Страсть — запретный плод любви

             Всю дорогу направляясь к бару, Дженна не могла отпустить мысли, что ей нужно вернуться назад. Так будет правильней. Разве она не должна злиться на эту девушку?       Британи… Эту особу она увидела вместе с Риком, когда те вместе сидели вчера утром в Мистик-Гриль, весело с чего-то смеясь и улыбаясь, а потом вышли куда-то торопясь и сели в красную машину, вместе куда-то уезжая. Увиденное больно кольнуло в груди, пробуждая не самые приятные мысли. Аларик про неё ни разу не говорил, а вчера у него появилось слишком много «вместе», при чем не со своей девушкой. Саммерс решила выяснить что произошло, но вечером Рик полностью её проигнорировал и вел себя грубо и отстраненно. А когда она пришла в школу — вообще раздражался от одного её присутствия, будто она для него ничего не значит, просто надоедливая муха. А может и правда?.. От этих мыслей слёзы невольно наворачиваются на глаза. Хочется залезть под теплое одеяло, свернуться в клубок и смотреть слезливые мелодрамы.       Но быстро остановив свой порыв, Саммерс попыталась взять себя в руки. Она почти дошла, не место и не время. Да и нужно же ей узнать, что на самом деле происходит между Британи и Риком. Эта девушка, по всей видимости, не узнала её, а значит под действием алкоголя выложит всё как на духу. Главное, чтобы не вышло наоборот и Саммерс не поддалась эмоциям. Сейчас важно сохранять холодный рассудок, хотя очень сложно. Желание высказаться так и бьет в груди, с каждым мгновением становясь всё сильнее и сильнее. Но нужно держаться. Так правильно.       Правда появилась и другая проблема. Дженне эта девушка кажется весьма приятной. Вместо того, чтобы возмутиться, она спросила, что произошло. Хотя другим явно не было бы до этого ни какого дела. Но первое впечатление может быть обманчиво. Это предложение уже как мантру, повторяет себе девушка, чтобы не сближаться. Ей просто нужна правда. Вот зачем она пришла. И вовсе не потому, что ей захотелось пообщаться с новыми лицами и хоть немного передохнуть.       «Дженна, возьми себя наконец в руки!», — говорит себе девушка, после чего выравнивает осанку, унимая легкую дрожь в теле и, открывая двери, сопровождаемая звоном колокольчиков, проходит в помещение, после чего занимает место у барной стойки. — Что будете заказывать? — С милой улыбкой спрашивает бармен, насухо вытирая стакан, смотря девушке в глаза. Шатен, шоколадные глаза и явно ему не больше двадцати. Достаточно молодо выглядит. Да и улыбка какая-то легкая, будто взрослой жизни ещё не видел. Хоть у кого-то проблем меньше, чем у неё. Елена тоже себя в последнее время очень странно ведет. У Саммерс складывается такое впечатление, что от неё что-то скрывают и это «что-то» — очень важное. От вновь появившихся мыслей становится некомфортно. Может она просто сама себя накручивает? И ничего такого нет? — Я жду девушку, мы вместе выберем. — Отвечает Дженна, нервно вытирая вспотевшие ладони о голубые джинсы. Она слишком нервничает. Нужно успокоится.       После сказанной фразы бармен непонятно чему хмыкнул, а затем принялся выполнять другой заказ. И только сейчас девушка поняла, что сказала… Боже, она от нервов скоро вообще разговаривать не сможет. Как стыдно-то…       Мысленно стукнув себя по лбу, Дженна хочет под землю провалиться. Нужно было не приходить. Да, грубо. Да, её тогда бы съело любопытство. Да, она бы извела себя мыслями. Но сейчас сидеть здесь было просто невыносимо. Из-за нетерпения и неспособности долго сидеть дома в неясном ожидании, она пришла раньше надеясь, что возможная любовница её парня пунктуальная и они как можно быстрее всё это закончат, но при этом же желание, чтобы она вообще не приходила разгоралось всё больше и больше.       Собираясь уже встать и уйти домой, тетя Елены слышит тот же звон колокольчиков, который встречал и её, после чего видит уверенно вошедшую новую знакомую, которая также, как и она, не переодевалась с инцидента в школе. Увидев Саммерс, та улыбнулась и направилась в её сторону, занимая стул слева, заставив девушку сесть обратно. К ним вернулся бармен, Британи, не медля, сделала заказ. — Два виски. — Посмотрев в сторону знакомой и не увидев сопротивления, сказала девушка, особо не задумываясь и не тратя время на разминку. Брюнет же проследил за её взглядом, вновь ухмыльнулся чему-то своему и принялся выполнять заказ. От этой ухмылки Дженна опустила взгляд на свои ноги, а Бри, увидев такую странную реакцию обоих, выгнула бровь, не понимая, что могло произойти пока её не было. — Что уже стряслось? — Спрашивает рыжеволосая, пытаясь понять в чем дело. — Да так, не обращай внимания. — Ответила Дженна, а после поспешила выпить поставленный для неё виски, желая разбавить своё смущение алкоголем. Когда она пьет, то становится больше похожа на себя в её не такой уж и далекой молодости. Когда ещё была подростком. Сейчас та безбашенная смелость очень пригодиться.       А Бри, вновь выгнув бровь, всё ещё не понимала в чем дело. Рыжеволосая довольно быстро осушила свой стакан, для бодрости, а после попросила ещё. — Оставь бутылку. — Вставляет свое слово Волкер, понимая, что незачем гонять туда-сюда человека. Только мешать будет. — Когда эту допьем, принесешь такую же, оставишь и уйдешь. — Добавляет Бри, понимая, что с одной её не унесет, а вот собеседницу вполне может. Хотя и с двух она будет стоять на ногах.       Вообще, насколько Волкер не изменяет память, единственный раз, когда она действительно была пьяна — когда впервые попробовала алкоголь. Её организм тогда не знал, как реагировать, плохо это или хорошо. А Бри было очень даже хорошо, поэтому голова решила, что не нужно регенерировать урон алкоголя, да и она не хотела. Но потом, на следующее утро, голова болела так, что гибрид целый день ходила с мыслью больше никогда не пить. Хотя, эта была всего лишь мысль из-за плохого состояния. Когда её попустило, девушка захотела вновь ощутить вкус алкогольных напитков, и отказывать себе она не собиралась. А тут в игру вступила регенерация, и это было хорошо, голова совсем не болела, но увы приятное опьянение тоже не наступало, сколько бы в себя алкоголя не вливала девушка. Так что теперь Британи навряд ли вообще когда-нибудь сможет напиться, как тогда.       Приятное чувство ностальгии окутало тело, пока она наблюдала за кивающим барменом, что дожидается оплаты за две бутылки виски, которую Дженна достала из заднего кармана, и, незаметно для других гостей, ставит под стойкой, ближе к девушкам то, что они просили, чтобы не забыть, и начинает принимать другие заказы.       Дженне же в голову уже ударил алкоголь и голова немного начала кружиться, путая мысли. — Так, что тогда утром стряслось у тебя с парнем? — Переходит к теме из-за которой они вообще встретились, понимая, что ещё стакана четыре и Дженне нужно будет в кроватку. Или наоборот — продолжение банкета, но уже без участия мозга, здравого рассудка и памяти.       После вопроса между девушками длится недолгое молчание, а затем слышится речь с уже явно начавшим заплетаться языком и сознанием. — Я думаю… нет, не знаю, что думать. Не хочу думать. Просто… Увидела его с другой девушкой: они смеялись, весело проводили время, и я решила узнать кто она… — Начинает Дженна, алкоголь успокаивает, развязывает язык, а жажда принуждает пить ещё и ещё. — А он… Он просто проигнорировал меня, а сегодня, ну, когда мы столкнулись, вообще, отмахнулся, как будто ему всё равно. — Выпив второй стакан залпом, уже налитый Британи, Дженна шмыгнула носом. И где сейчас её уверенность?.. — Раньше он вел себя так? — Уточняет девушка, поддерживая разговор, медленно допивая первый стакан. Она до её прихода точно ничего не пила? Или её максимум это полный стакан виски? — В том то и дело, что нет! Он всегда был милым, добрым, ласковым, искренним и заботливым. Но сейчас… он будто совсем другой человек. — Более ярко, чем ожидалось, ответила рыжеволосая, немного махнув вверх руками. Британи пришлось наклонится влево, чтобы её не задело. — Я даже не знаю, что думать… — Продолжает Саммерс, уже сама наливая себе третий стакан, чудом не проливая алкоголь, и также его выпивая, не замечая, что чуть не ударила собеседницу.       Волкер всё также медленно допила свой второй стакан, но уже одним глотком, ощущая только приятное жжение в горле, а никакого опьянения ей даже и не светит. Налив себе третью, а Дженне — четвертую порции, Британи терпеливо ждёт продолжение. Да, сегодня она определенно заделалась психологом. Хоть виски бесплатно, и на том спасибо. — Вот ты бы смогла быть чьей-то любовницей? — Странный вопрос задает уже пьяненькая Дженна, согнув руки в локтях и положив их на барную стойку, смотря слегка пьяным, но заинтересованным взглядом, будто её ответ действительно важен, заставляя Волкер удивленно выгнуть бровь. Какой-то странный вопрос. Но, несмотря на это, Британи делает глоток виски и, не особо задумываясь, отвечает: — Нет. Я слишком себя уважаю, чтобы быть второй. Да и к тому же, если и отдать себя, то только достойному мужчине, которому смогу доверять и на которого смогу положиться. Не вижу смысла добиваться того, кто сначала со мной, а потом клянется в любви другой. Я не могу быть уверенной, даже если добьюсь его, что он не будет изменять и мне с кем-то ещё. — Отвечает гибрид, совершенно не лукавя. — Изменяющий мужчина — уже пропащий. Я бы такого скорее на завтрак съела, для бодрости и напоминания, что существуют ещё такие омерзительные люди. — Без запинки продолжает рыжеволосая совершенно серьезно, не сомневаясь в своей точке зрения.       Всё-таки у неё не будет второго шанса, чтобы научится на своем опыте. Если подходить к выбору партнера, то очень тщательно. Всегда, когда к Британи пытались «подкатить», намекая на отношения и симпатию, она сразу же прекращала общение с этим человеком. Даже если с ним было интересно. Люди могут не понять, не поверить и пытаться доказать обратное, а ей это не нужно. Лишний раз привязываться — себе дороже. Именно поэтому из близких людей у неё только Элайджа за которого она жизнь готова отдать и отнять. Он единственный кому она беспрекословно доверяет. Если первородный сказал, что всё объяснит и сейчас не лучшее время, значит объяснит, и, пусть лисице это не всегда по нраву, она терпеливо ждёт, хоть любопытство и съедает. Он единственный кому она никогда не откажет в помощи. Лучший друг — для неё не просто фраза. У кицунэ никогда не было друзей, только одноклассники, одногруппники, просто знакомые. Ей не трудно общаться с людьми, просто не хочется привязываться. Одной спокойней. Дженна же просто угощает её выпивкой, на этом всё. Она милая, безобидная, но всё равно чувствуется перчинка, огонёк, который явно не давал ей покоя во время переходного возраста. — Отдавая кому-то всю себя я хочу чувствовать такое же стремление в ответ. — Лисы могут влюбиться лишь раз, так что тратить время на кого попало она не хочет. Она бессмертна, у неё есть много времени впереди. Но в случае чего страдать всю оставшуюся бессмертную жизнь из-за отвратительного человека она не хочет.       Взамен же своей речи Волкер слышит какой-то тяжелый толи облегченный, толи обреченный вздох. — Ты так уверенно об этом говоришь. Твоей парень наверно просто чудо. — Грустно улыбнувшись, говорит Дженна, уже не залпом выпивая, а делая только глоток, явно потеряв прежний пыл. — О да, он просто идеал. Правда его уже так долго нет, что я забыла, как он выглядит. — Хмыкнув, комментирует такое заявление рыжеволосая, вновь делая глоток. Дженна же поднимает голову с барной стойки и смотрит на девушку анализирующим взглядом. — У тебя ведь нет парня, да? — Выгнув бровь, недоверчиво спрашивает Дженна, хотя больше похоже на утверждение. — Ох, в самое сердце цапнула! — Наигранно обиженно проговаривает Волкер, прикладывая руку к сердцу и прикрывая немного глаза, откидывая голову немного назад и в сторону. Мельком смотрю в сторону собеседницы, её серьезный взгляд заставляет девушку засмеяться. — Если продолжишь так смотреть, то мое сердце не выдержит такого давления и остановится. — Посмеиваясь, продолжает, убирая руку от груди и беря стакан, делает пару глотков, чтобы перестать смеяться.       Дженна отворачивается от меня, делает ещё один глоток, а затем продолжает делиться откровениями. — Не знаю почему, но с недавнего времени мне кажется, что все вокруг хотят меня обмануть.       Бри конечно ожидала нечто подобного, но думала, что всё же высказывание будет в сторону её парня, но нет. — Мне начинает казаться, что со мной что-то не так, потому что когда я говорю об этом прямо, прося правды, от меня просто отмахиваются и говорят, что всё нормально, или, что они потом всё объяснят. От этого обидно настолько, что хочется кричать. — Выговаривается Саммерс, допивая порцию и вновь наполняя стакан. Она выглядит такой грустной и подавленной… Если от неё продолжат скрывать правду она заработает себе неплохую паранойю и колоссальное чувство неуверенности в себе. — Так кричи. — Отвечает, после чего на девушку обрушивается удивленный взгляд зеленых глаз. — Если хочется выплеснуть эмоции — сделай. Нельзя копить всё в себе — плохо кончится. — Философски так, понимая, что если чувств слишком много, лучше просто прокричаться, потому что дальше будет только хуже. На своей опыте испытано.       Пусть в жизни гибрида и не было столько проблем, сколько могло быть, да и не сильно эмоционально она к ним относилась, но если бы она не могла рассказать об этом Элайдже, поделиться тем, что гложет, то наверняка долго не протянула. Или стала бы сумасшедшей убийцей. Засела от скуки в психушку, а потом сама же убила бы весь персонал, за то, что держат взаперти. Волкер уже думала об этом когда-то. Перестала бы себя контролировать, просто сдалась. Но не сейчас. Сейчас у неё есть Элайджа, есть чертов псих, который хочет непонятно чего, есть кицунэ и оборотень, которых нужно постоянно мерить, чтобы не разорвать себя на части, и ей просто нельзя взять и расслабиться.       Дженна недоверчиво смотрит, пытаясь понять — шутит девушка или нет. По взгляду видит, что нет. Вздыхает, вновь делает глоток и предпочитает взять и высказать всё девушке с которой даже дня не знакома. Так даже легче. Ей нужно услышать чужое мнение, услышать, что она не слетела с катушек, что от неё правда что-то скрывают, пусть от этого и будет больно. Но это лучше, чем сомневаться в здоровье собственного рассудка. — Всё было просто замечательно, у моей племянницы появился парень в начале учебного года. Она была так счастлива. У племянника тоже всё вроде бы начало налаживаться: завязал с травкой, девушку нашел. Я наконец-то отвязалась от всяких мутных парней и нашла очень хорошего, доброго, милого… Но потом…. То есть, с недавнего времени, я начала замечать, что Елена часто пропадает, говорит, что либо ночует у парня, либо у неё с подругами ночевка. И я не против, только… Она стала меньше общаться, в какой-то момент мне начало казаться, что она меня избегает. Я вижу, что её что-то тревожит, спрашиваю, но Елена говорит, что всё хорошо. Джереми тоже ведёт себя скрытно, где-то пропадает, а теперь и Рик… — Саммерс понурила голову, чуть ли не ударяясь лбом о стакан, но кладет голову чуть левее. Лениво попивает виски, кажется, что она вот-вот вырубиться, но продолжает. — Рик… Он, знаешь, такой добряк. Души не обидит. У него была трагичная история с женой, после которой ему было сложно начать новые отношения. Но у нас вроде как вышло. Всё было прекрасно. Хах, когда нас застукала Елена, я почувствовала себя настоящим подростком. Влюбленная до жути. Но несколько дней назад всё изменилось. Он перестал появляться, пытался как можно меньше проводить со мной времени. Это настораживало, я испугалась, может, его чувства ко мне остыли? А потом я увидела его с… тобой и меня будто ледяной водой окатили. — Признается девушка, окончательно отдаваясь алкоголю, понимая, что повеселиться не получиться. И всё явно пошло наперекосяк: она первая сдала позиции, а её рыжеволосая собеседница даже не запинается в речи. Да и выглядит до сих пор трезвой. В отличие от неё…       Глаза Волкер удивленно расширились. Только не говорите, что она считает её любовницей своего парня… И кто только этот парень?.. Шестерёнки быстро начали работать, вспоминая, с кем могла смеяться и в голову приходит только одно имя. Аларик. Вернее Клаус в теле Аларика, но девушка явно не в курсе этого факта. — Знаешь, я приехала в город недавно, толком ни с кем не знакома, только разве что со школы. Не знаю кто как себя ведет и у кого с кем отношения. Я слышала, что у Зальцмана есть девушка, да и не рассматривала его так, как ты могла подумать. — Начинает прояснять ситуацию Британи, но её наглым образом перебивают. — Тогда зачем согласилась на встречу и пустила в машину? — Резко, но в тоже время устало, спрашивает рыжеволосая, поднимая голову, чтобы посмотреть в глаза и сразу понять — врут ей или нет. — В тот день мне нужно было заранее выйти из дома. Освободилась раньше и чтобы не ехать домой или в школу решила скоротать время здесь. Да и кушать захотелось. Сидела, никого не трогала, и тут появляется твой парень, начинает беседу. Просидели долго, опаздывали, я предложила его подвести, обоим ведь в школу. Кстати, он у тебя всегда по утрам виски хлещет? — Решаю объяснить ситуацию, не вижу смысла врать. Резко переводя тему, интересуясь, это привычка Клауса, которому ничего не будет за такой режим или историк тоже чем-то подобным промышляет.       От вопроса глаза Саммерс расширяются, и она верит каждому слову девушки. Та говорит спокойно, глаза не бегают, смотря в упор на собеседника. Что ж, он ей не изменяет, уже хорошо. Но.. он сам к ней сел, значит ли это что он хочет изменить? — Я раньше не замечала… — Неуверенно проговаривает Саммерс, понимая, что это совершенно другой человек. Не тот кого она любит. — Может, у него есть злой брат-близнец и сейчас он решил так поиздеваться над девушкой брата? Месть ему или ещё что... — Делает безумное предположение Дженна, сама толком не понимая, что говорит. Но в это легче поверить, чем в то, что в её парня вселился первородный вампир, жаждущий смерти её племяннице. По крайней мере, для неё. Сама Волкер то привыкла к сверхъестественному и правдивый вариант для неё более реален, чем предположение девушки. Рассказать или молчать? Стать меж огней плохая идея: эта буйная особа явно не будет молчать и всё выскажет прямо здесь и сейчас, а тогда начнутся вопросы: кто тебе сказал, откуда ты знаешь, как давно ты знаешь и так далее. Она тыкнет пальцем на неё и тогда придираться будут уже к гибриду. А кому хочется, чтобы под тебя копали? Да и если молчат, может есть причина. Это не её дело, не её семья и это не касается Элайджи, так что нечего совать нос куда не надо. — Для каждого поступка есть своя причина. Возможно, они за тебя просто переживают, вот и не хотят говорить, чтобы не навредить. А что творится с Алариком.. Дженна, попробуй ещё раз у Елены или Джереми спросить, объясни, что незнание тебя разрушает, а потом ищите вместе решение проблемы, если такова есть. Что ещё посоветовать тебе... честно, в решении родственных конфликтов я не спец и как лучше будет для тебя решать точно не мне. И не им. — Решает хоть как-то поддержать девушку. Чтобы что-то обещать нужно поговорить с Элайджей. Влезать в дела этого города не хочется, но она уже это сделала вместе с первородным. Он здесь и она с ним. Если покой можно продлить то почему бы и нет, меньше головной боли, но раскрытие личности также девушку не страшит, потери не сильно велики. Вопрос только в том, кто будет в курсе. — Но ведь я их тетя. Это я должна их защищать, а не они меня! Я уже не маленькая и опекать меня не нужно. — Обиженно восклицает девушка, снова размахивая руками. Только Бри начала думать, что алкоголь её усмиряет, как она тут же доказывает обратное. — Ты выглядишь безумно измотанной. Предлагаю хотя бы на один вечер выкинуть из головы все проблемы и от души повеселиться. — Закрывает тему, уверенно наливая порцию в два раза больше положенной. — Знаешь, ты права. Пошли они все к черту. — Неожиданно подхватывает мой настрой девушка, выравнивая спину, поднимает подбородок и залпом выпивает, решая вспомнить свои бунтующие подростковые годы.       Наблюдая за такой помолодевшей девушкой, единственное, что приходит в голову это то, что с ней явно не соскучишься и будет правда жаль если из-за сверхъестественного её жизнь не устроится. Что же, главное, чтобы в новостях о двух поехавших алкоголиках не было написано...

***

      Вставать совершенно не хотелось. Бессонная ночь, с которой расстаться получилось лишь на пару часов, давала о себе знать. Душа жаждала наладить режим и отобрать свои законные восемь часов отдыха, но не сегодня. Сегодня ей нужно вставать на работу. Она итак проспала пробежку, душ и спойный завтрак. Регенерация дает о себе знать: похмелья нет, тело полно сил, хоть сейчас в драку, только сонливость никуда не делась. Сильно физически навредить отсутствие режима не сможет, но вот ментально разгрузка просто необходима. Медленными и вялыми шагами девушка направилась в ванну, на автомате чистя зубы и умываясь. В отражении зеркала на неё смотрит пусть и свежее, но такое уставшее лицо. Одежда и память свидетельствуют о том, что она всё же переоделась в пижаму, но сейчас так плевать. Отдохнуть хотелось неимоверно. Внешне она абсолютно здорова, но душа уже трубит отоспаться и провести время в одиночестве. Черт с ней, работой. Она гибрид, в конце концов, неужели не может позволить себе внеплановый отдых?       Британи хочет спать и после завтрака обязательно это сделает. Нужно просто спуститься по лестнице вниз, но кровать такая притягательная... Так что поспать можно и прямо сейчас...       Правда, нескольким позже, в другой комнате твориться совершенно противоположная история. Голова раскалывалась, во рту кошки латок устроили, а горло умирает от сухости, отказываясь нормально воспроизводить звуки. Глаза словно прижали чем-то, открыть их стоит колоссальных усилий, но тут в игру вступает освещение, на которое зрение слишком остро реагирует. Подниматься совершенно не хочется, но от лежачего положения уже начинает тошнить. Медленно, опираясь на руки, Дженна принимает сидячее положение. Голова кружится, а сознание отказывает воспроизводить событие прошедшей ночи. Вот они с Британи в баре, пьют виски, потом идут вместе танцевать, потом девушка утешает её из-за холодности Рика, а потом всё. Пустота. Что же они творили? Рыжеволосая надеется, что ничего плохого и постыдного. Зрение потихоньку начинает привыкать к, как оказалось, естественному свету, а голова болит немного меньше. Пить хочется. Но Саммерс первый делом ищет свой телефон. На месте. Смотрит время: 16:36. Черт! Сколько же она проспала? И где она вообще?       Подняв голову, рыжеволосая осматривается, совершенно не узнавая помещение в котором находится. Спальня слишком чистая, как для постоянного жилья. Деревянный стол, что стоит подле окна, полностью чист, словно им и не пользовались. Ни пыли, ни валяющихся вещей, ни чего-либо свидетельствовавшее о жизни в этой комнате. Посмотрев на кровать, простынь и одеяла которой полностью смяты, девушке думается, что кто-то выделил ей отдельную комнату, только вот кто? Ответ вроде как очевиден, но мозг совершенно не соображает, а жажда вытесняет все посторонние мысли. Одежда на ней та же: серая футболка и голубые джинсы. Обувь, черт. Неужели она спала в обуви?..       Аккуратно встав, Дженна на ватных ногах двигается к двери, пытаясь не упасть. Вроде ей не слишком чтобы плохо, да и на алкоголь никогда негативной реакции у неё не было, но видимо вчера слишком много выпила, да и не восемнадцать лет уже, плюсом практики давно не было. Лестницы не виднеется, уже хорошо. Голова кружиться перестала, что, несомненно, ей на руку, но боль, сухость, отвратительный привкус во рту и ноющие мышцы всё портят. Что она такого делала, раз всё так болит?       Голоса, доносящиеся дальше по коридору автоматически определили её маршрут. Ноги также потихоньку приходят в себя и она уже может не опираться о стену, спокойно идя. С каждый шагом голоса становились громче, но кому именно они принадлежали мешала разобрать головная боль. Наверняка она сейчас выглядит просто ужасно, но так плевать. Хочется пить.       Войдя через проём, Дженна натыкается на тишину от которой становится неуютно как минимум потому, что её создала она. Перед глазами Саммерс оказались двое мужчин: один в брючном костюме, а второй в джинсах и рубашке. Они спокойно сидели за столом кухни, сейчас на неё смотря. И рыжеволосая девушка в свободных серых штанах, такого же цвета топике, волосы завязаны в низкий хвост. Из-за неё Дженна, собственно, и чувствует себя так паршиво. — С добрый утром. — Начинает Британи, что стояла у плиты и готовила совершенно не завтрак. Скорее всего салат. — Как самочувствие?       Несмотря на то, что заговорила первой с ней девушка, обратила Саммерс внимание на мужчину в костюме. Элайджа. Черт. Как стыдно-то... — Голова раскалывается. — Оторвав взгляд от мужчины, отвечает на заданный вопрос. — Я на тумбочке возле кровати оставил обезболивающее и воду. Таблетки ещё не помогли? — Задаёт свой вопрос первородный, после чего девушке становится ещё более неловко. Ей было так плохо, что она даже не заметила то, что ей нужно сейчас больше всего. Кажется заметив смущение девушки, Элайджа кивнул сам себе, после чего встал и направился к выходу. — Я принесу. — После чего покинул кухню. Саммерс даже рта не успела раскрыть то-ли от шока, то-ли всё ещё не отошла от попойки. — Не стоило... — Потерянно проговаривает себе под нос девушка. Остальные же не услышали её шепот или чудесно делают вид, что не услышали. — Не стой в проходе, садись. — Говорит второй мужчина, указывая на стул. А он то кто такой? Первый раз его видит. Но несмотря на это, Дженна всё равно садится за стол, ноги действительно начинают болеть. — Будешь ужинать? — Спрашивает Бри, ставя на стол только что приготовленный салат. — Ужинать? — Глаза Саммерс становятся больше, подозрительно поглядывая на девушку. — В твоём случае завтракать. — Поправляет себя Волкер, кладя столовые приборы и на девушку, не дождавшись ответа. — Сколько же я проспала? — Знатно приуныв, спрашивает девушка, смотря в пустую тарелку. — Учитывая во сколько мы легли, то все двенадцать. — Не стоит расстраиваться, Дженна. Для человеческого организма норма восстанавливаться после травмирующих факторов сном. — Ставя стакан с водой и пластинку таблеток, проговаривает Майклсон, занимая место напротив Алана, правой стороной к Саммерс. Получив в ответ благодарную улыбку, первородный чувствует движение по другую сторону. Британи наконец закончила кухонный штурм и решила поесть. — Не знаю как ты, дорогая, но я безумно голодная. — Проговаривает рыжеволосая, положив к своей жаренной курице салат, запивая всё лимонный соком. По мнению Элайджи подошёл бы больше апельсиновый, но не ему осуждать вкусы подруги. — Если Елена увидит меня в таком состоянии, то точно убьет. — Отвечает рыжеволосая, выпивает долгожданную пилюлю и только после замечает переглядки троицы. — Что-то не так? — Немного стушевавшись. — Да вот думаю не останешься ли ты у меня такими темпами жить?.. — Задумчиво так, с небольшой хитринкой, но при этом серьезно. — В каком смысле? — Недоуменно спрашивает девушка, нахмурив брови. — Ты разве не помнишь? — Немного удивлённо, но при этом вопрос не требовал ответа. — Впрочем, этого стоило ожидать. Ты ведь сама говорила, что практики давно не было. — И, взяв вилку, начала есть курицу под взглядом не перестающей удивляться девушки. «— Слушай, мне.. кажется.. нам уже пора расходиться. Никого.. уже.. нет... — Проговорила рыжеволосая, при этом выглядя намного трезвее Саммерс. Но как тут расходиться-то, а? Она ведь только в азарт вошла, только развеселилась! — Куудааа?! Если Елена.. увидит меня.. вот так... — На этом месте разводя широко руки в сторону, пытаясь указать на свое пагубное положение. — точно.. убьёт. — Пьяно отвечает рыжеволосая, при этом запинаясь об ниоткуда взявшуюся икоту.       Где-то сбоку слышится короткий, немного уставший вздох, после которого её берут под локоть, пытаются поднять со стула, но она тут же валится, из-за чего Саммерс берут уже под вторую руку, удерживая ровно. — Что же, тогда будем продолжать банкет. Но не здесь. — Видимо алкоголь расслабил её собеседницу, раз она решила пригласить её к себе..»       Как неловко-то... — Надеюсь я больше ничего не натворила? — Головная боль проходит, на её месте появляется сильное тягучее чувство стыда и неловкости. — Начиная с танца на барной стойке и заканчивая поцелуем с первым попавшимся на улице мужчиной. — Спокойно отвечает Бри. Девушка давится водой, алея щеками. Как же так-то? Она? С первым попавшимся?       Получив осуждающий взгляд от мужчин, Волкер закатывает глаза и по-доброму отвечает: — Ладно-ладно... Мужчины не было. — И, получив облегчённый вдох от Саммерс, добавляет: — Была собака. — Наслаждаясь снова подавившейся Дженной. — Британи. — Под весёлый смех девушки, критикует её Майклсон. — Ну что я могу с собой поделать, Элайджа? Это ведь правда. — Проговаривает рыжеволосая при этом выглядя совершенно невинно, улыбаясь. — Это.. как же я так... — Краснея пуще прежнего, Дженне хочется провалиться под землю, закрыв руками лицо и голову, но воспоминания тут как тут. Господи...       «Придерживая девушку за талию одной рукой, а чужую закинув себе на шею, Волкер, под тусклый свет фонарей около гриль-бара, неспешно шагала в сторону машины, что припарковала чуть дальше от бара. Удивительно, что людей в баре было меньше, чем машин. Чтобы открыть дверь и посадить девушку ей нужно было сделать всего пару шагов, однако неожиданно она вырывается из её хватки, направляясь куда-то в сторону темноты и кустов. — Дженна? Тебе плохо? — Следя за движениями той, чтобы не грохнулась, лишь немного обеспокоенно.       Давно она с людьми не пила, уже и забыла, что в таком состоянии они бывают безумно хрупкими. Однако ответа не последовало. Рыжеволосая активно двигалась к кустам, игнорируя всё вокруг. Подозрительная тишина, которую даже ветер не нарушал, и темнота в тени её совершенно не смущали. — Дженна. — Более настойчиво, после чего следует за ней в темноту. — Что ты там уже увидела? — Поняв, что дело вовсе не в отторжении алкоголя. Видимо инстинкт самосохранения в нетрезвом состоянии у Саммерс опустился до нуля. Что же, это не удивительно, если вспомнить, как она чудила в подростковом возрасте. По девушке видно, что она скучает по тем временам, когда ей не нужно было следить за, фактически, чужими детьми, оно и понятно. Рановато ей взрослеть пришлось, однако опекунство её выбор.       Легкий прохладный ветерок тревожит волнистые волосы, пока Британи рассматривала занятную картину в кустах. Дженна, кажется, не отдавая отчет своим действиям, пугала собаку. — Какой крассаавчик. — Заплетающимся языком, мямлит Саммерс, обдавая запахом виски бедняжку, что мило морщит носик и прижимает ушки, показывая клыки.       Правда агрессией от неё даже и не пахнет, скорее интересом. Может ли собака чувствовать оборотня в её лице и поэтому так спокойно реагировать? Правда спросить об этом не получиться. Пёсель очень похож на гончую: среднего размера, белая окраска с черными и коричневыми пятнами, скорее всего переводок. Мордочка на половину покрыта коричневым пятнышком на которое вмиг легла девичья рука. Совершенно без страха поглаживая животное, на удивление оказавшееся спокойным и терпеливым, Дженна наклонилась ближе к животному, облокотившись о колено свободной рукой по-настоящему пьяно улыбаясь.       Ухмыльнувшись, гибрид облокотилась о дерево, сложив руки на груди, пока не вмешиваясь. Единственное, что решает сделать девушка, так это пожелать собакину удачи. Настолько бедного лица она давно не видела. — Ну что за мужчина.. — Всё таким же заплетающимся языком проговаривает рыжеволосая, продолжая небрежно гладить собаку, жалостливо прижимавшую ушки и глазом, который не был закрыт ладонью, посматривая на более трезвого человека, ожидая поддержки, но увы. Почему Саммерс вообще решила, что это именно пес не понятно, но что уже поделать? — Пряяям мечта. — В конце ставя интонационную точку, девушка садиться полностью на колени, обхватывает мордочку животного обеими руками и смачно чмокает в нос это милое чудо, после чего задницей усаживается на ноги, опускает руки и совершенно по-глупому, пьяно улыбается, наблюдая за собакой, что прижалась мордочкой к земле и пыталась об передние лапы вытереть практически «изнасилованный» нос.       Не выдержав этой вакханалии, Британи начинает в голос посмеиваться, опустив голову. — Ладненько, Дженна, собака вдоволь настрадалась. Нам пора. — Отталкиваясь от дерева, направляется к парочке, присаживается на корточки между этими двумя романтиками. — Дорогая, не обижайся, она просто немного не в себе. — Заглядывает в шоколадные глаза животного. Слишком понимающие глаза. — А ты умняшка у нас, да? — С игринкой в голосе продолжает говорить с собакой Британи, таки решив погладить её по макушке в конце проведя по всему телу, не задевая хвост. Девочка охотно поддавалась на даваемые ласки, видимо всё-таки чувствуя некое родство или запах ей кажется знакомым. В общем, они поладили. Только к такой ответственности она пока не готова. Судя по виду собаку подкармливают: голодной не выглядит, так что ничего страшного с ней случится не должно.       Поднявшись, Волкер подхватывает всё ещё неуклюже сидящую Саммерс, и таким же дуэтом они наконец-то садятся в машину, продолжать позориться уже перед другими, более важными личностями...» — Брось, главное, что было весело. — Пытается ослабить стыд девушки, продолжая свой ужин. — Не вижу смысла смущаться, когда уже всё сделал. Вспоминай с улыбкой как ещё один момент молодости. — Немного не внятно, из-за пережевываемой еды. — И ешь давай, я зря на тебя готовила что ли? — Добавляет грубовато, вызывая теплую улыбку девушки. — Ты прекрасно поддерживаешь людей. — С явным сарказмом отвечает Дженна, однако не может отрицать тот факт, что настроение действительно улучшилось, а смущение перестало так сильно палить щеки. Возможно у неё просто получилось переключить внимание, но ей в любом случае легче, а вести себя как подросток сейчас безумно неловко. — И удивительно бодрая. — Ты тоже чувствуешь себя гораздо лучше, хотя прошло не так уж и много времени. — Профессионально отмазывается Волкер, совершенно по этому поводу не переживая. Хотя вновь почувствовать похмелье ей было бы любопытно. — Это точно. — Кивает, соглашаясь с ней Саммерс, таблетка действительно помогла.       Далее они продолжили есть в тишине.

***

      Отвезя Дженну, Британи спокойно возвращается домой, решая провести этот вечер более лениво, чем прошлый. Зайдя в дом, девушка прошла в гостинную, видит Алана, смотрящего телевизор, и друга, тут же посвятивший своё внимание мне. — Всё в порядке? — Уточняет Майклсон, после чего Алан также смотрит на неё. — Да. — Отвечает Волкер, садясь за стойку, на соседний стул с Элайджей. — Хотя в этом городе даже в машине можно найти приключение на век вперед. — Со смешинкой добавляет, вспоминая, что скоро должно случится и сколько вообще в городе существ живет. Оба оценили шутку, ответив легкими улыбками. — На выходные есть планы? — Спрашивает Майклсон, смотря то на Бри, то на Алана. — Завтра школьные танцы, как учитель я должна быть обязательно, но совсем не хочется. Сходишь вместо меня? — Смотря совершенно невинными глазами. — Как преподавателю тебе бы уже сделали выговор за сегодняшний прогул, а если и завтра не появишься... — Замечает последствия мини-гулянки Элайджа, вспоминая этот поход к директору. Ему ещё никогда не приходилось использовать свои способности, чтобы отпустить Бри из-за плохого самочувствия. — Ну, а что мне помешает поболеть ещё денечек? — С хитрым таким выражением. — Думаю, если ты захочешь, то никто. Правда для спокойного и беспроблемного алиби, которое ты себе создала прогуливать работу всё же не самая лучшая идея. — Говорит Алан, смотря на реакцию. Элайджа одобрительно кивает. Пусть в этом городе ей и не смогут серьезно навредить, но когда приедет Клаус у него могут возникнуть вопросы, а для безопасности Волкер ей лучше быть тише воды, ниже травы, а лучше вообще под землей. Так что тут Майклсон выступать не будет. Бри такого же мнения. — К тому же тебе это явно нравится. — Добавляет как бы невзначай. — Наблюдать за заинтересованными в твоих словах людей правда доставляет удовольствие. — Задумчиво отвечает Британи, в какой-то степени соглашаясь. — А за недовольными подростками, которые тебе ничего не могут сделать ещё приятней. — Почему после твоих слов мне думается, что ты попросту издеваешься над детьми? — Спрашивает с веселыми глазами Элайджа, шутя. — Как же я смею? — С улыбкой отвечает. — Какого же вы обо мне мнения, молодые люди. — Немного возмущенно. — Мнение Элайджи автоматически становится моим? — Риторически спрашивает русоволосый, даже не пытаясь отрицать своё согласие с первородным. — Сам же и ответил на свой вопрос. — Довольно отвечает девушка, хочет что-то добавить, однако неожиданно в кармане звонит телефон. Номер неизвестен, что заставляет невольно хмурится. Поднимает трубку. — Как тебе мой сюрприз, Брис? — Слышится этот надоедливый голос, который с приездом в этот город стал появляться слишком часто в жизни гибрида. Сука. — Не понимаю о чем ты. — Отвечаю ровно, серьезно, смотря в сторону Алана. По его словам они общались по телефону, должен узнать голос. Если их нанимал лично он, конечно, а не через третьи лица.       Выражение лица того стало таким же серьезным. Узнал. Что ж, это был не секрет, просто очередное подтверждение, но уже что-то. — Сомневаюсь. — Хитро отвечает этот мудак, явно сейчас наслаждаясь разговором. — Птички мне рассказали довольно много интересного. — Добавляет тот, видимо звоня не просто так. Ему как всегда что-то нужно. — В лесу было найдено два трупа. Почему же не три? Да ещё и увековечены они слишком по-разному. Как-то не в твоём стиле, Брис. — Якобы просто так замечает, на самом деле готовый к любому слову придраться, запечатлеть в своей памяти каждый вздох. А от прозвища девушку вновь неприятно передергивает. — Странно, у нас по новостям ничего такого не передавали. Может твои птички сами натворили — сами убрали? — Пытается хоть как-то отвертеться Волкер, хотя отрицать его осведомленность и свою невиновность слишком глупо. Лишь в пустую время тратят. И понимают это оба. — Брис, не играй со мной. Почему труп Алана не найден? — Становится немного серьезнее тот, кажется не желая зря болтать. Неужели разговор с ней ему так неприятен или не любит пустой треп? — Ну ты же со мной играешь, почему мне нельзя? — Отвечает с игринкой. — А если серьезно, с чего бы тебя начал интересовать какой-то охотник? К тому же его имя ещё знаешь. — Потихоньку начинает извлекать и для себя выгоду Волкер. С ним разговаривать просто так слишком дорого для нервов. — Меня интересуешь исключительно ты. — Серьезно так. Пусть во фразе есть подтекст, заметить который не сложно при нужной интонации и атмосфере, но ситуация сейчас не та. И это предложение больше напрягает, заставляя теперь даже к телефонным разговорам относится с максимальной готовностью. Даже Элайджа напрягся от этой информации, лучше прислушиваясь. А для него редко кто представляет настоящую угрозу. Алан же стал ещё хмурее, сердце начало биться быстрее. Осознание, что он попал в такую серьезную мешанину, где не понятно на чьей стороне сила, пробило как током. Его проблемы уменьшились до размера муравья, потому что от такой интонации становится правда страшно за свою жизнь и безопасность.       Минутное молчание не успело пройти, как мужчина по ту сторону сам продолжил разговор. — Я надеялся тебя порадовать, Брис. Поэтому мне обидно, что ты не ценишь мои подарки в полной мере. — Возвращает на себя маску бесстрашного всезнайку-дурака, кажется вернув себе контроль. Однако эта фраза правда заставила задуматься о силе, что в любой момент может обрушиться на неё. Насколько сильно он сдерживался всё это время? И хватит ли ей сил в случае чего его удержать?       Он знает когда она приехала, где живет, работает, с кем общается, наверняка и про Дженну уже в курсе. Черт. Ей ведь не за что может достаться... Только зря опасности невинного человека подвергла. А этот откровенный бред просто выводит из себя. Но нужно держаться, не поддаваться на эту провокацию. — Честно говоря, я решила попробовать нечто новенькое. От того парнишки не осталось и косточки. — Ухмыльнувшись, принимает правила, надеясь узнать что-то интересное, что-то действительно полезное. Не одному ведь ему на неё охотиться? В конце концов она ведь гибрид, охотник от рождения, да? Раз ситуация набирает более серьезный оборот, она не собирается отставать. — Вот как... Весьма занятно. Даже капли крови не оставила? Насколько же он тебе не угодил... — Протягивает задумчиво. — Или наоборот? — Вдруг спрашивает, вызывая смех девушки. — Ты определенно умнее, чем я думала. Я слишком легкомысленно к тебе относилась. — Добавляет невзначай гибрид, с ноткой серьезности.       «Ну давай, скажи хоть что-нибудь. Хоть какую-нибудь зацепку. Ты же должен где-то промахнуться», — проносится в голове Британи нетерпеливо. — Да. Не стоит недооценивать кумихо. — Тем же хитро-спокойным тоном, однако Бри как током прошибло. Лисицы напряглись, шерсть стала дыбом, а голову прорезал настолько похожий голос, что в точности повторил эту фразу. Страх и болезненный жар словно неотъемлемая часть воспоминания пронзили тело, под кожей словно все мышцы горели. Слезы грозились градом обрушиться на нежную кожу лица. И это всё произошло настолько быстро, что осознание пришло только после того, как разговор завершился сброшенным ею звонком, а она сама оказалась в утешающих объятиях друга, что нежно поглаживал её по спине.       Пусть он и не понимал, что именно в этой фразе смутило Британи, однако её испуг, злость с которой она спросила звонок, явно не понимая, что делает, и очевидное оцепенение после не заставили его действий ждать. Будь она человеком, он бы с уверенностью назвал происходящее панической атакой, но тут всё сложнее. Что-то в ней перемкнуло. Заставило среагировать. Пришли инстинкты и яркие янтарные глаза, отражающие готовность порвать собеседника, это лишь подтвердили. — Тише-тише, всё хорошо. Ты здесь, он ничего не сделает тебе. — Успокаивает словами Майклсон, когда уши лисицы спрятались, а сердцебиение начало успокаиваться, постепенно возвращаясь в привычный ритм. До этого она вряд ли бы услышала его утешения. Алан впал в ступор, такого он прежде не видел. Просто глаза, подобные оборотням, ничего более... — Он уже сделал. — Отвечает Бри, сначала сильнее прижимаясь к мужской груди, а затем отстраняясь, доверчиво смотря в глаза. Последнее время она часто теряет контроль над собой, что совершенно для неё не естественно. Может быть из-за полнолуния её эмоции обостряются, а в другие дни, не угрожающие обращением, она наверняка смогла бы продолжить разговор и узнать больше. Но сейчас... сейчас нужно переварить то, что с ней произошло.       Под вопросительные взгляды она старается до конца успокоить лис, на защиту которых неожиданно встал волк. В-первые они дали ему практически полный контроль над телом. Вопросы требуют ответов, а если ответы нужны ей и её другу, то она постарается сделать всё возможное, чтобы сократить ожидание. — Я думаю... — Наконец говорит немного надрывно. Прокашлявшись, приводит голос в порядок и продолжает, смотря прямо в глаза Элайдже. — Я думаю это он убил моих родителей.

***

      Всё идет гладко. Слишком гладко. Он не сомневается в своих способностях: на этот раз подготовился досконально, ошибки не допустит. Станет гибридом несмотря ни на что. Однако ему всё ещё не дает покоя пару мыслей. И сейчас он намерен получить ответы.       Заходит в лофт недо охотника. И тут его встречает весьма красивый двойник. Девушка действительно была бы в его вкусе, если не одно но: она сорвала все его планы, заставив ждать целых пятьсот лет. И это непростительно. — Расскажи мне о ведьме Беннет. — С порога приказывает Катерине, известной сейчас как Кэтрин Пирс. Она заработала себе нехилую репутацию, бегая от него, но всё равно вернулась и посмотрела в глаза тому, кого страшилась все эти годы. Попытка откупиться могла бы сработать лет четыреста назад, но сейчас он чисто из принципа собирается заставить её страдать, причем самыми изощренными способами. — Всё что я знала сказала тебе. — Проговаривает Кэтрин, бегая по вампиру глазами, стараясь разобрать настроение и понять как себя вести. — Значит повтори всё ещё раз! — Подойдя практически впритык, нависая над сжавшейся девушкой. По глазами видно как страх овладевает ею, однако авторитет среди других не позволяет ей до конца потерять гордость. — Правду, Катерина. — Заглядывая в глаза так, что вампирша ещё сильнее сжимается, а переживание за жизнь отображается явно прошедшими по её телу мурашками. — Бабушка умерла. Она была знакома со Стефаном и помогла открыть гробницу. Умерла, не выдержав магии во время снятия заклятия. Мать бросила Бонни и уехала. Сама Беннет дружит с Еленой, Кэролайн, Стефаном и Дэймоном. — Начала тараторить, не смея оторвать взгляд, хотя безумно хотелось оказаться хотя бы в другой части комнаты, чтобы не видеть его. Но вместо этого, словно парализованная, Пирс стоит и, сглотнув, продолжает. — Стала колдовать в начале учебного года. Бабушка её наставляла, учила, пока не умерла. Сильная ведьмочка, но не настолько, чтобы меня убить. — Заканчивает, но под пытливым и недоверчивым взглядом нехотя добавляет. — Но, как по мне, они явно что-то задумали. Последнее время она посещала дом сожжённых ведьм, возможно они тоже пойдут против тебя. — Проговорив, на быстрой скорости садится на диван, от нервов сделав большой глоток бурбона. — Сила тысячи ведьм, я в курсе. — Кивает довольно, с ведьмой разобраться не составит труда и никакой новой информации не появилось. А вот... — Что ты знаешь о Британи Волкер? — Внимательно отслеживая реакцию. Пирс недоуменно отрывается от бутылки, смотря на него. — Волкер? Кто это? — Задаёт встречный вопрос, заставляя его хмуриться. Даже если в городе она ранее не появлялась, то как сверхъестественное Кэтрин должна её знать. — Неужели ты никогда не слышала это имя? — Недоверчиво так, испытывая. Однако Петрова становилась всё хмурее, явно не понимая о ком идёт речь. — В городе точно такой не припоминаю. Чем она тебя заинтересовала? — Теперь интерес и готовность прочитать чужую эмоцию были в глазах вампирши. — Возможно её придётся убить. — Всего-то отвечает Аларик обыденным тоном. — Но раз тебе о ней неизвестно, угрозы она не представляет. С этим можно повременить. — Добавляет, пресекая любые возможные вопросы, не давая даже рта раскрыть девушке. Подходит к барной стойке и берет бутылку бурбона. — Сейчас важнее избавиться от ведьмы Беннет. — Наливая в специальный стакан янтарную жидкость.       Оставляя так и не получившую ответов на свои вопросы Кэтрин, он удаляется в спальню, где повторяет запланированный ход событий завтрашнего дня, однако есть кое-что из-за чего все может пойти не по плану. Вернее из-за кого. Британи. Почему её сущность не даёт ему покоя? Не видит он в ней обычного человека и всё! Но при этом никаких существенных доказательств его правоты нет. И это настолько сильно раздражает, что руки невольно сжимаются в кулаки, а челюсть напрягается настолько сильно, что выступили желваки. И вот смерится ему бы с этим да и всё, а лучше просто убить её, чтобы лишний раз не думать, однако что-то не позволяет. Если она и правда не человек, тогда кто? А если человек, как она смогла зацепить? Наверняка у этой девушки есть много секретов, о которых он с превеликим удовольствием узнает. Это понимание немного успокоило его пыл, и всё же...       Британи Волкер, кто ты черт возьми такая?!