Часть 8
21 апреля 2022 г., 22:25
Шэнь Цзю надежды не терял. После неудачной попытки разбогатеть, он сразу же отправился в другие места.
Это было невыносимо: то в засушливых землях, на которых только при определенных высоких температурах росли особые растения, польется дождь, то просто территория, которая в книге обладает огромным количеством живых существ, оказывалась просто нежизнеспособной. Там даже жуки не водились. Шэнь Цинцю проверял.
Так продолжалось длительное время. На протяжении двух месяцев, он каждые несколько дней отправлялся в путешествие, конечно не забыв взять с собой Лю Цингэ. Защита никогда не помешает. Тот к такому уже привык и, просто завидев ученика Цинцзин, был готов немедля отправиться в путь.
Как-то раз Шэнь Цзю хотел взять с собой Бинхэ, с ним на руках он уж точно бы нашел что-то полезное. Но Лю Цингэ, увидев его с ребенком, говорящего, что даже в логове огненных змей, тому ничего не будет, категорично отказался того брать.
— Хм, ладно, с Бинхэ и вдвоем справимся, — у дитятки был ореол главного героя, он же любимец небес, он будет в порядке, а значит и Шэнь Цзю вместе с ним.
Вот только Лю Цингэ эта идея тоже не понравилась. В итоге завязалась драка, пришли учителя и запретили им куда либо лететь.
Несмотря на то, что он называл себя с Лю Цингэ приятелями, отказываясь признавать их дружбу, кроме него и Юэ Цинъюаня он ни с кем не общался.
Ему было не интересно в кругу высокомерных, двуличных дворян. Те только и могли распускать лживые слухи. Если ученик Байчжань верил в относительную невинность Шэня, то другим только повод дай, и они обвинят его во многих грехах, особенно в распутстве.
Главные ученики не оставили без внимания его частые посещения борделей. Они были свято уверены, что он подкупил Лю Цингэ, чтобы тот сказал, что они «нашли» ребенка. Вместо этого боевые братья и сестры считали, что он нагулял того от какой-то шлюхи, и просто притащил его к себе на пик.
Было обидно, что даже не делая ничего плохого, не оскорбляя других, всегда найдутся те, кто будем им недоволен. Шэнь Цзю отвечал им тем же: просто игнорировал или холодно отвечал на какие-нибудь вопросы, не связанные с его обязанностями главного ученика Цинцзин.
Если раньше он еще как-то терпел отнекивания Юэ Цинъюаня, то сейчас это стало настолько раздражать, что он начал чувствовать злость от одного только «извини». Этот идиот не понимал, что Шэнь Цинцю было плевать, что тот не пришел. Он знал, что у того была какая-то причина, ему просто нужна было знать ее. Даже не причина как таковая, просто хотелось знать, что ему доверяли, тем более они не чужие друг другу люди. Накопив баллов и уговорив систему дать ему все же прочесть оригинал книги самому, тот узнал, что эта гадина много чего упустила.
Когда еще Шэнь Цзю не умел читать, та вслух рассказывала сюжет Пути Гордого Бессмертного Демона. Постельные сцены она ответственно не пропускала, вот только по ее мнению «неважные, ни на что не влияющие детали» она умалчивала.
В самой книге черным по белому был написан диалог Небесного Демона с его оригинальным «Я». Мужчина поведал своему бывшему шицзуну о том, как он удивился, когда почувствовал огромный всплеск ци, после того как Юэ Цинъюань вынул свой меч из ножен. Оказалось, что оружие главы секты забирало у того жизненные силы. Ло Бинхэ был могущественным демоном, он мог это почувствовать.
Если это была правда, а это было так, то почему же Юэ Цинъюань сразу ему не рассказал о том, что его душа была связана с мечом? Как бы не разнились сейчас Шэнь Цзю и Шэнь Цинцю из книги, они все-таки были одним человеком.
Сяо Цзю знал, что как бы не сложилась его жизнь, чтобы не произошло, его преданность своему брату осталась бы неизменной. Тот слишком многое для него сделал, он был его самым близким и дорогим человеком. Чтобы Юэ Ци ни натворил, главный ученик Цинцзин простил бы его.
Хотя нет, есть одна вещь, которая была ненавистна Шэнь Цинцю, и это было предательство. Его он не потерпел бы.
Ци-гэ не предавал своего Сяо Цзю, он просто не смог прийти за ним, но… А что Шэнь Цинцю из книги оставалось делать? Что он мог подумать, когда человек, являющийся его семьей, вместо ответов на его вопросы бесконечно извинялся?
Если тот и впрямь на протяжении десятилетий скрывал правду от него, то страшно представить, что Шэнь Цинцю из романа чувствовал.
«Но ведь… Я из книги до конца своей жизни так и не узнал правду…»
От одной мысли об этом по его телу пробежался холодок. Почему-то стало страшно, его пугала перспектива такого будущего. Почему Юэ Ци вообще боялся ему все рассказать? Шэнь Цзю неоднократно говорил, что он его простил и вообще ни на что не обижался, неважно, что тот не пришел за ним, главное, что они теперь вместе. Но несмотря на все это, тот все продолжал молчать.
Шэнь Цинцю не понимал его. Он боялся, что его обвинят в слабости?
«Но разве я не заслуживаю правды? Разве я не заслуживаю знать?»
Шэнь Цзю не сможет долго на него злиться, но все же, пока что ему не хотелось его видеть. Чтобы отвлечь себя от негативных мыслей он решил наконец-таки взглянуть на существо, вокруг которого и вертелся весь этот жестокий, отвратительно несправедливый мир.
Ло Бинхэ, играющий на полу с какой-то соломенной бабочкой, почувствовал на себе взгляд. Их глаза встретились.
— Ну что, Бин Бин, пора бы сделать из тебя человека.
Ребенок, не слишком понимающий о чем тот ему говорил, заулыбался.
Все равно шицзунь в ближайшее время в очередной раз отправится на какую-то миссию по налаживанию отношений с дальними сектами. Поэтому главный ученик должен будет заменить его и проконтролировать все происходящее на Цинцзин.
В голову Шэнь Цзю пришла мысль привить ему нормальные человеческие ценности. Не очень хотелось бы, чтобы тот мучил женщин, заводя огромные гаремы. А то, что им было плохо он был уверен. В книге упоминались все интриги во дворце, описывались битвы за внимание их мужа. Несчастным приходилось хитрить, манипулировать другими, чтобы хоть как-то удостоиться хотя бы одного его взгляда.
— Слушай сюда, я буду тебе объяснять важные вещи, а ты слушай. Мне совершенно понятно, что с первого раза до тебя смысл сказанного не дойдет, но все же важному нужно учить с пеленок.
Ло Бинхэ смотрел на него не отрываясь большими черными глазами. Впервые Шэнь Цзю уделял ему столько времени. Обычно тот оставлял его в сторонке, чтобы выполнить письменную работу, проверить конспекты своих шиди и шимэй.
Так и началось обучение ребенка. Шэнь Цинцю рассказывал ему о важности уважения к женщинам и о том, чтобы он не доверял всяким подозрительным личностям, которых встретит в каком-нибудь лесу.
На этих словах он вспомнил о Тянлан-цзюне. Этот мужчина был живуч, еще и змейка о нем позаботится. Шэнь Цзю был уверен, что как только повелителю вырастят новое тело, тот заявится к нему.
Было бы неплохо держать в должниках такого могущественного мужчину. Ученик Цинцзин во всем видел выгоду.
Хоть Шэнь Цинцю и вел некоторые уроки у младших учеников шицзуна, это было не тоже самое, что если бы он обучал собственных воспитанников.
Бинхэ, можно сказать, был его первым настоящим учеником. Возвышенным стихам и игре на цине того обучать было еще рано. Пока что Сяо Цзю довольствовался тем, что ребенок просто мог сказать связно два-три слова и сделать хоть и неровные, но шаги.
Даже как-то до сих пор не верилось, что вот он, главный герой этого мира, сидит перед ним и пускает слюни. В руках Шэнь Цзю была неимоверная власть над ним.
***
Очередное собрание главных учеников не заставило себя ждать. Шэня бесила эта жалкая физиономия чжанмэнь-шисюна. Тот выглядел побитой собакой. Поэтому он предпочел сесть рядом с Лю Цингэ, в правилах это не воспрещалось. — Итак, все наконец собрались, можем начинать, — окинув взглядом присутствующих, Юэ Цинъюань продолжил. — Сегодня мы обсудим наши будущие тестирования от наших учителей. Через шесть лет состоится их Вознесение. Нас распределят на команды, чтобы проверить наши способности в совместной работе. Очень важно поддерживать друг друга и прикрывать в нужный момент спину. Достав из рукава свиток с именами, он начал его зачитывать, предварительно сказав: — Первоначально планировалось поставить Шэнь-шиди и Лю-шиди в одну команду, но так как по мнению их шицзунув они уже хорошо справляются в совместных миссиях, их разделили в разные группы. Итак, Му Цинфан, Вэй Цинвэй и Шэнь Цинцю — первая группа, вы должны будете отправится на территорию, на которой преобладает большое количество рек и озер. Ваша задача очистить их от опасных гулей и водных демонов. Вторая группа — Лю Цингэ, Ци Цинци и Шан Цинхуа, вы направляетесь на Юг. Найдите причину внезапных появлений высших песчаных демонов, закройте возникшую в пространстве брешь. Третья группа… После того как Юэ Цинъюань закончил, все остальные вышли из-за стола, собравшись в группы по три человека, чтобы обсудить с партнерами план действий. Му Цинфан, Вэй Цинвэй и Шэнь Цинцю могли хорошо сработаться вместе. Они решили двинуться в путь через семь дней, за это время им необходимо было больше узнать о подводных существах, обитающих на нужной им территории. Шэнь Цинцю взял на себя эту ответственность, как будущий тактик секты и просто ученик пика Цинцзин. Вэй Цинвэй пообещал запастись разным оружием и сетями, если они им понадобятся. Му Цинфан же, очевидно, отвечал за лекарства и бинты. Главному ученику Цинцзин нетерпелось поскорее отправиться в путь. Ему хотелось показать своему шицзуну, что тот не зря поверил в него, что он отлично со всем справится. Но проблема все-таки возникла. Было не известно, сколько они пробудут в этом путешествии. Если на несколько дней Бинхэ можно было оставить у проституток, то на большее время это сделать было нельзя. Все же у девушек есть своя работа и возиться с ребенком так долго они не могли. Пришел ему на помощь, как ни странно, Лю Цингэ. — Если тебе не с кем его оставить, мы можем привезти его ко мне в поместье Лю. У меня есть сестра примерно его возраста, для моей матери и слуг не составит труда о нем позаботиться, пока мы отсутствуем на миссиях. Такое предложение удивило Шэнь Цинцю, но оно не было лишено смысла. — Хорошо, напиши им и спроси об этом, а когда получишь от них ответ, мы отправимся к тебе. Бинхэ, почуяв неладное, заволновался и начал тревожно на них посматривать. — А теперь давай я тебя все же научу нормально играть в го. Беседовать с тобой о возвышенном и прекрасном у нас все равно не получается, а так хоть какое-то будет развлечение. — Ты победишь, лучше спаринг, — снисходительно посмотрел на него Лю Цингэ. Шэнь Цзю хоть и любил драться, но постоянно ему проигрывал, что очень бесило. — Я знаю. Садись, я достану доску, — сражаться он не хотел, а выиграть Лю Цингэ хоть в чем-то, очень желал. Во время игры Бин Бин приковылял к Шэнь Цзю и лег тому на колени, сразу же уснув. В груди у ученика Цинцзин потеплело. Он не стал его скидывать с себя, позволив остаться. Такими темпами настал вечер, солнце уже давно зашло. Лю Цингэ пора было уже уходить к себе. — Я приду завтра, — оповестил он своего шисюна. — Пф, да ты всегда приходишь… Хорошо. После обеда я буду свободен. Попрощавшись и закрыв за ним дверь, Сяо Цзю, держа на руках Бинхэ, пошел в свою комнату. — Ладно, радуйся, в этот раз я позволю тебе ночевать со мной, — чуть слышно прошептал себе под нос Шэнь. Присутствие этого дитя приносило облегчение. Как бы то ни было, у Шэнь Цинцю было много сердечных демонов. Жизнь в поместье Цю и ученичество у демонического культиватора оставили след в душе. Часто ему снились кошмары. Чтобы как-то восстановить свои силы и поспать, он спускался с горы в бордель. Теперь же даже с Бинхэ он, ощущая чужое присутствие рядом с собой, чувствовал себя спокойнее. Все же если бы не Бинхэ, его жизнь сложилась бы по-другому. И он уверен, что не в лучшую сторону. |Хост, а как же я? Эта Система также внесла свой вклад в ваше счастье.| «Ага, конечно. С тобой то я испытываю только горе.» — Парировал Шэнь. Но как бы то ни было, она была права. Если бы не Система, Шэнь Цинцю сейчас жил бы так же, как его взрослое «Я». «Лучше скажи мне, за выполнение миссии, данной мне шицзуном я получу баллы? И сколько?» |Подождите, Хост, ваш запрос обрабатывается.| Шэнь Цзю смотрел на мигающий синий экран. Табличка показывала 1%, не желая прогружаться быстрее. «Я подожду.» — ждать он умел. Спокойно заснув и проснувшись утром, он первым делом взглянул на процент загрузки. Он показывал 2%. «Да ты что, издеваешься?!»
