Много чести

Я полюбила тебя за глупый смех, Что мне музыкой казался. Ты сказал, что любить меня грех, Но в сделке дьявола расписался. Ты любил меня на виду у всех, Но дома даже не касался. Ты хотел, чтобы все знали — я твоя, Но я об этом часто забывала. Завидовали нам наши друзья, Когда тебе я руку подавала. Хвалила выбор вся твоя семья, Когда меня получше узнавала. Я улыбалась всем, врала, Но в первую очередь себе. Наблюдая за тобой из-за угла, Умело скрываясь в толпе, Подслушивала все твои дела, Запоминала, что говорили тебе. Ты встречался с другими, Пока я плакала ночами, Ведь понимала, с какими Ты там общаешься «друзьями», Знала я, что ты с такими Разливался сладкими речами. Крашусь в блонд, чтоб быть похожей На одну из твоих подружек. Заметила я её локоны в прихожей, На лице был след от веснушек. Чешется сильно у меня под кожей От звона на ней золотых безделушек. Привкус ревности не покидает мой язык. Почему меня ты держишь при себе? Неужто ты просто привык Говорить обо мне в толпе, На шею вешая стыдный ярлык Принадлежности только тебе? Я видела, как ты целуешь других. Ах, ты даже не скрываешь? Тогда терпи хват цепей тугих. Какую тактику ты выбираешь: Кричать, не жалея матов благих, Или послушного пса мне сыграешь? Как любовь превратилась в насилие? Объяснишь мне эту круговерть? В моей душе зла на тебя обилие. Твой взгляд — моя маленькая смерть. Я чувствую в ногах бессилие, Но не уходит из-под них твердь. Теряю контроль и набрасываюсь, Словно бешенный пёс. К шее твоей я присасываюсь, Пометить настроена всерьёз. В отличие от тебя не отказываюсь От своих романтических грёз. Мои чувства для тебя — это шутка? Тогда для меня ты — простая игрушка. Подожду, когда тебе станет достаточно жутко, Чтоб напугала цветастая кружка. Не подарю тебе от добра до зла промежутка, Твоя ответственность — эта дурная заварушка. Полюби меня вновь, ты уже знаешь, как это? Тебе прошепчу, что случится в подвале. Я где-то видела кобуру твоего пистолета, Вы с «друзьями» им кого-то убивали? Что-то затянулась наша беседа, Тебе тут слова не давали! Не следи за руками, смотри прямо в глаза, Они точно расскажут тебе гораздо больше. Верёвка стянет конечности, словно лоза, Прошли часы. Протянешь дольше? По щеке твоей стекает слеза, Но дорожка моей была толще. От своей конфеты не дам тебе и фантика. Посмотрим вместе на свечи затухание, Поплещемся в ванной, лепестки, романтика, Но ты нажрёшься пены, задержи дыхание. Сложу невинно губы в подобие бантика И признаюсь: ты — предмет моего воздыхания. Чисто моё тело, грязны мои мысли, Хочу тебя не нежно, грубо. Мои глаза на органе твоём зависли... «Твоём»?! Теперь моём сугубо! Ну что же настроения твои раскисли? Ведь ты (ещё пока) не превратился в трупа! Вышью твоё имя я между пяльцами, Познакомлю тебя со своим кулаком, На бутеры положу колбасу одеяльцами, В тесто замешаю то, с чем ты точно знаком, Приготовлю тебе пирог с твоими пальцами, Найдёшь ли все своим лживым языком? Я зажгу твои сигареты пачкой, Курить не буду, лишь о тебя затушу. Ты был бы хорошей собачкой, С работы к тебе я спешу, Но только попробуй, коврик испачкай, Ошейником тут же тебя задушу. Смотри на меня, я больше не плачу. Твоя девка оказалась в моей кровати. С ней всё ощущается иначе, А мои ноги подобны вате. Возможно, теперь тебя я поняла. Тем паче Убью тебя уже сегодня на закате. А на фотографиях мы любили друг друга. Сбилось сердце. Но ты уже не слышишь, В настоящем трауре вся твоя округа. Закрываю глаза, и ты снова дышишь, Но под тобой не законная супруга, Над блондинистой дранью ты пышешь! Словно наяву, слышу, как скрипит кровать. Кто же знал, что ангелы способны потрошить?! Кто же знал, что святые могут убивать?! Над муженьком свою расправу совершить?! Подумают: бедняжечка вдова. Плевать! Теперь не помешаешь им ненависть внушить! Дождь стекает по моему лицу слезами, Все думают, я по тебе горюю, Но улыбка на губах, и смеюсь глазами, Истерика так близко, чую, Скрываю радость (не)своими волосами, На могиле сегодня ночую. Последний раз касаюсь твоей впалой щеки, Последний раз тебя целую, С пустых глазниц снимаю тёмные очки И вижу внутренность гнилую, Меня подальше уводят силой мужики, А я смеюсь напропалую. *** Вашу душу съели черти, Ваше тело уродливо из мести, Кто-то очень желал вам смерти, Не быть вам больше вместе. Рисует она на мольберте Грешным куском вашей чести.