Инцест – дело сыновей Дио (v2)

Обреченная жизнь трех обреченных молодых людей. Денег на нормальную еду совсем не было, из-за чего приходилось довольствоваться тем, что оставалось в холодильнике с прошлой недели. Совместная жизнь не принесла им ничего, кроме новых страданий и неудач. Сегодня утром опять произошла какая-то перепалка, и парни весь день после этого смотрели друг на друга крайне угрюмо. Унгало сидел тише всех, изредка поглядывая на сводных братьев. Он не особо заморачивался с пережевыванием пищи. Сделав глоток, он почувствовал, что кусок еды попал не в то горло и звонко раскашлялся. Рикель вскочил со своего места и начал хлопать брата по спине. Донателло, без особого аппетита перемещая еду по ротовой полости, наблюдал за этим, но даже и не думал вставать. — Давай, выкашливай, Унгало! – кричал Рикель. И вот, Унгало выкашлял злополучный кусок и сел обратно, дабы продолжить есть. Донателло поднял голову и слегка раздраженно посмотрел на братьев. — Вы бы еще потрахались тут, ей-богу. Унгало повернул голову в сторону Донателло и одобрительно кивнул, как бы говоря, что, мол, да, это было бы неплохо. Он не воспринял слова Версуса как шутку. — А что, это мысль! — воскликнул Унгало, отодвигая в сторону тарелку. — только при одном условии: ты будешь ебаться с нами. Он перевел взгляд на Рикеля, который тихо доедал свою порцию, пытаясь делать вид, что не слышит разговора своих сводных братьев. — А ты что скажешь? — Что?.. — притворился тот идиотом. Где-то подсознательно он понимал, что в противном случае это совсем не пойдет ему на пользу. — нет. — Пидора ответ, — отрезал Унгало, улыбнувшись и обнажив розовые десна. — соглашайся. Братья Рикеля, Унгало и Донателло, всегда казались ему какими-то… поехавшими что-ли. Хотя Донателло не был таким ужасным, как Унгало, но все равно не вызывал доверия у парня. В его мыслях было лишь одно: «Если я откажусь – будет еще хуже.» — Хорошо, — вздохнул он. — но кого мы будем трахать? В комнате снова нависла тишина. Крайне неприятная, до звона в ушах. По взгляду Унгало, Рикель уже мог понять ответ. — Тебя, конечно. А ты типа еще сомневаешься? — засмеялся Унгало. Он смеялся противно, немного прихрюкивая. В этой ситуации выходом было лишь сорваться с места и убежать куда подальше, но Рикель как будто впал в ступор. — Я боюсь, это негативно на меня повлияет, — отвернулся Рикель в сторону, избегая глазного контакта с братом. — вы же знаете, я… — Не оправдание. Унгало встал со стула, издевательски посмотрев на Рикеля. Тот не вызывал у него ни малейшего интереса, но ради эксперемента… вполне можно было попробовать. — Ребята, успокойтесь вы оба, — немного раздраженно сказал Версус, встав и задвинув стул. — Я же просто пошутил. Я знаю, что у вас херово с юмором, но чтобы настолько?.. Донателло смотрел по очереди то на растерянного Рикеля, судя по взгляду, уже ждущего смерти, то на Унгало, почесывавшего заметные следы от недавних уколов. — Никакого секса не будет. Мы же с вами родственники, вы забыли, ну? — Раньше надо было говорить, Донателло. А то я уже возбудился не на шутку, — с улыбкой сказал Унгало и подмигнул Рикелю. Того затошнило. — Пошли в комнату. Унгало крепко схватил Рикеля за запястье, ведя за собой Донателло. Они зашли в одну из комнат. Там стоял небольшой столик. Он вполне мог выдержать нескольких человек. Версус хотел просто плюнуть на это все и повернуть в сторону, но Унгало, отпустив Рикеля, схватил Версуса и потащил к столу, пытаясь уложить его сверху. Тот отбивался и ни в какую не желал ложиться. — Ну давай, Версус. Ты знаешь, что я могу с тобой сделать, говна ты кусок, — Унгало достал из кармана нож и провел сверкающим лезвием прямо перед носом брата. — Я тебя ненавижу, проклятый торчок. Донателло медленно снял костюм, и, оставшись в одном нижнем белье, лег на деревянный стол. — Ложись сверху, коровка, — Унгало шлепнул Рикеля по ягодице, подгоняя поближе к столу. Трясясь от страха, Рикель оперся о стол, на котором уже лежал Версус, и опустил взгляд на брюки Унгало. Небольшой выделяющийся бугорок отчётливо давал о себе знать. Мерзость. Видимо, его действительно возбуждала эта ситуация. — Я правда не хочу! Отпустите меня… В этот момент Унгало засунул ему в рот два пальца, докасаясь до языка брата. Тот от неожиданности сжал челюсти и прикусил их, за что получил по щеке. Резкая боль пронзила участок кожи, и глаза Рикеля мгновенно наполнились прозрачными слезами. Он лег на стол, оказываясь прямо сверху на Донателло. Ерзанье задом по члену заставило орган Версуса затвердеть и упереться прямо меж ягодиц Рикеля. Сам того изначально не желая, Донателло окончательно свихнулся и толком потерял контроль над собой С другой стороны, стоя на полу и слегка уперевшись коленом о стол, встал Унгало. Он достал тот самый нож, которым грозился Версусу, и начал разрезать ткань костюма Рикеля. Он делал это крайне неаккуратно, иногда задевая лезвием нежную кожу парня и оставляя тонкие порезы. Рикель в панике начал отталкивать Унгало от себя, но тот вновь глубоко всунул ему пальцы в рот, заставляя того облизывать их. — Прости, Рикель, но я не могу больше терпеть. В тебе определенно что-то есть, братишка, — обратился к напуганному Рикелю Версус. Он приспустил боксеры и начал тереться возбужденным членом о спину брата. Он проходил со спины до таза, проезжая по выделяющемуся копчику. Унгало достал обслюнявленные пальцы изо рта измученного Рикеля и смазал слюной его анальное отверстие. Он перевел взгляд на Донателло. — Вставляй. Зрачки Унгало метались из стороны в сторону. Он не мог спокойно смотреть на то, как Версус входит в Рикеля, заставляя того взвыть от боли и поцарать ногтями стол. Ему так хотелось сделать с братом то же самое. В штанах было очень тесно. — Еще недавно я чуть-ли не бомжевал на улице и питался объедками, а сейчас я буду ебать своего сводного брата. Ахуенно! Небольшое количество крови, вызванное микротрещинами в прямой кишке, успело уже засохнуть на члене Версуса, и смазки не очень хватало. Это было так больно.

***

— Унгало, нет! Застегни чертову ширинку! Правда, просто остановись! Мне и так плохо! Рикель начал биться в панике, увидев, что Унгало, улыбнувшись своими выпирающими зубами, тоже достал член, и был готов вставить его внутрь. Он плюнул на покрасневший анус брата, после чего принялся вводить свой член, не дожидаясь того, когда Донателло вынет свой. — Как же мне больно… вы конченые ублюдки!.. — Рикель закусил губу до крови и зажмурился. По его лбу стекло несколько капелек пота. Он просто не мог это вытерпеть. Донателло потянулся к затвердевшему соску Рикеля, надавливая на него средним пальцем и заставляя того вздрогнуть. Унгало же, в свою очередь, провел влажным языком по лицу Рикеля, собиравшегося закатить истерику. Он залез языком ему в ротовую полость, после чего харкнул туда, заставляя Рикеля сморщиться. — Хватит трогать меня за соски, Донателло, — пытался в ужасном состоянии Рикель нащупать руку Версуса, явно увлеченного перемещением набухшего соска туда-сюда. — Плачь, — вновь хихикнул Унгало. — боже, твое жалкое лицо… оно прекрасно. А знаешь, что еще прекраснее? Я сейчас обкончаюсь тебе внутрь. Серьезно, меня очень заводит эта ситуация. — Подохни прям тут, тварина спидозная, — не выдержал Рикель. Он потянулся к лицу Унгало, чтобы ударить его, но его рука оказалась прижата к этому злополучному столу. Вместе со второй рукой. Снизу его держал Донателло, а сверху буквально прижимал к нему Унгало, вдалбливаясь внутрь и явно подходя к пику.

***

Рикель почувствовал что-то теплое внутри себя. Пульсация члена обозначала лишь одно. Кто-то уже кончил. Он поднял взгляд наверх, на Унгало, чье сердцебиение участилось, а дыхание на секунду стало тяжелым и прерывистым. — Унгало, ты… — Рикель просто не мог поверить в то, что его сводный брат даже не достал член, а просто-напросто излился внутрь. Он по-настоящему испытал продолжительный оргазм. — Это было просто… замечательно! Рикель, тебя только что отымели как последнюю блядь с трассы, поздравляю, убожество… — оддуваясь проговорил Унгало. Вот кончил и Версус.

***

Разорванный анус с вытекающей из них спермой двух сводных братьев. Все страшно пульсировало. Светло-коричневый стол залило чуть вязкой полупрозрачной жидкостью из кишечника Рикеля. Тот лежал и ревел. Заняться сексом с каким-то равнодушным эгоистом и наркоманом – явно то, о чем Рикель всю жизнь мечтал. Особенно с учетом того, что они его сводные братья. Он – ничтожество.