«Там, где май осень целовал»

Я люблю тебя. Знаешь, это ведь несравнимо ни с чем. Когда тебе плевать на всё и вся, кроме своей любви. Я счастлива до безумия. Кажется, будто всё это — лишь сон, который вот-вот прервётся. Хоть мне страшно даже подумать об этом. Ты настолько прекрасна… даже не вериться, что моя. Я помню всё. Кажется, каждая секунда врезалась в память, не желая оставлять отравленный разум. Я ведь почти потеряла веру в любовь. Думала, что мне не суждено испытать это блаженное чувство. Но тут в моей жизни появилась ты. Странно было даже подумать об этом. Отношения с женщиной… Мало того, грязнокровкой. Я была уверена, что мне это лишь кажется. Ну не могу я влюбиться в такую, как ты! А может, это были лишь мои собственные страхи и предрассудки. Считается, что надежда умирает последней. Что ж… скорее всего, такие люди сошли с ума гораздо раньше, чем потеряли надежду. А впрочем, есть ли хоть какой-то смысл в этой надежде, если ты не видишь в ней смысла? Думаю, это глупо. Глупо пытаться верить, если понимаешь, что в этом нет смысла. Ведь даже здравый рассудок покинул тебя раньше, чем идиотская надежда на счастье. Хотя, наверное, если теряешь веру — теряешь смысл. Поэтому веришь до последнего, даже если внутренне понимаешь, что это бесполезно. Я придерживалась этого всю свою жизнь. Люди, живущие надеждой — просто идиоты, ничего не знающие о жизни. Они чем-то похожи на детей… такие же глупые. Теряют связь с реальностью, летая в облаках. А потом, когда наконец приходят в себя, понимают, что уже поздно. Я вела себя именно так. Любила. Мне было плевать на весь чёртов мир. Мир, который я уже не могла представить без тебя. Без твоей красоты, твоего голоса и твоей любви. Я ведь зависима от тебя. Для меня ты — отдельный вид наркотика. Смертельно-опасного наркотика. Но я не способна отказаться от него. Наверное, я умру без тебя. Да, умру. И даже не пожалею. Без тебя моя жизнь превратится в отвратительную палитру тусклых оттенков, где нет места ничему, кроме страха и слёз. Но ты поклялась. Поклялась оставаться со мной. Быть рядом, что бы не произошло. Скорее всего, в такие минуты люди не думают о том, что завтра может не настать. Им просто не нужно думать об этом. Они уверены, что их ждёт вечность. У них есть всё время на свете, чтобы сказать так много… важного. Наступит ли эта прекрасная вечность? Я была уверена, что уже наступила. Идиотка. Мы были лишь любовницами. Никто даже не подозревал о нашей связи. Разумеется, ведь никто бы не понял… Чистокровная Блэк влюбилась в грязнокровку. Вздор! Мерлин, мне было глубоко плевать на чистоту крови. Я всегда ставила чувства выше положения. К тому же, ведущую позицию всегда занимала ты. А я не имела ничего против. У каждой из нас были семьи. Были мужья и дети. Но знаешь, я ничего не чувствовала. То есть, я понимала, что он — мой муж и я должна быть ему верна, но… не могла. Я не могла отказать себе в том, чтобы прийти к тебе ночью и наконец почувствовать долгожданную свободу. Почувствовать твою любовь. Я знала, что ты чувствуешь то же самое. Знала, что мы — одно целое. Поэтому могла спокойно говорить с тобой. Обо всём. Я просто чувствовала, что ты поймёшь меня. Я не могла представить, что однажды потеряю тебя. Это означало бы, что я погибну вместе с тобой, ибо не будет более смысла. Смысла дышать. Май осень целовал Ветром по губам, Осень слёзы дарила, Май нежно любила За рассветы и сны, где они Доживут до весны, до весны…

***

До весны. Я ведь помню её. Нашу весну. Морозные ночи, что так характерны для ранней весенней поры. Мы проводили их вдвоём, забыв о существовании других. Я любила сына, но ничего не чувствовала к мужу. Я ведь не хотела выходить за него. Но кто меня спрашивал? Родители стояли на том, что чистота крови и продолжение рода — единственное, о чём должны думать их дети. Я была с этим не согласна. Но также не спорила, ибо это ничего бы не изменило. Я не умею спорить. Это осталось ещё с детства, ведь воспитание оставило свой след. Я хотела остаться с тобой. Хотела разделить жизнь на двоих. Любить так сильно, как никого и никогда. Но жизнь сыграла с нами злую шутку. Мне пришлось расстаться с тобой. Ни одна из нас не хотела этого. Но ты понимала, что выбора мне просто не оставили. Мне никогда не оставляли выбора. Вот, прошло больше двадцати лет. Я всё ещё жила с ним, уже не чувствуя былой горечи и ненависти. Это стало рутиной. Я не слышала о тебе ничего с момента нашей последней встречи. Но нашу последнюю ночь я помню в деталях. Знаешь, я всё ещё верила, что ты помнишь о нашем прошлом. Помнишь хоть что-то. Помнишь меня. И спустя столько лет я решилась написать тебе. Написать о том, что всё ещё люблю. Написать, что безумно скучаю по твоему аромату. Скучаю по твоим губам… Я вложила в это письмо всю свою любовь и тоску, которую испытывала и подавляла на протяжении стольких лет. Я редко пишу письма. Но это письмо стало для меня чем-то вроде глотка свежего воздуха. Я высказалась. Мне стало легче. И я отправила его. Тогда я ещё не знала, что уже спустя несколько дней мы встретимся. Тёмная калитка. Такое пустынное место… Меня охватила паника. Я всегда боялась приходить в такие места одна. Вокруг одни лишь каменные плиты, с высеченными датами и абсолютно глупыми «цитатами». Что-то вроде молитв, но так угнетающе… По спине побежали мурашки. Я всё ещё надеялась на то, что это лишь сон или чья-то идиотская шутка. Но, увы. Я подошла ближе. Надпись на камне гласила : Лили Поттер (урождённая Эванс.) 30 января 1960-31 октября 1981. А я просто стояла, глядя и перечитывая. Снова и снова. Я не кричала. Лишь чувствовала, как слёзы стекают по щекам. Такие же холодные, как твоё сердце. В один прекрасный момент во мне что-то рухнуло. Там где май осень целует, Наши руки рисует. Возвращаться домой одной, Не жди ведь никто не придёт.