И по хлебным крошкам мы придем домой

Когда Грег проснулся, за окном все еще было светло. Он по-прежнему спал на боку между Огги и Джерардом, Огги обнимал его со спины, а Джерард свернулся калачиком и слегка похрапывал. - Интересно, а пещерные люди трахались? – спросил Грег. Он выполз из-под пледа и тут же обнаружил, что снаружи полный дубак. - Они наверняка трахались, чтобы согреться, - ответил он сам себе. - Интересная мысль, Грегори, - сонно пробормотал Огги. Он придвинулся к Джерарду, и они продолжили спать. Грег сходил под душ, вскипятил чайник, надел поверх рубашки толстый свитер, вернулся в гостиную и принялся разжигать камин. Дрова как раз занялись, когда под пледом как-то особенно активно завозились. - Да, пещерные люди точно трахались, - констатировал Грег. Он отошел к столу с папками и, попивая чай и рассматривая надписи на папках, принялся вслушиваться в стоны и гадать, кто из них кого. В конце концов решил, что Джерард Огги. Но вдруг послышался особенно громкий выдох, потом ругательство Джерарда, и из-под пледа вылез Огги со словами: - Извини, дорогой. Ты слишком привлекателен, а я хорошо поспал. И не забудьте перестелить шкуры. Посветив Грегу голыми ягодицами, он забрал свою одежду и ушел. - Да блядь, - сказал, сбрасывая плед и садясь по-турецки, Джерард. Он посмотрел на Грега: - Может, ты? Хотя нет. Он принялся яростно дрочить и через несколько секунд кончил. Посидел еще минутку, встал и принялся, ворча, сворачивать шкуру на диване: - Сам набросился и сам недотрахал. - Я думал, это ты ему вставил, - ухмыльнулся Грег. - Да нет, я теперь еще несколько дней не смогу никому вставить. Потому что у одного придурка зубы крепкие, а второй, - Джерард поморщился, - трахая кого-то вдвоем, скорость меняет невовремя. - Что, все так серьезно? - Да просто ссадины, но не хочется в них заразу занести. Так что несколько дней лучше поберечь себя. Отличный отпуск, черт побери! - Да у тебя и отпуск похож на каторгу, - заметил Грег. Джерард это никак не прокомментировал. Закончив с первой шкурой, он приступил ко второй. На диване все еще лежала книга. Джерард поднял ее, чтобы переложить, и тут из нее во все стороны полетели лепестки. - Мать! – выругался Джерард. Грег подошел помочь ему и, собрав лепестки, хотел было выбросить их в камин и уже отодвинул заслонку, когда Джерард сказал: - Не трогай, это Дэмьена. Грег растерялся. - Просто разложи обратно между страницами. Огги надо будет – он сам выбросит. - Ладно. Он взял из рук Джерарда книгу. На форзаце была надпись: «Погружайся в природу, но не зарасти травой». - В пятнадцать лет я был тем еще придурком, - сказал Джерард. - А Дэмьен? Ботаником? - Нет. Но он всегда знал, чего хотел. - А ты? Разве не знаешь, чего хочешь? - Наверное, знаю. Джерард наклонился над шкурами на полу и принялся их обнюхивать. - Что с ними теперь делать? - спросил Грег. - Да просто проветрит Эдвард и все. Эти уже от того, что лежат перед камином, портятся. И без нашей помощи. Но их еще полно. - Это все Дэмьена? - Да. - Он любил розы и охоту… - Розы, охоту и проводить время с нами. - А?.. – Грег хотел спросить про записку, но пришел Огги и принес новые шкуры. Такой весь подтянутый и застегнутый, словно не то что сегодня не трахался, а и вообще никогда. - Эти в порядке. Грег, у тебя готовность десять минут. Дальше работаем. - Джерард оставил в покое шкуры у камина, взял обе с дивана и ушел. Грег вспомнил, что все еще держит в ладони лепестки. Он разложил их между страницами и отдал книгу Огги. - Спасибо. Это чайная роза. Лепестки с его первого куста. Он посадил его в 48-м году. Ты должен как-нибудь приехать ко мне домой. В саду еще много сохранилось из того, что он сажал. Была еще оранжерея - он выращивал розы для косметических масел, но я ее продал. Огги разложил шкуры и лег с книжкой на диван, не обращая больше на Грега никакого внимания. - И сколько мы будем работать? – спросил Грег, когда Джерард вернулся. - До двух. - Мне вставать в восемь. И ты ведь меня повезешь. - Именно поэтому ты будешь работать до двух. - А ты? Вопрос остался без ответа. - Чертово дознание. Я вообще не помню, чтобы когда-нибудь где-нибудь дознание проходило так быстро, - вздохнул Грег. - Через три недели было несколько раз, через две с половиной недели было однажды, через год и два месяца - тоже было, но чтобы через одну неделю… - Это потому, что тебе простые трупы не дают. В войну и быстрее делали, - подал голос Огги. – Налеты все очень быстро. Только опознают – и сразу дознание. И занимало-то всего несколько минут, потому что что там выяснять. Я помню день, когда дознание было по сорока телам сразу. - Мы там были с Дэмьеном, - вспомнил Джерард. – Помогали разбирать завалы. Вызвались добровольцами. Это еще до отца было. - Вот-вот. Вы с Дэмьеном тогда у меня жили. Оба серые пришли. - Ага. Ты еще после этого нас старательно пытался в Камбрию услать, - ухмыльнулся Джерард. – Хотя мы оба уже на фронте побывали и оба по ране получили. Но по отцу дознание, кстати, было больше, чем через месяц. И нам не давали его похоронить. Хотя там, в принципе, мало что осталось. Но это не повод, чтобы не хоронить это «мало что» по-человечески. - Это какое-то свинство, - сказал Грег. - Ну, мать сердечными каплями я отпаивал, поэтому не могу не согласиться. А тут брат покойного викарий. Вполне возможно, что из уважения к нему коронер хочет все поскорее закончить. Так какие у тебя еще к нему претензии? - По закону там уведомление за неделю, насколько я помню… А он мне в четверг сказал, и то только потому, что я заехал. - Ну, не ты же дело об убийстве ведешь. А тебя – мог, конечно, но не обязан. - Так его и полиция Ньюкасла, можно сказать, не ведет! - Так это логично – коронер считает смерть не криминальной, зачем лишние расходы? - Блядь, но она криминальная! - Коронерскому офису это не очевидно. - Как это, блядь, может быть не очевидно?! Чувак является важнейшим свидетелем в деле о покушении на полицейского, пускается в бега и внезапно обнаруживается мертвым при подозрительных обстоятельствах. Что тут не очевидного?! А отчет патологоанатома?! Ты видел, что там написано?! – продолжал кипятиться Грег. - Они даже не могут вынести определенный вердикт в таком случае, только открытый. Потому что нельзя точно сказать, что это – самоубийство или несчастный случай. Открытый вердикт через неделю – извините, но это полный бред. Это может означать только то, что коронер вообще ничего не захотел расследовать. - Значит, у коронера есть что-то, что сделает вердикт закрытым, Грег, - как маленькому объяснил ему Джерард. - Просто они с нами не поделились. - Но так не делается! - Так не делается, но тем не менее все в рамках закона. - Нет, ну я видел, конечно, чтобы коронерский офис неохотно сотрудничал с полицией, но это уже перебор! Это в конце концов не дело об убийстве в полицейском участке. - Ну, - ухмыльнулся Джерард, - в наших обстоятельствах, по-моему, скорее хорошо, что коронерский офис не дружит с полицией. Иначе бы они тоже были в кармане у нашего невидимого друга. - Ты хочешь сказать, что сейчас они у него не в кармане? С вот этим-то всем?! - А ты для них, Грегори, не полиция, - опять вступил Огги. - И кто же я, по-твоему?! - Ты столичный хрен с горы, который пытается влезть в дела Ньюкасла и мешается под ногами, - ответил Джерард. – Да еще сам по себе сомнительный тип. Тебе хоть какую-то информацию сейчас дают только потому, что с тобой Ганн ездит. Если бы он не ездил, пришлось бы нам как-то наши связи задействовать. - Ганн из Девоншира вообще-то! – возмутился Грег. – Как и я! - Из Девоншира, но не из Лондона. И ты не забывай, что коронер уже объявил некриминальной смерть Лорримера. Если объявить криминальной эту и будет раскопано, что она связана с тем, что Пирсон - свидетель покушения на Хейла, то получится, что коронер допустил ошибку и с Лорримером. А ошибки, сам знаешь, как у нас любят признавать. - Блядь, сколько людей убили маньяки только потому, что кто-то хочет поскорее закрыть.., - Грег махнул рукой. - К сожалению, это ход вещей, дорогой, - ласково сказал Огги. - Поэтому ты нам так и ценен со своей страстью ко всему докапываться. - Можно подумать, что эта страсть мне чем-то помогла. Я в жизни не тратил на одно дело столько времени, сколько на это, и все это какое-то бесполезное размазывание. - Нет, - сердито сказал Джерард. – Бесполезное размазывание – это вот то, что ты делаешь сейчас. Вместо того чтобы работать. - Согласен, - вздохнул Огги. Пришлось приступить к делу. Задумка Джерарда была рассказать Грегу о комиссии в общих чертах, обозначить болевые точки и провести Грега по всем шагам, которые он делает за него. В каждом пункте Грег должен был сначала наблюдать за его работой, потом делать ее под его руководством, потом какое-то время делать сам. Для начала Грег записывал все его объяснения в тетрадь и потом задавал вопросы по всему, что ему было непонятно. Через полтора часа у него вскипели мозги. - И это ты еще не делаешь эту работу, - сказал Джерард. - Да я б с катушек слетел, если б я ее еще и делал, - парировал Грег. – Мне надо отдохнуть. Давай сходим в теннис поиграем хоть на полчасика, пока еще хоть что-то видно? - Там уже ничего не видно. - Ну, на площадке фонари горят. Да хоть бы и в подвал. - Грег. Если бы ты не приставал к Огги три часа назад, то мы бы, возможно, и сходили сейчас поиграть на полчасика. А так – нет. - Ну, хотя бы покурим? - Курить ты можешь и здесь. Вон пепельница на камине стоит. И ничего, что ты только что предлагал мне здоровый образ жизни, а сейчас предлагаешь травить себя? – ухмыльнулся Джерард. - А мы прогуляемся по лесу и покурим. - Тебе что, вчерашнего недостаточно? - По дороге в лесу. - С фонарями? - Джерард, да выведи ты его уже куда-нибудь отсюда, чтоб не нудел, - сказал Огги. – И в любом случае - когда-нибудь мы должны пообедать. Так что все равно придется устраивать перерыв. Они вышли на террасу, освещенную одиноким фонариком на углу. Грег положил руки на перила, с удовольствием вдыхая речной воздух. Внизу квакали лягушки. Слева в деревьях ухала сова или филин. Уханье перебивала кукушка. - Вообще-то она уже не должна сейчас куковать, - Джерард встал рядом, попытался зажечь сигарету, но зажигалка не сработала и он убрал сигарету обратно. – Они как раз в это время улетают на зиму. Но если она сейчас кукует, то это означает, что будут еще очень теплые дни. А самая красота здесь с середины октября. Такие краски на той стороне! Ты должен приехать сюда в октябре. - Я приеду, - пообещал Грег. У него подвело живот от мысли о скорой разлуке. - Дэмьен уехал потому, что его бросили? – спросил Грег, вспомнив записку. - Почему ты так думаешь? Грег рассказал, опустив на всякий случай имя. - Он называл ее Чай. Это все, что я знаю. Понятия не имею, ни кто она, ни сколько ей лет. Ни что между ними вообще произошло. Знаю, что все это длилось пару лет. И что это его порядком мучило. - Чай как чай, черный или зеленый? – уточнил Грег. - Думаю, да. Я даже не знал, что она его бросила. Просто в какой-то момент он пришел и сказал, что ему надо уехать. Я, честно говоря, тогда подумал, что это он хочет покончить со всем. - Но разве он не уезжал периодически? Я имею в виду, что если он работал в разведке… - Уезжал. Но никогда надолго. Но в тот раз было иначе. Как будто он действительно хотел уехать от нас, от всей своей прошлой жизни. Может быть, даже насовсем. - Но почему он тебе ничего не рассказывал? Ведь ты был настолько его близким другом. - Не только близким, но и единственным, Грег. Но я думаю, что она была замужем. И он не хотел ей навредить. Так-то мы много о чем не говорили. О его работе не говорили совсем. Я знаю только, что он работал под личиной торгового представителя в Азии, и больше ничего. Об официальной части работы он мог рассказывать, но он даже о ней не говорил, так как всегда боялся, что что-нибудь сболтнет. Грег вспомнил про Майкрофта. - А как это вообще? Быть в отношениях с человеком, который много чего не говорит… - Ну, меня это не беспокоило. Поскольку я сам успел поработать в разведке, хоть и недолго, то я мог понять эту часть. А что до остального, то там уже имеет значение, например, не почему именно человеку хреново, а просто то, что ему хреново, и ты стараешься облегчить ему жизнь. Только сейчас Грег осознал, что Джерард какое-то время стоит к нему вполоборота и смотрит на него. - А что тебе облегчает жизнь? – спросил он. Джерард потянулся к нему и поцеловал в губы. Скользнул языком в рот, заставив застонать, и отодвинулся. - Вот это, - сказал он. - Кажется, работать мы сейчас не будем, - вздохнул Грег, чувствуя, как стремительно тяжелеет низ живота. - А мне даже не кажется, - хмыкнул Джерард. – Я знаю, что однозначно нет.