, слишком сосредоточенный на том, чтобы не выйти за контур, был невероятно красив. Солнце пробивалось сквозь щель между занавесками в салон автобуса, оставляя тонкую полоску света, проходящую через середину глаза Римуса. Из-за этого разного освещения один глаз казался совсем темным, а другой словно отливал золотом. Не божественным. Этот цвет намного краше. Еще и пылинки танцуют в полоске света, кружась возле ресниц. Сириус даже не обратил внимания на то, что бальзам неприятно прошелся по ранке. Он отошел от наваждения лишь тогда, когда Люпин наклонился к нему и поцеловал рядом с пораненным уголком. Похоже у Блэка серьезные проблемы.