Письмо де Тревилю

Глубоко опечаленный чем-то Арамис сидит у окна. д'Артаньян: Арамис, у Вас что-то случилось? Арамис: Да. Мне двадцать три года... Портос: Смиритесь, мой друг, это называется "старение". Арамис: Мне двадцать три года, я ушел из семинарии в двадцать, а за следующие три года обзавелся тремя любовницами... д'Артаньян: Да Вы счастливей всех нас! Разве же это повод для печали? Арамис: Нет, но... Портос: Но что? Арамис: Но сколько бы их было, если бы я ушел в девятнадцать или восемннадцать? Или, скажем, если бы я оставил семинарию в шестнадцать? А что, если бы я вообще ушел из семинарии в свое совершеннолетие, в тринадцать? Портос, посмеиваясь над бурным воображением Арамиса: А что, если бы Вы вообще не ходили в семинарию..? . После событий в главе 26. Базен: Вы все испортили, Вы снова все испортили! Мой господин опять будет мушкетером, хотя мог бы стать таким хорошим епископом или даже кардиналом... д'Артаньян: Кардиналом?! А что, Ришелье нам мало? Базен: О! Он был бы замечательным, замечательным кардиналом... Он всегда рассуждает, как кардинал... д'Артаньян: Так это серьезно? Храни нас Небо от такого кардинала, как Арамис! Базен: Не говорите так! д'Артаньян: Арамис, у нас тут спор. Вот скажите, Вы сами-то хотели бы быть епископом или кардиналом? Арамис: Кардиналом?.. А что, Ришелье нам мало? д'Артаньян: Я серьезно. Арамис: Ну, епископом - хотел бы, а кардиналом - нет... Я думаю, к темным, как у меня, глазам больше идет фиолетовое, чем красное. Базен: О, горе мне! Он и рассуждает, как мушкетер... Я принесу его кружева и шляпу с плюмажем... д'Артаньян: Нет, Базен, Вы уже второй раз ошиблись! Кружева и перья несите, а шляпу можете оставить себе. Он рассуждает, как барышня! . Осада Ля-Рошели. Слышен пушечный залп. Арамис падает в обморок. Мушкетеры: Арамис!!! Арамис: Где я?.. Почему я не в семинарии? Зачем мне эти мушкет, ножи, шпаги, какой же я мушкетер? Портос: Он потерял память! Д'Артаньян, срочно несите письмо от его любовницы, мы его теряем! Д'Артаньян приносит письмо и подает его Арамису. Арамис: Ах, я узнаю этот почерк, этот слог! Моя жизнь, моя любовь! Женщина, за которую я готов сражаться! Мушкетеры успокаиваются. Арамис, продолжая читать: А эти прелестные розовая бумага и лиловые чернила, перламутровый сургуч... Духи, которыми дышит это послание... Почему у меня таких нет? И, наверное, это письмо было написано павлиньим пером, таким красивым, таким... Портос: Мы его потеряли! . Построение на переднем дворе дома капитана де Тревиля. де Тревиль: Так, Атос, Портос... Ах, Арамис, и Вы здесь! Какое счастье! Мне сообщили, что Вас заколол де Жюссак, я не мог найти себе места! Арамис: Заколол? Портос: Вчера, мы с Атосом были у Вас секундантами. Де Жюссак ранил Вас, Вы упали и больше не вставали, что нам было еще думать? Арамис: Ах, это... Почему Вы решили, что я ранен? Я любовался звездами да так и не понял, отчего вы все ушли. . Построение на переднем дворе дома капитана де Тревиля. де Тревиль: Так, значит, Портос, Арамис... Входит пьяный Атос, вернувшийся из кабака. де Тревиль: Атос, Вы тоже здесь, прекрасно! А мне сказали, что Вы мертвы! Атос: Скорее, мертвецки пьян. Кто сказал? де Тревиль: Арамис и Портос, Ваши друзья. Атос, разворачиваясь к выходу со двора: Ну, не стану спорить со мнением большинства.