trains

Что такое вокзал? Огромная станция, куда приходят поезда, можете ответить Вы, но на самом деле это не просто обычное здание, спроектированное каким-нибудь умелым архитектором в начале двадцатого века с высокими потолками и многочисленными мягкими стульями для ожидающих. Стоит гораздо глубже капнуть, чтобы понять – что такое вокзал? Место, где люди провожают своих родственников в далекие города с легкой улыбкой на губах; отпускают своих любимых за тысячи километров, чтобы соскребать свое размазанное тело от боли расставания; кричат друзьям, что будут писать чаще и созваниваться каждыми вечерами. Место, где встречают с объятиями горячими, счастливыми возгласами и слезами. Вокзал всегда связан со слезами - радости или горя. Эти кирпичные белые стены впитали в себя миллионы голосов, говорящих на разных языках: мужских, женских, детских, грубых, ласковых, высоких и низких. Пол истоптанный повидал за всю свою жизнь столько обуви, что местами покрылся мелкими трещинками. Даже воздух тут особенный – с приторным запахом духов и слез, что льются тут водопадами. Работники в красивой синей форме то и дело появляются в толпе на пару с грозными охранниками, тщательно следящими за спокойствием в огромном зале, где во всю стену висит стенд с расписанием поездов. Тут привычная суета и нервозность всегда, которые являются верными спутниками всех пассажиров. Приятный женский голос громко объявляет о прибытиях сорока железных вагонных гусеницах, а люди, дремавшие на диванчиках, мигом подскакивают, хватая здоровенные сумки с вещами и продуктами. Расталкивают всех на своем пути, чтобы успеть запрыгнуть в нужный вагон, а не тащиться через весь поезд с детьми и баулами. Женщина с растрепанным пучком на голове, не застегнутой легкой курткой и испуганными глазами, выбегает на перрон, где совсем другая жизнь, отличающаяся от того, что происходит в светлом теплом здании. Небо затянуто бело-серыми облаками, настроение, точно такое же, как и погода. На дворе декабрь, но снега почти нет, только колючий ветер заставляет кожу покрыться мурашками, а нашей опаздывающей героине нипочем мороз, когда улыбчивые проводницы проверяют билеты на ее рейс. Бежит, не замечая никого вокруг, а зря, потому что в следующую секунду врезается в высокого красноволосого парня. -Прости, - тараторит и перехватывает сумки поудобнее продолжает свой путь. -Ничего страшного, - одаривает лучезарной улыбкой женщину, но она уже ничего не слышит. Сонхва всегда мерзнет, поэтому сейчас еще сильнее кутается в свой черный пуховик с английскими надписями. Его поезд должен прибыть через пятнадцать минут, а Хонджуна до сих пор нет, к сожалению. Может быть, он все-таки не придет? Он был слишком расстроенным, если можно так сказать, когда Пак объявил о своей поездке. -Обстоятельства, понимаешь? – закрывает чемодан и смотрит в пол, боясь увидеть в глазах Джуна слезы. -Я знаю, - разворачивается к двери и тихо говорит, чтобы только Пак услышал, - не жди, что я приду тебя проводить. Сонхва это вспоминает каждый раз, когда смотрит на большой голубой чемодан, что стоит возле ног. Он умолял парня простить и войти в его положение, обрывал телефон звонками и многочисленными СМС, но Киму не нужны были эти глупые оправдания о каких-то курсах повышения квалификации, в которых очень нуждается его хен. Может, Джун ведет себя, как эгоист, но ему можно, он, в конце концов, младше на три года и может покапризничать, тем более, когда его любимый человек оставляет на три ужасно долгих месяца одного, в этом пустом и холодном городе. Пак не умеет правильно извиняться, чтобы за душу брало, и разреветься хотелось от искренности слов, он просто болван, который выложил все о своей поездке за три дня до нее, без какой-либо моральной подготовки Джуна. Тогда почему он, собственно, удивляется, что его игнорируют? Младший всегда говорит, что Хва-Хва относится ко многим вещам не серьезно, а Ким, между прочим, не вещь и даже не просто знакомый – он его парень, на минуточку, и через пару месяцев, а именно шестнадцатого января, будет ровно год, как они встречаются. Такая важная дата в жизни каждой пары, но они будут разговаривать по FaceTime и пить шампанское на расстоянии, чокаясь через камеру, разве не здорово? Слышал бы это Хонджун, врезал бы Паку по хребту. Они познакомились в самом тихом и безлюдном месте, и нет, это не кладбище, если Вы могли так подумать, все проще. Библиотека – место, которое не покрывается пылью благодаря пожилым учителям, которые не терпят все электронные нововведения, самому библиотекарю и Ким Хонджуну. Выпускнику старших классов, который запойно читает книги о европейской литературе восемнадцатого века и о физических законах. В очередной раз субботним утром он приходит в библиотеку, чтобы взять книгу об истории Японии. Пожилая женщина с седыми волосами, но по-детски яркими глазами приветливо улыбается. -Здравствуй, Хонджун. Ты уже новую берешь? -Добрый день, - кланяется, - я вам в понедельник занесу… Не успевает договорить, как какой-то парень его нагло отодвигает от стола библиотекаря, ставя обе руки на деревянную поверхность, и нависает над женщиной грозной тучей. -Мне нужны все тома камасутры, - хрипло произносит. -Молодой человек, у нас тут библиотека, - объясняет застенчиво. -Это же великая литература! – восклицает незнакомец, поднимая указательный палец вверх, показывая все важность и значимость своих слов. -Тут нет такого, выйдите, пожалуйста, - вступает в разговор Хонджун, его слишком возмущают такие люди, поэтому пытается держать голос более ровно. -А ты хочешь со мной камасутру почитать? – ухмыляется пухлыми губами, осматривая мальчишку с ног до головы и возвращаясь обратно к глазам. -Хонджун, выйди, пожалуйста, с этим парнем отсюда, я закрою библиотеку на перерыв, - подает голос покрасневшая женщина, будто ее застали за разглядыванием иллюстраций этой самой книжки. Стоит оказаться снаружи, Ким хочет поскорее уйти от этого придурка, но тот хвостом идет за парнем, пытаясь начать разговор. В конечном итоге, младший не выдерживает, собираясь врезать назойливому незнакомцу, но тот ловко уклоняется и смеется так долго, а у Кима от этого смеха странные ощущения, хочется слушать и слушать. Остановившись посреди дороги, парень, наконец-то, представляется Пак Сонхва и предлагает прогуляться. Слово за словом и младший узнает, что Хва просто поспорил со своим другом, что сможет зайти в библиотеку, взять все тома уникальной книги и придти с ними завтра на пару. Джуна смутил такой спор – он не был никогда азартным или пытающимся ощутить кучу адреналина, что по крови с бешеной скоростью движется. Он был обычным скромным мальчиком, не без характера, конечно, любящий вечерами смотреть фильмы или читать. Гордость семьи и будущий медалист школы. Почему же был? Все очень просто – студент местного архитектурного колледжа Пак Сонхва появился в жизни подростка и все перевернул к черту. Тот, кто своей красотой затмевает любого айдола, с крыльями ангела и улыбкой дьявола, он одно большое противоречие и исключение из всех возможных правил. Такой простой, на первый взгляд, с невероятно сложным характером. Хочется заобнимать до хруста костей, когда он с приоткрытым ртом смотрит мультики или кушает острый рамен, от которого слезы в три ручья текут. А следующую секунду хочется задушить, потому что заставляет смущаться и чувствовать жар на щеках, когда длинными пальцами скользит по бедрам все выше, забираясь под футболку оглаживая выступающие кубики пресса. Стоит ли говорить, что потом они все-таки скачали ту самую камасутру? Хва стал почти всем и почти заменил всех - друзей, подруг, одноклассников, школьные факутальтивы, но не любимые книги. Он наоборот, старался приучить Пака читать и с подачи Джуна, Сонхва впервые заинтересовала научная фантастика, и если для легкомысленного Пака, Джун был первый только в любви к книгам, то для младшего его хен был первым во всем: первый поцелуй, влюбленность, секс, слезы и разбитые костяшки – тоже из-за него. Пак был и остается слишком беззаботным со своим особенным мышлением и видением мира, недаром пошел на архитектора, так же и остается любовью вселенского масштаба для Джуна. Они даже начали встречаться странно - не обговаривая ничего, просто однажды Хва подсунул в книжку записку со словами: «такому глупому, как я, нужен такой умный, как ты». Хонджун улыбался весь вечер от разрывающего грудь света, что возник из-за старшего. Так день февраля и стал датой отчета их «официальных» отношений. Проговорив всю ночь по телефону, затыкая рот от смеха, Хон не пошел на следующий день в школу, ссылаясь на высокую температуру. Мама тогда поверила сыну (разве могло быть иначе?), а сам парень провалялся в кровати, раздумывая о своем хене. Вывод был один: он бесповоротно влюблен. Правда, за все месяцы, что они знакомы, никто не сказал заветных трех слов, но в этом никто и не нуждался. Пак говорил, что ему уютно с Джуном и без этих «сопливостей», тем более ему достаточно взгляда, чтобы понять всю необъятность чувств, а сам младший, слишком гордый, чтобы говорить первым это. Сонхва стоит в самом центре толпы людей. Все спешат запрыгнуть в вагоны, а громкие голоса смешиваются в одну какофонию. Десятки людей, укутанные в шарфы или же наоборот - в легких курточках проходят мимо с чемоданами и здоровыми клетчатыми сумками. Кто-то смеется громко, обнимая крепко человека, с которым разлука была не один день, а может и не один месяц. Пак мягко улыбается, представляя, как его так же будет встречать его Хонджун, который наверняка сначала ударит кулаком по плечу, а позже сгребет в свои медвежьи объятия, чтобы тихо прошептать: «я тебя так долго ждал». Сердце больно сжимается от одной мысли, что Хон не придет проводить его и так не простит глупость любимого человека. Парень старается разогнать темные облака, что нависли над его головой и заставляют его еще больше злиться на самого себя. Он ведь мог придти к Джуну домой, сказать «пока» нормально, пообещать, что будет звонить каждый вечер и не будет таким мудаком. Ким, конечно, не поверит, но на красивом лице появится улыбка. Нервы натягиваются, как струны, вот-вот сейчас лопнут от этого, как уже кажется, бессмысленного ожидания. Слышится детский плач и Хва видит, как отец тащит маленькую девочку прочь от поезда, на котором уезжает, по всей видимости, ее мама с размазанным от слез макияжем. Малышка почти в истерике бьется, а мужчина со стальным лицом ее все так же ведет за руку, не оборачиваясь назад. Почему-то так невыносимо больно становится от этой картины, а вдобавок Хонджуна так и нет до сих пор, что добавляет сто баллов на счет отвратительного настроения. Становится грустно и волнительно, даже пустой желудок неприятно сводит от этого, а ладошки неприятно потеют. «Не может же все так закончиться», - думает Пак, обеспокоенно бегая глазам по людям, что обходят красноволосого стороной. Нет никого похожего на его Хонджун-и, единственного и неповторимого мальчика с огромными черными глазами, в которых можно разглядеть самые яркие звезды, чудесными черными волосами мягкими и светлой бархатной кожей, которую нельзя не одаривать поцелуями. Остается семь минут, а Хва готов позорно разреветься от безысходности и плачевности своего положения, пока не слышит тихий оклик. -Сонхва? – а затем громче, - Сонхва! Старший оборачивается на такой родной голос и видит его. Джун, как маленький воробушек с растрепанными волосами и расстегнутой курткой бежит к Сонхва навстречу, чтобы врубиться в крепкую грудь и почувствовать запах любимого парфюма. Пак ловит младшего, заключая в кольцо рук, кажется, что мир сейчас весь замер вокруг них, время остановилось и они одни на перроне. Жмутся к друг другу все ближе, чтобы почувствовать, как их сердца бьются в разнобой, воздух разделить на двоих, а хотелось бы целую жизнь. -Я думал, что ты не придешь, - куда-то в макушку говорит Сонхва, вдыхая аромат ментолового шампуня. -Ты, конечно, придурок, но как я мог не придти? – заявляет Хон, утыкаясь в район ключицы, словно котенок, вызывая низкий смех у своего парня. -Прости меня, правда, - отстраняется, чтобы заглянуть в такие любимые глаза, - я просто дурак. -Я знаю, - чуть улыбается, хотя в душе атомная война все уничтожила и только ветер гоняет пепел прежнего Кима, - я так буду скучать по тебе, кусок дерьма. Ударяет по плечу не с такой силой, как обычно, но этот жест у него вместо признаний в любви, а Паку все смешно. -Ну да, твоя любимая игрушка для битья уезжает, - потирает больное место и понимает, что ему будет не хватать всего этого, - через минут пять начинается моя посадка. И последняя фраза разбивает и без того потрескавшееся маленькое сердце, Джун его еще долго склеивать будет, если еще получится. Он не может это контролировать, но в глазах появляется неприятная влага и нос смешно начинает тереть от неприятных покалываний. Так не хотел разреветься на перроне, как в дешевой дораме, что постоянно смотрел Пак, но оказывается, в реальности все так и есть: сотни людей спешащих, мешающие звуки и вы вдвоем против всех пытаетесь сберечь свою любовь, несмотря на будущее расстояние. Хонджун пытается не смотреть в глаза, а то точно не сдержится и бросится умолять остаться, зная, что нельзя. Он готов осколок своего сердца кровоточащего отдать, только пусть Сонхва помнит о звездных ночах, когда пытались сосчитать все яркие огонечки, лежа на крыше какой-то заброшки, о жарких поцелуях, которые может подарить только Пак – испепеляющие и лечащие все раны, прогулках по городу вдоль реки и бесконечных разговорах, только пусть помнит о них – это самое главное, а уж Джун дождется. -Посмотри на меня, - обхватывает своими, мелко подрагивающими, большими руками такое прекрасное лицо своего любимого, - не вздумай плакать, я тогда не смогу уехать. -А если я этого и хочу? – обиженно произносит и хлюпает носом. -Боже, Джун-и, ты такой милый, я же не навсегда, - сокращает жалкие сантиметры между ними, чтобы подарить прощальный поцелуй со вкусом гигиенической помады, сожаления и слез. Неторопливо и нежно Пак сминает искусанные губы, чувствуя, как рана в душе расходится еще больше, обретая отвратительно-красные края. Им не насладиться, не надышаться друг другом, всегда будет мало этих нежнейших прикосновений и трепетных поцелуев. Хонджун и Сонхва нашли свои сорта наркотиков, от которых ни за что не откажутся, не в этой жизни уж точно. Три дня, что Ким был в обиде на старшего – показались вечностью, что же будет, когда Пак зайдет в поезд? Они теперь оба сломанные с раздробленными ребрами, что вонзаются в легкие и мешают дышать и лекарство тут одно – их любовь. Люди на них косятся странно и перешептываются, некоторые даже детям глаза закрывают, чтобы те не видели двух целующихся парней, но самим предметам презрительных взглядов – плевать совершенно. Еще в тот день, когда Сонхва перекрасился в огненно-красный он сказал: «Я живу в свое удовольствие, а не чтобы прислушиваться к чужому мнению». Тогда Джун и пытался все свои комплексы перебороть, положить на других людей, чтобы не стесняться целовать своего парня, когда другие могут увидеть. Любовь есть любовь, и этим все сказано. -Мне пора идти, - с тоской в голосе сообщает Сонхва. -Подожди. Пак вопросительно выгибает бровь и смотрит на сосредоточенное лицо парня, тот явно хочет что-то сказать, но все с духом не соберется, глазами бегая по серому поезду. Видно, что Хонджун переступает через себя, борется со своими принципами и устоями, чтобы твердо поднять взгляд и в глаза в глаза сказать впервые: -Я люблю тебя, Пак Сонхва, - с нотками стали в голосе и нахмуренными бровями, но для старшего – это самое лучшее и искренне признание. -Джун-и, - крепко обнимает, напоследок запоминая мельчайшую деталь во внешности и аромате парня, - мне пора. Так нехотя разрывая объятия, одной рукой хватая чемодан, а другой похолодевшие пальцы Кима, которые хочется до жути согреть. Они почти бегут до нужного вагона, а Хонджун все думает о своем признании, опуская взгляд под ноги. Он не рассчитывал, что придется сказать о своих чувствах именно так, но другой возможности больше не появится, в ближайшее время уж точно, а отпускать своего парня, которого любишь всей израненной душой без этих трех слов – настоящее кощунство. Хонджун не ожидал ответного признания, в конце концов, оно в каждом жесте: в каждом взгляде из под пушистых ресниц видит маленькие послания, но ему было бы крайне приятно, услышать сейчас, что его в ответ любят. -Ваш билет и паспорт, пожалуйста, - говорит молоденькая проводница с улыбкой на лице, а Хон только сильнее руку сжимает. Пак протягивает кусок бумажки, которая его перенесет за сотни километров от этого маленького крольчонка, что жмётся так доверчиво к нему и слезы свои молча глотает. Пока девушка внимательно сверяет билет с паспортными данными. -Я же скоро приеду, Джун-и, - поворачивается и смотрит в глаза покрасневшие, а парень неверующе машет головой. -Как же я тебя ненавижу, - тихо сквозь зубы проговаривает Ким, не замечая заинтересованный взгляд проводницы. -А минуту назад говорил, что любишь, - как-то пытается разрядить обстановку, улыбкой сглаживая углы, но сам все больше ненавидит это прощание. -Люблю и ненавижу, - отчаянно с болью. -Мужчина, поезд скоро отправляется, - вклинивается девушка, которую Хон уже терпеть не может. Сонхва вновь приближается так близко, оставляя поцелуй-бабочку на губах, и напоследок в персональный космос смотрит, запоминая каждую звездочку. -Я напишу, - из руки выскальзывают чужие пальцы и жизнь в целом. Хонджун только головой кивает, как собачка на приборной панели в машине и идет на ватных ногах в сторону окна, где ему уже машет его любовь. Рот рукой прикрывает моля самого себя, чтобы в голос не разревелся, по крайней мере, не тут, не в эту секунду, когда его красноволосое чудо улыбается своей широкой улыбкой так тепло и по родному, а потом выдыхает на стекло рисуя кривое сердечко. -Я люблю тебя, Ким Хонджун, - кричит Сонхва, но толстые стекла почти не пропускают звук и Хонджун по движению губ догадывается, что он хочет сказать. Джун подходит к поезду, чтобы приложить свою ладонь к стеклу, а Пак соединяет их руки. Они так близко, но с каждой секундой становятся все дальше, удерживая ниточку любви через все километры, что будут их разделять спустя двое суток. Больше не коснуться мягкой щеки, чтобы вытереть мороженое, которое так любит младший и так не аккуратно ест, не вдохнуть запах волос от которого сходишь с ума бесповоротно и не поцеловать обветренные губы. Хонджун любит впервые и искренне, всей своей душой пытаясь проникнуть в Пака, чтобы вместе, чтобы навечно. Для Сонхва это не первый опыт, но самый долгий и уникальный. Хонджун такой, какой он есть со своими комплексами, любовью к книгам и с привычкой мило морщить носик, когда смеется и никакого другого Хонджуна не нужно, да таких во всем мире нет. Сонхва любит. Любит так, что готов подарить этому ребенку все, что есть у самого, готов выполнить самую сумасшедшую просьбу, хоть с акулой плавать будет, если это вызовет улыбку у младшего, но одну просьбу выполнить не может. Не может остаться сейчас. Поезд трогается и Хонджун отшатывается от него подальше, смотря вслед и начиная отсчитывать секунды до их встречи. Он не бежит за ним, как делает это девочка с растрепанными волосами и криками о вечной любви своему парню. Джун теряется в огромной толпе провожающих, руки сильнее прижимая к месту, где сердце бьется учащенно, перекачивая кровь вперемешку с болью и любовью только к одному человеку. Он оставляет свою душу на перроне, на этом самом месте, где Пак признался ему в своей любви, Ким тут и будет стоять в ожидании, когда точно такой же поезд привезет через три месяца его родного, который забрал кусочек сердца. Только сейчас, когда последний вагон скрывается за горизонтом, младший позволяет себе небольшую слабость в виде потоков горячей соленой воды, омывающей его тоску и душевные раны, облегчая боль в горящих легких без Сонхва. Лекарство тут одно – их любовь. Удивительно получается, что вокзал – это место, где люди встречают и провожают друг друга. Место, где слезы радости или горя текут ручьями, рассыпаешься пеплом и восстаешь, как прекрасный феникс. Ничего спустя годы не меняется: все те же стены, огромное расписание, полы с маленькими трещинками, перрон на котором люди суетливо бегают, ища свой вагон, громкие разговоры, которые мешают услышать самые главные слова и поезда. Путешествующие во всей стране, меняющие людей и проверяющие чувства на прочность.