We'll hold off the flood tonight

— Покажи мне мою малышку, — говорит Уён, когда Ёсан отвечает на его видеовызов, даже не поздоровавшись. — Чувствую себя очень любимым и ценным, — ворчит Ёсан, на коленях подползая к краю дивана, на подлокотнике которого сидит Принцесса, осуждающе оглядывая комнату, но не глядя прямо на Ёсана. Он протягивает телефон так, чтобы Уён мог её видеть. — Привет, детка, — воркует Уён. — Ты такая хорошая. Прости, что оставил тебя с этим противным Ёсаном. Ёсан фыркает. — Мне стоило подумать дважды, прежде чем решить, что ты будешь добр ко мне, — говорит он, передвигаясь и ложась на диван, позволяя телефону упасть на пол. Уён возмущённо кричит, что не видит его. — Вернись, я хочу видеть твоё лицо. Он милый, и это срабатывает. Ёсан сдерживает улыбку, прежде чем снова поднять телефон, чтобы посмотреть на Уёна. — Как идут дела? — О, неплохо. Я скучал по маме. Приятно проводить с ней время. Оу, спасибо, что напомнил, она сказала, что хочет передать тебе привет. Мы можем пойти на кухню? — он спрашивает это так, будто не по телефону говорит. — Конечно, — фыркает Ёсан. Уён встаёт и начинает спускаться по лестнице на кухню. Его поджидал младший брат, который запрыгивает Уёну на спину и забирает телефон, болтая с Ёсаном. Ёсан хорошо видит ухмылку Уёна. Его неподдельное счастье согревает Ёсана. Он скучает по нему, но в восторге от того, насколько счастливым он выглядит со своей семьёй. Его мама хочет получить полный отчёт о жизни Ёсана, и это мило. Она всегда так мила с ним. Иногда она комментирует его посты в инстаграме, говорит ему, какой он красивый, или что у него талант к фотографии, или что он очень хорошо справляется с огромной сложностью (Уёном). Ёсан любит её. Он грустит или чувствует, что скучает по ней, хотя она и не его мама. Он увидит её в августе, когда он, Уён и Сан поедут на свадьбу старшего брата Уёна. Это совсем иное, думает он, зная, как она любит Сана. Они собирались просто созвониться по-быстрому, но он счастлив и вполне удовлетворён, когда звонок длится почти час, и почти всё время в кухне семьи Уёна, с его мамой и братом. — Хорошего ужина, Ёсан-а, — говорит она ему. — Съешь что-нибудь сытное, пожалуйста. Прямая и личная просьба действует на него лучше, чем любые упрёки. Он наклоняет голову: — Да, обязательно. — Закажи что-нибудь, — говорит ему Уён, со ртом, полным мандарина, который его младший брат очистил и засунул прямо в рот Уёна. — Ты всегда можешь остаться на ночь, ты же знаешь. Принцесса будет счастлива. — Эта сварливая кошка? — говорит Ёсан, притворяясь, что не верит, но он знает, что Уён прав. Принцессе всегда требуется некоторое время, чтобы привыкнуть к его присутствию, но через несколько часов она неизбежно окажется на его коленях. — Сегодня не могу, но, может, на этой неделе. Уён улыбается и смотрит на него долгим взглядом, с открытой нежностью, который, когда Ёсан впервые увидел направленным на себя, пронзил ту часть его сердца, о которой он не знал; настолько чувственным. Это заставило его внутренне ёрзать, уязвляя осознанием, что его так открыто любят. В нем росло устойчивое, тёплое, гудящее желание. — Я поговорю с тобой позже, хорошо? — говорит Уён, когда его мама начинает готовить ужин. Когда Уён дома, они всегда делают это вместе. — Поговорим позже, — соглашается Ёсан. — Отправь фотографии Принцессы. — Конечно. Не дай Бог тебе забыть, как она выглядит, — улыбается он, поджимая внутрь кончики пальцев. — Именно, — решительно говорит Уён. Он подносит телефон слишком близко к лицу и целует воздух. Они прощаются, а затем Ёсан снова остаётся наедине с кошкой. Она прыгает со своего места на диван и умоляюще мяукает ему. — Ты права, — торжественно объявляет ей Ёсан. — Уже пора. Он кормит её обедом, и долго сидит, поглаживая её. Она может быть королевой, но она королева, которая жаждет внимания. Когда Ёсан уходит, то ловит себя на том, что прощается с ней, а когда закрывает и запирает дверь, то почти жалеет, что оставил её в пустой квартире.

. . .

Медленное течение недели Ёсана подчёркивает тот факт, что он домосед. Он ни с кем не виделся, и он понимает, что из недели в неделю единственный человек, с которым он встречается — это Уён, а если он и видит других друзей, то только из-за планов Уёна. Обычно он переписывается с Сонхва, а ещё их с Уёном общим другом — Юнхо, одним из его коллег; помимо этого, Ёсан – такой человек, который любит оставаться дома, в своих тихих уголках, и допоздна не спать, при этом спокойно функционируя на следующий день. Он приходит в квартиру Уёна через пару дней — через три дня после его отъезда — и обнаруживает другого человека, присевшего перед диваном и ласкающего Принцессу. Сначала Ёсан просто видит другого человека и напрягается; затем он видит, что другой человек — это Сан, и всё ещё напряжён. Его плечи приподнялись на полпути к ушам, а сердце заколотилось. — О! Ёсан-а, — Сан выпрямляется с яркой улыбкой в сторону Ёсана. Ёсан невольно кладёт руку на сердце. — Я напугал тебя? — спрашивает Сан. Его тон сожалеющий, но он все ещё улыбается. Он подходит к Ёсану и протягивает руки. Рефлексы Ёсана слишком медлительны, чтобы нормально ответить на объятия, но Сан все равно обнимает его. Он выше Ёсана, и щека Ёсана прижимается к его плечу. Он все ещё чувствует, что его сердце бьётся слишком быстро. Ему интересно, чувствует ли это Сан. — Напугал, — выдавливает он. Сан отпускает его, и он отступает. — Извини, я думал, сегодня мой день? Я, должно быть, перепутал. Сан качает головой. — Нет-нет, всё правильно. Я вчера забыл здесь наушники, просто заскочил, чтобы забрать их, — он делает паузу. — Извини. Я должен был написать тебе, что мог бы покормить кошку. — Нет, нет, всё в порядке, — говорит Ёсан. Он не знает, что делать и что говорить. Он неловко мешкает. Сан просто сидит на диване и пытается погладить Принцессу. Она уходит от него, но его это не смущает. Он смотрит на Ёсана. — Много времени прошло. Как у тебя дела? Ёсан понимает, что правильно было бы сесть, и он так и делает. Сан сидит посередине дивана, поэтому у Ёсана нет другого выбора, кроме как сесть рядом с ним. — У меня всё хорошо, — говорит он. — Как ты? — Я в порядке, — улыбается Сан. — Я слышал о твоём походе на той неделе. — О, Боже, — говорит Ёсан. Пару недель назад он отправился в поход с Юнхо в свободное от работы время. Было весело, но они попали под жестокий ливень. Он пришёл к Уёну после, промокший до нитки. Уён сказал ему, что он выглядит как Принцесса, когда он купает её. — Ты шутишь. Он смущён, но более того, ему любопытно. Откуда Сан знает эту историю. Они с Уёном разговаривают о Ёсане? Сан спрашивает о Ёсане? Одна только эта мысль заставляет его чувствовать себя виноватым. Ёсан не спрашивает о Сане. Он все ещё чувствует себя неловко и с Саном, и всем, что касается Сана. Иногда он думает, что это несправедливо, ведь они оба уже давно состоят в отношениях с Уёном, и Сан всегда прекрасен и всегда счастлив видеть Ёсана больше, чем можно понять. Сан смеётся. — Не шучу. Прости за смех. Ёсан покраснел, но махнул рукой в знак прощения. — Это было довольно забавно, когда я уже был в сухой одежде. И не злился на Уёна за то, что он смеялся надо мной. Это заставляет Сана снова рассмеяться. — Лучше бы ему хорошо заботиться о тебе. Это что-то абсолютно безобидное, сказанное в беседе между двумя людьми, встречающимися с одним и тем же человеком, которого оба хорошо знают. От этого живот Ёсана до сих пор сжимается от смущения. Сан такой милый, и Уён хорошо о нём заботится. Заботится о нём, разложенном на его кровати. — Эй, не хочешь остаться на ужин? — спрашивает Сан через некоторое время. — Я как раз собирался сегодня заказать доставку, но лучше поем с тобой. Его серьёзность снова заставляет сердце Ёсана гудеть от чего-то вроде смущения. Сан правда любит проводить с ним время? — Ага, — вдруг говорит он. — Звучит неплохо. Сан заказывает всё сам и отмахивается от попыток Ёсана заплатить хоть за что-то. Еду доставляют быстро, и они накрывают на стол. Ёсан наполняет два стакана воды для них обоих. Странно сидеть на этой кухне с кем-то, кроме Уёна, но Ёсан отмахивается от этого чувства. Сан, должно быть, думает о том же. — Моросит, — замечает Сан, проходя мимо окна. Ёсан пытается рассмотреть, но не уверен, что что-то правда надвигается. "О", отвечает он. После они приступают к еде, и, прежде чем они успевают прикончить хотя бы половину, насчёт дождя не остаётся никаких сомнений. Он с шумом стучит по крыше. Ёсан задаётся вопросом — накликал ли это он или Сан, когда говорили об их с Юнхо походе. — О господи, — бормочет он, просматривая прогноз погоды на своём телефоне. Мало того, что дождь будет идти вплоть до завтра – всю ночь, так ещё и надвигается гроза. Он поднимает хмурый взгляд, неосознанно устремляя его на Сана. Он зависает, уставившись на грудь Сана. Если бы он был здесь один, он бы просто остался на ночь. Уён совершенно ясно дал понять, что будет рад этому, и что Ёсан может воспользоваться его вещами или одеждой. Но здесь Сан. Сан, похоже, думает о том же, хотя его брови нахмурились от чего-то иного, куда проще беспокойства, когда глаза Ёсана наконец возвращаются к его лицу. Ёсан понимает, что таращился на его грудь, и мгновенно пытается выкинуть это из головы. — Лучше нам сегодня переночевать здесь, — говорит Сан. Его голос неожиданно приятен и твёрд. Очень по-сановски. — Нам обоим нет смысла выходить на улицу. Ёсан сглатывает и кивает. — Ты прав. Они прибирают остатки от ужина, и Ёсан пытается свыкнуться с мыслью о том, чтоб провести ночь с Саном. Он изо всех сил пытается не расстраиваться из-за того, что чувствует себя неловко, но правда в том, что они с Саном никогда не оставались вдвоём дольше, чем на пару минут. Каждый раз, когда они где-то вместе — это всегда потому, что Уён пригласил их обоих, и уже достаточно давно ситуация, когда Ёсан проводит время вместе с Уёном и вторым парнем Уёна, перестала казаться ужасно странной. Просто, он остался только со вторым парнем Уёна. С Уёном просто. Всегда так было. Он более тактильный, чем Ёсан, что означает, что Ёсану редко приходится беспокоиться о том, что он потеряет «связь». И Сан милый — почти до боли — факт, который Ёсан выучил с тех пор, как его сердце болело, наблюдая, как Уён влюбляется в кого-то ещё. И, думая об Уёне, рассказывающем Сану историю про поход, Ёсан задаётся вопросом — сложно ли Уёну оттого, что они с Саном так далеки. В его памяти есть разные моменты, когда Уён, слегка покрасневший от выпивки, выглядел таким, таким довольным от того, что Ёсан сидит с одной стороны от него, а Сан — с другой. Уён наблюдает, как они обнимаются, с улыбкой на лице — самой задумчивой, какую Ёсан когда-либо видел. Он постарается изо всех сил, решает он, ради Уёна. Он выйдет из этого пузыря, в котором живёт среди людей. — Хочешь посмотреть фильм, Сани-щи? — мягко спрашивает он. — Конечно, Ёсан-щи, — соглашается Сан с улыбкой, слишком широкой для того, чтоб быть простой вежливостью. Они садятся на диван. Обычно Уён всё выбирает, а Сан не решается что-то сделать, не спросив Ёсана, поэтому найти что-то к просмотру почти мучительно сложно. Сан указывает на «Тихоокеанский Рубеж», и Ёсан мягко проговаривает: — О, мне нравится. — Мне тоже, — говорит Сан, поэтому они смотрят это. В середине фильма он говорит: — Разве в этом нет ничего странно-романтического? — В связке для "Егеря"? — вопросительно мычит Ёсан. — Да. Возможность… стать частью друг друга на какое-то время. Ёсан краснеет от его слов. —Не знаю, — честно говорит он. — Может быть. Я думаю, что куда романтичнее узнавать все эти… эти мысли и воспоминания со временем, потому что вы доверяете друг другу. — Но в этом и есть смысл связки, верно? — Сан смотрит на него. — Доверие. Ёсан задумывается над этим. —Наверное, — думает он. — Я понимаю, если речь о братьях или об отце и сыне. Но эти люди – незнакомцы. Я не знаю, почему ты должен доверять кому-то, кого только что встретил, настолько, чтобы позволить ему узнать… абсолютно всё. — Ты прав, — сказал Сан, после видимой задумчивости. Несколько минут они оба молчат. — Мне нравится идея просто знать обо всём, — говорит Сан. Ёсану не нужно спрашивать, о чем тот говорит. — Тебя не пугает мысль, что кто-то знает о тебе всё? Все твои воспоминания и то, как работает твой мозг? — Ага, — признаёт Сан. — Но иногда меня пугает мысль, что ты никогда не сможешь полностью узнать кого-то, даже если они расскажут тебе каждую свою мысль. Это то, о чем Ёсан думал раньше, но не ожидал услышать от кого-то вслух, не ожидал от Сана. — Я думал о том же. Сан пересаживается на месте. Он поворачивается боком на диване, подтянув ноги к груди. — Но ты прав, — продолжает он. — Более романтично, когда люди делятся вещами, потому что они этого хотят. Доверять людям — это… я бы хотел… — он прерывает себя и качает головой — Чего? — спрашивает Ёсан. Он не может справиться с любопытством. Выражение лица Сана такое сосредоточенное. Он напряженно о чём-то думает. — Нет, неважно, — говорит Сан. — Просто… да. Я с тобой согласен. Он улыбается. Ёсан улыбается в ответ. Остаток фильма они смотрят в основном в тишине, за исключением того момента, когда Ёсан отлучается в туалет и настаивает на том, чтобы Сан не ставил фильм на паузу, и когда Сан немного всхлипывает о малыше кайдзю. Последнее и пугает, и вызывает у Ёсана симпатию. Когда все закончилось, они выключили телевизор, и всё, что слышит Ёсан, это низкий раскат грома. — Я посплю на диване, — говорит он, хотя еще не так поздно. Сейчас без четверти одиннадцать, что рановато и для обычной ночи, а уж тем более в пятницу. Сан выглядит удивленным. Он осторожно проговаривает: — Ты не обязан этого делать. Мы можем разделить кровать, она достаточно большая. Он прав. Ёсан знает, что он прав, и он также знает, что может отклонить предложение, если ему неудобно. Он думает, так это или нет. — Хорошо, — наконец говорит он. У них обоих здесь есть зубные щетки. Сан наносит зубную пасту на свою и смачивает ее, а затем ходит, проверяя, закрыта ли квартира и чисто ли на кухне, пока чистит зубы. Ёсан видит его в зеркале, идущего в спальню Уёна, чтобы вытащить что-нибудь удобное из его шкафа. Ёсан заканчивает чистить зубы и пропускает Сана, с надутыми щеками и ртом, набитым зубной пастой, и зубной щёткой, торчащей из сжатых губ. Ёсану это кажется странно-привлекательным. Сан милый. Он переодевается в мягкую рубашку Уёна, которую носил и прежде, и натягивает пижамные штаны. Сан выбрал только рубашку, а его боксеры прикрывают только верхнюю часть бёдер, поэтому, если Ёсан не будет осторожен с тем, куда смотрит, его глаза будут зациклены на ногах. Когда Сан заканчивает, Ёсан возвращается в ванную, чтобы умыться. У Уёна нет всех вещей, которыми он пользуется, но Ёсан не позволит одной ночи вне дома оставить его с прыщами на неделю. — Ты знал, что эта рубашка была моей? — спрашивает Сан из-под одеяла. Он натянул одеяло до подбородка, его голова — это все, что видно. Отлично. Никаких ног. Ёсан смотрит вниз. — Эта рубашка? Это просто мягкая, хорошо поношенная рубашка. Она лежит у Уёна в шкафу как минимум год, и Ёсан уже не раз надевал её раньше. — Да. Я оставил её здесь, потому что ему понравилось, насколько она мягкая. Думаю, тебе тоже, — Сан улыбается, но Ёсан краснеет. — Да, и мне тоже. Он ложится в постель рядом с Саном. Он смотрит на свой телефон. Всего двадцать три процента, и у него нет с собой зарядки. Он достаточно хорошо знает Уёна, чтобы знать, что у него есть только одна, и он забрал её с собой. Сан держит свой телефон, подключенный к собственному заряднику. — Хочешь, я включу твой? Мой уже зарядился. — О, — Ёсан смотрит на него. — Если ты не против, да. Спасибо. Он передает Сану свой телефон, Сан подключает его и кладёт на тумбочку. Ёсан откидывается на подушки и пытается не чувствовать себя странно из-за того, что находится в постели Уёна с кем-то, кто не Уён. Он всегда спит на этой стороне кровати. Сан тоже спит на этой стороне кровати? Лёг ли он на стороне Уёна, чтобы Ёсану осталось привычное место? Принцесса прерывает его мысли, с мурчанием запрыгивая на кровать. Он не знал, что она была в комнате, и немного вздрагивает, а после говорит: — О, привет. — Мой лучший друг здесь, — говорит Сан радостным голосом. Принцесса ходит по его бедрам и торсу, и Сан гладит ее. — Здравствуй, друг. Ты пришла к нам спать? То, как Сан разговаривает с ней, слишком мило. Ёсан не может перестать смотреть. Когда она, наконец, успокаивается после нескольких минут ходьбы по ним обоим и выпрашивания поглаживаний, то оказывается прямо у подушек и прямо между ними. Это мило, неожиданно более интимно и по-домашнему, чем Ёсан чувствовал сегодня вечером или вообще когда-либо чувствовал себя с Саном. Сан выключает прикроватную лампу. — Спокойной ночи, Ёсан-а. — Спокойной ночи, — бормочет в ответ Ёсан, повернувшись всем телом к Сану и Принцессе. Он ожидает, что будет лежать без сна какое-то время. Так происходит каждый раз, когда он не дома, и даже когда он здесь с Уёном. Но он засыпает под барабанящий дождь, низкие раскаты грома и дыхание Сана. . . . Когда Ёсан просыпается посреди ночи, в кромешной тьме, всё, что он знает, это то, что он находится в постели Уёна и что с ним кто-то спит. Гром шумит через несколько мгновений после каждой вспышки молнии. Ёсан отдаленно понимает, что разбудило его — сильный раскат грома бесцеремонно вырвал его из сна. Человек рядом с ним шевелится, дыхание становится неровным от бодрствования. И Ёсан знает эту кровать, и мягкую рубашку, которую он носит, и даже звук потолочного вентилятора в этой комнате. Он знает — он должен — тело человека, лежащего с ним в постели. Он тянется вперёд. Он хочет, чтобы его обняли. Посреди ночи идёт дождь и гремит гром, и нет более подходящего времени, чтобы обняться. Он обхватывает рукой теплую талию. Тело движется ближе к нему, и грудь, твердая и широкая, прижимается к его. Дыхание длинного нежного вздоха касается его губ, и Ёсан наклоняет голову для поцелуя. Его встречает хриплый звук удивления, но рот, к которому он прижался, открывается без всякой подсказки, губы приоткрываются для сладкого движения. Они прижаты друг к другу, тело к телу, рот к рту. Это странно и забавно, потому что через несколько мгновений Ёсан понимает, что целует Сана. Он понимает это отдаленно, туманно. Ему кажется, что его тело окутано дождем, громом и теплом. «Он проснулся, — думает он, — но, возможно, не полностью». Пока Сан не издает низкое, гортанное: — Ёсан-а. Ёсан отшатывается. Он возвращается в свое тело, словно просыпаясь. — Мне так жаль, — говорит он, вздохнув. — Нет, все нормально. Одна рука Ёсана лежит на кровати, и Сан кладет на нее свою. Это мало что делает, чтобы удержать Ёсана на месте. Если бы он хотел двигаться, он мог бы, но он позволяет Сану держать его там. — Мне очень жаль, — снова говорит Ёсан. — Я… я просто был в полудреме, и мне хотелось, чтобы меня обняли, и я… — Эй. Нет, — Сан коротко касается его щеки. — Все в порядке. — Боже мой, — выдыхает Ёсан. — Все в порядке, — снова говорит Сан. Ёсан наконец начинает его слушать. — Эй. Мы встречаемся с одним и тем же человеком. Совсем не странно, если мы поцелуемся. Звучит правдиво. Ёсан расслабляется в постели. — Хорошо, да. В комнате очень темно, и он едва может видеть Сана достаточно хорошо, чтобы сказать, что тот улыбается. — Ты хочешь сделать это снова? — спрашивает Сан. Ёсан издает смущенный, горловой звук. — Сан-а, — шепчет он, отчитывая. Сан хихикает. —Я серьёзно, — он скользит ближе, затем обнимает Ёсана за талию. — Ты сказал, что хочешь, чтобы тебя обняли, — говорит он, приближаясь ко рту Ёсана. — Могу я тебя подержать? — Да, — говорит Ёсан, и Сан притягивает его ближе. Прежде чем он успевает остановиться, он спрашивает: — Ты действительно хочешь поцеловаться? — Да, — говорит Сан. — Ты так хорош, детка. Его голос хриплый из-за сна, и он звучит из «груди». Он назвал Ёсана деткой. — Ты тоже хорош, — шепчет Ёсан. Он чувствует, как кровь пульсирует в ушах. Он действительно хочет, чтобы Сан снова поцеловал его. И Сан целует. Ёсан встречался с парой девушек до своего первого парня. Он целовал их. Обычно это было что-то короткое, а когда не было, то медленное и приятное, но не захватывающее. Первого парня, которого он поцеловал, звали Ёнджун, и когда они впервые целовались в постели, Ёсан впервые понял, что поцелуи могут быть такими. Он не знал, что от поцелуев у него в животе может разлиться тепло, пока не почувствовал, что оно выливается из него и неумолимо. Он не знал, что может быть настолько близко к другому телу, насколько физически возможно, и все еще хочет быть ближе. Ёсан чувствует это все время, с Уёном, а теперь он чувствует это с Саном. Сан поднимает ногу и обхватывает Ёсана за талию. Ёсан представляет, как Сан тоже хочет, чтобы его тело было ближе, и вздрагивает. Рот Сана горячий, скользкий. Его язык исследует рот Ёсана медленными, ленивыми движениями по чувствительной коже на внутренней стороне губ, по его собственному языку. Его зубы скользят по губе Ёсана, втягивая ее в рот и дразня, мягче, чем то, как кусает Уён. Ёсан весь закутанный и в тепле, тело покалывает от прикосновений Сана, рук Сана на нем, рот Сана на нем. Затем Сан опускает губы и целует его в шею. Его губы скользят по нему, сосут его. Он движется вверх, ближе к линии шеи Ёсана и его челюсти. Всасывание посылает что-то теплое и покалывающее вниз по его позвоночнику, вниз в желудок. — Сан-а, — говорит он, отстраняясь. Его дыхание слишком поверхностное и слишком быстрое. — Эм, я думаю… Ему нужно остановиться. Сладкое, пьянящее тепло окутывает его тело. И ему становится тесно. И целоваться с Саном — это одно, а заниматься сексом с Саном — совсем другое. Сан не заставляет его объяснять. Возможно, он чувствует то же самое. — Я буду держать тебя, — снова говорит он. — Перевернись. Дыхание Ёсана начинает выравниваться. Он переворачивается. Сан устраивается позади него. Рука обхватила его за талию, прижалась к животу. Он оставляет поцелуй на затылке, такой сладкий и такой несоответствующий тому, как он сосал его всего несколько минут назад. В течение минуты он все еще напряжен, должно быть из-за адреналина. Думает, возможно, он не сможет снова уснуть. — Засыпай, — шепчет Сан, как будто он может читать мысли Ёсана. — Хорошо, — отвечает Ёсан. Он заставляет свои мышцы расслабиться. И засыпает. . . . Утром Сан просыпается раньше него, но ровно настолько, чтобы Ёсан просыпался от рук, покидающих его, и тела, выскальзывающего из постели. На этот раз, словно предупрежденный прошлой ночью, Ёсан сразу же осознает тот факт, что Сан держал его. Он напрягается, затем пытается расслабиться и надеется, что Сан не заметит, что он не спит. Дождь все еще идет, и сильно. Ёсан задается вопросом — притихла ли она хоть немного. Когда Сан выходит из комнаты, Ёсан переворачивается на живот и лежит, уставившись в никуда. Он поцеловал Сана. Он позволил Сану подержать его. Он просто попросил Сана обнять себя. Его окутывает смущение. Ёсан никогда не был импульсивным. А это был очень импульсивный поступок. Он лежит и думает о том, что сказал Сан. Они встречаются с одним и тем же человеком — это не странно, если они поцелуются. Он прав — они полиаморны, могут целоваться и спать с другими людьми. Уён всегда говорил об этом так ясно. Он хочет, чтобы Ёсан делал то, что делает его счастливым, он просто хочет знать об этом. Ёсан не целовался и не спал ни с кем, кроме Уёна, за два года, что они были в таких отношениях. Он ничего не может сказать о Сане, но подозревает, что Сан не будет серьезно относиться ни к кому, кроме Уёна. Ему не нужно было разговаривать с Уёном — я поцеловал кого-то, или я хочу поцеловать кого-то, или есть еще кто-то, с кем я хочу встречаться. Мысли об этом не приносят ему облегчения, поэтому, наконец, он поднимается с кровати. Прежде чем покинуть спальню, он переодевается во вчерашние джинсы, а затем берет свежую рубашку из ящиков Уёна. Он подумывал оставить то, что на нем, но после того, как Сан сказал ему, что это его, и несколько часов спустя обнял его, он решил, что будет лучше измениться. — Доброе утро, — улыбается Сан, когда он входит на кухню. Он ест тосты с джемом, которые Уён всегда хранит. — Доброе утро. Ёсан сначала идет за чашкой воды, затем кладет себе в тостер немного хлеба. Он идет варить кофе — он и Уён оба пьют его, но он знает, что Сан не пьет — и издает звук удивления, когда понимает, что уже есть свежеприготовленный. — Ты сделал это? — спрашивает он Сана. — Да. Я знаю, что ты его пьешь. — Спасибо, — говорит Ёсан. Он наливает чашку и садится напротив Сана. — Хорошо спалось? — спрашивает Сан. — Да, — говорит Ёсан. — А тебе? Сан улыбается. — Ммм. Боже. Он никогда не перестает быть таким милым и слишком открытым во всем. А он так явно думает о поцелуях. Сан продолжает. — Мне было немного жарко, — признается он. — Но я лучше сплю, обнимаясь. Ну, конечно. Щеки Ёсана должно быть горят. Он засовывает кусок тоста в рот. — Сан-а, — нерешительно говорит Ёсан, почти покончив со своим завтраком. — Могу ли я попросить об одолжении? — Он думал об этом, но все еще боялся спросить об этом. — Конечно. Ёсан откашливается и выпрямляется. — Гм. Я не… очень хочу рассказывать Уёну о прошлой ночи. Сан выглядит встревоженным. — Что? Ты имеешь в виду, что мы целовались? Он должен знать, Ёсан. — О Боже, нет, — торопится сказать Ёсан. — Я не пытаюсь сказать, что хочу сохранить это в секрете. Я просто подумал, может быть, ты ему скажешь. От его слов Сан расслабляется. — О, — он явно обдумывает просьбу. — Да, я могу ему сказать. — Хорошо, спасибо, — облегчение Ёсана смешивается с легким смущением от того, что он попросил об этом Сана. — Конечно. Ёсан моет посуду, когда его телефон начинает издавать звук видеозвонка. У него мокрые руки, поэтому он смотрит на Сана, все еще сидящего за столом. — Это Уён? Сан вытягивает шею, чтобы посмотреть. — Да. — Можешь ответить? Сан делает это с ухмылкой. — Уён-а, — говорит он тем же высоким голосом, как бывает, когда он счастлив. — Сани! — слышен удивленный голос Уёна. Ёсан слышит, как он возится, а затем Сан говорит: — Ты проверяешь, кому ты звонил? Ёсану. Он прямо здесь. Он держит телефон, поворачивая камеру, чтобы был виден Ёсан. Он поднимает одну из своих мокрых рук, чтобы помахать. Уён радостно смеется. — Да. Не то чтобы я не рад тебя видеть. — Да, да, — говорит Сан. У него плохо получается изображать равнодушие. — Итак, что происходит? Вы оба заняли мой дом? Уён удивительно невозмутим, думает Ёсан. Разве для него не так же странно, что они вместе, как для Ёсана, быть здесь с Саном? Сан рассказывает ему историю о том, как он был здесь, когда прибыл Ёсан, а затем начался шторм. Он оживлен и беззаботен. Ёсан задается вопросом, собирается ли он рассказать Уёну о поцелуе прямо сейчас, а это не то, что он имел в виду, когда просил Сана сделать это. Он испытывает облегчение, когда Сан переходит к сегодняшнему утру. — Дождь все еще идет, но я пока не слышал грома. После нескольких минут разговора Уён просит показать кошку. Сан берет телефон Ёсана в гостиную и по пути останавливается, чтобы бросить на Ёсана многозначительный взгляд. Необъяснимым образом Ёсан понимает. Сан собирается сейчас рассказать Уёну. — Я собираюсь быстро принять душ, — быстро говорит он. — Надеюсь, ты не против. — Сан составит мне компанию, — говорит Уён. Ёсан убегает в ванную. Он задается вопросом, на мгновение, что делать. У него нет телефона, чтобы отвлечься. Поэтому он принимает душ. Он принимает душ, который в других обстоятельствах был бы роскошно долгим. У Уёна хороший душ и очень приятно пахнущее мыло. Ему нравится обнимать Ёсана и нюхать его после того, как он принимает здесь душ. Он безжалостно гладит его по всему телу и заставляет его смеяться. Когда он выходит, дождь действительно стихает. Сан сидит в гостиной, гладит Принцессу и выглядит отсутствующим. Он видит Ёсана и берет телефон с подушки рядом с ним, протягивая его. — Он должен был уйти. Он сказал, что любит тебя. — О, — Ёсан краснеет. Люблю тебя, произнесенная Саном, была не тем, чего он ожидал от этого разговора. — Спасибо. Сан улыбается ему с намеком на беспокойство. — Ты в порядке? Он не расстроен. Ёсан вообще не думал, что Уён расстроится. Он кивает. Именно тогда за окном громко гремит. Сан похлопывает по дивану, жестом приглашая Ёсана сесть. Он так делает. Некоторое время они вдвоем просто сидят в тишине, листая свои телефоны. Только после полудня Ёсан идет домой. Сан говорит ему, что собирается остаться на некоторое время, достаточно долго, чтобы продержать Принцессу до возвращения Уёна завтра. Так, что Ёсан выходит один в очень сырой мир. Небо серое, но, по крайней мере, сейчас ничего не капает. По дороге домой он вспоминает, что Сан сказал ему после разговора с Уёном: он сказал, что любит тебя. Он вытаскивает свой телефон, чтобы написать ему: я тоже тебя люблю. Уён отвечает почти сразу. Скучаю!!! Приходи завтра вечером. Ёсан собирается ответить, когда приходит еще одно сообщение. Тогда мы можем поговорить. А потом еще одно сообщение. 💋💋 . . . — Итак. Ёсан поднимает взгляд. Его ноги переплелись с ногами Уёна на диване. Уён держит одну из его икр обеими руками и массирует ее пальцами. Ёсан не уверен, почему он это делает. Он не просил об этом. Но это приятно, поэтому он не возражает. — Ты и Сан поцеловались. Он знает, что краснеет. Уён знает, что тот краснеет. Нет смысла даже пытаться это скрыть. — Да. Ёсан ожидает, что его будут дразнить, но Уён просто кивает. — Сан думал, ты беспокоишься, что я расстроюсь. — Я не беспокоился, — говорит Ёсан. Он никогда не думал, что Уён расстроится. — Да. Я так и думал. Я подумал, может быть, ты смущен. Уён громкий, забавный и веселый, он дразнит и цепляется. Он также видит почти все, и когда он видит вещи, он обычно знает, что они собой представляют. Ёсану пришлось привыкнуть к этому — Уён обычно может прочитать его с помощью нескольких слов или вообще без слов. В этом есть свои пороки и достоинства. — Да, я немного смущен, — соглашается Ёсан. — Хорошо, — пальцы Уёна снова впиваются в его икру, и на этот раз щекотно. Ёсан дергается и скулит, а Уён улыбается, когда спрашивает: — Ты хотел поцеловать его? — Да. — Ты знаешь, что это нормально, да? — Я знаю, — Ёсан стонет. — Я знаю, что мне не следует смущаться, но я смущаюсь. Я разберусь с этим. Все хорошо. Уён выглядит так, будто физически сдерживается от продолжения разговора. — Серьезно, — говорит Ёсан. — Я разберусь с этим. Если я захочу об этом поговорить, я скажу. Уён не выглядит полностью убежденным, но смягчается. Он включает драму, за которой они вместе следят. — Посмотрим, какие неприятности навлекли на себя эти придурки на этот раз. Он изменяет их положение и заставляет Ёсана прислониться к нему. Ёсан расслабляется. Его голова падает на плечо Уёна. . . . Кофейня почти пуста, когда входит Ёсан. Несколько рассеянных людей работают с ноутбуками, за столом сидят две мамы, одна из них покачивает коляску ногой взад-вперед, пока разговаривает со своей подругой. Ёнджун поднимает глаза и опирается руками о стойку, когда подходит Ёсан. — Возвращение блудного сына. — Что за клише? Ёнджун невозмутимо пожимает плечами в ответ на критику. — Я забыл, что был зол на тебя за то, что ты пренебрегал мной, — он выпрямляется. — Что ты пьешь? Прежде чем он успевает сдерживаться, Ёсан морщит нос. Все напитки в меню очень дорогие. Ёнджун фыркает. — Надо что-нибудь выпить. Я сделаю тебе скидку. — Ёнджун-а, — Ёсан хватается за сердце. — Ты будешь латте. Ёсан хотел чего-нибудь молочного, но это один из самых дешевых напитков, кроме черного кофе, так что он не спорит. Спокойно, как он и надеялся. Ёсан занимает одно из мест за стойкой. — Итак, я хотел спросить тебя кое о чем. Ёнджун поднимает взгляд. — Ты пришел сюда за моим советом? — Не будь дерзким, — говорит Ёсан. — Если бы мне нужен был совет, я бы пошел к Сонхва. Ёнджун фыркает. Он наполняет свой маленький металлический «кувшин» молоком и пропаривает его. Слишком громко, чтобы говорить во время этого процесса, поэтому Ёсан просто смотрит на него. — В чем дело? — спрашивает Ёнджун, осторожно наливая. Латте выходит в форме сердца. — Это мило. — Пожалуйста, не критикуй моё искусство. — Ты когда-нибудь думал о том, чтобы снова переспать со мной? Ёнджун смотрит на него с широко распахнутыми от удивления глазами. Он быстро приходит в себя. — Ты знаешь, у меня есть правило не принимать предложения, которые я получаю во время работы. Ёсан фыркает. — Я не предлагаю тебе, Боже. Я имею в виду, ты думал об этом? Ты знаешь, какие у меня отношения. И мы уже спали вместе раньше. — Я не могу сказать, что думал об этом, — медленно говорит Ёнджун. Он снова опирается на стойку. — Сказал бы я «да», если бы ты спросил? Наверное. Я не думаю, что сам бы до этого додумался. Я знаю, что у вас открытые отношения, но я бы не стал серьезно об этом думать, если бы ты не поднял этот вопрос, потому что ты такой… — он умолкает. — Какой? — Ёсан обнаруживает, что его поза уже стала оборонительной, и заставляет себя расслабиться. — Ну, как бы… Привязан к Уёну, — на мгновение они оба смотрят друг на друга. Ёнджун спрашивает: — Ты вообще хочешь быть с другими людьми? — Нет, — говорит Ёсан. Это немедленное, твёрдое нет. Затем он говорит: — Сан и я поцеловались. — О, — тон Ёнджуна удивлен, но затем он пожимает плечами, как будто в этом есть смысл. — Хм. — Я чувствую себя очень странно из-за этого. — Уёну это не понравилось? — Он не против. Более чем не против. Ёсан не говорит Ёнджуну, что ему интересно, может быть, Уёну действительно нравится идея, что он и Сан вместе. — Просто эти отношения у нас… уже два года. Боюсь, что баланс нарушен. Ёнджун мысленно мычит. Вопрос, который он задает, не соответствует ожиданиям Ёсана. — Тебе нравится Сан? То, что он задал этот вопрос вслух, раздражает его, но это также заставляет его понять, что он сам обходил этот вопрос. Ему нравится Сан? Он думает, что Сан очень милый и хороший. Он думает, что когда он может заставить себя расслабиться, ему нравится проводить время с Саном, и с ним легко чувствовать себя комфортно. Он думает, что Сану легко проявлять любовь, и он всегда был таким, и ему нравится, что Сан никогда не стесняется обнимать его. Ему нравится Сан? Он не знает. Если нет, он думает, что, наверное, мог бы. — Я не знаю, — говорит он, останавливаясь на этом как на ответе на вопрос Ёнджуна. — На самом деле я его редко вижу. — Приближается его день рождения, — напоминает ему Ёнджун. — Ты идешь на его вечеринку? . . . Ёсан забыл, но он идет на вечеринку. Он приходит с Уёном, а это значит, что рано. Сан приветствует их обоих, как всегда, объятиями. Сначала Уёна, затем Ёсана. Его сжатие крепкое. — С днем рождения, Сан-а, — тихо говорит Ёсан в отличие от громкого визга Уёна. — Спасибо, — Сан сияет. Он целует Ёсана в щеку и отпускает. Ёсан рад, когда Ёнджун приходит туда. Он слишком полагается на Уёна в общественных местах, но он может присоединиться к Ёнджуну на вечер и позволить Уёну пойти к своему парню, отпраздновать день рождение. Он не собирается отмахиваться от Сана. Это день Сана, и Ёсан в основном думает, что должен отпустить Уёна к нему. Сан пытается позвать его, когда они садятся за еду, сесть с ним и Уёном. И Ёсан пытается быть любезным и пытается уступить все внимание Уёна Сану, поэтому вместо этого он сидит с Ёнджуном. Точно так же он остается в стороне во время ужина. Через некоторое время Уён подходит к нему. — Эй, детка, позволь мне поговорить с тобой кое о чем. — О, — Ёсан смотрит на него. — Хорошо. Ёнджун встает. — Я собираюсь воспользоваться ванной, — он машет им своим телефоном. Уён машет ему рукой, а затем снова поворачивается к Ёсану. — Эй. Я знаю, что Сан мой парень, а не твой, но я думаю, что его чувства немного задеты из-за того, что ты не проводишь с нами время. — О, — снова говорит Ёсан. — Боже, прости. Он в тревоге ищет Сана, но Сан разговаривает с кем-то, повернувшись к ним спиной. — Что-то случилось? — спрашивает Уён. — Ты не должен, если тебе неудобно. Он просто беспокоится, что ты думаешь, что вы, ребята, не друзья. Ёсан сразу чувствует себя плохо. — Мы друзья, — говорит он печальным голосом. Они друзья. Они друзья, у которых один и тот же парень, и они также поцеловались меньше двух недель назад. — Я возьму нам еще пару напитков. Пойдёшь со мной? Ёсан идёт. На секунду он задается вопросом, бросает ли он Ёнджуна, но отмахивается от этого. Ёнджун может справиться сам. Сан счастливо улыбается, когда оборачивается и видит их там с напитками. — Привет! — Привет! — Ёсан здоровается в ответ. — У нас есть мороженое, верно? — Конечно, есть, — говорит Уён, скользя руками по бедрам Сана. — Я принесу тебе немного. Он оставляет их с напитками, и Сан тянет Ёсана, чтобы тот сел с ним. — Ты в порядке? — Сан тихо спрашивает Ёсана, когда они сидят вместе. — Да, у меня все хорошо, — Ёсан поджимает губы в улыбке, надеясь выглядеть бодро. — Ты хорошо празднуешь день рождение? Сан чуть приближается к нему. — Тебе всё ещё неловко из-за поцелуя? Ёсан отводит взгляд, затем снова смотрит на Сана. — Совсем немного. Мне жаль. Сан качает головой, но слегка улыбается. — Это не твоя вина. Я хочу сказать тебе, чтобы ты не чувствовал неловкость, но я знаю, что это на самом деле не поможет, — он обнимает Ёсана. — Но ведь мы же друзья, верно? — Конечно, друзья, — бормочет Ёсан. Он смотрит на Сана. Рука Сана скользит вверх от плеча Ёсана к его шее. На мгновение сердце Ёсана колотится, и ему кажется, что его вот-вот поцелуют. Сан отпускает его. — Хорошо. Ёсан понимает, что он не дышал. Он заставляет себя расслабиться, перевести дух. Конечно, Сан не собирался его целовать. Уён возвращается с мороженым. Он настаивает на том, чтобы накормить Сана. Они держат Ёсана рядом до конца вечеринки, и он с удивлением обнаруживает, что совсем не чувствует себя не в своей тарелке. Сан напился, понимает Ёсан, когда они доедают мороженое. Сан обнимает их обоих и покачивает без музыки. — Как ты себя чувствуешь, Сани-ши? — с улыбкой спрашивает Ёсан. — Очень хорошо, — Сан опускает голову на плечо Ёсана. — Немного сонный. Уён смеётся. — Мой «лёгкий» малыш. — Поскольку я такой легкий, ты можешь отнести меня домой, — Сан сияет, когда Уён смеется над этим громче. Его голова поднимается с плеч Ёсана, и он отпускает их обоих. Ёсан знал, что сегодня Сан и Уён проведут ночь вместе, но этот факт становится для него очень реальным, когда ему приходится расстаться с ними. Он даже не ревнует, как боялся, когда Уён впервые попросил их подумать о том, чтобы чаще встречаться с ним вместе. Это просто странно. Он чувствует себя странно. Такое ощущение, что он хочет чего-то, чего он не может понять. Он желает им обоим спокойной ночи. Сан крепко сжимает его, целует в щеку и говорит, что рад, что тот пришел. Когда Ёсан добирается до квартиры Уёна, он совершенно не удивляется, обнаружив, что Уён не готов идти. Сан впускает его, и они вдвоем ждут его вместе. Они болтают, когда Уён жалуется на то, что пока он собирает вещи, они просто сидят там, пока он страдает. Проходит почти час, когда он, наконец, готов к работе, чемодан набит подарками для обоих братьев и одеждой к свадьбе. — Ладно, поехали, — говорит он им, когда закончил, как будто они ждали не его. Сан и Ёсан переглядываются. Поездка в дом семьи Уёна достаточно длинная, чтобы Ёсан немного задумался. Он делает это не специально. Он даже не так волнуется. Он был в семье Уёна раньше только с Уёном, и он видел маму Уёна с Саном и Уёном раньше, когда она навещала их в Сеуле, но есть что-то, что кажется почти запретным в посещении семьи своего парня с другим парнем своего парня, даже если на практике это более чем нормально. А дальше практический вопрос. Где они собираются спать? Они не могут все делить детскую постель Уёна. Уён и Ёсан едва помещаются вместе. А вдруг они разделятся? Ёсан будет один? Он не заставит Сана оставаться в одиночестве. Он слышит голос Сана в своей голове: «Я лучше сплю в объятиях». Он отмахивается от этого. Они приходят незадолго до ужина. Мама Уёна очень рада всех их видеть. От этого Ёсану становится тепло, он доволен тем, что за него беспокоятся. Он смотрит на Сана, пока Уён и его мама сладко ворчат и ссорятся, и видит, что он выглядит почти так же, как и Ёсан. Уён настаивает на том, чтобы помочь приготовить ужин, хотя он только что пришел, и Сан и Ёсан следуют его примеру. Он и его мама инструктируют их, и Ёсан не может быть уверен, насколько они на самом деле полезны. Старший брат Уёна и его невеста сегодня ужинают дома. Ёсан помнит, что завтра у них много дел, и что сегодня последний день спокойствия перед свадьбой. Он и Сан будут предоставлены сами себе весь завтрашний день. После того, как они занялись кухней, чтобы помыть посуду, они садятся за стол и играют в игры с младшим братом Уёна, чтобы его мама могла провести вечер с парой. — Она боится, что он никогда не придет и не позвонит ей, — признается Уён. Стул его младшего брата придвинут прямо к его собственному; Уён смотрит на свои карты и показывает ему одну. Он продолжает выигрывать по стратегии Уёна. Сан и Ёсан каждый раз терпят драматические поражения. — Он так не поступит, — говорит Сан. — Вы, ребята, всегда были очень близки. Уён мычит в знак согласия. — Они оба любят мою маму. Я думаю, что она не знает, что делать, потому что один из ее детей женится, а другой собирается пойти в школу. Он щекочет своего младшего брата при этом. Это почти приводит к удару локтем по носу. — Она не беспокоится об этом из-за тебя, — говорит Сан. — Она всегда делает вид, что жалуется на то, как часто ты ей звонишь. Уён смеется. — Она не беспокоится, что я перестану приходить и звонить ей, и я привел ей больше мальчиков, о которых нужно заботиться. Ёсан улыбается. Ему интересно, знает ли мама Уёна, как сильно она ему нравится. Он любит ее. Он скучает по ней. После того, как младшего брата Уёна отправляют спать, они присоединяются к остальным за бокалом вина в гостиной. Братья Уёна знают о Сане и Ёсане почти столько же времени, сколько и его мама, сразу после того, как они оба начали встречаться с Уёном. Уён сказал, что невеста его брата знает, что они оба его бойфренды; они были представлены ранее, но Ёсан до сих пор не знает, понимают ли они это. В любом случае, мысль о том, что они не полностью понимают совместимость их троих, не имеет для него большого значения. Он чувствует себя здесь комфортно. Уён положил все их вещи в свою старую спальню, как только они пришли сюда. Они идут в комнату, и его мама стоит в дверях. — Твоя тетя приедет завтра днем. Она собирается остаться здесь на завтрашний вечер, но поселится в отеле с двоюродными братьями на свадьбу. Итак, вот что произойдет: сегодня ночью у них будет одна кровать и спальный мешок на троих. Завтра тетя Уёна будет спать в комнате его младшего брата, и его младший брат присоединится к ним здесь. После того, как она желает им спокойной ночи и исчезает, Уён смотрит на них с гримасой. — Извините, — говорит он. — Я не знал, что все соберутся. Он выдыхает. — Не беспокойся об этом, — говорит Сан. — Я буду спать на полу. — Нет, — говорит Ёсан слишком быстро. Он смущенно поджимает губы; он все еще думал о том, что Сан сказал об объятиях. — Я буду спать на полу. Уён встает и кладет руки на бедра. — Вы в гостях у меня дома, — твердо и серьезно говорит он. — Вы оба будете спать на кровати. — Потом пожимает плечами. — Я действительно мог бы спать на диване, если вы не возражаете против того, чтобы остаться здесь в одиночестве. Ёсан думает об этом: остаться один, чтобы снова делить постель с Саном. Он почти настаивает, что вместо этого будет спать на диване, но останавливается. Он пытается убедить себя, что это потому, что Уён обязательно скажет «нет», но правда, заключается в том, что образ себя одного в гостиной, в то время как Уён обнимает здесь Сана, заставляет его желудок делать странные вещи. Он позволяет Сану воспользоваться ванной, чтобы подготовиться ко сну, а затем проскальзывает внутрь, пока Сан переодевается. Когда он выходит, его ловит Уён. Уён прижимает его к стене. — Я иду спать, — почти шепотом говорит Уён, так близко к его губам. — Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, — отвечает Ёсан, и его рот все еще открыт, когда Уён целует его. Он на вкус как зубная паста. Ёсан задается вопросом, поцеловал ли он Сана только что на ночь. — Спи спокойно, — говорит ему Уён. Ёсан идет в спальню и закрывает дверь. Он ложится в постель с Саном, у которого одеяло надвинуто прямо под нос, как он делал это у Уёна. Он постукивает по телефону, но тут же убирает его и немного сонно потягивается. — Готов? По кивку Сана Ёсан выключает свет. Пару минут он лежит, уговаривая себя расслабиться. — Сан-а, — говорит он в темноту. — Хм? — Ты… ты обычно большая ложка? Сан переворачивается на бок, чтобы лучше рассмотреть Ёсана. — Что? — Я имею в виду. Хочешь меня обнять? — Спрашивая об этом, Ёсану становится жарко. Его лицо горит. Он откашливается. — Ты сказал мне, что лучше спишь, обнимаясь. Сан издает милый, тихий звук понимания. — О. Какое-то время он молчит. Затем он подбирается ближе к Ёсану и прижимается к нему сбоку, перекинув руку через живот. — На самом деле мне так нравится больше всего, — шепчет он. — Это нормально? — Да, — шепчет в ответ Ёсан. — Так мило, что ты запомнил. Он не знает, что на это сказать. Он продолжает: — Спокойной ночи, Сан-а. — И тебе, Ёсан-а. Ёсан какое-то время лежит без сна, прежде чем, наконец, заснуть. Ему как бы хочется перевернуться на бок. Но Сан ровно дышит ему в плечо, и Ёсан не может его разбудить. Он лежит неподвижно и в конце концов засыпает. Ёсан просыпается от громкого пения и от того, что на нем лежит что-то тяжёлое. — Нет, — стонет он, когда существо поднимается и он снова может дышать. — Пора просыпаться, — напевает голос Уёна, а затем более тихое: — Пора просыпаться! — От его младшего брата. Загорается свет, и Ёсан откатывается. Ему требуется секунда, чтобы понять, что он перевернулся к Сану. Сан чувствует его и просыпается. Он издает довольное мычание, а затем немного всхлипывает. Он обвивает рукой талию Ёсана. Уён воркует. — Малыши. Мы приготовили вам завтрак. — Пять минут, — стонет Сан. Ёсан полностью проснулся. Он полностью чувствует Сана, когда тот прижимается к нему, теплый, мягкий и сонный. Он не отстраняется. Не хочет. — Хорошо, пять минут, — говорит Уён. — Я вернусь через пять минут. — Я знаю, — бормочет Сан. Дверь закрывается, и Сан роняет голову на Ёсана. — Ты хорошо поспал? — спрашивает Сан. Ёсан мычит. — Ммм. Ты? — Да. На мгновение в комнате просто тишина. Затем Сан делает глубокий вдох и растягивает мышцы. Он отпускает Ёсана и садится. Ёсан перекатывается на спину. — Ты собираешься упустить свои драгоценные пять минут? Сан улыбается, опираясь на руки. — Я голоден. — Я тоже, — смеется Ёсан. Они встают. Ёсан натягивает футболку и джинсы, а затем следует за Саном из комнаты на кухню. — Это были быстрые пять минут, — говорит Уён, когда они входят. Он улыбается. Его младший брат ест кимчи боккимбап с яйцом сверху, и машет им рукой. Они садятся. — Мама и малыш скоро выходят, — говорит Уён, зачерпывая рис для них двоих. — У нас в городе так много родственников, что она старается проводить с ними как можно больше времени. Ёсан старательно сдерживает свою реакцию. — Во сколько ты должен уйти сегодня днем? — Не раньше половины второго, — с улыбкой говорит Уён. Ёсан смотрит на часы. Скоро будет девять; у них будет несколько часов только для них троих, прежде чем Уёну придется уйти. Он кивает. — Хорошо. Круто. Уён видит его насквозь, как всегда. Он слишком широко улыбается. — Ммм. Его мама заходит на кухню и приветствует их всех «с добрым утром». Она целует в щеку Уёна, когда он подает ей завтрак, затем целует в щеку Ёсана, когда она садится за стол рядом с ним. Она и младший брат Уёна выходят из дома примерно через полчаса, крича за спину: — Хорошего дня, милые мальчики! Уён вытягивает руки над головой. — Что вы хотите сделать? Мы могли бы выйти ненадолго. — Я хочу пойти куда-нибудь, — соглашается Сан. Уён выжидающе смотрит на Ёсана. Ёсан неоднозначно относится к тому, чтобы выйти или остаться дома. — Я готов к тому, что вы хотите. Он благодарен Уёну за то, что он верит ему на слово и не требует от него многого. — Хорошо. Пойдем, может, выпьем кофе, а потом погуляем до обеда? Сан-а, тебе все еще нужна новая пара обуви? — Да, — говорит Сан. — Я принес свои старые, но лучше возьму новую пару. Они выходят. Уён ведет их в кофейню, которую хорошо знает. — За счёт моей мамы, — говорит он с улыбкой, когда достает им напитки. — Она сказала мне обращаться с вами хорошо. Она пригрозила мне. Ёсан громко смеется, прикрывая рот рукой. — Ты врешь. — Нет, — Уён усмехается. — Она сказала мне позаботиться о вас обоих. К хихиканью Ёсана присоединился довольный Сан. Они сидят некоторое время с их кофе. Уён читает вслух безумные сообщения, которые старший брат присылает ему о том, как много нужно сделать сегодня. Он хихикает. Он продолжает отправлять голосовые сообщения в ответ, заверяя, что скоро будет там, чтобы помочь, и что он увидит его через несколько часов. Они ходят по магазинам. Они находят пару обуви, которая нужна Сану, а затем Ёсан смотрит на украшения, так много украшений. Он выбирает кольцо и пару серег, и когда Уён видит то, на что он смотрит, он берет их и настаивает на том, чтобы купить их для него. Ёсан скулит. Внутри тепло. — Надень его, — говорит Уён, когда они садятся обедать. Он передает Ёсану кольцо. Ёсан надевает. После обеда Уён возвращается с ними в дом. Он переодевается в красивый наряд. — Послушайте, — говорит он, подходя к гостиной, где они сидят. — В холодильнике есть еда, чтобы вы могли ее разогреть. Мама приготовила вчера. Я рекомендую съесть все это, чтобы она не могла сказать, что вы недостаточно едите, когда она вернётся. — Конечно, любовь моя, — ласково говорит Сан, запрокидывая голову для поцелуя. Ёсан не успевает отвести взгляд. Его щеки краснеют, глаза отведены. Уён опускается на сиденье рядом с ним. — Эй. Ёсан смотрит на него. Уён целует его в губы. — Увидимся позже, — говорит он, вставая и направляясь к двери. Он кричит за спиной: — Будьте хорошими! Ёсан подносит руки к щекам, пытаясь избавиться от румянца. Не то чтобы он никогда раньше не видел, как Сан и Уён целуются. Это чувствуется по-другому, может быть, потому, что сейчас он тоже поцеловал Сана. — Чем займёмся? — спрашивает Сан, вытягиваясь на диване. Он громко зевает, затем хихикает. — Вообще-то, я хочу вздремнуть. Теперь, когда Уён ушел, Ёсан понимает, что тоже хочет спать. — Хм. Да, звучит хорошо. Сан улыбается. — Ты присоединишься ко мне? Ёсан фыркает. — Я могу спать на диване. Улыбка Сана смягчается. Его глаза мечутся между глазами Ёсана. — Да, но я лучше сплю в объятиях, — говорит он чем-то вроде бормотания. — Хорошо, — говорит Ёсан. Они оба засыпают в старой кровати Уёна. Сан прижимается к Ёсану, как прошлой ночью. Ёсан «погружается» в него, и в конце концов, через полчаса или около того просыпается в большом тепле. — Сан-а, — бормочет он. — Я должен встать. Я сейчас расплавлюсь. Сан издает раздраженный горловой звук. Он утыкается лицом в шею Ёсана. Его нос трется о кожу. Ёсан старается не двигаться или слишком тяжело не дышать. Он чувствует себя странно незащищенным, уязвимым с лицом Сана на его шее. Его сердце колотится в грудной клетке. Непрошенный голос приходит ему в голову и говорит: «Тебе нравится Сан?» Он помнит, как Ёнджун спрашивал его об этом, и помнит, что не имел ответа. Теперь у него есть ответ. Ему нравится Сан? Да. Ему очень нравится Сан. Ему нравится Сан, свернувшийся у его тела, прижавшийся лицом к его шее. Ему нравится, когда Сан целует его и прикасается к нему. Ему становится тепло внутри, когда Сан рад его видеть, когда он обнимает Ёсана и не позволяет ему чувствовать себя неловко. Ему нравится интерес Сана к его жизни, и ему нравится проводить с ним время и слушать, что он хочет сказать. Ему нравится, как Сан любит Уёна. Ему нравится, как Сан любит Уёна. В конце концов он вырывается из рук Сана. — Я принесу воды. Хочешь немного? Сан стонет, когда Ёсан встает. — Я встаю. Они идут на прогулку, чтобы проснуться, а затем разогревают ужин, который мама Уёна оставила для них. Они едят, а потом садятся что-то вместе смотреть. Ёсан пытается заставить себя не волноваться о том, что он чувствует к Сану, но у него это не очень хорошо получается. Его мысли будут блуждать, чтобы поцеловать Сана в постели Уёна, пока бушует буря, и он разгорячится и покраснеет и попытается выкинуть это из головы. Это бесконечный цикл. Уён возвращается в середине вечера. — Привет, — кричит он нараспев. — Я принёс вам так много сладостей. Сан протягивает руки. — Самая главная сладость — это ты. Уён со смехом падает на диван между ними. — Вот, настоящие. Конфеты. Он протягивает Сану бумажный пакет, и Сан радостно лезет в него. Он разворачивает конфету и протягивает Ёсану. Ёсан пытается взять его. — Не-а, а-а-а, — говорит Сан. Он открывает рот в демонстрации. Лицо Ёсана пылает, но он открывает рот и позволяет Сану накормить его конфетой. — Похоже, у вас двоих был спокойный день, — говорит Уён. — Да, мы были сонные. — Мило, — говорит Уён. — Мама скоро вернется. Ребята, хотите чая или что-то в этом роде? — Чай — звучит неплохо, — соглашается Ёсан. Они идут на кухню за этим. Уён нагревает воду и массирует плечи Ёсана, пока тот сидит. Ёсан расслабляется от его прикосновений. У него в этот момент появляется желание, чтобы все трое поместились на кровати в старой комнате Уёна. Не то чтобы он не хотел спать с Уёном, он хотел, чтобы они все могли спать вместе. Он встряхивается. Мама Уёна вернулась домой и принесла им еще больше сладостей. Сан ловит взгляд Ёсана с легким смятением, что заставляет Ёсана смеяться про себя. По крайней мере, в такие времена его пристрастие к сладкому может поддерживать его. После того, как они допивают чай и съедают приемлемое количество сладостей, их всех выгоняют из кухни мама Уёна и его тётя. — Идите спать, все вы, — говорит его мама. — У нас завтра напряженный день, и у взрослых здесь есть дела. Уён фыркает, и они с мамой немного «любовно препираются». Увидеть, как они делают это впервые, для Ёсана было откровением: вот в кого Уён такой. Он так похож на свою маму, и так очевидно, насколько важны их отношения. Его мама целует головы всех мальчиков (младший брат Уёна наклоняется со своего заявленного места на плечах Сана) и отправляет их, шлепая Уёна по заднице. — Я почти уверен, что они готовят еду на завтрашний день, — признается Уён, пока Сан и Ёсан чистят зубы, Сан ходит по спальне, а Ёсан стоит перед раковиной. — Вы думаете, они дадут мне пинок, если я попытаюсь помочь? — Да, — одновременно говорят Сан и Ёсан. Уён смеётся. — Вы так хорошо знаете мою маму. Ёсан и Сан, перешептываясь и переглядываясь, решают уложить Уёна сегодня спать на кровати. — У тебя завтра трудный день, — говорит Сан в защиту. — Вы оба должны спать в кровати. — Вы гости в моем доме! И вы оба тоже будете там весь день. Сан пренебрежительно машет рукой. — Да, но нам не нужно ничего делать до самой свадьбы. Мы можем вздремнуть в любой момент. Уён смотрит на Ёсана, чтобы посмотреть, не передумает ли тот. Нет. Итак, Уён и его младший брат спят в кровати, а Сан делает на полу гнездо из одеял для него и Ёсана. Это не высший класс, но могло быть и хуже. Здесь мягко и уютно, а когда свет выключен, он чувствует Сана за своей спиной. . . . На следующий день много спешки. У всех так много дел, но Ёсан просто плывёт по течению, а Сан рядом с ним. Их возят с места на место — из дома в магазин, в гостиницу, затем из зала для мероприятий во двор и в гостиничный номер. Их работа на сегодняшний день в основном состоит в том, чтобы идти туда, куда им говорят, и, к счастью, в этом Ёсан хорош. В середине дня они берут кофе для всех на свадьбе, а мама Уёна и мать невесты кормят их большим количеством кимбапа, над которым, как подозревает Ёсан, вчера вечером работали мама и тетя Уёна. За пару часов до церемонии Уён сидит перед Ёсаном в большой ванной и закрывает глаза. — Ты художник, — говорит он, — а я твой холст. — Придурок, — фыркает Ёсан. Уён усмехается, но заставляет мышцы лица расслабиться, когда Ёсан начинает красить глаза. — Открой глаза, — говорит Ёсан. Уён делает это, и Ёсан кладет руку ему на подбородок, мягко подталкивая Уёна, чтобы тот повернул голову, чтобы он мог видеть со всех сторон. — Хорошо, — говорит он. — Отлично выглядишь. Посмотри. Уён встает, чтобы посмотреть в зеркало. Он долго смотрит на себя, дольше, чем мог бы Ёсан, не стесняясь того, что кто-то видит, как он это делает. — Это идеально, Ёсан-а. Спасибо, — Уён сжимает его шею. — Хорошо, мне нужно идти. Я не знаю, увижу ли я вас снова перед церемонией, так что если нет, я поймаю вас обоих на приёме, —он смотрит на Сана, который остановился в дверях. — Да иди, — говорит Сан. — Увидимся. Когда Уён уходит, Ёсан встает и переносит свою косметику на прилавок, чтобы сделать и себе перед зеркалом. Он замечает, как Сан смотрит на его пальцы, на кончиках которых, как он понимает, есть небольшое мерцание блестящих теней для век от макияжа Уёна. Он смывает его. — Ты сделаешь и мне? — спрашивает Сан. Ёсан останавливается, вытирая руки. — О. Да, с удовольствием. Он усаживает Сана перед собой. Он нежно кладет руку на его затылок и наносит BB-крем. Когда он собирается начать макияж глаз, он берет Сан за подбородок и наклоняет его. — Закрой глаза, — говорит он. Сан смотрит на него, голова отклонена, рука Ёсана держит его на месте. Его глаза полузакрыты, и они сохраняют контакт с глазами Ёсана, кажется, целую вечность, прежде чем закрыться. Он такой странно податливый. От этого живот Ёсана «согревается». Что ты хочешь? — спрашивает он себя и пытается притвориться, что не знает ответа. — Ты прекрасно выглядишь, Сан-а, — говорит Ёсан, изучая последний продукт для макияжа. — Спасибо, — улыбается Сан. Ёсан смотрит на его улыбку и подавляет ту часть себя, которая теперь отчаянно думает, что ему нужно убедиться, что Сан знает, что он всегда считает его красивым. Сан выходит из ванной, и Ёсан глубоко дышит, чтобы сосредоточиться, а затем возвращается к своему собственному макияжу. Они рано приходят на церемонию, оба накрашенные и в парадной одежде. Сан носит свои новые туфли, а Ёсан носит серьги, которые ему купил Уён. Мама Уёна выходит, чтобы убедиться, что они заняли свое место в ряду позади семьи, и несколько минут «ахает» над ними. Когда она говорит им никуда не идти сегодня вечером, пока она не сфотографирует их с Уёном, Ёсану это кажется наполовину угрозой. Он торжественно соглашается. Как и любая церемония, она занимает больше времени, чем кажется, но Ёсан не особо возражает. Брат Уёна и его жена сияют и счастливы, и Уён находится в поле зрения Ёсана. Он может наблюдать за каждым выражением его лица. Уён ловит его не раз, но это не беспокоит Ёсана. Уён находит их во дворе во время приема и «собирает» их, обвивая обеими руками шеи. — Привет, — говорит он, ухмыляясь. — Вы оба отлично выглядите. — Он берет Сана за подбородок. — Сан-а, это Ёсани сделал? Сан фыркает, и, в отличие от того, что было раньше, когда он был податлив с Ёсаном, он хватает Уёна за лицо. — Это Ёсани сделал? — повторяет он. Ёсан прижимает руки к щекам. Либо пальцы мерзнут, либо лицо горячее. — Не шути, — слабо ругает он. Они отпускают друг друга и проводят минуту или две, корча рожи друг другу, пока Уён не ведет их к столу, за которым они сидят с остальной семьей. Они едят и немного танцуют. Во дворе дует изрядный ветерок, но Ёсану все еще жарко. Он отходит от всех людей к внешнему краю столиков для гостей. Он сидит на незанятом. Через пару минут Сан находит его. — Вот ты где. Он протягивает свой телефон; Ёсан может разобрать сообщение от Уёна, в котором он спрашивает, может ли один из них пойти в гостиничный номер, которым пользуются невеста и ее компания, и взять сандалии, которые она принесла, потому что ей надоели каблуки. — Идём со мной? Ёсан идёт. Он следует за Саном по коридорам отеля, терпеливо ожидая, чтобы скорректировать путь, когда Сан полностью забывает, куда он направляется. — Это место сумасшедшее, — говорит Сан, когда они выходят наружу. Темно, но двор хорошо освещен. Какое-то время они вдвоем просто стоят наверху широкой каменной лестницы, ведущей к стойке регистрации. Отсюда они могут видеть все это счастье, даже если оно доходит до их ушей приглушенно. — Я знаю. Я рад, что Уён отказал своей маме в выделении нам комнат. Мне было бы странно оставаться здесь даже на одну ночь. Сан мычит свое согласие. Затем он говорит: — Эй, Ёсан-а. Мы можем кое о чем поговорить? Ёсан поворачивается к нему. Сан выглядит серьезным, возможно, даже нервным. — Да, конечно. Сан садится. Ёсан надеется, что невеста не будет возражать ждать свои сандалии, но выбрасывает это из головы. Сан слишком серьезен, чтобы попытаться оттолкнуть его. Он садится рядом с ним. — Все нормально? — спрашивает Ёсан. — Да, — Сан улыбается. — Все в порядке. Просто дай мне секунду. Он «настраивает» себя на что-то. Ёсан не знает, как реагировать. Он старается не волноваться, но понятия не имеет, что это такое, не представляет, чего ожидать. Затем Сан поворачивается к нему, перемещая свое тело по каменным ступеням, бедра и плечи наклоняют его так, что его язык тела открыт. — Ёсан-а, у меня есть к тебе чувства. Ты мне нравишься. Ёсан чувствует, как его губы приоткрываются, как расширяются глаза. Он смотрит на Сана. Он не может отвести взгляд. Все, что он может сделать, это изучить глаза Сана. Взгляд Сана решительный и искренний. — Я просто хотел тебе это сказать, — бормочет Сан. — Мне кажется, что я становлюсь все более и более очевидным, и я хотел, чтобы ты знал, прежде чем мы… прежде чем мы пойдем домой. Прежде чем мы пойдем домой, говорит он. Ёсан может понять, что он имеет в виду: прежде чем мы вернемся к жизни, где большую часть времени мы разделены, в других местах. Сан хотел сказать ему, пока они все еще находятся вместе, как физически, так и метафорически. Разве это не хорошо? Разве не хорошо быть здесь, нам двоим, парням Уёна? И это так. Это действительно хорошо. — Ты мне тоже нравишься, — говорит Ёсан, когда приходит в себя. Это удивительно легко сказать. Это как день и ночь, по сравнению с его признанием Уёну, которое, казалось, вырвалось из его тела, заставило его дрожать и глаза гореть. Сан выглядит удивленным. Почему он удивлен? Если он был очевиден, Ёсан тоже должен был быть очевиден. — Ты серьезно? — спрашивает Сан. — Да. Это… да. У меня тоже есть чувства к тебе. — Боже мой, — голос Сана мягкий. Он звучит с трепетом. Он смотрит на Ёсана, и тот также выглядит. — Это… чертовски невероятно. Ёсан немного испуганно смеется. Он прикрывает рот одной рукой. Сан тоже смеется, а затем какое-то время они сидят в тишине. Отсюда Ёсан может видеть Уёна, танцующего со своей мамой. Его сердце наполняется таким, таким теплом, и он позволяет себе думать о том, чего он себе запрещал. — Думаю, я хочу быть с вами обоими, — говорит он Сану. В этих словах гораздо больше уязвимости, чем он ожидал. Он задрожал. — Думаю, я тоже, — говорит Сан. Затем он протягивает руку. — Так. Кан Ёсан. Ты хочешь встречаться со мной? Ёсан снова смеется и с удивлением обнаруживает, что ему хочется плакать. Он моргает. — Да, хочу. Давай сделаем это. Сан усмехается. — Вау. — Вау, — повторяет Ёсан. Он вспоминает про сандалии. — Наверное, нам стоит взять эти…? — О, черт, да. Сан встает. Ёсан следует за ним, но Сан ловит его, прежде чем они начинают спускаться по ступенькам. — Позволь мне поцеловать тебя? Один маленький поцелуй. Ёсан поджимает губы. — Да. Сан целует. Его губы мягкие, и Ёсан знает, что это из-за бальзама для губ, который он носит с собой в кармане. Это действительно маленький поцелуй, о котором Ёсан почти сожалеет. Они возвращаются вниз. Уён сразу находит их. — Почему так долго? Боже мой. Он берет сандалии у Сана. Сан смотрит на Ёсана, и они оба заливаются смехом. Ёсан имел в виду именно это, когда сказал, что не хочет оставаться на ночь в отеле, но он сожалеет об этом, глядя на дорогу обратно в дом семьи Уёна. На обратный путь у них уходит почти час, а поезда переполнены, так что они вообще не могут разговаривать. В доме Уён идет прямо в ванную, чтобы снять макияж и переодеться. Сан явно взволнован, и Ёсан знает, что он чувствует. Он хотел посадить Уёна прямо у двери и рассказать ему, о чем они говорили. Но они также могут переодеться вместо того, чтобы сидеть и ждать Уёна. Ёсан помогает Сану снять макияж, и они надевают пижаму. Сан опускает голову на плечо Ёсана. Ёсан хочет обнять его, но внезапно чувствует себя при этом странно. Боже, он все это время спал и обнимал Сана. Парня Уёна. Затем он смутно понимает, что Уён почти наверняка заметил, что что-то происходит. Это Уён; конечно он заметил. — Хочешь чай? — Ёсан спрашивает Сана, когда тот закончил снимать макияж, многозначительно глядя на него. Сан кивает. — Уён-а, мы идем на кухню. Приходи пить чай. — Секунду, — раздается голос Уёна. Ёсан сидит за кухонным столом, а Сан двигается, его тело напряжено. Он греет для них воду, и Уён не присоединяется к ним, пока она не закипает. — Вы двое выглядели так, будто хорошо провели ночь, — говорит он, доставая для них кружки, и если бы за этим был какой-то смысл, Ёсан мог бы сказать, но это все еще заставляет его нервничать. — Да, — соглашается Ёсан. — Мы хотим кое о чём поговорить с тобой, — говорит Сан. Уён смотрит на него. Какое-то время они смотрят друг на друга, а затем Уён поворачивается к Ёсану. — О. Он выглядит удивленным, и выражение его лица становится осторожным. Он должно быть знает. Вода в это время закипает. Уён снимает визжащий чайник с плиты и садится за стол. — Вперёд, — говорит он. — Итак, — начинает Ёсан, когда Сан ничего не говорит. — Мы, гм. Он обнаруживает, что не может заставить себя закончить. Он подносит руки к щекам. — Мы говорили о том, чтобы встречаться друг с другом, — говорит Сан. Ёсан мог видеть, как осторожно поднимается и опускается грудь Уёна с каждым вздохом. — Вы хотите встречаться друг с другом? — спрашивает он наконец. Он смотрит на Ёсана. Сердце Ёсана делает странный удар. — Да. Мы… — Он кашляет. — Мне нравится Сан, — говорит он. Он смотрит на Сана, чье напряженное выражение лица сменяется чем-то нежным и лёгким. Уён кивает. — Сан? Сан фыркает. — Мне нравится Ёсан. Ты знаешь, что мне нравится Ёсан. Это новость для Ёсана. Уён облизывает губы, и, наконец, его лицо расплывается в улыбке, которая сбрасывает все напряжение с Ёсана, облегчение настолько легкое, что он даже не может понять, из-за чего нервничал. — У тебя всё в порядке с этим? — спрашивает Ёсан. Это изменит структуру их отношений, их троих. Он знает себя, знает, что больше всего об этом будет волноваться именно он. Уён берет его за руку. — Ёсан-а, — его большой палец гладит пальцы Ёсана. — Все в порядке, если два человека, которых я люблю, хотят быть друг с другом? От его слов грудь Ёсана кажется расширяется. Два человека, которых любит Уён. Он и Сан — два человека, которых любит Уён. — Я не могу придумать ничего, что я мог бы любить больше, — говорит Уён. Он отпускает руку Ёсана и откидывается на спинку сиденья. Он смотрит между ними. — Итак, — медленно начинает Сан. — Мы можем… быть все вместе? Лицо Уёна смягчается. Он кладет руку на затылок Сана и наклоняется, чтобы поцеловать его в щеку. Он не сразу отвечает. Через несколько мгновений он говорит: — Я хочу этого. Но я хочу, чтобы вы двое тоже занимались своим делом. Вы должны прочувствовать это на себе. Сделайте это, хорошо? Когда мы будем дома. Ходите на свидания. Займитесь сексом. Ёсан задыхается. Уён смеется и хлопает его по спине. — Вы сделаете это, верно? — ласково спрашивает он. — Хорошо позаботьтесь друг о друге? — Не будь грубым, — Сан фыркает. — Я не говорю о сексе! — защищается Уён. — Ну, я говорю не только о сексе. Ёсан невольно смотрит на Сана, а Сан уже смотрит на него. Он краснеет и отдергивает голову от зрительного контакта и мысли о сексе с Саном. Он действительно хочет это сделать. В его желудке становится тепло и покалывает. — Я не буду вас дразнить, — теперь более мягко говорит Уён. Затем он поправляется: — Я не буду слишком дразнить вас. Они пьют чай и готовятся ко сну. Уён очень открыт своей физической привязанностью, его руки на их нижней части спины и обнимают за талию, рот прижимается к их шее, щекам или плечам. — Я бы хотел, чтобы мы все поместились, — бормочет Ёсан. Уён смотрит на него, приподняв брови. — В кровати? Ёсан не хотел этого говорить, но уже слишком поздно. — Да. — Ты же знаешь, что я не сдамся, не попробовав, — смеётся Уён. Ёсан пытается протестовать, когда Уён тянет его на кровать. — Уён-а, — протестует он, смеясь. Уён обхватывает ногой его талию. — Слишком поздно, — говорит он. — Пока вы двое обнимались, меня никто не обнимал. Пора тебе начать компенсировать это. — Он поворачивает голову к Сану. — Ты тоже. Иди сюда. Сан прижимается к кровати позади Уёна. Места мало, и Ёсан совсем упадет, но не может сдать назад. Это все, чего он хотел. Не прошло и получаса после того, как Уён и Сан заснули, Ёсан, наконец, отказывается держаться на маленьком выступе кровати, на котором лежит. Он осторожно и бесшумно сползает вниз. Гнездо из одеял, на котором они с Саном спали прошлой ночью, все еще здесь, и он свернулся в нем. Он засыпает под звуки их дыхания. . . . Утром Ёсан находит Сана одного в постели. На мгновение он думает о том, чтобы заняться с ним сексом, но думает об Уёне, тёплого с утра, и о том, сколько дней прошло с тех пор, как они касались друг друга. Он хочет пойти и сесть, обняв Уёна, хочет поцеловать его, поэтому встает. Он решает почистить зубы, прежде чем отправиться на поиски Уёна. Ему не нужно далеко ходить. Он находит его сидящим в гостиной со своим ноутбуком на скрещенных ногах. Он улыбается Ёсану. На нём очки. — Доброе утро. — Привет, — Ёсан садится рядом с ним. Уён указывает на кружку на кофейном столике. — Я сварил кофе. Ёсан кивает, но пару минут сидит, прежде чем встать. Наполовину допив кофе, он спрашивает: — Ты знал, что мне нравится Сан? Он задавался этим вопросом. Ему интересно, видел ли что-нибудь Уён. Даже не обязательно чувства, потому что сам Ёсан не знал, что они были там до вчерашнего дня, но что-то. Уён смотрит на него. Его рот открывается в маленькой полуулыбке. — Я заметил, что тебе нравилось, когда он прикасался к тебе. Ёсан чувствует, как горят его щеки. — Я заметил, что ты обнимаешь его, — говорит Уён, и его улыбка превращается в ухмылку. Затем он качает головой, и выражение его лица становится более задумчивым. — Я не знал, нравится ли он тебе, и не думаю, что стал бы спрашивать. Я слишком боялся, что увидел только то, что хотел увидеть. Мало того, что Уёну нравится идея о том, что он и Сан вместе, он не только согласен с этим, но и хочет этого. Он хочет этого так, что боялся. Ёсан должен смириться с этим. Уён мало чего боится. — Я люблю тебя, — говорит он, наклоняясь ближе к Уёну. — Я тоже тебя люблю, — Уён видит, как он приближается, и откладывает свой ноутбук для поцелуя Ёсана. Когда Ёсан напирает, он смеется. — Кто-то «голоден». Ёсан не может найти в себе силы смущаться. Он слишком близок к отчаянию. Он скучает по телу Уёна, хочет его. Прошло так много дней с тех пор, как они занимались сексом, и он почти задыхается от того, как сильно хочет этого. Он отстраняется, чтобы немного успокоиться. Сан все еще здесь, напоминает он себе. Завтра они будут дома, и после этого он сможет забрать Уёна. Уён крепко держит его, подталкивая Ёсана ближе, когда их ноги начинают переплетаться. Ёсан почти сидит у него на коленях, руки обвивают его и держат так крепко, что его рубашка задирается сзади. Его рот такой теплый и влажный, а тело такое знакомое. Когда он отстраняется, он целует Ёсана в щеку, и одна его рука остается на его талии. Его взгляд цепляется за что-то, и он издает звук удивления. Ёсан оглядывается. Там Сан, завернутый в одеяло, выглядящий свежим после сна. Жар вспыхивает в его животе, и только наполовину это смущение. — Как давно ты здесь? — со смехом спрашивает Уён. Сан качает головой. — Секунду. Извините, — говорит он, обращаясь к Ёсану. — Было более странно просто уйти и притвориться, что я не видел. Ёсан отмахивается, соскальзывая назад, так что на коленях Уёна остается только его нога. Уён протягивает свободную руку, и Сан прижимается к нему с другой стороны. Он кладет голову на плечо Уёна, и его собственная нога подтягивается, чтобы присоединиться к ноге Ёсана. — Было жарко, — сонно бормочет он, затем делает глубокий вдох. Уён смеётся. Он включает телевизор и находит, что им посмотреть. Через некоторое время Уён встает, чтобы приготовить им еду. Ёсан думает пойти помочь, но прежде чем он успевает пошевелиться, Сан уже вытянулся на диване и полулежит на нем. — Привет, — говорит Ёсан с легким удивлением, когда лицо Сана приближается к нему очень близко. — Поцелуй меня, — говорит Сан. Ёсан целует. Он хотел более продолжительного и лучшего поцелуя с Саном с прошлой ночи, поэтому он закрывает глаза и позволяет себе чувствовать то же, что и той ночью в постели Уёна. — Эй, — говорит Уён, возвращаясь в гостиную. — Почему Кан Ёсан получает все действия в моем доме? Ёсан отстраняется от Сана и улыбается. — Ты тот, кто встал. Он думал, что может смутиться, когда Уён увидит, как он целует Сана, но это не так. Он любит целовать Сана. Он хочет поцеловать Сана, и ему это позволено. Уён подталкивает их обоих. — Вставайте. Пойдёмте есть. . . . Они уезжают на следующее утро, после завтрака и любви со стороны мамы Уёна. Его младший брат не отпускал его, и они чуть не опоздали на поезд. — Ты можешь написать мне или позвонить в любое время и по любому поводу, — говорит мама Уёна на ухо Ёсану, обнимая его. Его глаза колятся, и он моргает, сдерживая слезы. — Будь осторожен и береги себя, Ёсан-а. Как бы он ни старался, он не может сдержать одну или две слезинки. Она воркует и смахивает их прочь. — Если мой сын не позаботится о тебе должным образом, я хочу услышать об этом. Ёсан смеется. — Он всегда заботится. Вы хорошо его воспитали. — Ага, — говорит она польстившись. — Уходи отсюда. Я лучше послушаю тебя. — Хорошо, — бормочет он, когда они уходят. Уён устал и засыпает в поезде. Сан смотрит на Ёсана, а Ёсан оглядывается. Они улыбаются. . . . Вечером после того, как они возвращаются домой, приходит Уён. Они обедают, а потом часами трахаются. Тело Ёсана жаждет сексуальной близости, чего он никогда не мог себе представить, и Уён всегда щедро отдавал. Он заставляет Ёсана кончить дважды, один раз в рот и один раз на его член после того, как невыносимо долго растянул его. — Завтра вы с Саном встречаетесь, — замечает Уён, положив голову на плечо Ёсана. Ёсан сонно утвердительно мычит. Уён сжимает его руку. — Как ты себя чувствуешь? Ёсан открывает глаза, чтобы посмотреть на него. — Я чувствую себя очень хорошо, — говорит он. Уён улыбается, кладет руку ему на живот, щиплет его за бок. . . . Идея пикника была идеей Сана, и он упаковал для них еду. Его рука касается руки Ёсана, пока они ходят в поисках места. — Что ты думаешь? — спрашивает Сан. — Хм? — Ёсан смотрит на него. — О чем? Сан пожимает плечами. — Вообще. О чем ты думаешь? — О маме Уёна, — сразу же честно отвечает Ёсан. Он не стесняется сказать это Сану. Губы Сана изгибаются в нежной улыбке. — Я люблю ее. Ёсан кивает. — Я тоже. Я хочу… — Он не заканчивает, а просто позволяет своим словам висеть в воздухе. Сан берет его руку и сжимает ее. Ёсан сжимает в ответ. — О чем ты думаешь? — спрашивает он. — О тебе, — говорит Сан. — Я думал о тебе весь день. Щеки Ёсана горят. — А что? — спрашивает он. Сан отклоняется, чтобы лучше его рассмотреть. — Ты просто нравишься мне. — Прежде чем Ёсан успевает ответить, Сан останавливается. — Это хорошее место. Они садятся там, и Сан начинает распаковывать принесенную еду. У него есть некоторые из любимых закусок Ёсана, и желудок Ёсана делает что-то смешное при мысли, что Сан спросил Уёна, что бы он хотел. — Позволь мне кое-что сказать тебе, — говорит Сан, когда они уже вплотную занялись едой. Рот Ёсана набит, поэтому лучшее, что он может сделать, это кивнуть. Глаза Сана мягкие, когда он смотрит на него. Он говорит: — Ты мне нравишься уже давно. Это пугает Ёсана. Он глотает еду и смотрит на Сана. — Что? Сан все еще мягко улыбается, даже несмотря на удивление Ёсана. — Ты мне нравишься. У меня есть… чувства к тебе. Уже год. Может больше. Ёсан недоверчиво качает головой. — Но я… мы не очень хорошо знали друг друга. Сан громко смеется. — Кан Ёсан, это никогда не мешало мне влюбляться в кого-то. — На его лице что-то мелькает, что Ёсану кажется беззащитным. Он пожимает плечами. — Я думал, что ты прекрасен. Ты застенчивый, и у тебя самая красивая улыбка в мире. Это не заняло много времени. И ты любишь Уёна. Разве нет ничего особенного в том, чтобы видеть, как кто-то любит человека, которого любишь ты? — Да, — мягко говорит Ёсан. Есть. Он думал об этом раньше, но более того, он испытал это на себе. Он никогда не ненавидел Сана, даже когда думал, что у него никогда не будет Уёна, и что это будет из-за Сана. Сан прав. Есть что-то в том, чтобы видеть, как кто-то любит человека, которого любишь ты. И Сан любит Уёна, так открыто и так сильно. Это не причина, по которой он нравится Ёсану, но она определенно присутствует. Они гуляют после того, как закончили есть. Пока они разговаривают, Ёсан почти отчаянно пытается рассмешить Сана. Ему нравится смех Сана. Сан настаивает на том, чтобы проводить его домой. Ёсан знает, что собирается спросить, но это не становится для него реальным, пока они не встают у его двери, и он говорит: — Хочешь войти, Сан-а? — Конечно. — Сан широко улыбается, и Ёсан хочет его поцеловать. Он собирается поцеловать его. Дверь квартиры закрывается за ними, и когда они снимают обувь, Ёсан говорит: — Если хочешь, можешь остаться на ночь. Сан удивленно смотрит на него. — На первом свидании? Он собирается возмущаться, но в чистом восторге. Он протягивает руку, и Ёсан встречает его, позволяя Сану обнять его за талию. Ёсан наклоняется и целует его. — Если хочешь, — говорит он. Он не знает, как Сан относится к сексу. Он задавался вопросом, много. Сан так много выражает своим телом, что Ёсан задается вопросом, каков он в удовольствии. — Да, — говорит Сан, наклоняясь, чтобы провести губами по шее Ёсана, прямо под его челюстью. — Я хочу тебя. Услышав его слова, Ёсан вздрогнул. Он приводит Сана в свою спальню и притягивает к себе. Его пальцы впиваются в талию Сана. Он резко начинает нервничать. — Эй, — Сан смотрит на него сверху вниз. — Эй, — отвечает Ёсан. — Все в порядке? Ёсан кивает. Лицо Сана так близко к нему, что ему почти не нужно двигаться, чтобы поцеловать его. И он это делает; он целует его, позволяя своим рукам крепче обнять Сана. Он скользит правой рукой по рубашке Сана и прижимает ее к теплой, теплой коже поясницы. Сан без колебаний кладет руки на Ёсана. Он обхватывает его руками, проводит ладонями вверх и вниз по бицепсам Ёсана, держит его за шею сзади, когда открывает рот и лижет Ёсана. Ёсан хочет этого. Он отстраняется от Сана и подталкивает его к кровати. — Давай, — выдыхает он, устраиваясь возле изголовья. Сан стоит и нежно улыбается. — Хочешь снять штаны, прежде чем мы, например, ляжем? Это прагматичное предложение. Ёсан кивает, встает и, затаив дыхание, расстегивает штаны, пока Сан расстегивает свои. Сан худой; он должен выскользнуть из них, что забавно и мило. Ёсан улыбается, когда Сан целует его и толкает на кровать. Он держится над Ёсаном, и одна из его голых ног естественным образом оказывается между его ногами. Ощущение тела Сана над своим было хорошим. Это возбуждает Ёсана. Его ноги непроизвольно поднимаются, колени на талии Сана, когда бедра Сана приближаются, так близко к его. Тут Сан отстраняется. Он чуть лучше приподнимается, и одна его рука скользит вниз по телу Ёсана, чтобы прижаться к нему, сильно. Он глотает всхлип. — Я тоже, — говорит Сан. Он позволяет бедрам опускаться. — Хорошо? Ёсан кивает, и из его тяжелого дыхания вырывается странный тихий стон. Он хочет, чтобы его трогали повсюду. Сан снова целует его, медленно двигая бедрами. Ёсан неуклюже встречает его, прежде чем войти в ритм. Он скользит рукой по рубашке Сана, а затем говорит ему в рот: — Снимешь это? — Мое за твое, — отвечает Сан. Он с некоторым усилием снимает свою рубашку. Затем он помогает Ёсану «выкрутиться». Ёсан едва успевает полюбоваться его телом, как Сан снова прижимается к нему, и теперь везде теплая кожа, и он слышит, как сам скулит, но будто издалека. Его ноги раздвинулись вместе с Саном между ними, и он сцепил их, чтобы почувствовать голую кожу Сана. Одна рука Сана касается его бедра, и он сжимает его. — Ёсан-а, — говорит он. — Ты прекрасен. Ёсан выдыхает, но смотрит на Сана, положив руку ему на затылок. — Ты тоже. Он чувствует давление твердого члена Сана на свой и непроизвольно извивается, кусая его, чтобы заглушить стон. Он уже близко, просто от потирания. Словно услышав его мысли, Сан говорит: — Чего ты хочешь? Хочешь кончить вот так? Ёсан издает небольшой звук. — А ты? Сан улыбается, облизывает губы. — Я в любом случае доволен, Ёсан-а, но я действительно, действительно не возражал бы, если бы ты трахнул меня. Ёсан издает непроизвольный тихий звук. Он удивлен предложением — ему тоже нравится идея, что Сан трахнет его, но он не уверен, что предложил бы это. — Да, — выдавливает он. — Я бы… да, я хочу трахнуть тебя. Это заставляет Сана ухмыльнуться, скатываясь с Ёсана на спину. — Дай мне смазки, хорошо? Ёсан встает за этим, а затем позволяет Сану начать работать самостоятельно. Он едва может видеть пальцы, но он может сказать, что они входят легко, и он вздрагивает. Через несколько мгновений Сан вытаскивает из себя уже три пальца и говорит: — Я готов для тебя. Он поднимается на кровати, откидываясь на подушки, раздвинув ноги. Ёсан избавляется от нижнего белья, затем становится на колени между ног Сана и надевает презерватив. Он останавливается на минуту, чтобы посмотреть на Сана. Он великолепен. Его тело худощавое и такое податливое. Когда Ёсан берет его бедро прямо над коленом одной рукой, Сан легко позволяет ему поднять его и раскрыть. Он продолжает. Колено почти без сопротивления ударяет Сана в грудь, и Ёсан понимает, что ему не терпится посмотреть на него. Гладкая кожа, вся разложенная для него. Боже. Ему интересно, каково это, когда Сан и Уён занимаются сексом. Интересно, будут ли они заниматься сексом вместе. — Он обычно тебя трахает? — спрашивает Ёсан, крепко держа Сана за бедро. Сан выглядит немного потерянным, но с улыбкой смотрит на Ёсана и говорит: — Я бы сказал, что пятьдесят на пятьдесят, но я бы солгал. Ты? — Мне нравится, когда меня трахают, — признается Ёсан. — Можешь… гм, когда-нибудь, если захочешь. Сан мычит. — Может быть, мы сможем сделать это еще раз, и Уён сможет иметь тебя сзади. Ёсан ругается. Его челюсть сжимается, а бедра непроизвольно дергаются. — Трахни меня, — со смехом говорит Сан. Ёсан больше не медлит. Он задерживает дыхание и толкается в Сана. Сан напрягается, а затем так быстро расслабляется. Ёсану почти кажется, что он вообразил это с самого начала. Он издает хриплый горловой звук, запрокинув голову и закрыв глаза, когда Ёсан наполняет его. Он знает это чувство — хорошо. — Ты в порядке, Сан-а? — спрашивает он. Выходит напряжённо и бездыханно, потому что он близко. Он успокоился, как и раньше, но Сан горячий и влажный внутри, и большая часть Ёсана хочет просто потерять себя и позволить себе кончить. Но Сан уже издает самые великолепные звуки, и Ёсан даст ему то, что он заслуживает. Он начинает медленно и легко входить в ритм. Его внимание сводится к нескольким вещам: прекрасным звукам, которые Сан издает при каждом толчке, непреодолимому удовольствию быть внутри него, ощущению ног Сана, прижатых к нему. Это все, что он может слышать или чувствовать. Трахаться с Саном — это отдельный опыт, и ему это так явно нравится, что Ёсан не может держать себя в руках. Он знает, что близок. — Сан, — выдавливает он. Он разбит, его больше нет, он должен кончить. — Понял, — говорит Сан, задыхаясь. Он тянется к своему члену, который весь красный и течёт на животе. Он немного всхлипывает. — Ты хорош. Ты так хорошо чувствуешься. Ёсан стонет. Он помнит, как Сан сказал ему, что ему было хорошо, когда они впервые поцеловались. — Блядь. Как и ты, — говорит он. Это было верно тогда и верно сейчас. — Ты такой хороший, Сан-а, в тебе так хорошо, я хочу… Сан тянет его вниз и сжимает их рты, открытые и влажные. Ёсан мог бы заплакать из-за того, как хорошо все это ощущается. Он почти делает это; он испускает рваный звук, и кончает. Он дрожит, трахаясь через это ощущение, почти болезненно. Рука Сана на своём члене движется быстрее, и он кончает, задыхаясь, тело корчится под Ёсаном. Некоторое время после их оргазма все немного туманно. Сан хочет спать и хочет прижаться к груди Ёсана, что, по его словам, очень удобно, хотя Ёсан не знает, верит ли он ему. Он думает, что Сану просто нравится обниматься голышом. Честно говоря, он и сам не против. — Это было очень круто, — через некоторое время говорит Сан. Ёсан смеется, но понимает, что действительно хочет знать, что Сан считает это хорошим. — Да? Было хорошо? — Да, — убежденно говорит Сан. Он приподнимается и перекатывается, чтобы опереться на живот Ёсана, положив подбородок на его запястья. Он смотрит на него милыми сияющими глазами. — Эй. — Эй, — отвечает Ёсан. Он запускает руку в волосы Сана, затем проводит пальцами по его шее. — У меня есть к тебе вопрос. — Да? — Ты знаешь, что у тебя есть парень? — Я знаком с ним, да, —улыбается Ёсан. — Ты знаешь, что у него есть два парня. — Мм. — Что, если и у тебя будут два парня? Ёсан моргает. Его брови поднимаются. — О. Боже мой. Действительно? — Он садится, и Сан садится с ним. Он хочет посмотреть на него лицом к лицу, но потом делает это и внезапно чувствует себя уязвимым. — Ты хочешь быть моим парнем? — Да, я хочу быть твоим парнем, — говорит Сан. — Хочешь быть моим парнем? Ёсан фыркает. Он сглатывает, затем делает вдох. — Да, Сан-а. Сан целует его, и Ёсан думает об этом: он будет человеком с двумя парнями. Этот человек, который любит Уёна, также хочет быть и с ним. Его сердце болезненно сжимается. Некоторое время они целуются. Ёсан заставляет Сана встать, чтобы они могли умыться, и они пьют воду и перекусывают, а затем обнимаются в постели. Сан остается на ночь. Он лежит в постели Ёсана и пишет Уёну с телефона Ёсана. Хочешь прийти утром на завтрак? Он посылает. Когда Уён отвечает «да», Сан отвечает: «Отлично, принеси завтрак!» и хихикает над обиженными ответами Уёна. . . . Они не спали уже почти час, когда утром появился Уён. — Выглядит уютно, — говорит он, входя и обнаруживая, что они сидят на диване, и между ними нет места. — Да, — говорит Ёсан. Он пытается вспомнить, как дал Уёну ключ от своей квартиры, но не может. Уён держит принесенную еду. — Надеюсь, этого хватит на троих, никто не сказал мне, что Сан будет здесь, — хотя его глаза блестят. — Ты знал, — обвиняет Ёсан. Уён только усмехается. На кухне Сан подталкивает Ёсана к стулу и встает позади него. Ёсан смотрит на него в замешательстве, но Сан только улыбается. — Уён-а, — говорит он, все еще глядя на Ёсана. — Мы с твоим парнем хотим тебе кое-что сказать. Уён перестает распаковывать еду и смотрит на них с осторожным выражением лица. Он садится напротив Ёсана, не говоря ни слова. Сан заставляет Ёсана взять его за руку и говорит: — Он тоже будет моим парнем. Это нормально для тебя? Со вчерашнего вечера Ёсан много думал о том, как Уён может отреагировать на это, но он не представлял, как Уён сжимает челюсти и морщится, когда начинает плакать. — Боже мой, — говорит он, застыв, глядя, как Сан бросается к другой стороне стола, чтобы обнять Уёна. — Ты в порядке? Уён издает вопль, переходящий в смех. — Я в порядке. Я не думаю, что раньше когда-либо был так счастлив. — Иди сюда, — говорит Сан, протягивая руку Ёсану. Когда тот подходит, Уён опрокидывает себя и Сана на пол, и Сан тащит Ёсана за собой в эту ужасно-неудобно-чудесную кучу тел. — Я люблю тебя, — говорит голос Уёна, и Ёсан понимает, что их лица прижаты друг к другу. Его щеки мокрые от слез Уёна; из его глаз все еще течёт, и он смеется и всхлипывает. — Я люблю вас обоих. Так сильно. Я так счастлив. — Я тоже, — выдает Ёсан. Его голос ломается. — Прекрати. Ты заставишь меня плакать. Уён смеется и прижимает их обоих к себе, прижимая их друг к другу. Еще больше слез падает на шею Ёсана, и это слезы Сана. Прежде чем он полностью осознает, что делает, Ёсан двигает рукой, наклоняет лицо Сана к себе и целует его. Сан усмехается. — Эй, — говорит он Уёну, громко шмыгая носом. — Ёсан хочет, чтобы ты трахнул его, пока он трахает меня. Ёсан кричит и хлопает его по руке. — Мы не могли до этого дойти? Его щеки пылают. — Господи, — говорит Уён. — Нельзя говорить такие вещи первым делом, с утра. — Мы не спали несколько часов, — жалуется Сан. Это неправда, но Уён позволяет этому ускользнуть и целует Сана в висок. — Давай поедим ту еду, которую ты заставил меня принести. — Ладно, — говорит Сан, продолжая моршить нос. Он икает. — Могу я отсосать тебе после? Уён фыркает. — Мы сделаем все, что вы с Ёсаном захотите. Сан прижимается к нему сбоку, выглядя довольным. — Он может помочь. Это заставляет желудок Ёсана делать что-то смешное. Он изо всех сил старается отвести взгляд от этих двоих, но ему хочется смотреть на них. — Посмотрим, — бормочет он, но голос у него низкий, и это все равно, что соглашаться. Ёсан убирает после завтрака. Он слышит, как Сан и Уён хихикают в гостиной, и не может сдержать улыбку про себя. Он вспоминает о себе два с лишним года назад, обо всех болезненных вещах, которые пережило его сердце, о любви к Уёну и о том, как Уён влюбляется в Сана. Он хотел бы, чтобы он мог сказать себе тогда об этом. Мало того, что все будет хорошо, не только то, что Уён любит его в ответ, но и то, что однажды у него также будет Сан. И при этом он как будто получает такое же сообщение из будущего. Слышит, как он тянется назад и говорит ему: ты тоже влюбишься в Сана. Где-то глубже, чем его инстинкты, он знает, что это правда. Он идет в гостиную, и Уён и Сан смотрят на него с одинаковыми улыбками. Сердце Ёсана колотится. Все это счастье не помещается внутри него. Он шагает, чтобы присоединиться к ним.