amsterdam

1.

Он проснулся в самолёте. Сейшу никогда раньше не летал на самолёте, поэтому его охватила лёгкая паника, когда он услышал мерное гудение, в которое погрузился зал первого класса. Спросонья он не мог вспомнить, слышал ли этот тревожный звук до того, как заснул. Кажется, его вырубило сразу, ещё до того, как самолёт набрал высоту. Болели плечи, затекли ноги. В стоимость билета первого класса почему-то не входила гарантия того, что твоё тело не будет ныть, если ты заснёшь сидя. Явный недочёт. Он взглянул на экран встроенного в переднее кресло телевизора. Оставалось лететь чуть меньше семи часов. – Ты можешь разложить кресло, – услышал он. Коко сидел рядом. Поймав на себе взгляд Сейшу, он отвернулся к окну, нервно поправляя свою новую причёску. Сложно было не проводить параллель с Коко из средней школы. Чёрные прямые волосы, короткая стрижка, выбритый затылок. С тех пор прошло около пятнадцати лет. Он окреп, теперь у него широкие плечи, черты лица стали острее. Его можно было узнать, но Сейшу ещё не мог понять, насколько он изменился. – Не уверен, что справлюсь самостоятельно, – признался Сейшу, осмотрев подлокотники. Байки были его стихией, некоторые клиенты клялись, что он совершил чудо. Но самолётное кресло – это определённо новый уровень, к которому он не был готов. Коко издал короткое «а» и отстегнул ремень, чтобы встать и нависнуть над Инупи. Ему хватило пары секунд, – и Сейшу откинулся назад вместе со спинкой. – Все сто восемьдесят градусов? – решил спросить Сейшу, потому что Коко вернулся на своё место, а им определённо надо было поговорить. Им определённо надо было начать говорить. Хоть о чём-то. Учитывая, что им предстояло провести вместе… некоторое время, им стоило научиться разговаривать друг с другом. Заново. – Я бы сказал, сто семьдесят пять, – без особого энтузиазма отозвался он. Мимо них прошёл стюард, и Коко замолчал, не желая привлекать внимание, но как только рядом никого не осталось, он продолжил: – Это не самый лучший вариант для долгих перелётов, но пришлось брать первое, что предложили. – «Не самый лучший вариант», – повторил Сейшу. – Моя квартира и в подмётки не годится этому месту. И я говорю это с учётом того, что здесь в салоне ещё около двенадцати людей, которых я впервые вижу. – Кошмар какой, – усмехнулся Коко. – Надеюсь, ты хотя бы можешь позволить себе еду лучше местной стряпни. – Не уверен. Коко тихо рассмеялся. Сейшу скучал по этому, честно. Он не знал, насколько сильно – ему казалось, что он заглушил в себе эту тоску ещё лет десять назад. Ему казалось, что он держал всё под контролем. А потом он услышал «Спокойно, Рюгуджи!», когда сидел в подсобке. «Я здесь не для этого», – услышал он. «Мне надо поговорить с Инупи». Краткая обрисовка сложившейся ситуации походила на бред: «Санзу Харуче… Ты помнишь Санзу? Этот больной ублюдок, который нас… Да, это тот Санзу, Рюгуджи. Вам лучше всем залечь на дно. Исчезнуть. Бегите из города, не знаю. Он с ума сошёл, собирает отряд из оставшейся «Брахмы», чтобы разыскать вас – думает, что вы, бывшие Сва… Вы не слышали?» «Не слышали?» – ещё раз уточнил он. Краткая обрисовка сложившейся ситуации походила на бред, пока Коко всё наконец не разъяснил: «Майки сбросился с крыши. Ханагаки мёртв». Он хотел бы остаться рядом с Дракеном и остальными. Он хотел бы напомнить им, что все эти годы, все эти двенадцать лет он был рядом с ними. Но в критический момент ему пришлось остаться с Коко, и решил это Дракен. Он сказал: «Езжай. Или я тебя угандошу, и ему придётся везти тебя в отключке». Дракен всегда был такой: хотел защитить тех, кто ему дорог, любым возможным способом. Даже если способ был откровенно паршивым. Потому что прямо сейчас Сейшу сидел в самолёте. У него не было с собой никаких вещей. Он не знал, что ждёт его в будущем. Он с трудом понимал, что вообще делал. При взгляде на Коко что-то неприятно подпрыгивало в его груди. Это было плохое чувство – оно искало чужого ответа. Но Сейшу не хотел на что-то рассчитывать, потому что не готов был ломать себя второй раз. – Ты почему не спал? – спросил Сейшу, приподнявшись на локтях, чтобы посмотреть на Коко. – Я спал, – спокойно ответил он. – Они явно преувеличивают, когда говорят «финансовый гений». «Гений», конечно. Ты разнежился, придираешься к каждой мелочи, так что не стал бы спать сидя. Кресло не откинуто. И ты всё ещё в пальто. Ты не спал. Коко вскинул брови, но даже не посмотрел в его сторону. – Что это за поразительные аналитические способности… Вы с Рюгуджи играете в данетки, когда нет клиентов? – Ага. Обожаем данетки. – Сейшу закатил глаза. – Сними пальто и попробуй поспать. – Я не хочу спать, – с неожиданным раздражением прошипел Коко. Он прикрыл глаза и потёр виски. – Забудь. – Я понимаю, что ты нервничаешь, – аккуратно начал Сейшу. – Но никто не достанет тебя в самолёте. Мы уже пролетели треть пути, если бы у них здесь были свои люди, мы бы уже были мертвы. Коко помолчал, а потом выдавил: – Они могут ждать нас в аэропорту… – И чем нам поможет твой недосып? Коко. – Он протянул к нему руку и коснулся его напряжённого плеча. – Успокойся. Попытайся расслабиться. Хоть чуть-чуть. Коко повернул голову в его сторону, но его взгляд остановился на руке Сейшу, лежащей у него на плече – не на нём. Он долго смотрел на его руку, а потом постучал по ней пальцами. – Если я включу себе фильм, ты успокоишься? Сейшу убрал руку. Он забыл: они не были настолько близки. Это прикосновение было слишком долгим. Он должен был забыть свои привычки, даже несмотря на то, что это был Коко. – Было бы хорошо, если бы ты ещё и поел. Коко рассеянно кивнул, нажал на кнопку вызова персонала и спросил: – А ты? – Нет, я лучше подремлю. – Не храпи только, – усмехнулся Коко, действительно листая что-то на сенсорном экране встроенного телевизора. Дурацкая шутка, но она заставила Сейшу улыбнуться. – Если буду храпеть, громко кашляй. Не хочу, чтобы люди знали, что я, блять, не контролирую себя во сне. Богатеи-ханжи. Коко рассмеялся. И когда Сейшу проснулся, оставалось лететь два с половиной часа. Коко всё ещё сидел в кресле с прямой спинкой. Он смотрел в окно. Сейшу был укрыт его пальто.

2.

Когда они вышли на улицу, всё происходящее перестало казаться сном. Они действительно были тут – в другом городе, в другой стране, они действительно пытались скрыться от мафии, а ещё они действительно остались вдвоём. Небо было серым, неприветливым. Люди вокруг двигались быстро и решительно, они прекрасно знали, куда шли. Сейшу поёжился, обнимая себя за плечи. Даже несмотря на то, что Коко был рядом с ним, ему тут не место. Чёрт, он не должен был позволять Дракену решать всё за него. Коко попытался привлечь его внимание, мягко коснувшись его локтя. Прикосновение – аккуратное и тёплое – тут же исчезло. – Замёрз? Коко выглядел чуть лучше: взгляд стал лёгким и быстрым, на губах появилась лёгкая улыбка. Но Сейшу нельзя было обмануть – он знал, как Коко вёл себя, если не спал. Инупи пожал плечами. – У тебя недостаточно тёплая куртка? Надо было взять дру… – У меня только одна демисезонная куртка, знаешь, – усмехнулся Сейшу. – Всё нормально, просто… ветер. Тут всегда так? На улице, я имею в виду. Коко наклонил голову. – Да, наверное, – тихо ответил он, а потом замялся: – Просто… Знаешь… Нам придётся поболтаться тут ещё некоторое время. В городе. – Что-то случилось? – Нет, всё в порядке, просто дела с квартирой ещё не закончили. Обещали часа четыре – не больше. Если тебе не нравится находиться на улице, мы можем найти ресторан. Или отель. Его голос звенел. Отель, как подумалось Сейшу, был явным перебором. И этот перебор говорил, что Коко чувствовал себя совершенно неловко. – Мы можем прогуляться. Раз уж телефон тут только у тебя, – не удержался Сейшу, – то посмотри, как добраться до какой-нибудь кафешки. – Хм, – ухмыльнулся Коко. – «Как добраться»… Мы можем просто заказать такси. Он смирил его взглядом так, будто почувствовал намерение Сейшу отговорить его – слишком дорого, наверняка очень дорого. Но, видимо, для этого Коко не существовало никаких ограничений. Что ж, он хотя бы ни в чём не нуждался всё это время. Может, это хоть как-то помогало ему справиться с тем, что он жил в окружении преступников и убийц. «Чёрт, убивал ли Коко людей?» – Приедет через пару минут. – Ладно, – ответил Сейшу, пытаясь отвлечься от своих мыслей. Он в шестнадцать – особенно, он в Чёрных драконах – вряд ли бы волновался о таком. Но он повзрослел и успокоился. И Коко, который пытался сдерживать его в худшие времена, оказался в своих худших временах без его, Сейшу, поддержки. Он правда делал всё это – всё то, чем печально прославилась «Брахма»? Эти белые руки, эта чистая кожа – он делал всё это? Они сели в такси, не проронив ни слова. Но когда машина двинулась, Коко аккуратно взял его за подбородок, заставляя поднять взгляд. Жест был не интимный – спокойный, уверенный. Но Сейшу нравились эти короткие прикосновения. Он знал и помнил эти руки. Он доверял им. Доверие – кожа к коже. Очень коротко, но от этого не менее драгоценно. – Смотри в окно, ладно? – тихо сказал Коко. – Тебя начнёт тошнить, если будешь сидеть с опущенной головой. И Сейшу смотрел. Это был настоящий Амстердам – такой, каким он его себе и представлял. Высокие узкие дома, куча аккуратных магазинчиков и ресторанов на нижних этажах, речные каналы, трамвайные рельсы, прячущиеся на каменной дороге, и куча – целая куча – велосипедистов. Красивое и абсолютно чужое место, похожее на пряничный домик. Ему хотелось понять, как здесь чувствует себя Коко. Когда он обернулся, то понял, что Коко смотрел на него. Его взгляд был цепким, воспалённым, заинтересованным. Сейшу показалось, будто кто-то роется в его органах – залез в его живот, в его грудь, роется там, что-то ищет. – Интересно? – тихо спросил Коко. – Необычно, – сказал Сейшу. И тут же поправил себя: – Точнее, непривычно. – К новому месту привыкаешь быстрее, чем может показаться, – успокоил он его. Привыкнуть, подумал Сейшу, наверное, действительно, легко. Сложнее отвыкнуть. – Мы почти приехали. После того, как Коко обменялся с таксистом любезностями, они вышли на какой-то узкой улице – ничем не отличавшейся от тех, мимо которых они проезжали. Рядом, судя по названию, была кофейня. Сейшу задержал на ней взгляд, потому что больше ничего интересного поблизости не нашёл. Коко, тихо смеясь, положил руку на его спину. – Ты не слышал про кофешопы? Тут можно легально купить наркотики. – Оу. Я не… – Всё в порядке. Если когда-нибудь захочешь попробовать – просто скажи. Мы найдём тебе что-то более безопасное. А то это местечко выглядит так себе. – Коко усмехнулся на его удивлённый взгляд. – Ну… Мне сказали, что в этом районе много ресторанов, надо только понять, где ты захочешь провести время. Поверь мне, тут можно найти что угодно. Японская кухня? – Мы можем пройтись и посмотреть? Хочется размять ноги. Коко повёл плечами и поджал губы. – А… Да, конечно. Я как-то не подумал, что ты устал. Сейшу подошёл ближе. – У тебя и так полно забот сейчас. Если мне что-то понадобится, я просто скажу, ладно? У меня нет с этим никаких проблем. Так что не думай о мелочах. – Ты не мелочь, – тихо сказал Коко. Инупи показалось, что он хотел что-то добавить, но в последнюю секунду передумал. Возможно, он обманывал себя – нельзя было верить в туманные «недоговорки» Коко. Да, может быть, он не был «мелочью», ведь иначе Коко бы не пришёл за ним. Но, наверное, не было ничего удивительного в том, что они всё-таки оказались тут вместе. – Ты понял, о чём я, не так ли? – Сейшу хлопнул его по плечу. Кажется, разговор был окончен. Они медленным шагом направились в сторону от большой дороги. Тихие узкие улочки, на которых редко встречались люди, говорили с ним на незнакомом языке. Каменные дома и каменные дороги казались мёртвыми, и Сейшу не мог представить, что здесь кто-то живёт. За двенадцать лет он успел привыкнуть к спокойствию и неизменности: начало рабочей смены – в половине десятого, конец – в семь, если с ними не договаривались заранее, в пятницу они с Дракеном заскакивали в раменную Злюки и Улыбашки, чтобы перекусить, иногда они встречали там ребят – это была спокойная жизнь, в которой не было места сюрпризам, и его это вполне устраивало. Потому что сюрпризы, которые подсовывала ему жизнь, всегда были дерьмовыми. Сначала – Акане, потом – Коко. Теперь вот – Ханагаки. Он не знал, как связаться с остальными. Он не знал, чем ему здесь заниматься. Он не знал этого города и не был уверен, что всё ещё знал Коко, который единственный в этой новой жизни связывал его с прошлым. Ему хотелось знать его, правда хотелось. Но между ними повисло такое густое молчание, что он не мог заставить себя прервать его. Единственное, что приходило ему на ум, спросить: «Как ты?» Но ему не надо было спрашивать. «Дерьмово». У него замёрзли кончики пальцев, и не спасало даже то, что он прятал ладони в карманах. Ветер хотел выгнать его отсюда – дул в лицо, и он не мог сделать вдох. Тишина пыталась его оглушить. Всё вокруг было против него. Это походило на паранойю. Надо было что-то с этим сделать. – Я устал, – сказал Сейшу, хотя он только-только начал чувствовать ноги. Он надеялся лишь на то, что местные рестораны будут чуть меньше отличаться от европейских ресторанов в Токио (на японские рестораны он не надеялся), и у них с Коко появится хотя бы одна тема для разговора: хотя бы куда сейчас идти, хотя бы что заказать. – Как тебе тот ресторан? Коко указал на небольшое заведение через дорогу. Инупи бы не распознал в нём ресторан. Окна были огромными, но помещение за ними было тёмным, пустым и неприветливым. Лишь зелёная табличка на двери указывала, что ресторан работал. Может, так даже лучше. Может, в темноте он сможет успокоиться и забыть об этом незнакомом свете. И, может, в темноте Коко покажется ему таким же, каким он его когда-то знал. – А это в твоём стиле? – спросил Сейшу, уже собираясь перейти дорогу. Коко закатил глаза: – Не знаю, что ты там себе выдумал… В любом случае, мне всё равно. Ты ведь не ел. Если тебя устроит местная кухня, мы останемся тут. – Ты не голоден? Сейшу открыл дверь, и Коко, усмехнувшись, проскользнул внутрь так, будто Инупи его пригласил. Это казалось таким странно знакомым, хоть он не смог вспомнить ни одного раза, когда Коко бы так над ним подшутил. Знакомой казалась не ситуация, знакомым было чувство. А потом он посмотрел в лицо Коко: бледная кожа, под глазами синяки, а в самих глазах лопнувшие капилляры. Красный цвет, инородный для белка глаза, делал взгляд измученным, взрослым. – Нет… Не очень, – ответил Коко, явно не желая говорить об этом. – Ты ведь поел в самолёте? – с подозрением спросил Сейшу. – Да, – спокойно ответил Коко. Кажется, это была правда. – Просто потом мне стало плохо. Наверное, хорошо, что ты не ел в самолёте – еда там была паршивой. Дело наверняка – нет, совершенно точно было не в еде. – Тебе всё ещё плохо? – Да так… И Сейшу ничего не заметил. Вина поскребла изнутри грудной клетки. – Мы закажем тебе чай с мятой, – тихо сказал Сейшу, выбирая столик у дальней стены. Ему совершенно не хотелось сидеть рядом с окнами. Поговорить с Коко у него не получилось. Они зашли в ресторан национальной кухни, и Коко честно признался, что не особо разбирается в том, что тут едят. Подмигнул и сказал: – Вот когда дело до выпивки дойдёт, обращайся. Инупи ориентировался по фотографиям и выбрал что-то, что было похоже на шарики в панировке. Когда Коко делал заказ, Инупи пришлось ущипнуть его за руку – он не услышал в его речи ничего про чай. Коко рассмеялся. Но Сейшу не верил в его смех. Ел Инупи молча. Коко не издавал ни звука. Он смотрел на улицу – Сейшу смотрел в стол. – Эй, – позвал его Коко через некоторое время, когда Сейшу уже пил кофе. – Я понимаю, что тебе всё это не нравится, но ты просто… думай о том, что скоро всё наладится. Когда я разберусь со своей новой должностью, я найду время на то, чтобы заняться тобой. Мы наймём тебе репетитора, ты выучишь язык. Найдём тебе хорошую мастерскую или магазин – это не проблема. Или… если ты не хочешь, то я устрою тебя к себе, мы придумаем, чем тебе заняться. – Он замолчал. Инупи ничего не говорил. – Но, если ты хочешь, то можешь вообще не работать. Это не проблема. Я вполне могу… – С чего бы это? – спросил Инупи. Это предложение показалось ему настолько неуместным и нелепым, что он почувствовал себя неуютно. – Я вполне могу жить самостоятельно. – Я взял тебя под свою ответственность, – спокойно проговорил Коко. – И я просто хочу обеспечить тебе комфортную жизнь. Я понимаю, что здесь тебе может быть сложно, поэтому я и говорю – если ты пока не готов учиться или работать, я помогу тебе. Я… не знаю, я могу найти тебе психолога, чтобы тебе было легче адаптироваться, или… – Почему именно сюда? – спросил Сейшу. – Хорошая должность… Совсем другие деньги, но это хотя бы легально. – Теперь ты думаешь о легальности? – Сейшу вскинул брови. – Это мой шанс вырваться. И раньше-то дела обстояли не очень, а теперь, без Майки, всё развалится. Но пока все они не поймут, что Брахма держалась именно на Майки, у Санзу есть возможность пользоваться нашими людьми так, как ему вздумается. Поэтому я не мог оставить тебя в Японии: Япония пока что принадлежит им. – Коко поднял взгляд и увидел в лице Инупи что-то, что сделало его взгляд серьёзным. – Я позаботился о том, чтобы твои дружки не остались в дураках. Я не смогу перехватить каналы связи, не выдав себя, но я дал Рюгуджи номер оружейного дилера… – Ты думаешь, они возьмут в руки оружие? – нахмурился Сейшу. – Что ж, им придётся. Я сделал всё аккуратно – так, чтобы Санзу не смог понять, что наводку дал я. Мы не работали с этими парнями, так что… Тебе остаётся лишь надеяться на то, что у них всё получится. Если им удастся убить Санзу, вопрос будет решён. Остальная верхушка вряд ли будет в этом участвовать, я их хорошо изучил. Они просто палачи, которые следуют приказу короля. И другой палач заменить короля не сможет. Инупи согласно кивал после каждого предложения. – Спасибо, что позаботился о них, – выдавил он. – Иначе ты сошёл бы с ума, не правда ли? Инупи посмотрел на свои руки. Они дрожали. Перед глазами стоял Дракен с пистолетом. У Кавата и Мацуно с Ханемией своё дело, Хаккаю и Мицуе нельзя вмешиваться в такие разборки, Хина осталась одна, и… – Эй, я же пообещал, что всё будет хорошо. Коко оказался очень близко, и Инупи поднял на него свой взгляд. Коко выглядел так, будто жизнь ударила его по лицу и предупредила, что стоит готовиться к худшему. Он хотел верить его словам, но слова Коко были красивыми лишь до тех пор, пока Инупи не смотрел на него. Коко сам был напуган. Он тоже не знал, чего ждать. – Прости. – Инупи вновь опустил взгляд. – Не парься обо мне. Я могу с этим справиться. – М… – Коко невесело усмехнулся, глядя на его ладони. Сейшу заметил его взгляд и спрятал ладони в карманах. – Тебе, кажется, действительно нужна травка. – Нет, не нужна, – выдохнул Инупи. – Я не собираюсь таким заниматься. – Здесь это можно сделать легально даже туристу, ты в курсе? – Нет, – спокойно повторил он. – Дело в том, что мне это не интересно. Я не… Коко вскинул брови. Когда они виделись в последний раз, они были детьми. Они и не думали о таком, по закону им нельзя было даже пиво купить. Они разошлись слишком рано для того, чтобы узнать, кто как относится к алкоголю или наркотикам. – А ты? – аккуратно спросил Сейшу. Коко отмахнулся. – Я пробовал, но на этом всё. Это было лет… семь назад? Эти ублюдки уговорили меня – сказали, что это поможет моей продуктивности. Но оказалось, что наркотики не очень-то эффективны для моей работы, так что… Нет. Я не принимаю. Инупи почувствовал облегчение. Надо же. – Знаешь, – зарядившись его откровением, произнёс Инупи, – я никогда не пил ничего крепче пива. Это было глупо, но Инупи действительно боялся, что пьяным он сорвётся и начнёт говорить о Коко. О том, что он скучает. О том, что он хотел бы видеть его рядом с собой. Начнёт говорить о том, что так болело, о том, что он в себе глушил рациональностью и самыми плохими воспоминаниями – тем, при каких обстоятельствах они расстались. «Ничего крепче пива», – он так и сказал Дракену. И тот принял это условие без лишних вопросов – так, как он умел. – Ничего крепче пива? Правда? – Коко заглянул ему в лицо и, дождавшись сдержанного кивка, улыбнулся. – И ты, что же, откажешься разделить со мной женевер?

3.

Сейшу считал себя действительно бесполезным. Он ничем не мог помочь Дракену и остальным, и всё, что ему оставалось – душить себя переживаниями и виной. Поэтому от идеи выпить он не отказался. Если они не смогли расслабиться в ресторане, то алкоголь должен был хоть чуть-чуть их раскрепостить… По крайней мере, так он думал. Он даже скорее надеялся на это. Сейшу сосредоточился на этой цели, и когда Коко заблудился и уже собирался вызывать такси, он аккуратно забрал у него телефон с навигатором и повёл их в сторону ближайшего магазина с алкоголем. Тревожные мысли мутнели, когда он пытался соотнести названия улиц в телефоне с табличками на домах, и когда он выяснял, где север, а где юг, и когда слушал шутливые обращения Коко: «мой штурман». В отличие от Сейшу, который в магазине с алкоголем боялся лишний раз пошевелиться, – вдруг что-то случайно заденет и разобьёт? – Коко чувствовал себя совершенно спокойно. Кажется, это место его немного успокоило – он с любопытством рассматривал полки и вёл оживлённую беседу с консультантом. В конце концов, он схватил за горло одну из бутылок и направился к кассе. Ему пришлось со смехом закрыть Инупи глаза, когда на кассовом аппарате высветилась цена. – Едой нас, конечно, обеспечили, – сообщил ему Коко, – но я думаю, что к женеверу надо купить сыр. Я как раз видел магазин на той площади. Коко рассмеялся, когда Сейшу, уставившись в навигатор, очень медленно выговорил «дэ дам». – Смотри-ка, у тебя уже неплохо получается. Несмотря на то, что у Коко явно поднялось настроение, его руки мелко подрагивали – Инупи заметил это. Они, вслух читая все названия, которые попадались им по пути, дошли до нужного магазина. От разнообразия у Сейшу разбежались глаза. Чтобы не казаться полным идиотом, он сделал вид, что внимательно изучает состав какого-то зелёного сыра. Пока он пытался не ударить в грязь лицом перед вежливыми консультантами, Коко набрал целую корзину разных сыров. Он махнул ему рукой и подозвал к себе. Инупи встал у кассы, вслушиваясь в то, как кассир пробивал их покупки. Он лениво разглядывал прилавок у кассы, пока его не отвлекал короткий звук – клик! А потом он снова возвращался к разглядыванию сувенирчиков. Его взгляд зацепился за небольшую корзинку. – Хм, кажется, уже можно въезжать, Инупи, – сказал Коко, глядя в телефон. Инупи воспользовался этим и незаметно положил небольшую прямоугольную коробочку с изображением голландского сыра рядом с непробитыми сырами. Клик! – и коробочка отправилась в пакет. Они вышли из магазина, одновременно глубоко вдохнули и, взглянув друг на друга, рассмеялись. – Сыры – это хорошо, но запах… – Запах на любителя, – признался Инупи. Он помолчал, глядя на усмехающегося Коко, но потом всё-таки сказал: – Я кое-что… я купил кое-что. Тебе. За твой счёт. – Когда успел? – удивился Коко. Кажется, он не особо встревожился. – Ты же не украл ничего? – Нет, можешь в чеке посмотреть, – сказал Сейшу и забрал пакет из рук Коко. Он сразу нашёл нужную вещь, достал её из пакета и протянул Коко. – Я подумал, что это… не помешает. Коко, вскинув брови, забрал у Инупи небольшую коробочку и посмотрел на неё, словно ждал чего-то. Сейшу решил его не мучить: – Это игральные карты. – Коко поднял на него взгляд. – Я решил… Ну, знаешь, ты любил делать расклады. Это тебя успокаивало. Коко улыбнулся. Потом засмеялся. А после закрыл лицо рукой, его плечи мелко затряслись. Инупи почувствовал, как сердце в груди забилось быстрее. Он несмело шагнул к Коко. Ему не хватило храбрости протянуть к нему руки. – Эй? – позвал он. – Ты что, пла… – Боже, нет, – сквозь тихий смех проговорил Коко. Он убрал руку от лица, чтобы Сейшу убедился: глаза воспалённые, но слёз в них нет. – Просто ты, оказывается, всё ещё знаешь меня лучше всех. Сейшу слабо улыбнулся. – Если честно, то я ничего о тебе не знаю. Коко перестал смеяться, улыбка исчезла с его лица. Его взгляд затуманился, он посмотрел куда-то в сторону. – Может, ты так считаешь. Но среди всех людей в мире ты… Я просто хочу сказать, знаешь, среди моих так называемых коллег никто не потратил бы на меня один евро за, – он усмехнулся, – сырные карты. Даже с учётом того, что это мои деньги. – Ну, – попытался отшутиться Сейшу, – ты хотя бы не ошибся с выбором. – Выбора не было, – ответил ему Коко. – Ты самый дорогой мне человек. Был таким и остался. Сейшу пришлось прокрутить эту фразу в голове несколько раз прежде, чем он осознал её полностью. – Самый дорогой? – повторил он, уставившись себе под ноги. А потом поднял взгляд, чтобы встретиться со спокойным лицом Коко – уставшим, измученным, но ровным и правдивым. – Коко... прошло двенадцать лет. – Думаешь, я настолько непостоянен? – попытался отшутиться он. – Коко. – Ладно, прости меня, хорошо? Двенадцать лет молчать, а потом сказать такое – это действительно немного... – Нет, я не об этом, – прервал его Инупи. – Двенадцать лет прошло. Ты... Кто вообще был рядом с тобой всё это время? Коко молча смотрел на него — на его лице не было ни смущения, ни горя, ни веселья; только холодное подтверждение догадки Инупи о том, что Коко всё это время был один – совсем. – Не делай из этого трагедию, ладно? – с усмешкой, которая ничего не выражала, попросил он. Сейшу почувствовал подступившую к горлу горечь. Коко сказал ему не теряться и после этого потерялся сам. Было нечестно, что ему пришлось двенадцать лет жить непонятно как и непонятно с кем. Жить под властью Майки, который отвернулся от своих лучших друзей, который убил Ханагаки. Жить в постоянной опасности, в страхе, что близкая связь с кем-либо может представлять проблему для Брахмы. Было нечестно, что даже сейчас он не мог показать, насколько это всё было тяжело. – Я... – Не надо ничего говорить, – спокойно сказал ему Коко. Инупи решительно подошёл к нему ближе – ещё ближе, почти вплотную, – поставил пакет у ног и обнял ладонями щёки Коко. Тот инстинктивно положил руки на его запястья. – Нет, послушай... Я правда... хотел бы вернуться назад и пойти с тобой. Куда угодно. Это несправедливо, что ты всегда был рядом, а я – нет. Я ведь должен был понять, что тебе нужна помощь. – Брахма и Майки – не та судьба, которую я пожелал бы тебе. К тому же ты ведь пошёл со мной. Вчера. – Может быть, потому что и ты остался для меня самым дорогим человеком? Коко рассмеялся. – Вот это уже неловко. Сколько у тебя там друзей, говоришь? – Дофига и больше, но... Да. – Да, – понимающе кивнул Коко. Улыбка цвела на его губах. – Но услышать это спустя двенадцать лет, это, знаешь ли, правда очень... – Он замолчал. Внимательно посмотрел на Сейшу – взгляд был ласковым – не более, но и от него Сейшу задыхался. Может, потому что он от него отвык – от взгляда, за который действительно готов был умереть когда-то. Если бы его поставили перед выбором, он умер бы за этот взгляд прямо сейчас. – Я пойму, если ты откажешься, да и это немного странно, но могу ли я поцеловать тебя? – А я тебя? – не раздумывая, спросил Сейшу. – Я беру свои слова назад. – Коко закатил глаза. – Ты недостаточно умён для данеток. И прежде, чем Сейшу успел спросить, что это значило, Коко притянул его к себе и поцеловал.

4.

Когда Инупи снял куртку, Коко сказал: – Тут две спальни, но, если ты хочешь, мы поищем тебе отдельную квартиру. – Всё нормально, – ответил Сейшу. В квартире чувствовался дом: тут было уютно, мебель не сверкала пошлой новизной, всё обставили так, чтобы человек не чувствовал себя здесь совершенно чужим, новым, лишним. Себя выдавали лишь маленькие детали: открытка «Спасибо, что воспользовались нашими услугами», букет тюльпанов, на который Коко взглянул с усмешкой, и аккуратно сложенная стопка новой одежды. Коко подошёл к ней, как только снял обувь, и аккуратно перебрал её. Сейшу понял, что он делал, лишь когда начал разгружать пакеты – Коко проверял, не осталось ли на них ценников. Это заставило его улыбнуться – Коко наверняка потратил на одежду целую кучу денег и не хотел, чтобы Инупи об этом знал. Коко решительно схватился за нож, даже не переодевшись. Сейшу аккуратно забрал нож из его рук и сказал: – Я нарежу. Приведи себя в порядок. Под приглушённый шум воды из ванной комнаты Сейшу нарезал им голубой сыр. Ему было смешно от того, что он смущался, глядя на него. Возможно, это действительно можно есть. Возможно, это даже вкусно. Коко, потягиваясь, вышел из ванной. На нём был хлопковый костюм, что-то похожее на форму для ушу. Сейшу посмотрел на всё, что нарезал, и сказал, что им этого хватит. Ему не хотелось оставлять Коко с ножом, тот выглядел слишком рассеянным. Когда Сейшу вышел из ванной, перед этим простояв у зеркала почти минуту (пытался привыкнуть к тому, как он выглядит в новой одежде), он обнаружил на кухне Коко – недовольно заглядывающего во все шкафы. – Тут нет бокалов для женевера. Женевер был уже открыт. Сейшу хмыкнул и налил женевер в стакан для сока. – Это предрассудки. – Это культура, – возразил Коко сквозь смех. – Мы потом купим, если хочешь. Великий ценитель культуры. – Ты алкогольный дикарь, – заявил Коко, но достал такой же стакан и налил себе тоже. – Может быть. Ты уверен, что не хочешь есть? – Сыр очень сытный. – Коко пожал плечами и открыл холодильник. – О, у нас есть мёд. Горгондзолу иногда едят с мёдом, если тебе интересно. – О боже. – И ещё с грушей. – Европа пугает меня. Коко рассмеялся. – Ты такой неискушённый – это даже в какой-то степени очаровательно. Они, перешучиваясь, отнесли сырную нарезку и женевер на кофейный столик. Сели на диван и включили телевизор. Сейшу повторял случайные фразы на английском, пытаясь придумать им перевод, а Коко смеялся над его шутками и искал, что им посмотреть. Он пообещал подключить им японские каналы завтра же. Компромисс они нашли в музыкальных клипах. Они комментировали происходящее на экране так, будто смотрели серьёзный художественный фильм, Инупи пытался напевать мелодию, а Коко время от времени возмущался тому, что происходящее в клипе не соответствовало словам песни. Женевер показался Сейшу ужасно невкусным, но он пил его – пил и морщился, и от того, что Коко улыбался на это, ему становилось чуть легче. Сыр ему понравился – правда, он не смог съесть слишком много. А ещё они касались друг друга коленями – и этого сейчас вполне хватало. Когда Сейшу перевёл сонный взгляд на Коко, то понял, что всё-таки не узнаёт его – пусть с причёской, которая навевала воспоминания, пусть с тем же вязким взглядом. Но Сейшу готов был его узнать – заново, так, как узнают любовь. Он проснулся. Телевизор был выключен. Он встал с дивана – голова была тяжёлой. За окном была ночь, в квартиру с улицы не просачивался ни один звук. Он нашёл Коко в спальне. Тот сидел на краю кровати и вертел в руках телефон. – Санзу звонил, – тихо сказал он. – Я сказал, что это конец, больше не вернусь. Вроде… – Он прикрыл лицо рукой. – Он попсиховал, но потом успокоился… В конце концов, я разделил деньги, всё, что у нас было. Кругленькая сумма для каждого в верхушке. Да и… почти все те, на ком держалась верхушка, разбежались. Я боялся, что буду выглядеть подозрительно, но, кажется, никому на самом деле не было дела до Брахмы. Так что это, видимо, всё. Сейшу сел рядом и взял его за руку. – Я буду следить за новостями, ладно? – тихо проговорил Коко. – Ты тоже следи, если хочешь. Санзу не стратег, у него нет авторитета, всё, что он может, – это запугивать, но долго так не протянешь. Рано или поздно, но его поймают. Главное, чтобы твои друзья продержались до этого «рано или поздно». Сейшу сжал его руку крепче и уткнулся лбом ему в плечо. – Ты сделал всё, что мог, Коко, – сказал он. – Можно я тоже кое-что для тебя сделаю? Сейшу поднял голову, встретился глазами с его усталым взглядом и нежно улыбнулся. – Можно я уложу тебя спать, в конце-то концов?