another one

Придерживая Пака за талию Чон аккуратно давил ему руками на бедра, заставляя принять его всего. Хва от такого запрокидывал голову и протяжно стонал — ни одна игрушка в его коллекции не сравниться с членом Юнхо. Стараясь собраться с мыслями Хва руками упирается в грудь младшего и наконец принимает его полностью, заставляя сердце попустить удар. Слеза аккуратно скатилась по щеке Марса, оставив лишь мокрый след, который Юнхо аккуратно стёр пальцем и заменил поцелуем. А затем еще одним, и еще одним, и снова поцелуй — он втянул Сонхва в поцелуй, заставляя на мгновение забыть о болезненных ощущениях ниже пояса и отдаться ему. Сначала он целует нежно, почти невесомо, постепенно усиливая свою жажду до пухлых губ Пака. Старший позволял Чону делать с собой всё что угодно и отдавался этому целиком. Так он позволял ему жадно себя целовать, закусывать губу и сталкиваться языками. Убедившись, что Хва уже достаточно привык Юнхо начал двигаться, продолжая придерживать старшего за талию. С каждым новым движением с губ срывался протяжный стон, а когда была задета «точка» — Хва на секунду забыл как дышать. — быстрее, — умоляюще просит Пак, обхватывая плечи Юнхо рукам и цепляясь за него как самый настоящий кот. Чон слушается и, вовлекая Хва в поцелуй, постепенно ускоряет темп. Каждый новый стон отдавался вибрацией на губах. Донельзя пошлые шлепки плоти об плоть, жадные поцелуи с целью заглушить стоны, чужое горячее дыхание на коже — Хва млел в руках Юнхо. Нехотя разрывая поцелуй старший делает глубокий вдох и сразу же закусывает губу, стоит младшему надавить на бедра сильнее. — хён, вы доверяете мне? — Паку этот вопрос кажется странным и глупым: если бы не доверял, то сейчас бы они занимались сексом? Хва кивает и тут же оказывается спиной на кровати — теперь он был снизу. Юнхо внаглую завёл одной своей рукой обе руки Сонхва у него над головой и прижал, не давая им свободы. Придерживая второй рукой бедра Хва он заставляет того скрестить ноги у него за спиной, что Хва послушно и делает. Чон тянется за поцелуем и получает его. Он снова начинает двигаться, постепенно наращивая темп и делая все максимально приятным для Пака. Кусая губы Хва старался глушить стоны, но получалось не очень. — хён, вы можете стонать, дома только мы, — шепчет почти на ухо Юнхо, кусая мочку уха. По телу пробежала стая мурашек. Хва действительно больше себя не сдерживал: с каждым новым толчком он выгибался «по-кошачьи» в спине, издавая протяжный и немного рваный стон. В голове самый что ни на есть бардак, но с ними он разбираться будет потом, сейчас он слишком занят тем, что старался не потерять голову. Чувствуя, что разрядка близко, Юнхо обхватывает рукой член Хва и, делая несколько быстрых движений вверх и вниз, проходясь от самого основания до конца, заставляет того обильно кончить себе на живот. Делая несколько финальных толчков, Чон кончает следом. Стараясь вернуть сбитое дыхание в прежний строй, Хва заглядывает в глаза Юнхо — в них одновременно читалось и абсолютное удовлетворение, и желание завладеть этим хрупким телом вновь. — в следующий раз предупреждай, — приподнимаясь на локтях говорит Сонхва и делает несколько глубоких вдохов. Юнхо смеётся и отвечает, придерживая хёна под поясницу: — приберегите силы, хён, они вам понадобятся.