Каждый раз | Everytime

Солнечный свет, проникающий сквозь жалюзи, заставил Беллатрикс открыть глаза. Она слегка застонала, немного сощурив глаза, и наконец открыла их, вернувшись в реальный мир, оставив мир снов позади. Она переместилась так, чтобы солнечный свет больше не попадал ей в глаза, и легла на спину, глядя в потолок. Сегодня день. Посмотри на меня, Возьми меня за руку. — Доброе утро, любимая. — Доброе утро, Белла. Беллатрикс сползла с кровати и зевнула. Ее волосы снова превратились в дикую массу кудрей, но она не сделала ни единого усилия, чтобы поправить их. Зачем заморачиваться, все равно все останется по-прежнему. Она встала и потянулась, а затем направилась в ванную комнату, чтобы подготовиться ко дню. Она хотела добраться до места к полудню, а ее сестры хотели встретиться за завтраком до этого. Вздохнув, она подошла к душу и включила его, после чего разделась и бросила одежду в корзину для белья. Она пожала плечами и залезла в душ, вода тут же полилась на нее. — Честно говоря, Белла, это не так далеко. Ты буквально можешь сделать несколько шагов, и вот ты уже там. — Да, но тогда у меня не будет возможности пригласить в душ мою любимую жену. Гермиона покраснела от слов Беллатрикс и посмотрела на самодовольный взгляд старшей женщины. Но затем она улыбнулась, начала раздеваться и быстро присоединилась к Беллатрикс в душе, а старшая женщина гоготнула, притянув брюнетку в свои объятия. — Все по плану. Почему мы Чужие друг другу? Беллатрикс вышла из ванной с полотенцем, обернутым вокруг ее тела, ее мокрые волосы были собраны в полотенце. Затем она принялась одеваться, натянув пару черных джинсов и рубашку с воротником, а также сапоги на каблуках. Она немного подсушила волосы феном и, наконец, немного уложила их, после чего вышла из комнаты и направилась на кухню, проходя мимо фоторамки на стене, где висели фотографии ее и Гермионы, а иногда и ее сестер с их партнерами и семьями. Она включила эспрессо-машину, терпеливо ожидая, пока она выработает столь необходимый кофеин, который поможет пережить сегодняшний день. Ее любимая кружка с готовностью ждала напитка, на ней были напечатаны слова «Одна горячая чашка для одной горячей леди» и рисунок губной помады. Подарок, который Гермиона сделала ей давным-давно. Она до сих пор помнит, как хихикала брюнетка, когда Беллатрикс начала открывать, и просто разразилась смехом, когда Беллатрикс бросила на нее недоуменный взгляд. — Что! Она комплиментарна и находчива! — Твое чувство юмора часто беспокоит меня, милая. — Да ладно, Белла, ты же знаешь, что тебе это нравится! — Я ничего не скажу. Горькая улыбка появилась на лице Беллатрикс, когда машина закончила работу, и она поднесла чашку к губам и сделала из нее щедрый глоток. — Мне это нравится. Ведь наша любовь была такой сильной? Как ты можешь жить без меня? Беллатрикс вышла из кухни в гостиную, где устроилась на диване и стала пить кофе, глядя перед собой, как напиток с кофеином медленно выливается из чашки. Утром в доме было тихо, но Беллатрикс со временем немного привыкла к этому. Гостиная была тепло оформлена, совсем не так, как до того, как брюнетка переехала в ее квартиру. До встречи с Гермионой она была просто еще одним активом семейной компании, бизнесвумен, которая взяла на себя управление компанией после смерти отца. Ее мать никогда не принимала участия в делах компании, кроме организации корпоративных вечеринок, поэтому нельзя было ожидать, что после смерти мужа она возьмет на себя управление компанией, поэтому было вполне оправданно, что Беллатрикс должна была унаследовать ее. В конце концов, именно так она и была воспитана. В мире бизнеса она во многом пошла по стопам отца. Она была безжалостной и хитрой, ее часто называли «ненормальной женщиной» из-за ее возмутительных деловых предложений и смертоносной манеры вести дела. Но, опять же, она принесла компании большой успех, и ее усилия только поощрялись правой рукой ее отца и деловым партнером Томом Реддлом. Старик много лет дружил с ее отцом и постарался научить Беллатрикс, когда она только пришла в компанию после смерти отца. Она просто шла по стопам отца, воплощая в жизнь то будущее, которое построил для нее отец. Она была старшей дочерью Блэков, и поэтому от нее ожидали, что она возглавит семейную компанию. Для этого ее отдали в частную бизнес-школу, и она должна была следить за тем, чтобы наследие компании не рухнуло под ее правлением. Но из-за своего туннельного воспитания она не понимала, что и после его смерти была лишь пешкой в игре отца. В ее жизни контролирующей фигурой был только Том Реддл, тот самый человек, который был вице-президентом компании. Она не видела в нем жадного, жаждущего власти человека, каким он был на самом деле. Но она видела в нем близкого друга, почти как члена семьи, и доверяла ему помощь в развитии компании. Она никогда не верила, что он будет действовать за ее спиной и пытаться сместить ее с должности. Она никогда не думала, что он попытается свергнуть ее. Она полностью верила в его фасад заботливости. Но, к счастью, потребовалась встреча с новым сотрудником с каштановыми кудрями и обширным умом, чтобы показать ей правду во всем. Каждый раз, когда я пытаюсь улететь, Я падаю без своих крыльев. Я чувствую себя такой маленькой. Думаю, ты мне нужна, малышка. Гермиона Грейнджер попала в ее мир по чудесной случайности. Ярчайшая на потоке, лучшая выпускница и отличница по каждому предмету, который она сдавала в школе и в колледже. Она была сотрудником, который мог бы блистать под правильным руководством в компании. И волею судьбы она попала под крыло самого генерального директора. Беллатрикс до сих пор не знает, что именно привлекло ее в младшей девочке, но она просто знает, что была благодарна за это. Потому что после встречи с Гермионой она поняла, чего она была лишена в жизни и что могло бы быть ей предложено, если бы она позволила брюнетке остаться рядом с ней. Это было безумием, это было крайне непрофессионально и ни в коем случае не правильно. Но было что-то, что притягивало старшую женщину к брюнетке. И она просто обязана была выяснить, что это было. Каждый раз я вижу тебя во сне, Я вижу твоё лицо, оно преследует меня. Думаю, ты мне нужна, малышка. Она взглянула на часы на стене. Ей пора идти, если она хочет успеть в кафе вовремя. Зная Нарциссу, она придет позже, но, возможно, только сегодня она придет раньше. Только сегодня. Беллатрикс вздохнула, взяла свою кружку и отнесла ее на кухню, чтобы поставить в посудомоечную машину. Она подошла к стойке, чтобы взять ключи, и посмотрела на белую бутылочку, которая с нетерпением ждала, когда она откроет ее. Она нахмурила брови в задумчивости и слегка сжала металлические ключи в ладони, а затем оглянулась, чтобы увидеть идеальное лицо своей жены, которая смотрела на нее с расслабленной улыбкой, ее любимую бледно-голубую чашку в руках с дымящимся напитком, сидя на кухонном табурете в белых брюках и рубашке. — Это твое решение, Белла. Она на мгновение посмотрела на Гермиону, изучая ее черты лица, затем снова взглянула на бутылочку с таблетками и покачала головой. — Не думаю, что они мне понадобятся сегодня. Затем она вышла из кухни, прошла через гостиную и вышла через парадную дверь, закрыв ее за собой, и молча последовала за ней, направляясь к лифту, который отвезет ее в подземную парковку, где стоит ее машина. Я представляю, Что ты здесь. Она вела машину с включенным радио, ее голова была направлена прямо вперед, пока она ехала в назначенное место. Она и ее сестры часто встречались в этом кафе, которое считалось их местом с тех пор, как они все начали работать. Поскольку у всех была своя работа, они почти не виделись друг с другом, так как все они съехали из семейного дома, как только получили свои первые зарплаты. Поэтому встречаться без вмешательства родителей было просто необходимо, и это была идея Энди — встречаться в кафе. Ее младшая сестра никогда не была привередливой, и хотя Нарцисса поначалу поднимала шум, со временем она полюбила это маленькое кафе, и вскоре оно стало считаться их местом. Она посмотрела на пассажирское сиденье рядом с собой и увидела, как Гермиона кивает головой в такт музыке, безмятежно улыбаясь, и повернула голову, чтобы посмотреть на Беллу, когда заметила ее взгляд. Она широко улыбнулась. — Видишь что-то, что тебе нравится? Беллатрикс улыбнулась и кивнула, ее глаза быстро осмотрели загорелое тело брюнетки, а затем снова поднялись и посмотрели на карие глаза, которые она так любила. — Ты даже не представляешь. Это единственное, Что я вижу отчётливо. Ее догадка оказалась верной, когда она пришла в кафе и увидела там обеих сестер, ожидавших ее за их обычным столиком. Нарцисса что-то смешивала в своем чае, а Энди была занята тем, что писала что-то на своем телефоне. Они обе были одеты в черное и подняли глаза, когда заметили вороноволосую женщину, идущую к ним. Без единого звука обе встали и обняли ее, нежно прижимая к себе, а она обняла их в ответ. Затем они снова заняли свои места за столом и не произнесли ни слова, пока Беллатрикс просматривала меню, лежавшее на свободном месте, которое она заняла, не имея на то причин, поскольку уже знала, чего хочет. Когда официант подошел к ним, Беллатрикс сделала свой заказ, сестры последовали за ней, а потом смотрели, как он уходит, и их снова охватила тишина. Затем Энди повернулась к Беллатрикс, ее губы сложились в прямую линию. — Как ты, Белла? — Я в порядке, Энди, спасибо, что спросила. — Белла. Голос Энди был твердым, и Беллатрикс вздохнула, прежде чем посмотреть на свою младшую сестру, ее сердце слегка сжалось, когда она увидела сочувствие в темных глазах Энди. — Я в порядке, Энди, тебе не о чем беспокоиться. — Ты принимала сегодня свои таблетки? — внезапно раздался голос Нарциссы, заставив обеих темноволосых женщин посмотреть на блондинку. Беллатрикс сжала челюсть и отвела взгляд, что вызвало вздох у блондинки и ворчание у брюнетки. — Белла, сегодня, как никогда, ты должна была принять их. Ты знаешь, что они помогают тебе… справиться со всем. — Они мне не нужны. Мне уже лучше. — Лучше, да. Но разве тебе рекомендуется не принимать лекарства? Нет. — Не стоит язвить, доктор Малфой. Глаза Нарциссы сузились от язвительного тона старшей сестры, но генеральный директор ничуть не испугалась. Да, Нарцисса, может быть, и хороший врач, но она все еще была ее младшей сестрой, и она всегда будет той маленькой девочкой, которая плакала перед тем, как Беллатрикс уходила в школу каждый год. Она всегда будет ее младшей сестрой, какой бы причудливой репутацией она ни обладала. — Ладно-ладно, давайте не будем ссориться. Не сегодня. Энди посмотрела на них по отдельности, и через несколько мгновений они успокоились. Тишина снова овладела ими, и Беллатрикс не спеша оглядела кофейню, увидев за столиками обычных людей, завтракающих как обычно. Но ее взгляд задержался на столике в углу кофейни, ее грудь затрепетала, когда она увидела брюнетку, сидящую за ним с книгой в руках и чашкой кофе на столе, пока она читала. Почувствовав на себе взгляд вороноволосой, она подняла голову и широко улыбнулась Беллатрикс, ее карие глаза радостно засияли, когда она встретилась с ней взглядом. Ей всегда нравилась эта улыбка. Даже сейчас она была такой ослепительной. Что я такого сделала? Кажется, тебе без меня не так уж и плохо… Беллатрикс могла бы себя убить. Она не могла поверить, что забыла. Она была так поглощена работой, что не заметила, сколько времени прошло, пока не получила электронное письмо от одного из своих партнеров, чтобы узнать, который час. Она нарушила, наверное, около дюжины правил дорожного движения, чтобы добраться до ресторана, припарковалась в квартале от него и помчалась к нему со всех ног, думая только об одном. Она поспешила в ресторан, ее глаза отчаянно искали знакомую брюнетку, которая так дорога ее сердцу. Но она не могла увидеть даже намека на нее. Она поспешила к персоналу у входа, отчаянно хватаясь за стойку, когда дико смотрела на них, ее сердце колотилось. — Была ли здесь сегодня Гермиона Блэк? Портье застыл под диким взглядом Беллатрикс, но затем проверил книгу, в которой были записаны имена всех гостей, затем кивнул, когда нашел указанное имя, и поднял голову, чтобы посмотреть на генерального директора с нерешительным взглядом. — Да, мэм, но… она ушла около двух часов назад. Она выглядела очень расстроенной, если можно так выразиться. — признался он, и сердце Беллатрикс пропустило удар. Она крепко сжала стол, пока костяшки пальцев не побелели, и только потом жестко кивнула. — Спасибо. — Она сказала жестко, прежде чем повернуться на каблуках и выбежать, решив добраться до дома так быстро, как только сможет. — Белла, ты слышала, что я сказала? Голос Энди вывел Беллатрикс из ее транса, и она посмотрела на младшую сестру в легком замешательстве, давая понять темной брюнетке, что не слышала, что она сказала. Энди вздохнула, поигрывая столовыми приборами, которые официант только что положил на стол, пока не принесли их блюда. — Мы собираемся прийти к тебе сегодня на ужин. Ты не должна быть одна сегодня вечером. — Беллатрикс закатила глаза. — Вам двоим и не нужно. Со мной все будет в порядке. — Белла, мы беспокоимся о тебе. — Вам не нужно беспокоиться обо мне. Я в порядке. — Ты явно не в порядке, Белла. Если бы это было так, ты бы приняла свои таблетки сегодня… — Отстань с этими чертовыми таблетками! Беллатрикс хлопнула кулаком по столу, заставив его задрожать. Нарцисса почти не отреагировала на вспышку гнева и лишь сравняла темный взгляд с холодным собственным. — Они помогают тебе, Белла. Беллатрикс насмешливо покачала головой и откинулась на стуле, когда официант снова подошел к их столику, поставил перед каждой сестрой соответствующие заказы и напитки, после чего снова оставил их наедине. — Помогая мне, ты на самом деле имеешь в виду, что пытаешься заставить меня забыть. — Они не заставляют тебя забыть, Белла. Они просто помогают тебе оставаться спокойной. — Я и без них достаточно спокойна. — Белла. — Цисси. Обе женщины смотрели друг на друга. Беллатрикс не хотела, чтобы младшая сестра опекала ее, даже если таблетки, которые она ей прописала, помогли ей пережить последний год. В первый год она категорически отказывалась принимать что-либо, ее гордость не позволяла ей просить о помощи. Но в конце концов она согласилась после того, как год ада почти довел ее до безумия. Каждый раз, когда я пытаюсь улететь, Я падаю без своих крыльев. Я чувствую себя такой маленькой. Думаю, ты мне нужна, малышка. — Ради всего святого, Белла, открой дверь! Голос Энди пронзил тишину, царившую в доме Беллы. Она прислонилась спиной к стене, в гостиной царил полный беспорядок, заваленный едой на вынос и множеством разбитых бутылок. Та, что была в ее руке, была наполовину пуста, и генеральный директор поднесла ее к губам, где она неуклюже вылилась на ее полупьяную голову, наклонив ее вверх в воздухе, когда она пила из нее. Она едва обратила внимание на холодное ощущение алкоголя на ее рубашке, — это было просто еще одно пятно на одежде, которую она сменила за несколько дней. Она просто смотрела в бездну, не чувствуя абсолютно ничего, ударяясь затылком о стену, крики сестры были глухи, она просто существовала в торнадо хаоса, окружавшего ее. В чем был смысл? У нее больше не было причин отвечать. Все, что ей было дорого, исчезло. Каждый раз я вижу тебя во сне, Я вижу твоё лицо, оно преследует меня. Думаю, ты мне нужна, малышка. В конце концов, она позавтракала вместе с сестрами, в основном просто бездумной болтовней, чтобы снять напряжение, возникшее ранее. Нарцисса больше не допытывалась у Беллатрикс, прекрасно понимая, что сегодня она стала более чувствительной, чем обычно, и покровительствовать ей за то, что она не принимает таблетки, ни к чему не приведет. Сегодня они ей были не нужны. Она была в порядке. Она обняла обеих сестер на прощание, поблагодарив их за завтрак и неохотно согласившись увидеться с ними позже сегодня вечером у себя дома за ужином, после чего вернулась к машине и завела ее. Она выехала на дорогу и начала ехать, не обращая внимания на брюнетку, которая смотрела на нее с пассажирского сиденья. — Ты знаешь, что они такие, потому что заботятся о тебе, Белла. — Я знаю, но я взрослый человек. Мне не нужно, чтобы они беспокоились обо мне, как о потерявшемся ребенке в торговом центре. — Они просто беспокоятся о тебе. Они твои сестры, они будут беспокоиться о тебе, даже если ты этого не хочешь. Беллатрикс вздохнула и посмотрела на Гермиону, которая смотрела на нее со знанием дела. Она вздохнула, затем кивнула и повернула к заправке, где она хотела заправиться, прежде чем отправиться к месту назначения. — Думаю, ты права. Но это не значит, что ты права. От смеха Гермионы в животе запорхали бабочки, улыбка брюнетки заставила ее сердце трепетать, а она лишь покачала головой. — Ты и твоя гордость. Я люблю и ненавижу это в тебе. — Ну, ты женилась на мне из-за моей уверенности. — Нет, я женилась на тебе, потому что люблю тебя, Белла. Вот почему. Беллатрикс улыбнулась. — И я люблю тебя. — Я знаю. Я виновата в том, что над нами сгустились тучи. Пожалуйста, прости меня. Она вздохнула, читая документы, которые принесла с собой домой. В компании было много бумажной работы, а после расторжения партнерского контракта с Лестрейнджами из-за того, что выяснилось, что они воровали прибыль от своего партнерства, у Беллатрикс внезапно появилось гораздо больше работы. Дождь снаружи хлестал по зданию, и Беллатрикс с беспокойством посмотрела на часы на стене в гостиной. Некоторое время назад Гермиона отправилась на ужин к Джинни и нескольким ее друзьям, но было уже поздно, а она всегда ненавидела, когда брюнетка вела машину в дождь. Она не доверяла не ей, а другим водителям на дороге. Дождливая погода всегда выявляла худшие качества водителей, и ей бы не хотелось, чтобы с Гермионой что-нибудь случилось на обратном пути. Она пригласила Беллатрикс поехать с ней, но генеральный директор была так перегружена работой, что отказалась, так как ей нужно было время, чтобы разобраться с бумагами. Ее сердце сжалось, когда она увидела разочарование на лице Гермионы, но через некоторое время она отмахнулась от этого. Она загладит свою вину в другой раз. Сейчас ей нужно было сосредоточиться на работе. Она вернулась к чтению очередного документа, как вдруг зазвонил телефон, и на экране высветилось имя ее жены. Быстро взяв телефон, Беллатрикс нажала на зеленую кнопку и поднесла его к уху. — Ты почти дома, милая? — Алло, это Беллатрикс Блэк? Жена Гермионы Блэк? Мужской голос окликнул ее, и Беллатрикс тут же нахмурила брови. Почему у мужчины был телефон ее жены? — Да, это она. Кто вы? Почему у вас телефон моей жены? — Меня зовут Омар Абаси, я фельдшер больницы Святого Мунго. Боюсь, что ваша жена попала в аварию. Моя слабость причинила тебе боль. Этой песней я молю тебя о прощении. Ей было наплевать на все, кроме Гермионы. Она мчалась к больнице Святого Мунго, не обращая внимания на правила дорожного движения, так как думала только о своей жене. Авария. Она попала в аварию. В голове Беллатрикс все крутилось, и она не пыталась вытереть слезы, пока вела машину, ее зрение было затуманено из-за них. Наконец она подъехала к больнице и выскочила из машины, не обращая внимания на крики охранников, оставив ее у входа, она ворвалась в двери больницы и бросилась к регистратуре. — Гермиона Блэк! Скажите мне, где Гермиона Блэк! Она моя жена! Пришли медсестры, чтобы попытаться успокоить ее, но Беллатрикс отбивалась от них, крича о том, где находится ее жена. В конце концов, она впала в такую истерику, что вмешался врач, которому в конце концов удалось выяснить, для чего Беллатрикс пришла. Он что-то прошептал медсестре, после чего та что-то набрала на компьютере и снова посмотрела на них. — Она на неотложной операции. Доктор Помфри занята с ней. — Отведите меня к ней! Я должна ее увидеть! — Мисс Блэк, пожалуйста, успокойтесь… — Я не успокоюсь! Моя жена попала в аварию и находится в операционной! Я хочу ее видеть! Сейчас же! — Давайте немного успокоимся. Я провожу вас в приемную мисс Блэк и узнаю, как дела у вашей жены. Беллатрикс кивнула и последовала за доктором в приемную, с тревогой грызя ногти, расхаживая взад и вперед по помещению в ожидании каких-либо новостей. Когда она наконец увидела, что из операционной вышла врач, пожилая женщина с белыми волосами и в хирургической одежде, она в отчаянии бросилась к ней. — Вы доктор Помфри? Женщина кивнула ей, оценив внешность вороноволосой, прежде чем снова посмотреть ей в глаза. — Вы мисс Блэк? — Да! Как Гермиона? С ней все в порядке? Могу я ее увидеть? Доктор Помфри потянулась и положила руки на плечи Беллатрикс, заставив вороноволосую женщину посмотреть на нее, и на ее лице появилось мягкое выражение, когда она сжала плечи Беллатрикс. — Мисс Блэк, боюсь, мне нужно вам кое-что сказать. Ночами я молюсь, Чтобы воспоминания о тебе изгладились из моей памяти. — Подсолнухи — мои любимые. — сказала Гермиона, когда Беллатрикс положила ярко-желтые цветы на переднее сиденье. Беллатрикс улыбнулась и снова завела машину, направляясь к намеченной цели на сегодня. — Я знаю, поэтому я их и купила. — В этот раз розы не подойдут? — поддразнивающе сказала она, высунув язык, когда Беллатрикс посмотрела на нее. — Я не пытаюсь ухаживать за тобой, ты уже моя. — Навсегда? — Навсегда. Каждый раз, когда я пытаюсь улететь, Я падаю без своих крыльев. Я чувствую себя такой маленькой. Думаю, ты мне нужна, малышка. Они шли вместе через поле, Беллатрикс припарковала машину на стоянке и несла подсолнухи в руке, а Гермиона шла рядом с ней. Дул легкий ветерок, и он ерошил волосы каждой из женщин, пока они шли, а у разных камней, мимо которых они проходили, лежали букеты цветов. — Сегодня два года, Белла. — сказала Гермиона, сложив руки за спиной и глядя на свою жену с нежностью. Челюсть Беллатрикс сжалась, и она жестко кивнула, увидев то, что искала. — Да, это так. — Она слегка сжала цветы, почти раздавив стебли, и прикусила нижнюю губу, прежде чем посмотреть на брюнетку. — Я должна была быть с тобой той ночью. — Это не твоя вина, Белла, никто из нас не знал, что произойдет. — Да, но я бы предпочла быть с тобой, чем быть здесь одной. — Ты не одна, Белла. Энди и Цисси здесь ради тебя, вместе с остальными членами твоей семьи. — Они обе остановились перед надгробием, ясным, как голубое небо в тот день. Гермиона улыбнулась и протянула руку, чтобы коснуться ее, но Беллатрикс ничего не почувствовала. — И я здесь, с тобой, хотя и не в физической форме. У Беллатрикс сжалось горло, и она издала дрожащий вздох, после чего присела и положила подсолнухи на землю перед надгробием, медленно подняв голову, чтобы внимательно прочитать слова.

Гермиона Грейнджер-Блэк

Любящая жена и подруга.

«Величайший дар в жизни — это любовь».

Она протянула руку и проследила за выгравированным именем своей жены, а Гермиона смотрела на нее печальными глазами. Она протянула руку, чтобы коснуться ее плеча, но Беллатрикс снова не почувствовала тепла, которое обычно ощущала, когда жена прикасалась к ней. Стены, которые она возвела, начали рушиться, и она всхлипнула, пригнув голову. — Я скучаю по тебе, Гермиона. — Я тоже скучаю по тебе, но я все еще здесь, Белла. Я все еще здесь, в твоем сердце. — Мне жаль. — Это не твоя вина. — Мне жаль, что я отпустила тебя одну. Гермиона ничего не сказала, и Беллатрикс задрожала, когда снова подняла голову, чтобы посмотреть на надгробие на могиле своей жены, которая скончалась два года назад. Никто больше не стоял рядом с ней, когда она сидела на кладбище в годовщину смерти жены. Каждый раз я вижу тебя во сне, Я вижу твоё лицо, оно преследует меня. Думаю, ты мне нужна, малышка.